Cold Hard Cash

Арендная плата была оплачена, продукты куплены, и Барри вернулся домой с улыбкой на лице. Он не был таким счастливым уже очень давно. Не говоря уже о том, что он трахался прошлой ночью. Он вспоминал об этом с легкой улыбкой, пока раскладывал купленные продукты. Его тело все еще болело, когда он стал потягиваться и его плечи слегка вывернулись. Он потер свою задницу и чуть вздрогнул. Ого. Это было весьма болезненно. Он понятия не имел, как будет реагировать на приказы Холода и как будет выполнять их, это его довольно сильно волновало. Но даже сейчас, думая о его бархатном голосе, он дрожал. Барри провел остаток дня, прибирая и стаскивая одежду вниз, чтобы постирать. В его квартире не было стиральной машины, зато в подвале было несколько платных. Приятно было получить свежую, чистую одежду, вместо той, какой она получалась после стирки в ванной. Пока он убирал белье, он решал, что же ему надеть на вечер с Холодом. Он постирал свою красную рубашку, однако не хотел надевать ее дважды подряд. Барри сомневался, что Холоду будет дело до того, во что он одет, поэтому натянул на себя джинсы и потертую футболку. Он вымыл блюдо, которое стащил из отеля, тихонько напевая себе под нос. Он был в таком хорошем настроении, что даже утреннее противостояние с Джо не могло этого испортить. Барри коротко задался вопросом: стоит ли об этом говорить Холоду. Разумеется, гангстер знал, что полиция всегда следит за ним, но знал ли он о семье Барри? Знал ли он о Джо? Согласился бы он на сделку, если бы знал? Барри не знал, что делать. Он не хотел вызывать гнев Холода, и уж тем более не хотел сделать то, что могло расстроить их сделку. Морис сказал, что Джо не сделает ничего плохого, и Барри очень хотел верить своему другу. Ведь Морис присматривал за Барри еще с тех пор, как он сбежал, потому решил перестать беспокоиться об этом. Если вдруг обстановка станет странной или начнет усложняться, старый добрый Мори непременно сообщит ему об этом. Стоп. А как именно он это сделает? Телефон. Барри мысленно застонал. Он выгреб деньги, оставшиеся от чаевых Холода, и насчитал только сто семьдесят восемь долларов. О, и два цента. Он перемешал жалкие гроши по столу, надувшись. Этого определенно не хватит, чтобы купить телефон или оплатить долг телефонной компании, чтобы вновь подключить домашний номер. Может ему сегодня вновь удастся заработать на чай, поэтому он решил отодвинуть эти заботы на потом и вышел из дома. Недолгая поездка в такси вернула его назад в отель. Застенчиво улыбаясь, он подошел к стойке регистрации и поставил блюдо на стойку, объяснив: — Послушайте, я одолжил это, но… в общем, вот. Барри быстро отдал его, и портье бросил на него странный взгляд, но не стал задавать вопросов о столь странном возвращении. Барри практически запрыгнул в лифт, его тело все было переполнено возбужденной энергией. Он уже не нервничал так, как раньше, а звон проходящих этажей почти успокаивал, пока он поднимался к месту назначения. Он глубоко вдохнул, выйдя на этаже с представительскими номерами, и ярко улыбнулся. Армия мужчин в костюмах вернулась вновь, с Миком Рори во главе, который задумчиво поджимал губы, посматривая на часы. Гигант оскалил зубы, улыбаясь: — Только глянь, Тростинка. Снова вовремя. Боссу такое нравится. — Спасибо? — ответил Барри, стараясь не слишком пристально смотреть на шею Мика. Раньше он был слишком напуган, чтобы рассмотреть это, но теперь увидел, как из-за края его воротника выглядывает сморщенная, плотная кожа. Ожоги. — Время обыска, — произнес Мик, указывая двоим ребятам быстро осмотреть парня. Барри был уверен, что теперь это станет обычной рутиной при каждом посещении Босса Холода. Все было чисто, и Мик усмехнулся, подмигивая: — Иди веселись. — Так и планирую, — ответил Барри с застенчивой улыбкой и поспешил к двери, воспользовавшись ключом, чтобы войти. Дверь закрылась с отчетливым щелчком, и Барри выдохнул. Здесь, в этой комнате, остальной мир, казалось, превратился в ничто. Не было ни арендной платы, ни счетов, ни адвокатов, ни Джо. Здесь были только он и Босс Холод. Как и в прошлый раз, Холод сидел за столом, но на этот раз поднял взгляд, когда Барри вошел. Он посмотрел поверх своих очков и сморщил нос. — Что на тебе надето? — Одежда?.. — ответил Барри, моргнув от удивления. Джинсы выглядели неплохо, хотя в футболке и было несколько дырочек. — Я подумал… все равно, ну, знаете… что не собираюсь носить ее долго. — Его лицо покраснело и он тихонько поинтересовался: — Это плохо? Холод не ответил, лишь покачал головой и вернулся к своим гроссбухам. Барри нахмурился, покачиваясь вперед-назад. Его начало слегка подташнивать от сожаления, что он как следует не подумал о выборе одежды. — Душ, — произнес Холод, кивая в сторону ванной комнаты. Барри кивнул, торопясь искупаться. Шампуни и гели для душа были пополнены с предыдущего вечера, и его ждал новый махровый халат. Как только он закончил, он завернулся в него и вернулся в комнату. К его удивлению, Холода не было за столом. Он перебрался в небольшую зону отдыха между ванной и кроватью, откинувшись в мягком кресле. Он жестом указал Барри приблизиться и показал на пол между его ног. — Становись на колени. Барри быстро повиновался, опустившись на колени перед Холодом. Он нервно сглотнул, выжидательно уставившись на босса мафии. Тот склонился вперед, еще не касаясь, но с жадностью осматривая тело парня. Ухмыльнувшись, он негромко спросил: — Ты действительно сделаешь все, что я захочу, не так ли? — Разве это не то, чего вы хотите? — Барри ответил неуверенно, его брови взметнулись вверх. — О, я думаю, это то, чего хочешь ты, — сказал Холод, легко уклоняясь от вопроса. — Ты так жаждешь угодить. — Он нежно коснулся подбородка Барри, его большой палец проскользнул по его нижней губе. — Ты позволил бы мне трахнуть тебя перед всем миром, не так ли? Барри покраснел, прижавшись к руке Холода, насколько тот позволил. Он услышал, как быстро забилось его сердце, заглушая всю Вселенную, кроме них двоих. Все внутри него затрепетало, когда он тихо ответил: — Да… — Ммм. И вот поэтому нам нужно стоп-слово, мистер Аллен, — сказал Холод с усмешкой. Большим пальцем он оттянул нижнюю губу парня, прижимая ее к подбородку, заставляя его застонать. — Если мы собираемся максимально использовать эту небольшую сделку, даже мои желания должны иметь свои пределы. Барри немного запутался, нахмурившись: — Но вы сказали… все, что захотите. Ведь таковы условия? — Это не послужит моим интересам, если ты сломаешься раньше, чем выплатишь мне все, что должен, — мрачно улыбаясь, пояснил Холод. — Я насладился нашим вчерашним совместным вечером… Это было весьма показательно. — Он склонил голову, соблазнительно мурлыча. — Ты ведь хочешь, чтобы кто-то взял на себя ответственность, не так ли? Барри закрыл глаза, медленно кивнув. Отрицать смысла не было. — Да. — Ты хочешь, чтобы кто-то забрал страх, — продолжил Холод, завораживающе растягивая слова. — Чтобы кто-то устранил все колебания, убрал излишнюю застенчивость. Ты больше не хочешь беспокоиться о том, что сказать или что делать… Всплеск эмоций потряс душу Барри оттого, как точно его понял Холод. Он коснулся своим языком его большого пальца, когда тот водил по его нижним зубам, и тихонько застонал. — Да, — прорычал Холод, его дыхание начало учащаться, пока он говорил. — Тебе, мистер Аллен, нужна цель. Тебе нужно это удовлетворение, которое приходит только после того, как ты кому-то угодишь. — Тогда позвольте угодить вам, — отчаянно вздохнул Барри, осмеливаясь пососать подушечку большого пальца Холода. Его глаза приоткрылись, чтобы посмотреть на него снизу вверх. Холод казался довольным, шикарная ухмылка исказила его губы. — Хорошо, — сказал он, улыбка ненадолго осветила его лицо, а затем исчезла так же быстро, как и появилась. — Стоп-слово, мистер Аллен? — Лед, — мягко прошипел Барри, сильно растягивая слово. Это была мгновенная реакция потерявшегося в прекрасной ледяной синеве глаз Холода. — Лед. Ясно. — Холод ухмыльнулся, слегка постукивая большим пальцем по подбородку Барри. Он откинулся на спинку кресла, раздвинул ноги и, медленно расстегнув штаны, достал свой толстый член. — Иди сюда, мистер Аллен. Давай посмотрим, насколько мне понравится твой ротик. Барри сглотнул слюну, глядя на внушительный стояк Холода. Его член был просто прекрасен. Еб твою мать, да как он вообще сможет уместить все это у себя рту? Он склонился вперед, прижимая руку к бедру Холода, чтобы принять более удобную позу. Барри задохнулся, когда Холод схватил его за запястье и сказал: — Без рук. — Но мне нужно... ладно. Да, сэр, — Барри кивнул, моргнув с беспокойством. Он вспомнил, как Холод тогда вздрогнул в его квартире, и слегка нахмурился. Как, черт возьми, он собирался сделать это, если не может использовать свои руки? Но послушно опустил их по бокам, глубоко вдохнув. Барри склонил голову и потянул кончик члена Холода в рот только губами. Вкус был горячим и немного соленым. Он изо всех сил старался взять толстый член поглубже, и его потряхивало от сильного напряжения. Барри ощущал, что его губы растянуты до предела, и старался использовать свой язык, чтобы компенсироваться все дюймы, что он не смог уместить, кружа кончиком языка вокруг головки. Он хотел сжать рукой неохваченную часть члена, но боялся разозлить Холода новым прикосновением. Пальцы Холода внезапно вцепились в волосы Барри, отчего кожу на его голове начало болезненно жечь. Его хватка была крепкой, его член начал двигаться, а его голос заурчал: — Открой ротик. Как можно шире. Барри выдохнул, расслабляя челюсть. А затем резко вдохнул через нос, когда Холод начал засовывать свой член прямо в горло. Его тут же затошнило, он попытался сглотнуть из-за мощного проникновения, его рот быстро наполнялся слюной. — Расслабься, — сказал Холод, а его член скользил глубоко в глотке Барри. Барри пытался, Боже, он пытался. Было практически невозможно вновь закрыть рот, и оставалось тихонько скулить, когда огромный стояк заполнил его рот. Он прекрасно понимал, что слюна капает с его губ, слезы текут по его щекам, когда Холод трахал его рот. Но с каждым толчком он возбуждался все сильнее, кровь прилила к его чреслам, заставляя дрожать. Ему нравилось быть под контролем Холода. Его разум был совершенно пуст, за исключением того, что он был сосредоточен на том, чтобы угодить этому человеку. Это успокаивало, несмотря на дискомфорт, успокаивало так, как никогда до этого. Он не должен был думать или волноваться, он должен был только подчиняться. Это было ахуенно. Пальцы Холода были плотно запутаны в волосах парня, оттягивая их сильнее, когда он взмахивал бедрами. Барри старался изо всех сил и вскоре уже вполне начал с этим справляться. Он сглотнул вокруг головки члена, поигрывая своими щеками и губами, продолжая отсасывать. Он начал двигать языком, виляя взад и вперед по нижней стороне ствола Холода. Барри слышал, как дыхание Холода стало учащенным, и он позволил одному слабому стону сорваться с его губ. Да, этот звук, этот прекрасный звук. Барри хотел услышать, что мужчина хорошо себя чувствует, что значит, он хорошо выполняет свою работу. Он тихонько скулил, отдаваясь полностью, пытаясь снова заставить Холода стонать. — Посмотри на меня, — приказал Холод грубым и хриплым голосом. Глаза Барри метнулись вверх, чтобы встретить взгляд мужчины. Он так и не смог определить выражение его лица. Он выглядел сосредоточенным, как будто пытался разгадать загадку, но был элемент разочарования, как будто решение ускользало от него. — Тебе это нравится, ведь так? — потребовал Холод, отдергивая Барри от его члена, чтобы он мог ответить. Барри задыхался, его грудь вздымалась, когда он облизал губы, чтобы убрать слюну. Кивнуть он не мог, потому что Холод крепко держал его за волосы. Он вдохнул еще несколько драгоценных глотков кислорода, прежде чем смог ответить: — Нравится… — Ммм, хороший мальчик, — вздохнул Холод, водя головкой члена по губам парня. Барри осознал, что пытается поймать ее, вновь ощутить языком ее вкус. Он не мог описать ощущение счастья, что охватило его, когда Холод назвал его хорошим мальчиком, ничто другое в его жизни не могло с этим сравниться. Он заскулил, успев всего раз лизнуть головку, прежде чем Холод оттащил его. — Легче, — успокоил его Холод. Он наконец выпустил из крепкой хватки взъерошенные волосы Барри и мягко их пригладил. Он вытер слюну с его рта, даже его слезы; пальцы двигались с нежностью, Барри и не думал, что гангстер на такое способен. Барри засиял, пытаясь прижаться к рукам Холода. К его удивлению, Холод обхватил его лицо, рисуя большими пальцами круги на его щеках. — Хорошо? — Очень, — вздохнул Холод, отпуская его слишком быстро и беря презерватив со стола рядом с ним. Он натянул его на свой член и похлопал по бедру. — Иди сюда. Барри с готовностью согласился, скинул с себя халат и, помня, что нельзя прикасаться, обхватил ручки кресла, чтобы подняться. Он оседлал бедра Холода, задрожав, когда ощутил, как его член прижался к его заднице. Он не мог дождаться, когда тот вновь окажется внутри него. Он уже потянулся к смазке, когда Холод схватил его за запястье, заведя руку ему за спину. — Э-э, — отчитал его Холод, качая головой. — Ты должен научиться замедляться, мистер Аллен... Я не говорил тебе делать это, не так ли? — Нет, сэр, — ответил Барри, надувшись. Он закричал, когда Холод шлепнул его нежную попку, его бедра дернулись вперед. — Блять! — Убери обе руки за спину, — приказал Холод, потянувшись к смазке, и спокойно ждал, когда Барри выполнит команду. Барри убрал руки, как было приказано, обхватив ладонью запястье другой руки. Он закричал, когда Холод снова отшлепал его, и болезненно заерзал на его бедрах. Он не смел двигать руками, сжимая ноги, чтобы держать себя в равновесии. Он застонал, когда одна из рук Холода скользнула вверх и прижалась к его спине, крепко сжав его, чтобы он не упал. Смазанные пальцы теперь кружили вокруг его дырочки, целенаправленно погружаясь внутрь и заставляя Барри хныкать. Барри склонил голову, радуясь, что сильная рука Холода удерживает его на месте, когда он выгибает бедра навстречу движущимся в нем пальцам. — Боже… Холод издал тихий звук, почти что хрип, непринужденно растягивая дырочку Барри и заставляя его стонать. — Руки остаются так, — быстро напомнил он, приподнимая бедра Барри и насаживая его на себя. — Да, сэээррр. Ебать! — Барри закричал, когда Холод вонзил в него свой член одним резким движением и до самого основания. Барри извивался, задыхаясь от жжения, и слезы снова начали течь, когда его ногти впились в ладони. Холод был диким, он разрывал Барри на части жесткими толчками. Он крепко сжимал бедра парня, его зубы обнажились, когда он трахал его. Это продолжалось и продолжалось без каких-либо признаков остановки, его бедра двигались словно заведенные. Барри мог только кричать и задыхаться, его бедра изо всех сил пытались двигаться, чтобы это дало ему хоть малейшую передышку. Холод не позволял ему, заставляя его оставаться в том положении, в котором находился, хватая его за задницу и сжимая пострадавшую плоть. Барри зашипел от неожиданности и боли, его член был мучительно напряжен, раскачиваясь между их телами. Он завопил, когда Холод внезапно отшлепал его снова. Холод трахал его так сильно, что он думал, его тело разорвется. Это было ошеломляюще, это было ахуенно больно, и он не знал, сколько еще он может вытерпеть. Слишком сильно, пиздец, как сильно. Барри держал глаза закрытыми, а на кончике языка вертелось стоп-слово. — Ты так хорошо справляешься, мистер Аллен, — зарычал Холод, сжав зубы и задыхаясь. — Ты так ахуенно красиво смотришься на моем члене. Похвала удержала Барри от падения в бездну. Он застонал и начал раскачивать своими бедрами с новой силой. У него получалось. Он делал Холода счастливым. Он хотел, чтобы мужчине было хорошо. Он двигал бедрами синхронно с Холодом, опускаясь вниз, чтобы встретить каждый жестокий толчок, и бесстыдно стонал. Он начинал чувствовать себя фантастически, боль блекла под волнами блаженства, голова Барри откинулась назад, когда он заплакал. Холод, казалось, ценил его усилия, не ругая за то, что он был таким активным участником. Фактически, хватка Холода пропала совсем, позволяя парню взять верх. Не имея возможности использовать свои руки, он сосредоточился на мышцах живота и нижней части спины, раскачивая свое тело снова и снова, трахая своим телом Босса Холода. У Холода был странный взгляд на лице, что-то сродни удивлению, когда он наблюдал, как Барри скачет на нем. А Барри не понимал, почему Холод остановился, когда он наконец начал чувствовать себя так хорошо. Барри застонал, его бедра в отчаянии опустились на член Холода до основания, пытаясь заставить его двигаться снова. — Пожалуйста, сэр... Мне нужно больше... — Ты возьмешь то, что я тебе даю, — предупредил Холод, злобно хлопая парня по заднице. — Блять! Пожалуйста! — умолял Барри, слегка покачиваясь. Еще один жесткий шлепок сбил его равновесие, и он инстинктивно выставил руки перед собой, чтобы удержаться. Одной рукой он задержался о спинку кресла, другой о грудь Холода. Глаза Барри чуть не выскочили из орбит, он испуганно замер на месте. О Боже, он снова прикоснулся к нему. Он не должен был прикасаться к нему. Его ладонь была прямо над сердцем Холода, и он чувствовал, как сильно оно бьется. Рука Холода схватила Барри за запястье, но на этот раз он не оттолкнул его. Он крепко сжал пальцы, их глаза встретились, и Барри очень хотел, чтобы этот красивый взгляд принадлежал другому человеку. Он был тревожным, запоминающийся и… печальный. Барри держал руку там, где она была, слишком ошеломленный, чтобы двигаться. Хватка холода смягчилась, его большой палец слегка погладил запястье Барри. Его губы приоткрылись, но он ничего не сказал. В течение нескольких секунд он выглядел потерянным, но затем его взгляд вновь стал жестким, хотя его прикосновение по-прежнему оставалось нежным. Его пальцы скользнули вверх по руке Барри, через локоть и предплечье. Он не торопился, исследуя каждый дюйм тела Барри от плеча до затылка, задерживаясь там. Барри ахнул, тая под лаской Холода. Он слегка потянул за свитер, начав вновь потихоньку двигать бедрами. Он отчаянно нуждался в фрикциях. И ахнул, когда Холод внезапно сел прямо, крепко держа Барри за талию и начал двигаться вместе с ним. Их тела были идеально синхронизированы в движениях, легко скользя вместе. Член Холода проникал невероятно глубоко, и Барри сладко постанывал. Их грудные клетки соприкасались, член Барри был зажат между их животами. А еще ему безумно хотелось поцеловать мужчину. Что-то изменилось, энергия, потрескивающая вокруг них, изменилась. Барри не мог объяснить, но это было как-то более интимно. Это была та часть Холода, которую он не должен был видеть. Он продолжал смотреть на его красивые губы и умирал от желания узнать их вкус. Он не смог удержаться и склонился вперед, надеясь украсть поцелуй. Пальцы Холода мгновенно оттянули за волосы голову Барри в сторону, сам он тихо зарычал в предупреждении. Барри вскрикнул, возмущенно поскуливая. Что ж, это была глупая идея. Интимный момент был потерян, но, Боже, как он был прекрасен, пока длился. Он закричал, когда зубы Холода прижались к его горлу, а его член вновь начал безжалостно вколачиваться в его тело. — Прикоснись к себе, — Холод оторвался от шеи Барри и зарычал, продолжая его трахать. — Кончи для меня, мистер Аллен. Барри кивнул, задыхаясь и плача, когда он просунул между ними руку, чтобы обхватить свой член. Он застонал, когда бедра Холода вскинулись под ним, понимая, что мужчина кончил. Несколько движений руки отправили его в блаженство сразу после него. Холод удерживал их тела вместе, пока они оба содрогались в оргазме, позволяя себе всего один слабый стон удовольствия. Барри улыбнулся прекрасному звуку, довольный собой, и охренеть какой измученный. Его бедра горели, так же как и его задница в опустившихся на нее руках Холода. Он хотел обниматься, прикасаться, но знал, что его рука, все еще запутанная в ткани свитера, и так слишком для мужчины. Холод откинулся назад на спинку кресла, резко выдыхая и снимая парня с себя. Он не обратил внимания на приведенный в беспорядок свитер, просто махнул Барри рукой, выдыхая: — Иди... приведи себя в порядок. Барри повиновался. Поднявшись с колен Холода, он на ватных ногах отправился в ванную. Он потянул свое измученное тело, напевая, пока настраивал воду в душе. Он случайно взглянул на себя в зеркало, удивленный тем, каким он выглядел счастливым. Его лицо и грудь были покрыты пятнами, его задница была ярко-красной, и он мог разглядеть на ней пару отчетливых отпечатков ладони. Его волосы были взъерошенными, и он блестел от пота. Он определенно выглядел так, будто его только что хорошенько оттрахали. Но, Боже, он не мог перестать улыбаться. Он был так счастлив. Он слегка скривился, когда увидел гигантский укус, оставленный Холодом на его шее. Ебать. Он наблюдал в отражении, как его щеки слегка покраснели, когда он понял, что ему нравится видеть его там. Ему понравилась идея Холода оставлять на нем метки, синяки и укусы на каждом дюйме его тела. Он трепетал, когда запрыгивал под душ, что-то негромко себе напевая. Ночь еще только начиналась. Может быть, если ему повезет, то Холод трахнет его снова.