Cold Hard Cash

Барри тихонько напевал, пока принимал душ, а его тело приятно расслаблялось под теплыми струями воды. Холод наконец-то позволил Барри прикоснуться к нему. У него никогда не было секса, который был хотя бы наполовину настолько же хорош, как в те драгоценные минуты полного единения. Думая о красивых пальцах Холода, скользящих по его руке, Барри затрепетал, повторяя своей рукой весь путь до шеи, где Холод держал его. Отказав в поцелуе, Холод сильно его задел, но вот ощущение биения сердца мужчины под ладонью — этот опыт Барри не забудет никогда. И то, как Холод яростно двигался, вскидывая бедра и вколачиваясь в худое тело Барри своим массивным членом… Хмм. Барри все равно предпочел бы, чтобы его пальцы царапали голую спину Холода, а не путались в его свитере, но, тем не менее, это был определенный прогресс. Он не осмеливался спросить, что Холод имеет против прикосновений, но ему было интересно, будут ли они когда-нибудь целоваться. Было странно заниматься с кем-то сексом и даже ни разу его не поцеловать. Ведь должно быть наоборот. Поцелуи должны быть до секса. Поцелуи — самый первый пункт в списке! С другой стороны, — подумал Барри, нахмурившись, — эти правила применяются только к свиданиям. Они с Холодом не встречались. Это было деловое соглашение, хотя и приятное. Он был здесь, чтобы делать все, что хочет Холод. Если Холод не хотел его целовать, это было его решение, и Барри не имел никакого права расстраиваться из-за этого. Тем не менее, он был разочарован. Губы Холода выглядели восхитительно. Барри вернул свои мысли к более счастливым моментам. К прекрасному взгляду Холода, от которого перехватывало дыхание, к его руке, которая обжигала его кожу и заставляла дрожать до самых кончиков пальцев ног. Барри был уже наполовину твердым, что его слегка смутило. Он не знал ничего о Холоде, но определенно был готов ко второму раунду. Вымытый и посвежевший, Барри вышел из ванной комнаты с одной лишь улыбкой на лице. Халат он оставил на полу у кресла, поскольку кроме Холода здесь больше никого не было. О, он ошибался. На краю стола Холода сидела брюнетка, и она поглаживала мужчину по коротким волосам, пока они болтали. На ней был надет обтягивающий короткий топ, струящиеся брюки «гаучо», а на болтающихся в воздухе ногах были шпильки. Она выглядела великолепно. Холод успел переодеть свой свитер, и теперь улыбался, чисто и ярко, как Барри никогда раньше не видел. Волна зависти захлестнула Барри, и он понял, что его лицо начало гореть. Он был зол настолько, что совсем забыл о том, что обнажен, и просто недовольно смотрел на девушку. Кто она, и почему она касалась Холода? Стоп, вопрос получше. Мозг Барри заработал вновь, когда его ревность превратилась в гнев. Почему Холод позволяет это? Девушка обернулась, ее накрашенные губы скривились в знакомой ухмылке, когда она оценивающе осмотрела голое худое тело Барри. — Ох, Ленни, — промурлыкала она. — Он просто прелесть. Ленни?! У Барри наконец хватило ума, чтобы покраснеть и, спотыкаясь, забрать свой халат. — Найди себе своего, — Холод привычно растягивал слова с таким проникновенным взглядом. — Этот мой. Лицо Барри вспыхнуло еще ярче, и все же он не сумел сдержать легкую улыбку, пока накидывал на себя халат. «Его», сказал Холод. Он был его. Не его парень, не его партнер, а просто «его»… ну, уже хоть что-то. Девушка надулась, ее глаза внимательно следили за Барри, пока он одевался. Выпятив нижнюю губу, она спросила: — Ты уверен, что я не могу его одолжить? — Более чем, — улыбка Холода исчезла, теперь ее заменила его обычная ухмылка. — Как тебя зовут, милый? — спросила девушка, изящно соскользнув со стола и подойдя к нему. — Барри, Барри Аллен, — ответил он, немного нервничая. Внешне девушка была дружелюбна, но было что-то в том, как ее глаза следили за ним. Это было по-настоящему хищно, прямо как собственнический взгляд Холода. — А я Лиза Снарт, — мурлыкнула она, протянув ему руку ладонью вниз. Барри изо всех сил старался не хмуриться, услышав ее фамилию. Он не знал, что гангстер был женат, хотя она, казалось, совсем не беспокоилась из-за его присутствия. Ведь было вполне очевидно, чем именно они здесь с Холодом занимались. Да и он якобы был геем. Может, это был брак по расчету, по каким-нибудь политическим соображениям? Барри не знал всех тонкостей организованной преступности, но ему казалось, что в таких случаях люди женятся, чтобы сохранить мир и укрепить союзы между семьями. Так показывают по телевизору. Барри заставил себя вежливо улыбнуться и оставил на ее ладони целомудренный поцелуй. — Очень приятно познакомиться, миссис Снарт. — Миссис?.. О! Как мило! — Лиза радостно вскрикнула. — Оу, только посмотри на себя. Кто-то ревнует. Краска с лица Барри переместилась вниз по шее. Он не думал, что его неудовольствие было настолько очевидно. — Я мисс Снарт, Барри, — тихо хихикнула Лиза. — Не волнуйся, я его сестра. Кроме того, Ленни не прикасался к вагине с тех пор, как выскочил из вагины своей матери. Барри запнулся, пытаясь подобрать подходящий ответ, но не вышло. Видимо, он смотрел слишком много фильмов. Он был таким идиотом. И старался не выглядеть так, как себя чувствовал. — Спасибо, что рассказала, — протянул Холод, укладывая гроссбухи в аккуратные стопки. Лиза сладко улыбнулась Барри, хитро подмигивая. У сестры Снарта были такие же ледяные голубые глаза, хотя взгляд Лизы не был таким резким, как у ее брата. Все еще жадный, да, но добрый. Само ее присутствие было теплым, легким и расслабленным, резко контрастирующим с ее непреклонным братом. Но эта ухмылка... Ухмылка была абсолютно такой же, как у Холода, и Барри чувствовал себя глупо из-за того, что не заметил их сходства раньше. Когда Лиза повернулась к столу, Барри уставился на ее обнаженную спину. На ее коже были шрамы. Десятки, длинные и толстые, пересекающие всю ее спину, как корсет, сотканный из ужасной боли. Барри клацнул зубами, захлопнув рот, когда понял, что засмотрелся. Раньше он никогда не видел людей с такими ужасными шрамами, и он даже не хотел гадать об их происхождении. Как бы то ни было, это не могло быть ничем хорошим. — О, я просто пытаюсь помочь моему старшему брату, — Лиза, подпрыгнув, села на край стола, ухмыляясь Холоду. Ее глаза внезапно расширились, и она заговорила с придыханием: — Ты должен привести Барри! О, Боже. Привести Барри куда? — Нет, — тихо сказал Холод, положив кейс на стол и укладывая гроссбухи. Лиза пропустила его ответ мимо ушей, продолжив: — Это было бы идеально! — Она улыбнулась Барри, невинно спросив: — У тебя есть хороший костюм, Барри? Барри заерзал, ему стало немного стыдно. Он было открыл рот, чтобы пропищать ответ, но Холод уже ответил за него: — Нет, у него нет костюма. — Я могла бы пройтись с ним по магазинам! — воскликнула девушка, захлопав в ладоши. — Ммм, ты свободен завтра, Барри? — Свободен, — снова вмешался Холод. — В этом преимущество быть безработным. И нет, ты не возьмешь его за покупками, потому что он не пойдет на вечеринку. — Ох, помолчи, ну конечно, он пойдет, — настаивала Лиза, не обращая внимания на своего брата. — Только представь, как он будет выглядеть с тобой под руку, когда я с ним закончу. Барри плюхнулся на кровать, наблюдая за их нетерпеливым спором. Провести ночь в гостиничном номере — это одно, но идти на вечеринку, опасаясь попасть в новую паутину потенциальных проблем… Барри знал, что у Джо есть люди, следящие за Холодом. И если он будет замечен на публике рядом с гангстером, то есть большая вероятность, что у Джо вновь появятся идеи о возобновлении их отношений. Он может попытаться прийти снова, чтобы получить информацию о Холоде. Мори настаивал, что Джо не станет вмешиваться, если это каким-то образом может подвергнуть приемного сына опасности, но все же Барри внезапно испугался. Даже если Джо ничего не расскажет, Холод все равно может решить, что Барри крыса, если узнает, что его приемный отец — коп. Коп, который в настоящий момент проверяет возможную причастность гангстера к убийству. О, это было хреново. — Я заберу тебя завтра днем, — сказала Лиза, упорно игнорируя хмурый взгляд на лице своего брата, когда обращалась к Барри. — Я подумаю об этом, — сказал Холод после долгой паузы. Лиза ухмыльнулась, как будто он только что согласился, радостно поцеловала его в щеку и соскользнула со стола. Она подхватила кейс, слегка помахав Барри пальчиками. — Увидимся завтра, милашка, — промурлыкала она. — Развлекайтесь, парни! Холод выглядел раздраженным, слегка поморщившись, когда его сестра ушла. Он подождал, пока дверь захлопнется, откинувшись на спинку стула с тяжелым вздохом, потом стал массировать виски своими длинными пальцами, медленно прикрыв глаза. Барри нервничал, и его нога подергивалась на полу, когда он смотрел на Холода. Он не был уверен, что делать, поскольку ему не дали никаких приказов. Он просто терпеливо ждал, набираясь мужества. Барри должен был что-то сказать. Он должен был рассказать Холоду все, прежде чем это сделает кто-то другой, пока все это не обрушилось ему на голову. — Холод, сэр, — тихо начал Барри. — Есть нечто… Я думаю, мне нужно вам это рассказать. — О чем ты? — Холод приподнял бровь, не выглядя особо заинтересованным. — Ну, это насчет моей семьи, — с тревогой ответил Барри. — Что-то... личное? — переспросил Холод, медленно открывая глаза. Он задумчиво изучил Барри, и, поднявшись из-за стола, подошел к кровати. — Да, — сказал Барри, сглотнув. Холод что-то тихонько мурлыкал себе под нос, сдвигая Барри на другую сторону кровати, чтобы сесть. Он прижался спиной к центру изголовья, вытянув длинные ноги. Барри облизнул губы, у него душа в пятки ушла. Он должен был сделать это, он должен был сказать Холоду правду. — Сэр? Холод тихонько фыркнул и похлопал себя по бедрам. Барри покорно подполз. Он опустился на бедра Холода, полагая, что оседлает его снова, однако мужчина остановил его одним твердым движением руки. Толкнув Барри, он направил его в другую сторону. Барри тихонько скулил, поворачиваясь, пока его задница не оказалась на животе Холода, а колени не обхватили его бедра. Он хотел откинуться назад и прижаться к груди Холода, умирая от желания прикоснуться к нему, однако мужчина подталкивал его вперед. Барри опустился на локти, хныкая, когда руки Холода скользнули по его ногам под халатом. Он закрыл глаза, его тело жаждало покориться, но он не мог остановить этот назойливый голос, кричащий в его голове. Ему казалось, что он вот-вот взорвется, если не выскажет все вслух, и он снова попытался: — Сэр, мне действительно нужно сказать вам, кто… — Мне все равно, — категорично сказал Холод. Его проворные пальцы двигались по бедрам Барри, к его заднице, убирая раздражающий халат с пути. — Но, сэр, я думаю, что вам нужно... ох, блять, — прохрипел Барри. Пальцы на его ногах сжались, когда пальцы Холода легко закружили вокруг его дырочки. Он услышал щелчок открытия флакона со смазкой, и его член дернулся в ожидании. — Я думаю, что тебе нужно быть тихим, — отозвался Холод, больше заинтересованный в ощупывании ягодиц Барри и исследовании нежной дырочки смазанными пальцами. — Ни слова, ни звука, пока я не попрошу. Ясно? — Да, сэр, — ответил Барри, глубоко вздохнув. Стремление подчиниться было сильнее, чем необходимость рассказать Холоду правду о своей семье. Его страхи улетучились, стоило ему услышать этот прекрасный голос. — О, серьезно? Ну, давай посмотрим, — подразнил Холод, его голос был низким и чертовски опасным. Он тихо рассмеялся, а его пальцы внезапно проникли в анус Барри. Барри прикусил язык, стараясь не кричать, лихорадочно вдыхая и выдыхая носом воздух. Пальцы Холода методично и ебать как медленно погружались внутрь и сгибались там, буквально заставляя Барри закричать. Барри прикусил кулак, тяжело дыша и делая все возможное, чтобы оставаться совершенно безмолвным. — Как ты относишься к небольшой поправке в нашей сделке? — спросил Холод совершенно спокойно. Как если бы он болтал за игрой в карты, а не находился пальцами по самые костяшки в заднице Барри. — Ч-что за поправка? — прошипел Барри сквозь зубы. — Я хочу добавить вариант расширения твоих услуг за пределами моей кровати, — ответил Холод. — Тебе это интересно? — Вы имеете в виду вечеринку, о которой говорила Лиза? О, бляяя! — Барри вскрикнул, когда пальцы Холода согнулись внутри, и его ноги задрожали. Он чувствовал сильное давление на простату, и Боже, он не мог позволить даже малейшему стону пробиться наружу. — Да, — спокойно ответил Холод, прижимаясь сильнее, и Барри затаил дыхание, чтобы не закричать. — Обычная ставка, десять тысяч долларов за вечер. Кроме того, я соглашусь с требованиями моей сестры и оплачу расходы на твой гардероб. Барри вздохнул с облегчением и кивнул головой, когда Холод вынул пальцы. — Я согласен. Что… Что мне нужно делать? — В точности то, чего я хочу, — сухо ответил Холод, положив руки на ягодицы Барри, мягко их сжимая. — Будь тихим, стой рядом и смотри. Барри почувствовал тепло рядом со своей чувствительной дырочкой. Его глаза широко распахнулись, и он отчаянно пытался подавить любой писк. Руки Холода потянули его назад, а его рот был у его задницы, буквально на расстоянии дыхания от его дырочки. — Итак, — тихо сказал Холод, его губы слегка прижались к плоти Барри, — мы договорились? — О, дааа! Боже! — Барри застонал, его голова опустилась на матрас, когда язык Холода внезапно прижался к нему. Язык Холода был внутри него, двигаясь так же проворно, как и пальцы, глубоко и с большим мастерством, а губы мягко посасывали кожу вокруг ануса. Барри вцепился в простыни, толкаясь ко рту Холода, жалобно поскуливая. Он знал, что должен был быть тихим, но как он мог, когда язык Холода трахал его так? Ему и раньше делали римминг, но никто и никогда не делал этого таким образом. Язык Холода продолжал проникать невероятно глубоко, и он тихо зарычал, когда его зубы слегка прижались к нежной коже Барри. Это был укус, который наконец заставил Барри закричать. Короткая жалящая боль, так прекрасно смешавшаяся с удовольствием. Он дрожал все время, пока Холод отстранялся, а его бархатный голос словно насмехался: — А ты так хорошо справлялся... — Пожалуйста, сэр, — умолял Барри, двигаясь бедрами назад к великолепному рту Холода, негромко хныкая. — Пожалуйста, не останавливайтесь. — Ой, но я ведь говорил тебе быть тихим, — проворчал Холод. Барри слышал, как он облизал губы и открыл ящик прикроватной тумбочки. — Думаешь, ты заслужил удовольствие, когда был таким плохим? — Нет, сэр, — задрожал Барри. Разочарование, захлестнувшее его, было невыносимым. Он хотел язык Холода больше чем что-либо, хотя и знал, что не заслуживает его, потому что не подчинился приказу. — Я буду хорошим, пожалуйста. — Сядь, — терпеливо сказал Холод, а его крепкие руки помогли Барри откинуться назад и снять халат. — Открой ротик. Барри повиновался и моргнул от внезапного привкуса латекса, когда резиновый шар оказался между его зубами. Это казалось неприличным и странным — ощущать толстые ремни, слегка царапающие его щеки, когда Холод затянул застежку. Кляп. Холод заткнул ему рот. Язык Барри скользнул по шару, пробуя новый вкус. Это было немного странно, но латекс ощущался довольно неплохо. Это было успокаивающе, поэтому он не чувствовал никакого волнения, несмотря на то, насколько был возбужден. — Так гораздо лучше, — довольно вздохнул Холод. Барри захныкал в качестве проверки, звук вышел приглушенный. — Прекрасно, — похвалил Холод. Он приподнялся и схватил Барри за волосы. Притянув его к своей груди, зашептал на ухо, едва касаясь его своими губами: — Большие пальцы вверх «да», большие пальцы вниз «нет», или если захочешь, чтобы я остановился. Понятно? Барри поднял пальцы вверх без колебаний. — Хорошо, — промурлыкал Холод, быстро подготавливая себя рукой. — Потому что мне не терпится услышать, как ты будешь кричать. Барри был предельно податлив, задыхаясь, когда толстый член Холода начал проникать в его дырочку. Он громко застонал, и кляп подавил звук, но не полностью. Пальцы Холода впились в его бедра, он захрипел, сразу устанавливая жесткий темп. Он был груб, заставляя Барри прыгать вверх и вниз на его члене. Барри подставлялся, отдавая все, что член Холода требовал от его тела. Его крики удовольствия были несколько приглушены кляпом, но Барри начал подозревать, что Холод наслаждается этими звуками. Чем громче он пытался кричать, тем сильнее Холод его трахал. Барри начал обильно пускать слюни, стыдливо поскуливая из-за беспорядка, который устроил. Он пробовал проглотить как можно больше, но вскоре слюна закапала ему на подбородок и на грудь. Он пытался откинуть голову назад, надеясь использовать гравитацию в свою пользу, неловко сглатывая между стонами. Одна рука Холода внезапно обернулась вокруг шеи Барри, буквально на несколько толчков, а затем его пальцы заскользили вниз по груди, натыкаясь на потеки слюны. Холод ахнул и проследил ее до кляпа во рту Барри, издав красивый стон. Барри закрыл глаза, потерявшись в блаженстве от этого великолепного звука, и откинул голову на плечо Холода. Прежде чем он смог даже подумать о том, какую ужасную ошибку совершил, рука Холода снова вернулась к его горлу. Барри ахнул и застыл. Вот дерьмо. Он напрягся, ожидая скорого наказания. Но Холод не пытался его оттолкнуть или отчитать. На самом деле он крепко держал Барри на месте, а его рука мягко сжимала шею, когда он прорычал ему на ухо: — Все в порядке? Барри быстро поднял палец, закричав, когда вдруг Холод стал еще более свирепым. Он быстро подкидывал бедра, казалось, разрывая Барри на части. Тяжелое дыхание Холода заставляло Барри дрожать всем телом, его бедра горели, когда он изо всех сил пытался не отставать. Он был уверен, что это было настолько близко к небесам, насколько только возможно. Каждая частичка его тела и души была отдана на съедение Холоду. Холод брал все, каждый приглушенный крик, каждую каплю слюны, позволяя их телам прижиматься ближе, чем когда-либо прежде. Даже через свитер Барри чувствовал на своей спине жар тела Холода. Пальцы Холода скользнули от шеи Барри к его губам, дразня их и двигаясь по слюне, которая собиралась на его подбородке. Дыхание и рычание Холода достигли лихорадочного темпа. Барри помнил — это означало, что мужчина уже на грани. Он отчаянно захныкал, пытаясь склонить голову к Холоду, его глаза умоляли освободить его. Он так сильно хотел кончить, но не мог без разрешения. — Давай, — тихонько прорычал Холод, его рука сжала горло Барри. — Используй всю эту слюну. Наполни ей свою ладонь, а затем прикоснись к себе. Барри застонал, покорно кивая. Рукой он быстро собрал слюну, растекшуюся по груди, и, обхватив свой член, судорожно стал себе дрочить. Он был липким и грязным, и бесстыдно застонал, когда напряжение стало невыносимым. Барри отдал Холоду все, что у него было, опуская свое тело вниз, чтобы привести их обоих к разрядке. Бедра Барри напряглись и замедлились, а рука Холода сжалась на его горле, когда они оба достигли вершины блаженства. Оргазм взорвался перед глазами Барри как шквал фейерверков, когда он кончил, рыдая и задыхаясь от собственных слез. Его тело наконец выдохлось, истощилось и рухнуло на Холода. У него закружилась голова, и он тихо застонал, когда Холод сделал еще несколько толчков, чтобы кончить. Холод низко прорычал, и это был звук полного удовлетворения. Его губы прижались к уху Барри, а рука медленно отодвинулась от его шеи. Он осторожно снял кляп и нежно погладил те места, где были ремни. — Отличная работа, мистер Аллен... Барри хватал ртом воздух, при этом ярко улыбаясь, гордый от сладкой похвалы. Он был вялым, как тряпичная кукла, позволяя Холоду осторожно уложить его на простыни. Он был полностью измотан, и его сердце было переполнено. Холод отошел от кровати, быстро избавляясь от презерватива и поправляя свои брюки. Он убрал обертку и смазку, положив кляп обратно в ящик. Молча он направился к ванной, плотно прикрыв за собой дверь. Барри потянулся во весь рост, громко постанывая от полного удовлетворения. Он был повсюду липкий, его тело пульсировало от грубого использования, однако он чувствовал себя фантастически. Он не хотел куда-то двигаться с этой кровати. И оставался лежать на спине, пока Холод не вернулся, присаживаясь на край кровати с губкой в руке. Барри думал, что ему придется взять ее и обтереться, но к его удивлению Холод начал обтирать его сам. Губка была влажной, но теплой, и Барри практически стонал от такой заботы. Холод аккуратно и тщательно прошелся по каждому дюйму его тела, убедившись, что вытер все следы. Когда Холод наконец стал выглядеть удовлетворенным, убедившись, что Барри чист, он мельком коснулся его волос и пробормотал: — Осмелюсь сказать, что ты заработал себе небольшой бонус сегодня вечером, мистер Аллен. — Спасибо, сэр, — осторожно вздохнул Барри. Он никогда раньше так не гордился собой, довольный, что проделал такую большую работу. Холод коротко ему улыбнулся, нехарактерно для него счастливо, однако достаточно, чтобы заставить Барри затрепетать. Продолжалось это ровно до того момента, пока Холод вновь не поднялся и не вернулся в ванную. Дверь закрылась, и Барри услышал, как щелкнул замок. Барри натянул простыни на себя, пошевелив челюстью, чтобы ослабить напряжение. Было больно от того, что его рот был долго открыт, однако он не мог перестать улыбаться. Секс был абсолютно невероятным: римминг, кляп и особенно то, что Холод позволил ему быть так близко. Проявления нежности Холода наверняка впоследствии заставят душу Барри страдать. Он хотел угодить Холоду даже больше обычного, отчаянно желая сделать все, что от него просят, чтобы вновь получить такое внимание. Он услышал, как полилась вода в душе, безумно желая быть там вместе с Холодом, чтобы помочь ему вымыть его тело. Боже, это сводило его с ума, он до сих пор понятия не имел, как мужчина выглядит обнаженным. Его фантазии разбегались, размышляя о безупречной точеной груди, о кубиках на животе, с которых стекали капли воды. Он был чертовски уставшим, чтобы продолжать бодрствовать и надеяться подглядеть, может ли реальность соперничать с его фантазией. Он повертелся в постели, устраиваясь поудобнее, и его глаза тут же начали слипаться. Несмотря на то, что его мозг был словно пудинг после столь активного вечера, он помнил, что ему нужно поговорить с Холодом о Джо, пока не стало слишком поздно. Завтра. Он поговорит с ним об этом завтра перед вечеринкой. Барри ощутил глубокую тоску в душе, понимая, что не хочет потерять договоренность с Холодом. Речь шла о деньгах, — сказал он себе, — он должен был убедиться, что погасит свой долг и что Мик его не сожжет. Он хотел иметь возможность покупать продукты, собрать свою ебаную жизнь воедино, и, наконец, вытащить своего отца из тюрьмы. Его последние мысли были о ледяных голубых глазах и коварной ухмылке. Как бы он ни старался, в глубине души он знал, что дело не в деньгах. Больше нет. Барри отключился, не просыпаясь, пока не появился знакомый безумный стук в дверь в пятнадцать минут десятого. Он сонно что-то пробормотал, вертясь вокруг в поисках халата. Холода уже давно не было, и Барри не мог сказать, спал ли он рядом с ним прошлой ночью. Сам он спал так крепко, что его и из пушки было не разбудить. Он подошел к двери и посмотрел в глазок, увидев отчаявшееся лицо Лолы. Опять опоздала. Барри ухмыльнулся, впустив ее с гигантской тележкой еды, сразу успокаивая: — Эй, все в порядке, не беспокойся об этом... — Пожалуйста, скажите мистеру Винтерсу, что мне жаль! — рыдала она, пытаясь установить поднос и поставить куполообразное блюдо сверху. — Кухня, просто так много… — Правда, это не важно! Все хорошо! — уверял ее Барри, ярко улыбаясь. — Уверяю, что все в порядке. Насколько мне известно. Эй, ты была здесь в девять часов. — Спасибо, Барри, — вздохнула Лола, с явным облегчением. — Это... если бы это был меньший заказ, не было бы так сложно... чтобы успеть сюда вовремя. Барри кивнул, с любопытством наклонив голову. — Мистер Уинтерс всегда заказывает столько еды? — Нет, сэр, — ответила Лола, покачав головой. — Вчера он впервые заказал обслуживание в номер, кроме напитков. — Я поговорю с ним, — пообещал Барри, тепло улыбаясь. Лола похлопала Барри по руке, слегка сжав ее. — Спасибо вам большое, — сказала она, — я ценю это. О! И прочитайте записку, не забудьте сначала прочитать записку. — Непременно! Спасибо тебе, Лола! — Барри помахал на прощание, ожидая, когда она уйдет, чтобы открыть крышку. Как и вчера, его ждала еще одна карточка. Барри ухмыльнулся, радостно плюхнувшись в кровать, чтобы прочитать ее. $ 237,007.19 Лиза прибудет в твою квартиру в четыре часа. Будь готов. Л.С. Желудок Барри сводило от смеси волнения и страха, пока он ел свой завтрак. Где-то между покупками с младшей сестрой Босса Холода и посещением с ним вечеринки ему нужно было найти время, чтобы поговорить о Джо Уэсте. Барри не знал, как Холод отреагирует на новость, однако если был хоть какой-то шанс сохранить сделку, он должен был все рассказать. Сегодня будет, мягко говоря, очень интересно. Барри посчитал дни недели в своей голове и ухмыльнулся, когда понял, какой именно день сегодня. Сегодня была пятница, и у него было достаточно денег, чтобы взять такси до тюрьмы Айрон Хайтс. Часы посещения там были с десяти до двух, и Барри уже знал, что он собирается сделать в первую очередь. Он собирается навестить своего отца.