Cold Hard Cash

Никто не был более шокированным, чем Барри, тупо уставившийся на Холода. Он знал. Гангстер знал, что Джо был приемным отцом Барри. Стоп. Почему? Как? Барри прокручивал в голове множество вопросов, пытаясь сохранять присутствие духа, однако он был в абсолютном ужасе. Это та часть, где Холод отправляет его на корм рыбам? Заставляет примерить цементные башмаки? Это была какая-то ужасная ловушка? — Ты притащил сюда этого гребаного ребенка свиньи? Но зачем? — зарычал Мардон. — Мои намерения относительно мистера Аллена — не ваше дело, — холодно сказал Холод. — Однако могу заверить, что он не представляет угрозы ни для кого из вас. — Как насчет Клайда? — спросил Мардон. — Ты получишь свой долг крови иным способом, — прорычал Холод, скалясь. — Ты не получишь его сегодня и уж тем более не от мистера Аллена. Барри вцепился в запястье Холода, уставившись на Мардона, чтобы узнать, что тот будет делать. Мардон отступил, недовольный, но достаточно преданный, чтобы уступить. — Хорошо, босс, — с горечью произнес он. — Как скажешь. Нимбус опустил пистолет, подошел к Мардону и положил руку ему на плечо. Они обменялись коротким взглядом, нежным и значимым, однако это было слишком быстро, чтобы Барри успел понять, что это значит. Однако Тоуна это не остановило. — О, но я думаю иначе. У меня свои личные счеты с детективом Уэстом, — его взгляд нацелился на Барри, и он насмешливо добавил, — и я с удовольствием расскажу об этом мистеру Аллену. — Да? И позволить тебе вновь коснуться его своими погаными лапами? — Лиза огрызнулась, поднимая с пола свою обувь. — Я не знаю, что за хуйня здесь происходит, но если ты думаешь, что сможешь вновь навредить Барри, я вобью в твою гребаную башку шесть дюймов стали… — Лиза, — резко и сурово произнес Холод. Лиза пристально на него посмотрела, однако туфлю опустила. Остальные Негодяи наблюдали молча, и атмосфера была напряженной. Имело место серьезное нарушение их порядков, и теперь это нужно было исправить. Они все, казалось, знали, что будет. — Мистер Тоун, — сказал Холод, его голос был устрашающе спокоен. — Я думаю, вы забываете нечто очень важное. У нас, Негодяев, есть правила, — он мягко подтолкнул Барри в руки Лизы, и его взгляд метнулся к Мику в невысказанной команде. Мик без вопросов схватил Тоуна и грубо оттащил его к стойке. Холод встал прямо за ним, мгновенно хватая его руку и кладя ее поверх столешницы. Тоун боролся, тщетно пытаясь вырваться от железной хватки Мика. — Ох, ты облажался, — угрожающе хихикнул Аксель. Барри мог только смотреть в ужасе, цепляясь за Лизу. Боже. Что Холод собрался делать? — Правило номер один: я, блять, здесь босс, — прошипел Холод, его зубы сжались в страшной ярости, и он схватил нож, которым Лиза недавно резала лимоны. — Нет! Нет, пожалуйста! — Тоун умолял, отчаянно извиваясь. — Прости, я не хотел проявить неуважение. Барри не мог перестать смотреть на нож, его сердце билось где-то на уровне горла. Это было неправильно. Но он не мог отвести взгляд от лезвия, и начал потеть. Лицо Мика выглядело радостным, когда он помогал Холоду привести руку Тоуна в нужное положение, с расставленными пальцами. — Я босс, и ты знаешь, что это значит? Это значит, что ты не трогаешь то, что принадлежит мне! — злобно выплюнул Холод, поднимая нож, который сверкнул в свете лампы, прежде чем опуститься вниз страшным ударом. Тоун закричал, и Барри почувствовал себя странно. Его тело стало легким, легким, как перышко, и он поплыл. Он больше не был в особняке, он вернулся домой. В старый дом своей семьи. Он видел, как нож ударял в грудь его матери, снова и снова, он видел кровь. Комната начала вращаться, и Человек в Желтом был там, с ножом в руке, и он смеялся, когда его мама молила о пощаде. Он не мог перестать смотреть, а лицо Человека в Желтом казалось абсолютно пустым. У него не было лица, почему у него не было лица?! Пустота начала таять, когда он нервно засмеялся, и все вдруг стало черным. — Барри? Барри! — Это был голос Лизы, зовущий его. Она осторожно гладила его по лицу. Барри пошевелился, тихо застонав. Резкий удар по его щеке заставил его вскрикнуть. И потом Лиза проворковала: — О, ну вот. Видишь? Он в порядке! Глаза Барри открылись, и он понял, что лежит на полу. Он увидел, что Лиза нависает над ним, а затем заметил, что рядом с ней сидит Холод. Его рука была на груди Барри, и он ощущал ее обжигающее тепло. Лоб Холода был нахмурен, и Барри мог поклясться, что мужчина выглядел обеспокоенным. Это заставило его сердце пропустить удар, а сам он ждал, когда комната перестанет вращаться. — Ты в порядке? — спросила Лиза, слегка нахмурившись. Барри огляделся и неуклюже спросил: — Он… Что случилось? Где все остальные? — Тоун ушел, зализывать свою рану. Все остальные развлекаются возле бассейна. Ты упал в обморок, милый, — ворковала Лиза, нежно поглаживая его по волосам. — Не переносишь вида крови, да? — Думаю, нет. Не совсем, — застонал Барри, пытаясь сесть. Он уставился на Холода, замечая на его рукаве слабые брызги крови. Холод повернул руку, когда заметил, куда таращится Барри, и поднялся на ноги, одергивая пиджак. Он достал свой платок, стараясь оттереть кровь. Все остальные ушли, кроме Мика, который что-то негромко себе напевал, пока замывал кровь в баре. Живот Барри скрутило от этого вида, он с трудом выдавил из себя: — Что… что вы сделали? — О, это был просто палец, — успокоила Лиза Барри, похлопывая его по плечу. — Мизинец! Барри задохнулся в ужасе: — Палец? Чертов палец? Холод усмехнулся реакции Барри. Присоединившись к Мику в баре, он открыл кран, чтобы почиститься. Он нахмурился, глядя на кровь на рукаве, и сказал: — Нужно было отрезать всю руку… — Еще есть время, — с усмешкой предложил Мик. — Боже мой, — охнул Барри. Чувство отвращения поднялось в нем, чтобы сплясать вместе с желчью в его глотке. Лиза сочувственно нахмурилась, успокаивая: — Милый. Тоун дерзкий и не самый преданный Негодяй. Давно к тому шло. Видишь ли, он был последний, кто присоединился, и то, он сделал это только тогда, когда стало ясно, что Ленни победит. Плюс, он… — Лиза, — Холод зарычал в предупреждении, — я думаю, что этого достаточно. — Да? — Лиза зашипела, подпрыгивая и оборачиваясь лицом к брату. — Эй! А как насчет того, чтобы рассказать мне маленькую историю? Почему ты, черт возьми, не сказал мне, что задумал?! — Я знал, — сказал Мик, пожимая плечами и жуя лимон. — Не помогает! — сердито вскрикнула Лиза. — Это был бизнес, — прохладно произнес Холод, — тебе не о чем беспокоиться. — И именно поэтому ты позволил протащить его по магазинам? Позволил мне подумать, насколько с ним было круто тусоваться? Потому что это просто бизнес? — совершенно бесстрашно огрызнулась Лиза прямо в лицо брата. — Что ты на самом деле хочешь от Барри? — Мы заключили соглашение, — спокойно ответил Холод, нисколько не тронутый яростью своей сестры. Лиза разочаровано усмехнулась, пытаясь отыскать хоть какую-то подсказку в его лице. — Мы с мистером Алленом как раз собираемся поговорить об этом, — сказал Холод, игнорируя громкий смешок Мика и приближаясь к Барри. Он протянул руку, поднимая его на неустойчивые ноги. Барри покачивался, но его кожа трепетала от прикосновения. Его желудок вновь нервно скрутило, и он прикусил нижнюю губу. Он понятия не имел, чего ожидать от Холода. Холод посмотрел через плечо на свою сестру, ухмыльнулся и добавил: — Наслаждайся оставшейся частью вечера. — Ленни, — строго сказала Лиза, — мы еще не закончили с этим. — Спокойной ночи, Мик! — выкрикнул Холод, не обращая на нее внимания и приобнимая Барри за талию, когда они уходили. — Спокойной ночи! Спокойной ночи, Тростинка! — весело ответил Мик, засмеявшись, когда Лиза впала в ярость и выдала такое ругательство, которое заставило бы и моряка покраснеть. Одна из ее туфель пролетела мимо, с грохотом приземляясь на пол, и девушка закричала вслед: — Это еще не конец! — Спокойной ночи, милая сестра! — отозвался Холод, оставив ее в ярости и ведя Барри к большой лестнице. Он выглядел очень довольным собой, тихо посмеиваясь. Барри все еще чувствовал головокружение, но удивительным образом протрезвел, пока Холод его вел наверх. Он пытался вытеснить образы крови из своего разума, сосредоточившись на звуке своего затрудненного дыхания, чтобы заглушить крики Тоуна. Он смотрел вперед, изо всех сил стараясь рассмотреть, куда его вел Холод. Поднявшись наверх, они попали в огромный холл с небольшой зоной отдыха. Он был заполнен десятками пакетов, в которых Барри опознал свою добычу после шоппинга с Лизой. Холод сделал глубокий вдох, явно раздраженный количеством покупок, но не стал никак это комментировать. Позади холла находился еще один кабинет, но уже указывающий на личные предпочтения человека, обитающего здесь. Мебель была более потертой и удобной, повсюду лежали старые изношенные вещи, которые большинство людей отправило бы на свалку. Был большой проигрыватель с впечатляющей коллекцией винила. Какие-то плакаты и фотографии висели на стенах, но было слишком темно, чтобы Барри смог их рассмотреть. Они прошли еще дальше вглубь дома, и Барри оказался посреди святая святых, в спальне Босса Холода. Кровать была огромным зверем с четырьмя стойками, которые достигали потолка, и с аккуратно заправленными подушками и одеялами. Мебель здесь была первоклассной и богато украшенной, возможно, антикварной, хотя все цвета по-прежнему были темными оттенками синего и коричневого. Барри стоял, переминаясь с ноги на ногу и озираясь с беспокойством, когда Холод включил маленькую лампу у кровати. — Как давно ты знаешь? — спросил Барри, даже не задумываясь, что его слова были словно бокал красного вина на белом ковре. Он не мог вернуть их обратно, он должен был знать ответ, ему нужно было понять всю глубину жопы, в которую он попал. — Как долго? Холод задумчиво поджал губы, но не ответил. Вместо этого кивнул Барри, чтобы тот присаживался на небольшую кушетку у изножья кровати. — До или после секса? — выплюнул Барри, плюхаясь на кушетку. — До, — ответил Холод после долгой паузы. — Почему ты ничего не сказал? — Почему ты не сделал этого? — словно возмущенный ребенок, ответил Холод. — Эй, я пытался! Я пытался тебе сказать, но ты мне не позволил! — Барри протестующе скрестил руки на груди. — Помнишь? Холод фыркнул и подошел к большому винному шкафу, открывая его. Внутри был мини-бар и машина для приготовления льда. Он завернул несколько кубиков в небольшое полотенце и отнес его к Барри, прижимая к его опухшей губе. Барри морщился, но удерживал лед на месте. Он не знал, чего ожидать сейчас. Он не знал, стоит ли ему бежать или умолять на коленях. Холод, похоже, не сердился на него, да и бессмысленно было тащить его в спальню, если он собирался убить его. Холод безмолвно вернулся в бар, наливая себе нечто темное из дорогой бутылки. Барри сглотнул, поправляя лед на губе, когда начало жечь от холода. Он ждал, когда гангстер заговорит, но разговор все никак не начинался. Прошло несколько минут неуютной тишины, прежде чем Барри больше не смог терпеть, спрашивая: — Так… это было до второго раза? Или до первого? — Мистер Аллен? На мгновение притворись, что я не настолько глуп, как ты думаешь, — сухо ответил Холод. — Я уже знал о тебе все, прежде чем ступил в твою жалкую квартирку. Сердце Барри екнуло. — Но почему? Я знаю, что задолжал тебе кучу денег, но... — Барри был озадачен, его глаза подозрительно сузились. — Зачем пытаться сбить меня с толку, если ты уже знал, что Джо — коп? Холод усмехнулся над ободком бокала, покачав головой. — Действительно, зачем? Осознание ударило Барри прямо в живот, он начал задыхаться. — Дело было не во мне. Твоей целью было добраться до него. — Таков был план, — Холод пожал плечами, даже для приличия не делая вид, что ему жаль. — Что еще за чертов план? — потребовал Барри, слишком сердитый, чтобы беспокоиться о том, что слишком сильно давит на гангстера. — Я хотел заключить сделку, — откровенно ответил Холод. — Свалить на тебя огромный долг, припугнуть и заставить бежать плакаться Уэсту. А когда бы он постучал в мою дверь, я бы предложил стереть твой долг в обмен на его блядскую поддержку. Но кое-что произошло. — Что? — Барри слегка нахмурился. — Ты, — просто ответил Холод. Его взгляд вспыхнул, чтобы надолго задержаться на Барри. — Когда Мик угрожал тебе, ты не визжал, что твой папочка-полицейский придет спасти тебя. О, нет. Вместо этого ты предложил себя. Это было не то, что я ожидал, но кто бы мог отказаться от подобного предложения? Барри почувствовал тошноту, проглотив ее. — Что насчет Джо? — А почему ты думаешь, я назначил тебе встречу в таком оживленном и очень популярном отеле? — протянул Холод. — А затем ты прошел прямо к стойке регистрации, чтобы взять ключ? Я сделал все, чтобы Уэст узнал, что ты со мной. Если ты не пошел к нему, я должен был убедиться, что он сам придет ко мне. Лицо Барри горело, но он очень старался не расстраиваться. Он не мог поверить, что его поимели. — Вот почему ты не позволил мне рассказать о моей семье прошлой ночью, — понял он, и кусочки пазла начали вставать на свои места. — Ты хотел сохранить этот дурацкий цирк. — Именно, — сказал Холод, слегка склоняя голову. — Эм. Я не ожидал, что Мардон или Тоун узнают тебя сегодня вечером. Редкий просчет с моей стороны. Я знал, что есть шанс, что Мардон может, но Тоун… — Но почему? Зачем мешать мне рассказывать тебе о Джо? — Барри сорвался. — Правдоподобное отрицание, — легко пожав плечами, ответил Холод. — Если бы ты не рассказал мне, что Уэст твой отец, тогда ты не смог бы разорвать нашу сделку, если бы мне пришлось что-то сделать с ним позже. Убийство копа обычно вызывает большой резонанс, но я бы сделал то, что должен. Барри выронил лед и крепко обхватил себя руками, ошеломленный. Убийство Джо. Холод говорил о его убийстве. — Убить копа, — тихо повторил Барри, ошеломленный. — Ты бы убил Джо. — Я не вернусь в тюрьму, мистер Аллен, — ответил Холод. — А я что? — потребовал Барри. — Твой бесплатный билет из тюрьмы? — Ммм, — промурлыкал Холод, подходя ближе и останавливаясь прямо напротив Барри. Он произнес самодовольно: — Мне нужно только подождать, и детектив Уэст придет. — Ну, — вздрогнул Барри, — я не думаю, что твой план сработает. Джо уже приходил ко мне, пытаясь добраться до тебя, и я сказал ему, что мне не нужна его гребаная помощь. — Что? — Теперь настала очередь Холода удивляться. Нет, не удивляться. Барри недооценил его выражение. Он был взбешен. — Агась, — усмехнулся Барри, не замечая всей опасности, в которой находился. — Он выследил меня у Мори и расспрашивал о том, чем я с тобой занимаюсь. — И что ты ему сказал? — осторожно спросил Холод, не отводя глаз от парня. Все его тело стало жестким, все мышцы напрягались, когда он отставлял свой бокал. — Что я ему сказал? — Барри сердито посмотрел на него и проглотил всхлипывание, когда воспоминания о встрече захлестнули его разочарованием. Он произнес рассержено: — Я сказал ему, чтобы он шел на хуй! Возможно, тебе стоило изучить меня лучше, иначе ты бы знал, что я не разговаривал с Джо годами! О, но в то же ебучее время он считает, что может использовать меня, чтобы подобраться к тебе… — Барри, — предупредил Холод, ощетинившись от ярости. — Нет! Нахуй! — Барри выкрикнул в ответ, так сильно разозлившись, что даже не заметил, что Холод позвал его по имени. Слезы текли по его лицу, и он сердито вытирал их рукавом. — Он просто хотел использовать меня, как и ты! — возмущался Барри, горько рыдая. — Глупая маленькая пешка в твоей дерьмовой игре! Я просто вещь, которую вы оба хотите использовать, чтобы выебать друг друга! Тебе просто похуй. А он даже угрожал мне… — Он угрожал тебе, — повторил Холод, его голос был странно спокоен. Язык его тела изменился, он по-прежнему был зол, однако эта злость была направлена на что-то другое. — Да, угрожал рассказать, что я стукач, что я разговаривал с копами, если я не соглашусь предоставить ему информацию, — фыркнул Барри, покачав головой. — Он такой ублюдок... Лицо Холода ничего не выражало, пальцы касались края его бокала, пока он позволял Барри говорить. — Знаешь, последний раз, когда я ему звонил, я просил денег, потому что был голоден, — Барри плакал, судорожно вытирая лицо. — Я был в отчаянии, твою мать. Но он не собирался мне помогать, пока я не вернусь домой и не откажусь от собственного отца. — Барри застонал от разочарования, пытаясь перестать плакать и, наконец, вскрикнул: — Вы оба мудаки! Нахуй Джо и тебя тоже нахуй! Рыдания давили на грудь Барри. Он не мог дышать, и комната опять начала вращаться. Он внезапно увидел брызги крови, не зная, была ли это кровь его матери или Тоуна, и блеск лезвия ножа, танцующий в воздухе. Сердце Барри колотилось в его ушах так громко, что все остальные звуки заглушились этой ужасной пульсацией. Боже, только не снова. Это происходило снова. Он собирался потерять сознание. Холод бросился вперед, будто собирался ударить, однако его рука внезапно легла на затылок Барри. Он не хватал, не сжимал, его рука просто была там, теплая и успокаивающая. — Дыши, — приказал Холод. Этот голос, этот властный тон. Это было похоже на маяк в темноте. Барри крепко держался за него и пытался вытащить себя из паники, в которую сам себя же и загнал. Он дрожал, подняв руки, чтобы опереться на бедра Холода. Он ощутил, как мужчина напрягся под его пальцами, но не оттолкнул, лишь обхватил сильнее за шею, притянув ближе, пока не заставил его подняться на ноги. — Просто дыши, — снова велел Холод, его голос был суровым, но руки были нежными, когда они заскользили, чтобы удержать Барри за плечи. Барри хватал ртом воздух, слезы текли по его лицу, пока он старался вдыхать драгоценный кислород. Его сердце билось так быстро, что отдавалось болью в животе, и он отчаянно цеплялся за костюм Холода, чтобы удержаться на ногах. — Полегче, — промурлыкал Холод. Теперь его тон был мягче, нежнее, чем когда он уговаривал его отойти от края безумия. Барри сделал последний дрожащий вдох, и его тело начало медленно оседать. Его пальцы все еще держались за пиджак Холода, и он не хотел его отпускать. — Прости, — слабо сказал он. — Этого не случалось очень давно. — Это была кровь? — спросил Холод спокойно. — Нож, — ответил Барри, закрыв глаза. — Моя мать, она была убита... — он засмеялся вполсилы, вздыхая горестно. — Ну, я думаю, ты тоже об этом знаешь. — Твой отец в настоящий момент отбывает срок в Айрон Хайтс за преступление, — прямо сказал Холод. — Несправедливо осужден, — Барри тут же отреагировал, всегда защищая Генри. — Так говорит каждый сидящий в тюрьме, — недовольным тоном произнес Холод. Барри покачал головой, нахмурившись. — Мой отец действительно невиновен, я знаю, что он не убивал мою мать. Холод изогнул брови, его ледяные глаза внимательно следили за чертами лица Барри. — Ты действительно веришь, что он невиновен. Как ты можешь быть так уверен? — Потому что я был там, — прошептал Барри с содроганием. — Я видел всю эту хуйню. Я видел другого мужчину там, мужчину, который убил мою маму, мужчину, одетого в желтый плащ. — Ты был там, — повторил Холод. Но это прозвучало почти как вопрос. — Да, — печально подтвердил Барри. — Но мне никто не поверил. Ни копы, ни даже Джо. Вот почему мы больше не общаемся, потому что он никогда не верил тому, что я видел. Холод, казалось, думал о чем-то, замолчав на долгие мгновения. — Я верю тебе, Барри. — Веришь? — Барри засомневался. Никто и никогда не верил ему, кроме Мори. — Да, верю, — мягко ответил Холод. — Мне удалось протянуть так долго именно благодаря своему уму и инстинктам. Я могу определить, когда кто-то лжет мне. Ты не лжешь. — И я ценю это, правда, но… — Барри вновь опустил голову. — Но это никак не поможет вытащить моего отца из тюрьмы. Вот так я получил столько долгов, понимаешь? Я раз за разом пытался снова открыть его дело. — Впечатляет. — Что именно? Что я потратил столько денег, чтобы ничего не добиться? — Барри слегка скривился. Предыдущий комментарий Холода по этому поводу все еще неприятно жалил. — Твоя преданность, — поправил Холод. Он внимательно смотрел в лицо парня, подняв руки и опуская их у основания его шеи. — Любой человек будет счастлив, получив такую преданность. Барри не ожидал такого ответа. Он положил свои ладони поверх рук Холода и почувствовал, как мужчина вздрогнул от прикосновения, но не оттолкнул. Он трепетал, выдыхая: — Это то, чего ты хочешь от меня? — А что нужно тебе, мистер Аллен? — парировал Холод, большими пальцами нежно поглаживая его горло. — Ты, — немедленно ответил Барри, тая от его касаний. Нежно держа его запястья, он направлял пальцы Холода, чтобы они двигались вокруг горла, прямо под челюстью. Это было так же, как они держали друг друга в первый раз в его квартире. В этом было что-то очень интимное. Холод буквально держал жизнь Барри в своих руках, и если бы он вдруг решил стать жестоким, Барри был бы полностью покорен, отдавая себя без вопросов. — Я знаю, что ты просто меня используешь, — мягко сказал Барри, его голос дрогнул, но он продолжал. — Но… я не хочу, чтобы это прекратилось. — Почему? — засомневался Холод. — Потому что я тоже тебя использую, — искренне ответил он. Он никогда не чувствовал себя таким желанным и удовлетворенным, как в объятиях этого человека. Ничто так не успокаивало его, как этот прекрасный голос, и он не был готов потерять его. Еще нет. — Мне нравится... то, что мы делаем. Пальцы Холода слегка сжались, и он промурлыкал: — Ммм, сделки, подобные нашей, мистер Аллен, должны строиться на доверии. — Ты мне не доверяешь? — Барри нахмурился. — Нет, — без колебаний ответил Холод. — Я тебе доверяю, — слишком быстро пробормотал Барри. — Не стоит, — категорически заявил Холод. — Я не хороший человек. Я лжец, вор и убийца. — Я знаю. — И все же ты еще хочешь продолжить наше маленькое соглашение? — Холод выглядел задумчивым, его губы сжались, а тонкая морщина разрезала его лоб. — Да. Но после некоторых переговоров о пересмотре, — упрямо заявил Барри. — Серьезно? — усмехнулся Холод, его это явно забавляло. — И с чего ты решил, что я соглашусь с этим? — Ты хочешь этого так же, как и я, — ответил Барри, нервно облизывая губы. Он должен был быть прав. Это должно было что-то значить. — И мы оба знаем, что дело не в деньгах. — Почему ты так уверен? — издевался Холод. — Откуда ты знаешь, что я не избавлюсь от тебя в ту же секунду, как упадет последний пенни? — Я не знаю, — пожал плечами Барри, — но… мы все еще разговариваем, не так ли? Холод ухмыльнулся и медленно протянул: — Прекрасно, мистер Аллен, каковы твои требования? — Не убивай Джо, — сказал Барри, тут же сжавшись под резким взглядом, полным гнева и отвращения. — Мы не ладим и, вероятно, никогда не будем, но, пожалуйста, не причиняй ему вреда. — Ммм, не могу обещать тебе этого, — сказал Холод, хмурясь. — У меня заканчиваются варианты мирного разрешения конфликта с детективом Уэстом. Сомневаюсь, что ты теперь хороший рычаг давления. — П-почему? — Если я попытаюсь использовать тебя сейчас, ты можешь решить положить конец нашей маленькой договоренности, — ответил Холод, закатывая глаза. Он колебался, выражение его лица становилось нехарактерно мягким. — И... наша сделка важна для меня. — Правда? — Барри старался не выдавать надежду своим голосом. — Ты должен мне кучу денег, — напомнил ему Холод. — Ага, — Барри надулся. Он хотел, чтобы Холод признал, что между ними нечто большее, чем просто деньги. — Половина из которых полная херня, лишь бы мне насолить! Обвинения никак Холода не тронули, но и отрицать он ничего не стал. Лишь вздёрнул бровь и протянул: — И? Барри стиснул зубы, пытаясь отыскать иные пути подхода. Он сладко заулыбался, решая пойти путём комплиментов: — Да ладно. Ты же Босс Холод. Ты правишь всем Централ-Сити, ты самый сильный гангстер из когда-либо живущих. Этот разум и инстинкты... Ты достаточно умен, чтобы найти другой способ заставить Джо оставить тебя в покое. Не вовлекая меня и не причиняя никому вреда. Губы Холода скривились в тихом рычании, слишком уж явно Барри играл на его эго. Тем не менее, это сработало. — Хорошо. Я найду другой способ разобраться с детективом Уэстом... Что еще? — Работа, — быстро сказал Барри. — О? — Холод действительно рассмеялся. — Тебе не нравится работать на меня? — Ты сам сказал, что можешь бросить меня после того, как я с тобой расплачусь, — упрямо сказал Барри. — Мне нужна настоящая работа. Что-то, на что я смогу положиться. Мне нужно оплачивать счета, и я все еще хочу помочь отцу. Пальцы Холода начали двигаться, ловко развязывая галстук-бабочку вокруг шеи Барри. Он уронил ее на пол и стал медленно расстегивать его рубашку. — Возможно, я смогу что-то придумать... Это все? — Не лги мне снова, — отчаянно сказал Барри, стараясь не отвлекаться на проворные прикосновения Холода. — Ты прав. Чтобы соглашение работало, нужно доверие. Я знаю, кто ты. Но то, что ты сделал, используя меня, что хотел сделать с Джо, и с Лизой тоже? Ты солгал ей… — Осторожно, — предупредил Холод, веселье в его глазах пошатнулось в пользу ледяного блеска. — То, что я делаю для своей сестры, тебя не касается. — Хорошо, — не стал возражать Барри. — Но не лги мне снова, — он сглотнул, — пожалуйста. — Прекрасно, — сказал Холод, медленно распахивая рубашку Барри, одобрительно глядя на него. — Тебе следует знать, раз уж мы пересматриваем сделку, что у меня тоже есть несколько изменений. — Каких? — Ты можешь думать о Лизе как о твоей подруге, но она моя сестра, — резко сказал Холод. — Я сделаю все, чтобы она оставалась в безопасности. И как я это делаю, это не твое дело. Никогда не задавай вопросов, как я с ней обращаюсь. Все ясно? — Абсолютно. — Во-вторых, из-за того, что ты не смог сегодня сдержать язык за зубами, я собираюсь сократить твои ночные выплаты до пяти тысяч, — продолжил Холод, безжалостно улыбаясь. — Но теперь оплата долга займет в два раза больше времени! — запротестовал Барри, чуть постанывая, когда пальцы Холода ослабили ремень и залезли ему в штаны. — Ммм, возможно, тебе стоило задуматься об этом прежде, чем открывать рот без разрешения на вечеринке, — мрачно усмехнулся Холод. — Я по-прежнему позволю тебе получать бонусы по моему усмотрению. Поэтому, возможно, тебе лучше сосредоточиться на том, чтобы удовлетворить меня своим ротиком, а не на всем этом. Барри сжал зубы, прежде чем начать спорить, и слегка надулся. Холод на самом деле просто гарантировал, что у них было в два раза больше времени вместе. Барри не собирался слишком на это жаловаться. — Что-нибудь еще… сэр? Холод задрожал, когда Барри обратился к нему так официально, и ухмыльнулся, когда брюки Барри сползли низ, а под ними действительно не оказалось нижнего белья. Его глаза затуманились от похоти, когда он, не таясь, любовался парнем. Потом он небрежно добавил: — О, еще одна вещь. Член Барри подергивался в ожидании, а его язык нетерпеливо пробежался по губам. — Да? — Если Джо Уэст или кто-либо из полиции снова приблизится к тебе, ты немедленно позвонишь мне, — ответил Холод. — Если я не могу использовать тебя, они тоже не могут. Доверие идет в обоих направлениях, мистер Аллен. — Хорошо. Но, эм, — Барри запнулся, внезапно смутившись. — Есть одна проблема, я не могу... это просто... — Что? — Холод застонал, явно стремясь перейти к физическим удовольствиям. — У меня нет телефона, — беспомощно застонал Барри. Холод несколько раз раздраженно моргнул. — Я достану тебе гребаный телефон, — зарычал он, потянувшись вниз, чтобы начать расстегивать брюки, под которыми через нижнее белье показалась его внушительная эрекция. — Теперь мы заключили сделку? — Да, сэр, — сказал Барри, практически пуская слюни при виде напряженного члена Холода, натянувшего плотную ткань. — Хорошо, — счастливо промурлыкал Холод. Он схватил пальцами Барри за волосы и зашипел: — Теперь... на колени.