Cold Hard Cash

— Схуяли мне тебе не верить? Ты никогда не лгал мне, парень, — сказал Морис, и его голос звучал немного расстроенно. — Рассказывай. — Нет! Я просто имею в виду, все это так безумно, — засмеялся Барри. — Я прямо сейчас нахожусь в чертовом особняке Холода. Я думаю, что нравлюсь ему. И вроде как он нравится мне. Я просто говорю, что он отрезал чей-то палец за то, что мне сделали больно. То есть, конечно, отрезать чей-то палец из-за того, что меня тронули, это пиздецки ненормально, но мне кажется, так он действительно показывает, что я ему нравлюсь. Ну, эдаким своеобразным гангстерским способом. — Чего? — Морис был ошеломлен. — О, точно! В общем, Холод просто использовал меня, чтобы попытаться добраться до Джо из-за всей этой хрени с Дикки Уайтом, но мы заключили новую сделку! Все хорошо! И Боже, у меня были сумасшедшие приступы паники впервые за много лет… — Барри, еб твою мать, притормози, — попросил Морис, посмеиваясь. — Черт возьми, парень. Отдышись. Барри сделал глубокий вдох, как и было сказано, с улыбкой от уха до уха. — Ох, Мори, — прошептал Барри. В его животе вдруг начали порхать бабочки. — Мне кажется, я начинаю влюбляться… — Блять, не смей произносить это! Просто, блять, не смей! — выкрикнул Мори. — Да твою ж мать, парень! Член и сердце, помнишь? Ты все перепутал! — Но мое сердце больше, чем мой член, — запротестовал Барри, тут же нахмурившись, когда понял, насколько ужасно это прозвучало. — Я имел в виду... хм. Мори замялся, тихо говоря: — Я бы не стал афишировать это, парень. — Я не так выразился. — Уверен? — фыркнул Мори. Раздраженно застонав, он вздохнул: — Тащи свою задницу сюда, чтобы я мог вразумить тебя. У меня все еще есть… — Все еще есть лом, я знаю, — Барри закончил фразу сам, хорошо знакомый с этой угрозой. — Слушай, я знаю, что это безумие, и, может быть, я сумасшедший, но… — Бартоломью, мать твою, Генри Аллен, я клянусь гребаным Иисусом… — Он верит мне, Мори, — тихо сказал Барри. Ему не нужно было повышать голос. Он знал, что Морис точно поймет, что он имел в виду, и как много это значит. — Ну нахуй, парень, — вздохнул Мори. Возникла длинная пауза. — Слушай, мы поговорим об этом, хорошо? Приходи в магазин. — Барри! — прозвенел знакомый голос Лизы, после того как она постучала в дверь. — Ты одет? — Я постараюсь, — Барри быстро ответил Мори и закричал: — Да! Одну секунду! — и он снова вернулся к разговору с Морисом. — Я постараюсь поскорее приехать, хорошо? — Я люблю тебя, ты мелкий засранец. — Я тоже тебя люблю, — с улыбкой ответил Барри, махая рукой Лизе, когда она вошла. — О-о, и кто это был? — промурлыкала Лиза, драматично надувая губы. — Мне стоит начать беспокоиться? Барри покачал головой, смеясь: — Боже, нет. Это был Мори. — Мори-Рот? — Ага, — ответил Барри, легко пожимая плечами. — Мы довольно близки. Он словно отец для меня… Ну, это длинная история. Лиза подошла и присела на край кровати. — О, я люблю длинные истории! Барри взглянул на свой телефон. Уже было начало одиннадцатого. Удивительно, как долго он проспал. Он улыбнулся Лизе, поддразнивая: — Кажется, я должен скоро приступить к работе? Лиза махнула рукой, фыркая: — Пфф. Вот еще! Барри нахмурился. — Холод сказал не опаздывать… — Эм, он устроил тебя на работу ко мне, — произнесла Лиза, театрально закатывая глаза и затем рассматривая свои ногти. — Мы будем появляться, когда захотим. — К тебе? — Барри был удивлен. — В мой клуб, — гордо сказала Лиза, отвлекаясь от своих ногтей. — Ну, на самом деле это клуб Ленни, но он позволяет мне управлять им. «La Belle» в центре города? Может, слышал? — Вау, да! — конечно, Барри слышал о нем. Это был популярный пиано-бар, расположенный в отреставрированном театре. Всю свою жизнь, проходя мимо, он восхищался этим заведением, и теперь был взволнован, узнав, что будет работать именно там. — Подожди, а что я буду делать? Лиза пожала плечами и спросила: — Не знаю. Что у тебя лучше всего получается? — Эм… — он мысленно просматривал свои резюме с множества рабочих мест, что он успел сменить за эти годы, и вдохнул, придя к неутешительному выводу. — Терять работу. — Ладно, мы подберем тебе что-нибудь приятное и легкое, — хихикнула Лиза, игриво постукивая ногами. — Теперь давай! Надень какую-нибудь чертову одежду! Мы позавтракаем, и ты как миленький выложишь мне, как ты связался с Мори-гребаным-Ртом! Барри усмехнулся, дождавшись, когда Лиза спустится вниз, чтобы порыться в своих покупках и найти, что можно надеть. Он понятия не имел, какую работу даст ему Лиза, поэтому выбрал нечто среднее между нарядным и повседневным. Джинсы, фирменные кроссовки, футболка и поверх нее — красная клетчатая рубашка на пуговицах. Барри пригладил волосы, сетуя на отсутствие зубной щетки, зато ему удалось найти ополаскиватель для рта. Он забрал свой бумажник и ключи, чуть не забыв про свой новый телефон, и поспешил вниз, чтобы найти Лизу. Барри чуть не потерялся, пока пытался отыскать девушку, но в конце концов обнаружил ее на красивой кухне, оборудованной техникой из нержавеющей стали и мраморными столешницами. Лиза сидела в самом центре комнаты за столом со встроенной плитой, возле которой очень высокий и худой человек готовил яичницу. Рядом стоял большой графин, наполненный чем-то оранжевым и мутным, и Лиза уже разливала это по бокалам. — О, только взгляни на себя, красотка! — подразнила его Лиза, присвистнув и предлагая ему выпить. — Спасибо! Не рановато ли? — рассмеялся Барри, понимая, что в миксе определенно много алкоголя. — Нет, — завила Лиза. — Это «мимоза» (прим. пер.: алкогольный коктейль, представляющий собой смесь шампанского и свежего апельсинового сока). В нем есть витамин C, тебе это полезно. Барри, познакомься с Джерри, — она жестом указала на высокого джентльмена. — Джерри, это Барри. Барри опознал в нем водителя лимузина, который подвозил их вчера, и мило ему улыбнулся: — Доброе утро. — Bonjour, — поприветствовал его Джерри с сильным французским акцентом, вежливо улыбаясь и накладывая яйца на тарелку. Лиза похлопала по стулу рядом с собой, и Барри присоединился к ней, потягивая свой напиток. — Значит, ты не шутила, когда говорила, что необязательно появляться в клубе в назначенное время? — Ммм, а почему ты спрашиваешь? — поинтересовалась Лиза, игриво улыбаясь. — Ничего, если мы сделаем несколько остановок? — стыдливо спросил Барри. — Например? — Ну, думаю, стоит завезти всю эту одежду ко мне домой, правда? И Мори хотел меня видеть… — Дай мне свои ключи, — попросила Лиза, делая характерное движение пальцами. Барри нахмурился, но залез в карман и протянул ей связку ключей. Лиза забрала их и ласково улыбнулась Джерри: — Эй, Джерри, будь душкой и попроси кого-нибудь отвезти вещи Барри к нему домой. Может, постирать их, развешать и все такое. — Конечно, мисс Снарт, — сказал Джерри, кивая и забирая ключи, тут же пряча их в карман. — Охренеть, — воскликнул Барри, дико покраснев. — Вам действительно необязательно это делать! — Барри, твоя квартира вгоняет в тоску, — резко выдохнула Лиза. — Буду честной, мне совсем не хочется туда возвращаться. Только если не затем, чтобы сжечь всю твою старую одежду. — Это не проблема, месье, — заверил его Джерри, тепло улыбаясь и предлагая каждому по тарелке яиц и свежих фруктов. — Вы гость Снартов, это честь для нас. — Джерри, детка, ты удивительный, — восторженно произнесла Лиза, посылая мужчине воздушный поцелуй и жадно набрасываясь на еду. Пока она ела, ее взгляд вновь вернулся к Барри. — Ммм, куда еще ты хотел пойти? — Я правда хотел бы увидеть Мори, — ответил Барри, довольно застонав, когда начал есть. Черт возьми, это были самые вкусные яйца, которые он когда-либо пробовал. Джерри и в самом деле был удивительным. — Как ты познакомился с Мори? — с любопытством спросила Лиза, приподняв брови. — Давай, пришло время историй. — Это все из-за телефонной компании, — объяснил Барри, нежно улыбаясь. — Понимаешь, это началось, когда моя мама подрабатывала в ювелирном магазине рядом с ломбардом. Она работала там несколько дней в неделю, чистила и ремонтировала украшения. Телефон в магазине постоянно ломался. Телефонная компания продолжала его чинить, но все было бесполезно, и как минимум раз в неделю он вновь выходил из строя. Лицо Барри светилось как рождественская елка, как и всякий раз, когда он рассказывал о своей маме. Он восторженно продолжал: — Поэтому она продолжала ходить к Мори, чтобы пользоваться его телефоном и звонить домой. Несмотря на его внешний вид, на самом деле он никогда не смог бы отказать девушке, попавшей в беду. Он позволял ей приходить и звонить домой, и вскоре они стали друзьями. Мори всегда рассказывал ей непристойные шутки, заставляющие ее краснеть. А позже она представила ему моего папу. Понимаешь, он был доктором и ухаживал за детьми Мори еще до моего рождения. Лиза слушала восторженно. То, как Барри улыбался сейчас, казалось таким ярким и милым. Она никогда не видела его таким счастливым, кроме моментов, когда он говорил о ее брате. — У Мори три сына, и двое младших постоянно болели, — продолжал Барри. — Особенно самый маленький, у него была очень сильная астма. Они не могли позволить себе врача или покупку лекарств, поэтому мой отец ходил в магазин вместе с мамой, объясняя это платой за пользование телефоном. А затем свет в глазах Барри потускнел. — Просто… в день, когда она умерла, — рассеянно произнес Барри, его разум начал блуждать. — Телефон… — он вспомнил голос Холода, соблазнительно мурлычащий ему на ухо и возвращающий его в реальность. И он вновь счастливо заулыбался. — Впрочем, прости. Итак, когда мне исполнилось восемнадцать, я сбежал, ну, ты знаешь от кого, и Мори был первым человеком к которому я пришел. — Ты имеешь в виду детектива Уэста, — сказала Лиза, с задумчивым видом жуя яйца. — Да, — угрюмо сказал Барри. — Он... ну, думаю, теперь ты знаешь. Мы не общались очень долго. — Пойдем, милый, — успокоила Лиза, нежно похлопывая Барри по руке. — Ты можешь рассказать мне все грязные подробности по дороге, — она допила свой напиток, забрала графин и, подняв свою огромную сумку с пола, усмехнулась. — Джерри, мы готовы! Барри спешно пытался запихнуть в рот последние кусочки яичницы, но Лиза уже тащила его к входной двери. По дороге в ломбард Барри изливал душу. Он рассказал Лизе обо всех стычках с Джо, когда тот пытался удержать его от свиданий с Генри, и о решительном неприятии того, что тот действительно может быть невиновен. — И ты это видел? — тихо спросила Лиза, когда Барри закончил, а они были еще в нескольких кварталах от места назначения. — Да, — сказал Барри с грустной улыбкой, пропустив руку через свои волосы. Уточнять ей не нужно было. — И что думает Джо? Что ты это придумал? — секунду Лиза выглядела сердитой, но сразу успокоилась. Она явно не была большой поклонницей Джо, и это только укрепило ее и без того нелестное мнение. Она вылила из графина остатки напитка в свой бокал и сделала большой глоток. — Наверное, — ответил он. — Он никогда не объяснял своих убеждений, просто говорил, что это сделал Генри. Продолжая настаивать, что там больше никого не было. Но я знаю, что видел Человека в Желтом. Я видел, что он сделал. Лиза приподняла бровь, услышав это имя. — На нем был желтый плащ, — объяснил Барри. — Это все, что я помню сейчас. Думаю, что раньше я мог вспомнить его лицо. Но больше нет. Прошло слишком много времени. — Мне очень жаль, — сказала Лиза, протягивая руку, чтобы осторожно коснуться колена Барри. — Джо Уэст — конченый мудак. — Ага, — Барри негромко размышлял: — Интересно, он на самом деле думал, что помогает? Но я просто хотел, чтобы он поверил мне. Мори — единственный, кто верит, — он не мог не улыбнуться, его щеки заалели. — Ну, и твой брат. Лиза ухмыльнулась, поддразнивая: — О, уверена, что это так! И, эй, я тоже тебе верю, — она сжала колено Барри и сказала: — Надеюсь, ты знаешь, что я все еще хочу, чтобы мы были друзьями? — Ты не злишься из-за того, что мой приемный отец — полицейский, пытающийся арестовать твоего брата? — с сомнением поинтересовался Барри. — С чего бы? Это не твоя вина, что он мудак, — фыркнула Лиза. — Мне бы, конечно, хотелось, чтобы ты рассказал… — Я пытался рассказать твоему брату! — Барри надулся. — Эй, эй — успокоила его Лиза, делая еще глоток своего напитка, и покачала головой. — Все в порядке. У нас у всех есть грязные маленькие секреты, Барри. Я, ты, Ленни, даже этот ублюдок, Джо Уэст. Трудно было представить Джо с какими-то грязными секретами, но Барри все равно кивнул. Он улыбнулся, когда лимузин остановился перед ломбардом, и воскликнул: — Эй, мы на месте! Лиза изящно вышла из лимузина с помощью Джерри, сладко улыбаясь. Она по-прежнему двигалась свободно, несмотря на то, что практически в одиночку выпила целый графин «мимозы». Ее каблуки энергично стучали по тротуару, когда она шла к двери магазина. Барри поспешил следом, открывая перед девушкой дверь и пропуская ее внутрь. Он улыбнулся и закричал: — Мори! Это я! Есть кое-кто, с кем… — Ебаный ты дебил! Мне не стоило тогда предлагать тебе все это дерьмо, — Мори бушевал где-то в подсобке. — Я говорил тебе, я же, блять, говорил тебе не смешивать, а ты что сделал? Пошел и влюбился в ебучего гангстера! — Мори! — попытался запротестовать Барри, мгновенно краснея. Лиза жестко заулыбалась, облокотившись о прилавок, явно довольная, что может присутствовать при этом разговоре. — И не просто гангстер, а ебаный Босс Холод! Леонард Снарт, мать его! Ну же, парень. Это должно было разгрести твое дерьмо, а не помочь оказаться в чертовом гробу, — Мори продолжал кричать, приближаясь к прилавку. — Ты долбаный идиот, тощий… Мори наконец появился, застыв, когда заметил, что Барри не один. — Вы, должно быть, Мори-Рот, — весело поприветствовала его Лиза. — Живая легенда во плоти. — Ты, блядь, Лиза Снарт, — сказал Мори, тупо таращась. Он снял шляпу, откинул волосы назад и улыбнулся, как застенчивый маленький мальчик. — Мэм, могу я просто сказать, что ваши фотографии не отображают и сотой доли вашей красоты, тогда как на самом деле вы просто нереально сногсшибательны. Лиза захихикала, полностью очарованная, и лукаво подмигнула. — Ну разве он не душка! — проворковала она, протягивая руку и проводя ею по щеке Мори. Морис покраснел. Он краснел и запинался, пытаясь что-то ответить: — Эх, вау, да. Барри был ошеломлен видом своего сраженного наповал друга. — Морис Мартин, — сказал Морис, нетерпеливо беря Лизу за руку и нежно целуя ее: — Я бесконечно рад с вами познакомиться. — Я тоже рада, — проворковала она, посмеиваясь. — Так что вы там говорили о том, что Барри влюбился в гангстера? И насколько это было глупо? — Извините, мисс Снарт, — ответил Морис, не церемонясь. — Ваш брат — безжалостный хер, и я уверен, что вы понимаете, что моя забота о юном Барри выходит далеко за пределы их договоренности. — Наверняка так и есть, — засмеялась Лиза, удивив Барри тем, насколько спокойно она приняла оскорбления Мори в адрес ее брата. — Но я могу заверить, что он очень мил с Барри, и им будет хорошо вместе. — А я могу заверить, что еще не слишком стар, чтобы сломать пару коленных чашечек ломом, — ухмыльнулся Морис. — Скажите своему брату, что мне все равно, кто он. Одно дело трахаться с Барри, но ему лучше не разбивать его гребаное сердце. Все кости ломаются, если по ним достаточно сильно ударить. — Ооо, это угроза? — Лиза хихикнула. — Обещание, мэм, — сердечно ответил Морис, приподнимая шляпу. — Он мне нравится, — сказала Лиза с широкой улыбкой, ласково подталкивая Барри. Барри был ошеломлен этим столкновением миров перед ним, но он рассмеялся с ними вместе. Забота Мори была приятной, как и настойчивость Лизы, что Холод заботится о нем. Лиза была такой теплой и милой, что даже Морис не мог устоять перед ней. Он слушал, как они болтают, и начал понемногу отключаться. Он думал о том, что сказал Морис: о том, что Холод разобьет ему сердце. Нет, этого не произойдет. Холод заботился о нем, даже если он этого не признавал. Лиза была в этом уверена, и Барри определенно не забыл тот сладкий поцелуй прошлой ночью. Он должен был верить, что у них будет счастливый конец. — Так вот где оказались все вещи из твоей квартиры, — сказала Лиза, слегка нахмурив брови. — Ага, — ответил Барри, возвращаясь к разговору. — Это мой телевизор. Моя микроволновка. Мой DVD-плеер и DVD-диски, эх. Почти все, что у меня было, — он грустно рассмеялся, вздыхая. — Все украшения моей мамы. — Ты заложил драгоценности своей матери? — спросила Лиза с хмурым взглядом. — Да, — с несчастным видом кивнул Барри. — Нужно было на что-то питаться. — Послушайте, — возразил Морис. — Я сохранил их все. И клянусь, что никогда не продам ничего из вещей Норы. Я просто храню их, пока Барри не встанет на ноги. Я даже проценты не начисляю! Барри мягко улыбнулся и сказал: — Я знаю, и однажды я верну их назад. — За сколько он все это заложил? — спросила Лиза. — Пятнадцать штук, — ответил Морис, его густые брови сошлись в одну линию. — Хм, — пролепетала Лиза, копаясь в сумке. Она сладко улыбнулась, соблазнительно захлопав ресницами. — Как насчет десяти штук наличкой прямо сейчас? — Лиза, — возмутился Барри, покачав головой. Он одновременно не мог поверить, что кто-то носил с собой столько денег, и был поражен бесконечной щедростью Лизы. — Пожалуйста, я не могу позволить тебе сделать это. Это очень мило с твоей стороны… — Барри Аллен, — сказала она прохладно, — я делаю то, что хочу, — ее взгляд вновь метнулся к Морису, и она мило заулыбалась: — По рукам? — По рукам, — ответил Морис, скалясь. Он с радостью принял толстую пачку наличных, быстро их пересчитывая. Барри с недоумением уставился на большую и, казалось бы, волшебную сумочку Лизы, задаваясь вопросом, что еще она там хранила. Она могла вытащить тостер или базуку, и это нисколько бы его не удивило. — Сейчас вернусь, — сказал Морис, забирая с собой деньги и исчезая в подсобке магазина. — Спасибо, — сказал Барри, с благодарностью глядя на Лизу. — Я найду способ вернуть тебе деньги. Обещаю. — Продолжай делать моего брата счастливым, — Лиза тепло улыбнулась. — И мы будем в расчете. — Я постараюсь, — Барри покраснел. Морис вернулся, поставив небольшую шкатулку на прилавок. Она была круглая, из белого фарфора, с красными розами на крышке. — Принимай, — подтолкнул он. — Это все твое, парень. Барри с готовностью придвинул шкатулку к себе, обхватив ее ладонями. Он помнил, как сидел на туалетном столике своей мамы и наблюдал, как она готовится к работе или к свиданию с его отцом. Воспоминания о ней тускнели с годами, и он отчаянно цеплялся за каждое. Оттого эта меленькая шкатулка была сокровищем, и не из-за того, что в ней хранилось, а из-за воспоминаний, что она несла. Его глаза увлажнились, когда он тепло улыбнулся Лизе. — Спасибо. Огромное. Лиза поцеловала его в щеку с громким чмоком. — Ой, да ладно. Нечего тут разводить сантименты. Лучше убедить, что все на месте, — она бросила на Мориса дразнящий взгляд, игриво обвиняя: — Не могу доверять людям в наши дни. Морис закатил глаза, и Барри рассмеялся, подняв крышку. Там была нитка жемчуга, обручальные кольца его родителей и кое-какая бижутерия. Он перебрал их все, любуясь каждым. Лиза выглядела недовольной, когда посматривала на Мориса. Кроме жемчуга и, возможно, бриллиантового обручального кольца, остальные вещи, похоже, не были особо ценными. — Ты серьезно позволил Барри заложить все это за пятнадцать косых? — Эй, там есть кольцо, которое стоит вдвое больше этого, — усмехнулся Морис. — Я бы не стал обманывать Барри. — Какое кольцо? — спросил Барри, нахмурившись. Морис залез в шкатулку, подхватывая потускневшее золотое кольцо с большим красным драгоценным камнем. Это было мужское кольцо, толстое и с искусной резьбой. В рисунке резьбы был налет и грязь, и Барри не мог толком его разобрать. — Это рубин в два карата, — со смехом сказал Мори. — Тридцать косарей, легко. Барри не помнил этого кольца, слегка озадаченный. Может быть, оно принадлежало дедушке или еще какому-нибудь дальнему родственнику. Он передал его Лизе, чтобы она посмотрела. — О! Здесь гравировка, — возбужденно пробормотала Лиза, ее глаза сузились, когда она попыталась прочитать. — Похоже на инициалы Л и С. О, для Лизы Снарт, — она хихикнула, передавая кольцо обратно Барри. Он засмеялся, положив кольцо обратно в шкатулку. Он взглянул на многочисленные часы в магазине Мориса и спросил: — Ладно, уже двенадцать тридцать. И насколько мы планируем задержаться? — Насколько захотим, — самодовольно сказала Лиза, улыбаясь Морису. — Сегодня Барри приступает к новой работе. — Какой именно? — Мы все еще не решили, — признался Барри. — Но это в «La Belle et la Bête». Я бы мог обслуживать столики или что-то в этом роде. — Почему бы тебе не подняться на сцену и не спеть? — спросил Мори, его густые брови удивленно приподнялись. — Это все еще музыкальное заведение, верно? — Мори, — Барри смутился, и у него начали гореть уши. — Перестань. Лиза выглядела заинтригованной и промурлыкала: — Ох, Барри! Ты умеешь петь? — В душе! — быстро ответил Барри. — Ничего особенного. — Ты, блять, его не слушай. Поет, как соловей, — улыбаясь, сказал Лизе Морис. — Парень талантлив. Чертовски талантлив. Устрой ему прослушивание и увидишь. — Ммм, думаю, мы это выясним, — сказала Лиза с усмешкой. — Давай же. Пойдем, Барри. Хочу увидеть, что ты можешь. — О Боже, — возразил Барри, прижимая шкатулку к груди, когда Лиза схватила его за руку. Он оглянулся на Мориса, когда Лиза уже оттащила его к двери. — Эй, я позвоню тебе позже! Теперь у меня есть телефон! Пока! — Увидимся, малыш! И, эй, мисс Снарт? Ты очень хорошая девушка, но я имел в виду ровно то, что сказал, — сказал Морис с очаровательной улыбкой. — Я не допущу, чтобы кто-нибудь сломал что-то серьезнее, чем ноготь, — сказала Лиза в ответ. — Увидимся, Мори. — Чертовски жаль, что вам пора, однако же насколько приятно смотреть, как ты уходишь, — сказал Мори, склонив голову и бесстыдно заглядываясь на попку девушки. Лиза лишний раз вильнула бедрами специально для него и крикнула, выходя за дверь: — Пока, Мори! Весь путь до лимузина Барри слышал, как Морис громко смеялся. Он все еще цеплялся за шкатулку, когда они садились на заднее сиденье. Лиза протянула руку и сказала: — Вот, давай я положу ее в сумочку, если ты не против? Я обещаю, что сохраню ее, пока мы не вернемся домой. — Конечно, — неохотно согласился Барри, передавая девушке шкатулку. Он наблюдал, как Лиза завернула ее в толстый шарф и аккуратно спрятала. — Спасибо, серьезно. — Прекрати благодарить меня, — рассмеялась Лиза. — Это не так уж важно. Если ты действительно хочешь расплатиться со мной, то позволь мне тебя послушать. — Хорошо, — сказал Барри, скатываясь вниз на сидении. — Но поверь мне, я не настолько хорош. — Ммм, увидим, — усмехнулась Лиза, наливая им выпивку, пока они ехали в клуб. Барри чувствовал себя слегка на взводе, поэтому был благодарен за алкоголь, который успокаивал его нервы. Он не пел перед публикой уже очень давно. «La Belle et la Bête» был прекрасным театром, и даже в дневное время его яркие огни были невероятны. Барри был взволнован тем, что мог наконец узнать, как это здание выглядит внутри. Джерри припарковался прямо перед входом, однако Лиза отвела Барри к боковой двери, и они вошли внутрь. Она взяла Барри под руку, что-то весело про себя напевая, пока они шли по пустому клубу. Барри слышал, как играет фортепиано, но еще не видел. Все сиденья в партере были убраны, чтобы освободить место для столов, а зона, которую клубу разрешили переделывать, была превращена в шикарный бар. Сцена была огромной, с красиво вырезанными розами и злыми чудовищами, и обрамленная тяжелым красным занавесом из бархата. Барри засмотрелся на невероятную архитектуру, загипнотизированный всеми этими деталями и насыщенными красками. Он ухмыльнулся, глядя на частные кабинки с видом на сцену. Амфитеатр был переоборудован так, чтобы вмещать еще больше столиков, и в нем также находился еще один бар. Это было совершенно волшебно. На сцене был молодой человек с длинными черными волосами, ловкими пальцами наигрывающий приятную мелодию на рояле, за которым сидел. Он был одет в джинсы и футболку с принтом «Звездных войн», до смешного неуместную посреди всего этого великолепия. Молодой человек поднял голову, чистая и обворожительная улыбка осветила его лицо, когда он увидел Лизу. Он выглядел как нетерпеливый щенок, чей хозяин вернулся после долгого рабочего дня домой. Когда его взгляд переместился на Барри, он неодобрительно нахмурился. — Привет, милый, — весело поприветствовала Лиза. — Я хочу, чтобы ты кое с кем познакомился. Молодой человек поднялся и посмотрел вниз со сцены, махнув Барри рукой. Он все еще выглядел не слишком довольным, бросая короткое: — Привет. — Это Барри Аллен, — сказала Лиза, слегка прижимаясь к нему. — Он новый парень моего брата, и ходят слухи, что он неплохой певец. Молодой человек сразу же почувствовал облегчение, теперь его улыбка стала добрее, когда он вновь посмотрел на Барри. — Да? — ухмыльнулся он, садясь за рояль. — Что ж, приятно познакомиться, Барри. Я Циско Рамон.