Cold Hard Cash

Барри забрался в салон лимузина с помощью Лизы и Джерри. Он растянулся на заднем сиденье, положив голову на колени Лизы и поклявшись себе, что больше никогда не будет пить. — Куда мы едем? — равнодушно спросил он. — Домой, — ответила Лиза, нежно поглаживая Барри по волосам. — Мы едем домой. Дверь открылась, и послышался голос Нимбуса: — Джерри, поехали, мать твою! Он уселся напротив Барри и Лизы и стал наливать себе выпивку из бара. Лимузин рванул вперед, и Барри застонал, когда его желудок протестующе сдавило. Нимбус схватил пустое ведерко для шампанского и толкнул его Барри. — Вот. — Спасибо, — пробормотал Барри, тут же пряча в нем свое лицо. Металл дарил приятную прохладу раскрасневшейся коже. Он сглотнул желчь, которая рвалась к его горлу. — Ты ребенок Дока. — Кого? — Барри посмотрел на киллера, нахмурившись. — Генри Аллен, — ответил Нимбус. — «Док». — Ты знаешь моего отца? — спросил Барри с громкой отрыжкой. Он закашлялся и пробормотал: — Прости. Нимбусу, кажется, было все равно. Он спокойно произнес: — Да. Док заботится о большинстве парней в Айрон Хайтс, после того, как они нихуево облажаются. Они слишком боятся медперсонала, эти уроды — гребаные мясники. В отличие от твоего старика. Отрезанный палец, удар заточки, да что угодно. Все заключенные идут к нему. — Он когда-нибудь помогал тебе? — с любопытством спросил Барри. — Нет, но я добавил ему много работы, пока был там, — ответил он с мрачной усмешкой. Барри снова стало плохо. — Док — хороший человек, — сказал Нимбус с выражением восхищения на лице. — Я пытаюсь вытащить его, — выдохнул Барри в ведро. — Ему там не место. С такими людьми, как ты, подумал он, но не посмел сказать вслух. — Единственный невиновный человек в Айрон Хайтс, — согласился Нимбус. Барри моргнул, негромко засопев, и спросил: — Ты думаешь, он невиновен? — Я знаю это, — фыркнул Нимбус. — Поверь мне, парень, я знаю, как выглядит убийца. Твой старик? В нем этого нет. — Спасибо… — Барри кивнул, находя этот комментарий странно обнадеживающим. Если бы только судья воспринял инстинкты Нимбуса как допустимые доказательства, пронеслась в его голове безумная мысль. Он закрыл глаза, пытаясь не блевать больше, и позволяя длинным ногтям Лизы успокаивающе поглаживать его по голове. — Ты в порядке? — спросил Нимбус, обращаясь к Лизе. — В порядке, — тихо ответила она, словно думала, что Барри заснул. — Ваш счет в баре говорит об обратном, — протянул он, явно не веря ей. — Какие-то проблемы, Кайл? — Никаких, просто беспокоюсь, — ответил он. — Спасибо, но я в порядке, — сказала она сурово. Больше они не сказали ни слова, пока не вернулись в особняк Холода. — Просыпайся, пьянчужка, — прощебетала Лиза, нежно потрепав Барри по плечу. — Давай отведем тебя внутрь и приведем в полный порядок. Барри заскулил, как капризный ребенок, и простонал: — Блять, я больше никогда не буду пить. — Ложь, — хихикнула Лиза, помогая ему сесть и вылезти из лимузина с помощью Нимбуса. Они вошли через парадную дверь, поддерживая Барри за талию и ведя его через фойе в небольшую гостиную. Они усадили его в кресло, и Лиза, погладив его по голове, сказала: — Просто посиди здесь, милый. Мы пойдем проведаем Ленни, хорошо? Барри прижал руки к лицу, медленно кивая. Вся комната вращалась, и ему действительно не хотелось находиться на ногах дольше необходимого. — Хорошо. Он услышал, как застучали ее каблуки, когда она уходила, и тяжело вздохнул. Он закрыл глаза, стараясь избавиться от тошноты и сильнее вжимаясь в кресло. Барри понял, что слышит голоса где-то поблизости. Все Негодяи были здесь. И не было похоже, что они в хорошем настроении. — Ты покалечил одного из Сантини? — послышался мерзкий визг Джеймса. — Только сломал ему руку. Пусть будет благодарен, что мы не бросили их тела в гребаной канаве, — рассердился Нимбус. — Они вообще не должны были там находиться! Теперь, когда Маттео вернулся, они все становятся чертовски охуевшими, — это был Мардон, наверное. — На трех курьеров напали сегодня, и это сделали Сантини. — Мы с этим разберемся, — Холод был размерен и спокоен, как всегда. — Мы должны перебить их всех, — раздался громкий и яростный голос Тоуна. — Мы выглядим слабаками, пока сидим здесь, как идиоты! Один из тех курьеров был моим! Они забрали весь его груз! Больше сотни штук! — Я не позволю втянуть нас в войну, чтобы успокоить твою раненую гордость, — ледяным тоном ответил Холод. — Они напали на твою сестру, на твоего мальчика! Разве этого недостаточно, чтобы начать действовать? — Успокойся, Тоун, — Холод промурлыкал так тихо, что Барри пришлось напрячься, чтобы услышать. — Я уже получил сообщение от Маттео… Он приносит свои самые искренние извинения за недоразумения, что произошли сегодня. Он хочет устроить встречу, обе семьи на небольшом пикнике. — Хуйня, — прогрохотал Нимбус. — Почему они пытаются нарушить мир сейчас? — прозвучал еще один голос, культурный и быстрый. Хартли. — Это из-за Дикки? Неужели они думают, что ты сядешь за это? Что у полиции есть на тебя? — Немного, иначе бы меня уже арестовали, — самодовольно ответил Холод. — Я этого не допущу, — раздался голос Лизы. — Если они попытаются, я скажу им… — Ты ничего не сделаешь, — внезапно рявкнул Холод. — У меня все под контролем. — А Детектив Уэст? — Хартли надавил. — Мистер Аллен этого не знает, но он дал мне именно то, что нужно, чтобы позаботиться о нашем дорогом детективе раз и навсегда, — сказал Холод с очень довольной усмешкой. — Мик только сегодня вернулся от Бабули. Не так ли, Мик? — Конечно, — прорычал Мик, — она испекла печенье. С арахисовым маслом и шоколадной крошкой. — Прекрасно, — произнес Хартли, и Барри почти слышал, как он закатывает глаза. — А что насчет Сантини? — беспокойно потребовал Тоун. — Позже, — быстро сказал Холод, его голос приближался, и теперь Барри мог слышать его шаги. — Убедитесь, что у всех ваших курьеров есть вооруженное сопровождение, и поставьте дополнительных людей в банки. Но больше вы нихуя не станете делать, пока я не встречусь с Маттео. — Но… — запротестовал Тоун, но тут же замолчал, несомненно, получив смертельный взгляд невиданных масштабов от Холода. — Ясно… — А теперь все вы можете быть свободны, — велел Холод. Барри услышал топот шагов, когда все начали уходить, и потом — как хлопнула входная дверь. — Надо было всадить в него пулю, — зарычал Мик. — Пока нет, — тихо ответил Холод. — Это были его курьеры, которых ограбили, — рассуждала Лиза. — У меня все под контролем, — сказал Холод, его голос стал тверже. — Идемте. — Нужна помощь, босс? — предложил Мик, громко хихикая. Холод, должно быть, сказал «да», потому что теперь Барри слышал, как приближаются две пары ног. — Позаботься о нем, — приказала Лиза. — У него была адская ночь. — Ммм, — протянул Холод. — Спокойной ночи, Лиза. — И я говорила серьезно. Если они попытаются арестовать тебя, я не позволю тебе вернуться в тюрьму, — демонстративно сказала она, и, щелкнув каблуками, начала подниматься по лестнице прежде, чем Холод успел что-то ответить. — Адская бестия, — ласково сказал Мик. — Адская заноза в заднице, — ответил Холод. — И это тоже, — усмехнулся Мик. — Идем. Давай заберем твоего мальчика. Барри медленно открыл глаза, когда услышал шаги прямо перед собой, и увидел Мика и Холода, стоявших над ним. Он приветливо им помахал: — Привет! — Здоров, Тростинка, — фыркнул Мик с усмешкой. — Хорошо провел время? — Меня пытались задушить, а потом меня стошнило прямо на тротуаре. Возможно, и в лимузине тоже. Я не помню. — Как по мне, звучит чертовски весело, — Мик рассмеялся. Он потянулся вниз и сгреб Барри на руки, как будто тот был ребенком. — Пойдем, Тростинка. Холод привел их наверх в свою спальню. И сказал Мику: — Оставляй его здесь. — Ну, приятного вечера, ребятки, — мягко прорычал Мик. Он осторожно усадил Барри на край кровати, после чего ушел. — Пока, Мик! — крикнул Барри, весело размахивая руками. Он усмехнулся, переведя взгляд на Холода, и прощебетал: — Привет. — С тобой все в порядке? — тихо спросил Холод, когда они остались одни. Беспокойство открыто было написано на его лице, когда он нежно коснулся шеи Барри. — Все нормально, я в порядке, — сказал Барри, покачав головой. — Просто… несмотря на то, что меня стошнило, я все еще немного пьян. Холод начал медленно раздевать его. Развязал его галстук и расстегнул первые несколько пуговиц рубашки, потом приподнял бровь и сказал строго: — Ты примешь горячую ванну, а потом, думаю, тебе нужно что-нибудь съесть. Я не буду счастлив, если тебя стошнит в моей постели. — Я не буду, — пообещал Барри, тяжело опираясь на руки Холода. — То есть, я имею в виду, что постараюсь этого не делать. Холод фыркнул, опустившись на колени, чтобы развязать кроссовки Барри. Барри уставился на него и нерешительно спросил: — Что ты имел в виду… Что ты имел в виду, когда сказал, что я дал тебе то, что поможет избавиться от Джо? — Подслушивал, не так ли? — взглянул на него Холод, начав стягивать с него носки. — Ничего не мог поделать, — признался Барри. — Вы, ребята, словно шифровкой какой-то общались! Я просто хочу знать... Я хочу убедиться, что ты не причинишь ему вреда. — Не причиню, — ответил Холод, поднимаясь и стягивая с Барри рубашку прямо через голову вместо того, чтобы расстегнуть оставшиеся пуговицы. — Мы заключили сделку, помнишь? Никакого физического вреда детективу Уэсту нанесено не будет, однако я позабочусь, чтобы он больше никогда не беспокоил меня или мою семью. — Как? — настаивал Барри. — Джозеф Уэст — лжец, и теперь у меня есть доказательства, — сказал Холод, пока его ловкие пальцы стягивали с парня джинсы и подтяжки. — Это все, что тебе следует знать. Барри надулся, повиляв бедрами, чтобы помочь Холоду закончить раздевать его. Он попытался снять кольцо с рубином, и заворчал, когда оно застряло. Он засунул палец себе в рот, чтобы смочить его. Холод пристально на него смотрел, пока он посасывал и облизывал кожу вокруг кольца. — Что? — Ничего, — сказал Холод, однако его взгляд все еще был прикован к губам парня. Барри смог наконец стянуть кольцо, и положил его на тумбочку с громким стуком. — Откуда у тебя это кольцо? — Холод спросил мягко, словно разговаривая с напуганным животным. — От мамы, — хрипло ответил Барри, когда Холод поднял его на ноги. — Оно было у моей мамы. В ее шкатулке. — Что если я предложу тебе новую сделку? — Еще одну? — Барри рассмеялся, легко улыбаясь и нагло кладя руки на бедра Холода. — Разве у нас недостаточно сделок? — За кольцо, — тихо сказал Холод, осторожно отводя руки Барри. — Что, если я прощу весь твой долг? Сердце Барри в ужасе замерло. Больше никаких долгов, никаких сделок, но это так же значит, что больше никаких ночей вместе. — Зачем… зачем тебе это? — Разве это не щедрое предложение? — спросил Холод, приподнимая бровь. Барри словно током ударило, но он был слишком пьян, чтобы хотя бы притвориться, что это его не расстроило. Он рассержено ответил: — И на этом все? Одно кольцо и все кончено? — Не знал, что это кольцо так много для тебя значит, — недовольно заявил Холод. — Ты много значишь для меня, — страстно возразил Барри, крепко стоя на ногах и с вызовом глядя на мужчину, даже когда все внутри него сжалось, а ноги подкосились. Холод выглядел удивленным, его руки лежали на плечах Барри, удерживая. Его глаза сузились, лицо потемнело, когда он медленно произнес: — Мистер Аллен, мне кажется, ты забываешь, что именно между нами. Только бизнес. — Ты такой кусок дерьма! — бросил с вызовом Барри. — Прости? — пальцы Холода дрогнули, сжимая плечи парня чуть сильнее. — Ты — говно, — повторил Барри без колебаний. — Мистер Аллен, ты пьян. — А ты полный мудак! — Осторожнее, — прошипел Холод. — Я готов списать твое поведение на опьянение, но… — Почему ты не можешь просто сказать это? — Барри умолял, а в его глазах начали собираться слезы. — Просто признай, что у тебя есть чувства ко мне! Любые. Хоть немного. Холод обвил шею Барри рукой и яростно прорычал: — Нечего признавать! Ты — теплое тело и горячий рот. И ничего больше. Это просто сделка. Барри извернулся и обхватил запястье Холода. Его ноздри начали раздуваться, и он выплюнул: — Ты гребаный мудак, и ты проклятый лжец! Холод подтянул Барри к себе так близко, что их дыхание смешалось. Его ледяные глаза горели от ярости. Барри не отступил, сжимая запястье Холода сильнее и рыча: — Я не знаю, почему ты продолжаешь пытаться причинить мне боль, но знаешь, я не верю ни единому твоему ебучему слову. Только потому, что ты трусливый подонок, я… — Ты тупой уебок, — Холод кипел, грубо встряхивая Барри. — Ты что, блядь, не понимаешь? Тебя сегодня чуть не убили нахуй! Глаза Барри расширились, правда резко всплыла перед ним, и не было никакой возможности отмахнуться от нее. Холоду было не все равно. Он так сильно о нем заботился. Он боялся за Барри. Челюсть Барри отвисла. Он с ужасом осознавал, что Холод был прав. Люди, которые напали на него и Лизу, могли поступить гораздо хуже. Что, если бы Нимбуса не оказалось там? Что, если бы вышибалы были недостаточно быстры? Что, если… Что, если бы у них был пистолет. Барри знал, что он должен принять новую сделку и бежать как можно дальше. Он был мишенью, пока оставался с Холодом. Он мог сохранить работу в клубе, попеть пару месяцев, чтобы скопить денег. Он мог наладить свою жизнь, заняться освобождением отца и больше никогда не видеть гангстера. Но он не мог этого сделать. Это было глупо и невероятно опасно, но это было именно то, что он испытывал к Холоду. Чувство было не сравнимым ни с чем, оно заставляло его сердце так сладко болеть всякий раз, когда этот мужчина был рядом. Он не мог отказаться от этого. Рука Холода по-прежнему держала Барри за шею, грудь мужчины тяжело вздымалась, пока он пытался взять свои чувства под контроль. Его обычно непроницаемое лицо выражало боль и страдание. Барри впервые увидел Босса Холода неуверенным. — Но не убили, — мягко произнес Барри, встревоженный тем, насколько Холод выглядел уязвимым. Он с усилием сглотнул и продолжил — Я все еще здесь. Взгляд Холода был диким, нечитаемым, а все его напряженное тело словно готово было сорваться. Он прошептал: — Да, здесь. — И я все еще твой, — сказал Барри, прижимаясь своим нагим телом к полностью одетому мужчине, мягко сжимая его запястье. Казалось, слова успокоили Холода, и он опустил руку вниз по спине Барри. — Да, — подтвердил он с тяжелым вздохом. — Мой. Барри прижался как можно ближе, улыбаясь, когда Холод отпустил его шею, чтобы погладить его по волосам. Он осторожно положил руки на грудь мужчины, глубоко вздохнув. — Я никуда не уйду. У нас есть сделка, верно? Я собираюсь выполнить свою часть. А ты? Холод вернул свою уверенность в себе, хотя его взгляд оставался нежным, когда он смотрел на улыбающееся лицо Барри. — Полагаю, это означает, что ты отклоняешь мое предложение о кольце? — Определенно, — выдохнул Барри. — Ты дурак, — сказал Холод. Его ладонь опустилась на задницу парня. Барри выгнул бедра, кивнув в знак согласия. — Наверное. Пальцы Холода скользнули между ягодиц, поддразнивая его дырочку. Он позволил сухому кончику пальца скользнуть внутрь и ухмыльнулся, когда Барри дернулся и ахнул. — Ты готов рискнуть жизнью ради этого? — задумчиво спросил Холод. — Всем, — Барри хныкал, пока пальцы Холода продолжали растягивать и дразнить его. — Что? — Я готов рискнуть всем, — серьезно сказал Барри, глядя Холоду прямо в глаза. Мужчина напряженно поджал губы, как будто он не верил в искренность Барри. — В самом деле? — сказал он через мгновение, сосредоточив свой взгляд на губах парня. — Да, сэр, — ответил Барри, радостно постанывая, когда его наградили очередным дразнящим движением пальцев. — Я плохой человек, мистер Аллен, — пробормотал Холод. — Я могу быть достаточно эгоистичным, чтобы позволить тебе это. — Итак, наша сделка? — Остается неизменной, — мягко ответил Холод. — Но я все еще хочу это кольцо. Барри смутился и спросил: — Подожди, почему? — Отдай мне кольцо, и я лично прослежу, чтобы дело твоего отца вновь было открыто за мой счет, — сказал Холод, теперь обеими руками сжимая ягодицы Барри, сминая их. — Я прослежу, чтобы он вышел из тюрьмы. — Правда? — Барри был ошеломлен. Он не должен был отвлекаться, но было пиздец как непросто соображать, когда Холод касался его. — Ты бы… ммм, блять, ты сделаешь это для меня? — За кольцо, — самодовольно поправил Холод. Барри вспомнил, как Сантини смотрел на кольцо. Инициалы. Должно быть что-то, что он упустил, что-то прямо у него под носом, но он не мог сосредоточиться из-за ласкающих его пальцев и обещания свободы его отцу, маячившего перед ним. Оно было из шкатулки его мамы, и он не хотел расставаться с ее вещами. Но он даже не знал, откуда взялось это кольцо, а если Холод серьезен насчет того, что сказал… — Да, — согласился Барри, кивнув. — Если освободишь моего отца, кольцо твое. — Сначала кольцо, — возразил Холод. — На суды потребуется время. — Нет, сначала освободи отца, — сказал Барри, стиснув зубы, когда Холод мягко закружил вокруг его дырочки. — Затем ты получишь его. — Нет, оно нужно мне сейчас, — настаивал Холод, смочив слюной палец и вновь опуская его между ягодиц парня. — Почему это так важно? — Барри начал задыхаться и стонать, когда палец Холода стал проникать внутрь. — Оно ведь не моей мамы на самом деле, да? — Чем меньше ты знаешь, тем лучше, — твердо сказал Холод, погружая в него палец, пока Барри не закричал. Он прижался ртом к его уху и зашептал: — Когда придет время, я расскажу тебе все. Но сейчас мне нужно, чтобы ты мне доверял. Барри качнул бедрами, прижимаясь к руке Холода, и пробормотал: — Ммм, мне казалось, ты сказал, что я не должен… — Все еще верно, — сказал Холод с ухмылкой. — Ладно, — застонал Барри, вызывающе покачиваясь. — Ты можешь его взять. Только, пожалуйста... помоги моему отцу. — Помогу, — пообещал Холод, прижимаясь губами ко лбу Барри нежным поцелуем. Сердце Барри заболело от такой простой ласки, он был совершенно вне себя от радости. Он не мог представить, какие юридические ресурсы были в распоряжении Холода. Однако если кто и сможет помочь его отцу, так это он. Барри хотел знать, чем так важно кольцо, но решил довериться Холоду и подождать, когда тот расскажет ему все. Его вера в Холода была абсолютной, больше чем когда-либо. Что бы ни было между ними, это усиливалось с каждым днем. Он знал, что по уши влюбляется в Холода, и это было безумием по многим причинам. Холод был гангстером, вором и убийцей, но не было никого другого, с кем Барри хотел бы быть. Холод не показывал это обычными способами, но теперь у Барри не было сомнений в том, что он очень сильно о нем заботится. — А теперь, — выдохнул Холод. — Давай приведем тебя в порядок. Барри кивнул, улыбаясь, когда мужчина взял его за руку и повел в ванную. Он включил воду, чтобы наполнить ванну горячей водой, и, взяв Барри за руки, помог ему в нее забраться. Барри опустился в воду, довольно застонав. Он удивленно моргнул, замечая, что Холод регулирует свет, погружая комнату в полумрак. — Что ты делаешь? — Присоединяюсь к тебе, — последовал короткий ответ. Глаза Барри расширились, он еле сдерживал порыв завизжать. Нихуя себе. Холод раздевался. Было слишком темно, чтобы хоть что-то рассмотреть, но он снимал с себя одежду. Всю. Барри изо всех сил пытался разобрать что-нибудь в темноте, но Холод разделся догола настолько быстро, что он смог уловить только смутный силуэт. Потом Холод выключил воду и похлопал Барри по плечу, указывая, чтобы он сдвинулся вперед. Послушно отодвинувшись, он заулыбался как дурак, когда Холод опустился позади него. Он откинулся назад, наслаждаясь ощущением соприкосновения с горячей кожей, чувствуя, как член Холода упирается в него, и легко потираясь. Сильные руки обвили его за талию, пальцы заскользили по его животу, удерживая на месте. — Полегче, — мурлыкнул он. — Сегодня вечером ... просто расслабься. Еще всего мгновение Барри извивался, но затем сдался, позволяя себе растаять рядом с теплым телом Холода. Руки мужчины пришли в движение, он щелкнул крышкой бутылки, а затем губкой начал медленно протирать его тело. Он начал с плеч, предплечий, позволяя их мыльным пальцам переплестись. — Так хорошо, — вздохнул Барри, откидывая свою кружащуюся голову на плечо Холода, пока тот продолжал обмывать его. — Ты пахнешь желчью и Гольдшлегером, — фыркнул Холод, двигаясь вокруг шеи и груди парня. — Я принесу тебе зубную щетку перед тем, как мы ляжем спать. Барри рассмеялся, защищаясь: — Эй, это вина твоей сестры. Она плохо на меня влияет. — Ммм, да, она может быть очень убедительной, — согласился Холод с мягким смешком. — Должно быть, это семейное, — предположил Барри. — Я имею в виду, кажется, вы всегда получаете то, чего хотите. — Так и есть, — протянул Холод и прижался щекой к волосам Барри. Его руки двигались вниз по худому животу к бедрам. Барри не смог сдержать слабый стон. Прикосновения Холода всегда пробуждали что-то хищное глубоко внутри него. Он попытался прижать руку Холода туда, куда ему хотелось больше всего, между ног, но мужчина внезапно вздрогнул. Барри немедленно его отпустил, положив руки на борт ванны от греха подальше. Он зашел слишком далеко, ожидая скорого наказания. — Продолжишь в том же духе, мистер Аллен, — промурлыкал Холод ему на ухо, едва касаясь головки его члена ладонью. — И мне, вероятно, придется связать тебя. Барри вздрогнул, заикаясь: — Знаешь, угрожая мне этим, ты можешь получить обратный эффект тому, чего хочешь. — Почему? Ты хочешь, чтобы я связал тебя? — прямо спросил Холод. — Да, сэр, — ответил Барри, сжимая пальцы на бортах ванны, когда Холод начал мыть его член. Он заскулил, пытаясь прижаться к его руке. — Пожалуйста… Я хочу, чтобы ты это сделал. Привяжи меня к кровати и… — Не сегодня, — быстро сказал Холод, отложив мочалку в сторону и поглаживая руками бедра Барри. — Но, сэр, пожалуйста… — начал протестовать Барри. Рука Холода крепко, но нежно сжала горло парня, и он прошептал: — Мистер Аллен, ты возьмешь то, что я тебе даю, или не получишь ничего. Понимаешь? Барри заскулил, но кивнул. — Да, сэр… Холод держал его одной рукой за горло, а другой опустился вниз, медленно обводя его член. Он уже был абсолютно твердым, но Барри пытался сохранять спокойствие, пытался быть хорошим. Он заставил себя расслабиться, не позволяя своим бедрам двигаться, и тоскливо вздохнул, давая Холоду дразнить и ласкать себя везде, где тому хотелось. Он оставался неподвижным и послушным, закрывая глаза. — Хороший мальчик, — промурлыкал Холод, награждая Барри движениями своих длинных пальцев, обхватывающих его член у основания и нежно сжимающих. Барри восторженно застонал, ярко улыбаясь. Боже, да, он был хорошим. Его грудь переполнилась от гордости. Он резко выдохнул, когда Холод начал медленно ему дрочить. Давление было идеальным. Холод чуть сильнее сжимал руку при каждом поступательном движении, большим пальцем поглаживая чуть ниже головки члена. В такие моменты Барри извивался, а затем его спина выгнулась, когда Холод начинал ускоряться. Холод прижался губами к шее Барри, мягко касаясь кончика его уха, челюсти. Он легко посасывал, с намеком на зубы, но недостаточно, чтобы оставить следы. Барри прижался к нему, дрожь промчалась вверх и вниз по его позвоночнику. Сейчас они были ближе всего друг к другу, ничто не разделяло их тела. Холод хоть и был худощав, однако все же гораздо больше Барри. Все эти мускулы, Боже, как же он хотел увидеть их и коснуться. — Пожалуйста, сэр, — пробормотал Барри между вздохами. — Могу ли я дотронуться до вас? — Нет, — последовал твердый ответ, и рука Холода еще быстрее заработала над членом Барри. Барри зарычал от разочарования, ударив рукой по борту ванны. Он вскрикнул, когда Холод сжал его член так сильно, что сделал больно, и заскулил: — Прошу прощения, сэр. — Возьми то, что я тебе даю, — напомнил ему Холод. — Но я просто так сильно этого хочу, — умолял Барри. Жар, накапливающийся между его ног, готов был прорваться в любой момент. — Нет, — зарычал Холод, и его движения замедлились до скорости улитки. Барри всхлипнул, отчаянно цепляясь за борт ванны. Блять, он был так близко, пальцы Холода задержали его прямо на грани экстаза. — Ты мой, — прошипел Холод, грубо покусывая Барри за ухо. — Но я не твой. Никогда не забывай об этом. — Да, сэр, — вскрикнул Барри и застонал, когда мужчина наконец смилостивился и продолжил горячо ему надрачивать. Он был на грани. Широко распахнув глаза, он застонал: — Бля, бля, бля, могу я кончить? Пожалуйста, о Боже, позвольте мне кончить, сэр. — Сейчас, — приказал Холод, кусая Барри за шею. — Кончи для меня. Задыхаясь, Барри толкнулся в руку Холода. Его бедра мягко затряслись, и он толкнулся еще пару раз, прежде чем излиться. Потом он расслабился, лежа на теле Холода и вздыхая от удовольствия. — Хорошо? — спросил Холод с улыбкой на губах. — Ммм, — простонал Барри. — Очень. Что насчет тебя? — Я в порядке, — заверил его Холод. — Мне это очень понравилось. Барри вытянул ноги в остывающей воде и тихо спросил: — Ты действительно собираешься помочь моему отцу? — Я же сказал, что собираюсь, и помогу, — просто сказал Холод. — Теперь пойдем. Уже поздно. Он вытащил Барри из ванны, и тот довольно мурлыкал, пока Холод его вытирал и заворачивал в теплый халат. Барри удалось мельком взглянуть на прекрасный зад Холода, когда тот открыл дверь в ванную комнату, и свет спальни осветил ее. Все закончилось слишком быстро, потому что Холод сразу накинул на себя халат. Он уложил Барри на кровать, и тот сначала переоделся в довольно скромного вида пижаму, а затем вытянулся, стремясь занять как можно больше места. Холод фыркнул, приблизившись, и протянул: — У тебя есть шесть секунд, чтобы сдвинуться, иначе я это сделаю за тебя. Барри игриво застонал, перекатываясь, чтобы Холод мог лечь на кровать рядом с ним. Как только мужчина улегся, Барри тут же прижался к нему, уткнувшись головой ему в плечо и положив руку на грудь. Холод разрешил это, его рука мягко опиралась на запястье Барри. — Спокойной ночи, мистер Аллен, — сказал он, уже закрыв глаза. — Спокойной ночи... э-э... — Барри запнулся на мгновение, не зная, как обращаться к гангстеру сейчас. — Лен, — мягко сказал Холод, чувствуя колебания Барри. — Здесь, в моей постели, ты можешь звать меня Лен. — Спокойной ночи, Лен. — Спокойной.