Зов океана

      Когда Ракель открыла глаза, за окном уже стало совсем светло. Девушка перепугалась, что проспала учёбу, ведь она никогда не опаздывала и не просыпала. Нет, она не была идеальной. Могла прогулять лекцию или практическое. Но опаздывать на важные занятия ей совсем не хотелось, да и на не особо важные тоже нужно приходить вовремя. Чертыхаясь и удивляясь, почему будильник не прозвенел, Ракель встала с кровати в поисках телефона. Батарея полностью разрядилась. Она совершенно забыла выключить музыку. Голова словно налилась свинцом и так и норовила лечь обратно на подушку. Ракель проснулась абсолютно разбитой, казалось, её тело до сих пор дрожит. Размазанные картинки всего, что произошло вчера, начали мелькать перед глазами, сводя с ума. Снова девушка почувствовала прикосновение чужой руки, ядовитую слюну на своём ухе. Её передёрнуло. Стоит зайти по дороге в аптеку за успокоительным, а лучше сразу пойти лечь в психушку.       С трудом попав зарядкой в гнездо Ракель наконец включила телефон. Пока он загружался, она погасила свет во всех комнатах, который так и горел всю ночь, оберегая её сон. На светящемся экране телефона находились время, дата и день недели: был ровно полдень субботы. Ракель с облегчением выдохнула. Будильник не звенел, потому что сегодня ей не нужно в университет. Ей было просто необходимо поговорить с Кейли и Джулией, всё им рассказать. Но она не знала, следует ли это делать? Вернувшись в кровать, Ракель начала проверять свои социальные сети. Ей мало кто писал, но всё же она много времени проводила за переписками с лучшими подругами. Кейли скинула несколько смешных картинок, которые смогли хоть немного поднять Ракель настроение. Немного попялившись в потолок девушка попросила подругу встретиться с ней на этих выходных. Ей сейчас как никогда нужна поддержка. К счастью, Кейли быстро согласилась и сразу же пошла звать Джулию, и спрашивать, что на этот раз они будут пить. Ракель тяжело вздохнула, ведь ей была необходима самая обычная тёплая встреча, где можно будет найти поддержку, а не посиделки за бутылкой. С каждым днём Ракель всё больше и больше убеждалась, что человечество не достойно жить. Люди лишь разрушают всё вокруг: загрязняют планету, рубят леса, помимо этого отравляют жизнь друг другу. Даже родители и дети не способны жить в ладу. Что уж говорить о семи миллиардах людей. Она бы очень не хотела продолжать жить в таком мире, но выбора не было.       Лёжа на кровати под мягким синим одеялом Ракель начала вспоминать детство. Только в те времена она была по-настоящему счастлива. Перед глазами всегда мелькало одно и то же воспоминание. Малышка Ракель, которой ещё нет и пяти лет, гуляет с родителями на детской площадке в центре города. Раньше приходилось ходить туда, потому что рядом не было места, где дети могли играть. Папа улыбается и обнимает маму, девочка съезжает с горки, улыбаясь так широко, как будто все невзгоды мира обходят её стороной. Она бежит к родителям и просит мороженого. Все смеются. Все счастливы. Тут воспоминание и обрывается. Ракель не знает, получила ли тогда желанное мороженое или мама запретила есть сладкое перед обедом. Но она точно знает, что спустя пару дней после этого единственного сохранившегося в памяти радостного момента, отца Ракель сбила машина. Пьяный в стельку водитель просто переехал его, даже не затормозив. Позже он был осуждён на два года условно и выплатил какую-то смешную сумму в качестве компенсации семье Уитворт. И следующее воспоминание — мама горько плачет, обнимая дочь так крепко, что кажется, она её вот-вот задушит. Однако Ракель не пытается вырваться и ничего не спрашивает. Когда она подросла, мама рассказала ей, как была благодарна в тот момент. Её маленькая девочка вела себя так по-взрослому, что это помогло Аманде пережить такую страшную трагедию. Они всегда были так близки. Вот только с появлением у Аманды новой семьи всё изменилось. Сейчас Ракель со слезами на глазах вспоминает, как подталкивала маму к этому браку, видя, как она счастлива с Ричардом. Нет, она не ужасная дочь, которая не желает родной матери счастья, она брошенная дочь, и это заставляет её душу ломаться на куски снова и снова. Ракель могла пережить предательства подруг, издёвки одноклассников, но только не такой поступок со стороны любимой всем сердцем мамы. Да, Аманда звонит дочери периодически, но звонки с каждым месяцем становятся всё реже. В самом начале они созванивались несколько раз в день, а сейчас могут и раз в неделю не поговорить. Уже полгода Ракель не виделась с мамой. Боль снова пронзила сердце дробя его осколки на ещё более мелкие части. Девушка взяла в руки телефон и набрала номер Аманды. Только она подняла трубку, как Ракель залепетала, не дав маме и слова сказать:       — Мамочка, родная моя, милая, я так по тебе соскучилась. Может, ты приедешь ко мне или я к тебе? — тёплые дорожки из слёз образовались на щеках.       — Привет, дорогая. Прости, но я сейчас очень занята. Поговорим потом.       Раздались короткие гудки. Слёзы заструились с удвоенной силой. Пелена перед глазами мешала видеть. Раздался звук приходящего сообщения. Наверное, случайно отключила режим «без звука», ведь Ракель терпеть не могла, когда раздаются звуковые уведомления, и включала их лишь в редких случаях. Сделав глубокий вдох, девушка утёрла слёзы. Слишком уж много их она пролила из-за своей матери. Она того не заслуживает. На экране висело сообщение от Кейли.

Мы с Джулией ждём тебя возле ТЦ в 15:00. Потом завалимся к тебе 12.56pm

      Теперь Ракель точно хотелось влить в себя крепкого алкоголя и забыться. Хотя она никогда раньше не напивалась до такого состояния, да и не была уверена, что сможет. Ей становится плохо, когда она выпивает пару бокалов вина. И то уже после половины первого бокала напиток не кажется ей вкусным. А вот у Кейли хороший опыт, если это можно так назвать. Она пьёт столько за один раз, сколько Ракель и за всю жизнь не выпила.       Из открытой форточки дул холодный ветер, заставляя кожу покрываться мурашками. В чёрном экране телевизора, который не включался уже слишком давно, отражалась комната. Ракель всегда радовалась расположению своего дивана, ведь он не был виден устройству. Она не очень любила зеркала. Гораздо проще жить, когда не видишь то, как выглядишь. Если ты начнёшь смеяться или плакать перед зеркалом, то тебе, вероятнее всего, не понравится картина. Ракель бросила взгляд на часы, показывавшие половину второго. Захотелось прогуляться одной и очистить разум. Девушка широко зевнула, и мышцы её лица ответили болью. В голове раздались звуки звонких пощёчин, словно эхом разлетающихся по памяти. Перед глазами мелькала та малюсенькая картинка, которую удалось уловить взгляду: те ублюдки (не находилось в словарном запасе Ракель более подходящего названия для таких людей) захлёбывались на суше. Сейчас там, наверное, вовсю орудует полиция. Она никогда не видела, как ведётся расследование и как выглядит место преступления (сериалы и фильмы не в счёт). Девушка резко подорвалась на кровати, вспоминая, что обронила свою блузку. Её найдут и решат, что это Ракель убила их. Хотя как они привяжут это к ней? Ведь она не заливала им в рот воду. И всё же сердце нервно забилось из-за страха. Нужно сходить туда и убедиться, что Ракель никак не найдут.       Серое небо тяжело нависало над городом. Ночью явно лил сильный дождь. Лужи были чуть ли не на каждом метре. Воздух пропитался влагой и вместе с северным ветром заставлял всех прохожих съёжиться от холода. Ракель перепрыгивала глубокие лужи в своих белых кроссовках из адидаса, шнурки на которых уже давно посерели от уличной грязи. В чёрной кожаной куртке было слишком зябко, но девушка решила не возвращаться домой, а добежать так. По улицам практически не ходили люди. Видимо, сидели дома из-за плохой погоды. Ракель старалась как можно дальше отходить от дороги, но брызги от машин всё равно долетали, попадая ей даже в лицо. Было жалко чистые джинсы, которые уже оказались в грязи до самого верха. Ещё одна причина, по которой Ракель терпеть не могла дождливую погоду, — ты пачкаешь только что выстиранную одежду стоит тебе выйти за порог. Очередная машина решила устроить девушке грязевой душ. Пока Ракель злилась, она не вспоминала о случившемся, но за какую-то долю секунды снова картинки начали появляться перед глазами. От этого девушка дрожала и отпрыгивала от каждой машины, словно в лужах находился кипяток. Страх прочно вцепился в неё, и теперь неизвестно, когда отпустит и отпустит ли вообще. Мимо прошёл незнакомый мужчина, бросивший абсолютно пустой и ничего не выражающий взгляд на Ракель, и её так передёрнуло. Она начала ускоряться, вздрагивая от каждого дуновения ветерка. Сможет ли она вообще когда-то снова почувствовать себя в безопасности?       Подходя всё ближе к парку Ракель постоянно оглядывалась по сторонам, не замечая ничего необычного. Ни полицейских, суетящихся вокруг тел, ни любопытных людей, задающих кучу вопросов. Ветер усилился, и девушка сжалась от холода, крепко обнимая себя за талию. Прохожие были одеты более подходящим образом, нежели Ракель. Никто из них не трясся и не укутывался в шарфы. Как же ей иногда хотелось, чтобы мама была рядом и говорила ей, что стоит надеть, что нужно сделать. Контролировать собственную жизнь оказалось тяжёлой ношей. Ей было невероятно страшно.       Ракель вошла в парк. Из-за сильной облачности всё вокруг выглядело серым и безжизненным. Весьма депрессивная картина. Несколько человек прогуливалось по узким мощёным тропинкам парка. Собрав все оставшиеся крупицы силы, Ракель подошла к тому месту, где на неё напали. Блузка валялась на том же самом месте, где её и обронили. А вот от тех ублюдков не осталось и следа. Девушка хотела поднять свою вещь, но поняла, что та лишь будет служить напоминанием о прошлой ночи. Да и к тому же, блузка настолько перепачкалась, что была больше похожа на кусок старой тряпки. Ракель всё же подобрала её и поспешила к ближайшей урне, желая поскорее избавиться от этого предмета одежды. На руках осталась грязь. Видимо, ночью шёл сильный дождь.       Повернув голову, Ракель заметила, что мост перегорожен и там ведутся работы. Видимо, они решили полностью заменить перила, потому что сейчас там была лишь бетонная дорожка через речку без каких-либо перегородок. Девушка сделала несколько шагов к воде, ветер усилился, и отчётливо слышался шум небольших волн. Вдруг кто-то произнёс её имя. Тот же голос всё продолжал звать. Ракель так перепугалась, что поспешила отойти подальше.       Белые кроссовки превратились в серые, а белые шнурки и вовсе почернели от грязи. Ракель повернула голову вправо рассматривая аккуратную тропинку, ведущую к большой светлой беседке, в которой сейчас сидела влюблённая парочка. Девушка не надела линзы, поэтому не могла внимательно рассмотреть их. Она лишь видела светлую макушку парня и рыжие крашенные волосы его возлюбленной. Высокие деревья почти потеряли свою листву, и подувший ветер срывал последние листочки. Недалеко от парка находился торговый центр. Ракель решила зайти туда помыть руки. Она не хотела возвращаться домой, где одиночество будет душить её своими холодными лапами с длинными острыми ногтями, впивающимися в беззащитную и беспомощную душу. А находиться в этом парке слишком долго было выше её сил. Чересчур живы воспоминания прошлой ночи, кожа до сих пор горит от прикосновений, страх всё ещё держит её душу мёртвой хваткой.       Из динамиков торгового центра доносилась, как всегда, тихая спокойная и очень мелодичная музыка. Возле входа стояло несколько человек, и Ракель спокойно вошла внутрь. Стоило только дверям раздвинуться, как волна тёплого душного воздуха обдала девушку. Однако она не сразу стала согреваться, лишь спустя минут пятнадцать пребывания под крышей торгового центра Ракель больше не обнимала себя крепко за талию, пытаясь хоть как-то не зазябнуть. Она дошла до фуд корта и забилась в самый дальний угол. С этого места открывался вид на улицу через большое стеклянное окно. Парковка уже была полностью забита машинами, но это ни капли не удивляло. Гораздо более странно не видеть ни одной машины в выходной в этом месте (а такого ещё ни разу не случалось). Большой диван, обтянутый оранжевой искусственной кожей, казался сейчас удобнее собственной кровати, хотя этот цвет находился чуть ли ни на первом месте в списке нелюбимых. Ракель трудно было назвать цвет, который ей нравился больше всего, но она точно знала, что любила чёрный, тёмно-бордовый, тёмно-синий, — такой цвет, в котором есть какая-то глубина, в котором можно утонуть.       На белоснежном столике валялось несколько крошек и осталось пятно от пролитого кофе. Девушка безучастно смотрела на этот небольшой беспорядок, который мог многих людей привести в бешенство. Многие считают себя королевскими особами, а тут такой бардак. Как это специально для них не успели вычистить всё вокруг и расстелить красную ковровую дорожку с золотым тиснением и россыпью из бриллиантов? Она достала из кармана телефон, но не нашла ни одного нового сообщения. С тяжёлым вздохом Ракель повернула голову и заметила за дальним столиком юношу, пристально наблюдающего за ней. Он показался ей знакомым. Как же девушка ругала себя за то, что вот так выбежала из дома не взяв ни деньги, ни очки. Покопавшись в памяти и перебрав знакомые лица из университета, школы и даже из фильмов и сериалов, Ракель наконец вспомнила, где видела его. Это был юноша, который вчера вытащил её из воды. Их взгляды встретились. Он поспешно встал, словно его облили кипятком, и направился к выходу. Наверное, любой другой на месте Ракель направился бы за ним, но она просто в ступоре продолжала сидеть. Возможно, он просто также силился вспомнить, где видел её. Ракель взглянула на большие электронные часы на противоположной стене. Уже было без пяти минут три, и девушка спустилась вниз к выходу, где её ждали подруги.       Кейли сразу же бросилась обнимать Ракель. Джулия в этом плане всегда была более сдержанной и не так открыто проявляла эмоции и чувства. Длинные распущенные локоны Кейли щекотали лицо и шею. После таких объятий Ракель каждый раз находит на одежде светлые волосы.       — Я так соскучилась! — с энтузиазмом пролепетала Кейли.       — Я тоже, — кривя душой, ответила Ракель. Почему-то она испытывала какую-то непонятную неприязнь к подруге.       — Знаете, что? Видела какой-то новый вишнёвый напиток. Думаю, нам стоит его попробовать.       — Тогда хватит тут мёрзнуть, — наконец заговорила Джулия. — Пойдём греться изнутри.       Ракель подчинилась, но именно в этот момент решила ничего не рассказывать про прошлую ночь, а тем более про способности. Не хотелось объяснять, что она в такое время суток делала одна в парке. Возможно, через какое-то время это решение изменится, но пока Ракель была тверда в нём. Да и подруги находились в таком замечательном настроении, что её проблемы просто оказались бы ни к чему.       — Я забыла взять деньги, — Ракель знала, что подруги ей одолжат, а возможно, и просто заплатят за неё. Они часто так делали, просто в следующий раз заплатит она. — Думала, что карточка лежит в телефоне, но, видимо, я выложила её.       — И именно поэтому я ношу всё в сумке и без неё не выхожу, — Кейли помахала небольшой чёрной сумочкой перед Ракель.       — Я просто пихаю всё в карманы и проверяю по сто раз, — пожала плечами Джулия.       — Так вот почему ты постоянно ходишь с руками в карманах, — на Кейли словно снизошло озарение.       — Даже не задумывалась никогда об этом, — а вот Джулия выглядела сбитой с толку. — Что с тобой сегодня? — обратилась она к Ракель. — Ты словно не здесь.       — Плохо спала, снилась какая-то ерунда.       — Какая? — поинтересовалась Кейли. Ракель не понимала, действительно ли она беспокоится о ней или спрашивает чисто из любопытства и вежливости.       — Мне приснилось, что меня чуть не изнасиловали, — девушка всё ещё не собиралась рассказывать правду. От воспоминаний снова начало сильно тошнить, и она закрыла глаза. Снова начали мелькать картинки этой ночи.       — А выглядишь ты так, словно это действительно произошло, — Джулия нежно положила руку на плечо подруги, но Ракель так передёрнуло, и она резко отскочила. — Прости, я вроде не сильно сжала.       — Просто я ударилась вчера ночью плечом, — эта ложь так легко вырвалась и звучала очень правдоподобно. — До сих пор болит.       Ракель и не заметила, как они дошли до нужного магазина. Подруги сразу направились к полкам с алкоголем, а Ракель лишь нехотя поплелась за ними. Запахло курицей-гриль, и в животе заурчало. Девушка вспомнила, что не ела ничего со вчерашнего утра.       — Только давайте зайдём купим какой-нибудь еды. Я сегодня ничего не ела, — обвивая себя руками, Ракель надавила на живот, пытаясь заглушить урчание.       — Если ты наконец не станешь нормально питаться, то я точно перееду к тебе, — пригрозила Джулия. После переезда матери Ракель и правда стала пренебрегать правильной едой, а иногда и вовсе забывала поесть.       — Если очень хочешь, то у меня есть свободная кровать, — Ракель действительно была бы не против, ведь Джулия ей гораздо ближе, чем Хелен.       — Я бы с радостью, но вряд ли меня родители отпустят, — прикусила губу девушка, явно не ожидавшая такого поворота. Словами бросаться очень легко, зато когда дело доходит до действий, люди часто поджимают хвосты и прячутся в кустах.       — Как знаешь.       Ракель направилась к полке с сендвичами и выбрала какой-то с курицей и томатами черри. Она бы с радостью выпила простого горячего чая. Ей так хотелось вернуться за собственной карточкой, чтобы не выпрашивать деньги у подруг. Ракель терпеть не могла, когда была должна кому-либо. Наконец они вернулись к заветной полке, от которой их увёл голод Ракель. Обычно Ракель с большим энтузиазмом помогает выбирать, но сегодня ей просто ничего не хотелось. Она лениво рассматривала разноцветные бутылочки, но даже названия была не в состоянии прочесть.       — Наверное, я не буду сегодня пить. Нехорошо себя чувствую, — набралась смелости Ракель.       — Может, просто нужно поесть? — с каким-то задором произнесла Кейли, что Ракель очень захотелось двинуть той в челюсть. Однако она успокоила себя тем, что ведь подруги не в курсе произошедшего и нет смысла их винить в таком отношении.       — Я лучше закажу себе чай.       — Как знаешь, как знаешь, — доставая бутылку из последнего ряда ответила Кейли. Она всегда выуживала всё, что собиралась покупать из самых дальних рядов, объясняя это тем, что если это продукты, то они будут свежее, а если одежда или что-то ещё — значит, люди их меньше трогали.       Оплатив все покупки, девушки пошли на фуд корт. К счастью, их любимый столик оказался свободен. Именно за этим столиком где-то полчаса назад Ракель сидела одна, погружённая в мрачные мысли. Она купила себе такой желанный чай и грела руки о горячий стаканчик.       — У меня есть шикарные новости, — Джулия вся светилась, а в глазах вспыхивали радостные искорки.       — Какие же? — откупоривая бутылку с сидром поинтересовалась Кейли, хотя Ракель показалось, что той абсолютно всё равно.       — Меня позвали на свидание, — выкрикнула громче, чем следовало бы девушка. Ракель чуть не подавилась чаем.       — И кто он? — проглатывая кусок сендвича спросила Ракель, искренне интересовавшаяся, кем же является новый будущий парень подруги.       — Он в этом году заканчивает университет и пойдёт поступать в магистратуру на юриста. Его зовут Кевин и у него есть собака.       — Типичная ты. Удивлена, что собаку ты поставила в самый конец, — улыбнулась Ракель, зная, как сильно Джулия обожает животных. Если бы ей разрешили, то она бы носила каждого зверька к себе домой.       — Ну так вот, — Джулия продолжила свой рассказ о Кевине, но Ракель отключилась.       Девушка лишь слышала какие-то обрывки фраз и не особо вникала в то, что говорилось. Она молча ела свой сендвич, который даже не был вкусным. Хлеб размяк и больше походил на противное месиво, а курица оказалась слишком ужасной и старой. Хотя бы помидоры были сочными и приятными.       — Эй, Келли, ты с нами? — Ракель не сразу среагировала на своё короткое имя и голос Кейли. — Ракель, мы тебя вызываем. Как тебе там на Луне?       — Помните про сон? Мне это не приснилось. Это произошло на самом деле. — Ракель больше не могла молчать об этом было выше её сил.       Она и сама не заметила, как рассказала всю историю, кроме той части про способности, соврав, что ей стало очень плохо и нужно было погулять на свежем воздухе, а ночь — самое подходящее время, когда даже дышать легче. И ещё она сказала, что те два урода не утонули на суше, а просто отключились, ведь они были в стельку пьяные. На какое-то время воцарилось молчание. Сидевшая справа Джулия обняла подругу и через секунду слева присела Кейли, тоже заключая дрожащую Ракель в объятия. Выбор показался в этот момент настолько правильным. Ракель так жаждала поделиться с подругами случившимся, у неё словно гора с плеч свалилась. Вот только длилось это всё недолго. Буквально через минуту Джулия с прежним энтузиазмом и неподдельной радостью в голосе продолжила рассказ о своём новом потенциальном парне. Ещё через минуту Джулия перестала её обнимать, а Кейли пересела к себе. Теперь Ракель почувствовала себя совершенно одинокой. Она понимала, что у всех свои проблемы, даже пыталась сделать скидку на то, что Джулия слишком взволнована предстоящим событием. Может, таким образом подруги пытались отвлечь девушку от мрачных мыслей? Однако ни одно оправдание не подходило. В своём оживлённом разговоре Кейли и Джулия совсем не обращали внимания на Ракель, которая не произнесла ни слова после того, как закончила свою историю. Они не спросили, как она себя чувствует, не нужна ли ей какая-то помощь или что-то ещё. А ведь Ракель просто хотелось подольше поговорить о случившемся и развить тему. Ведь у неё столько всего накопилось в голове. Но подруги не сочли это нужным. Чужие проблемы никому не нужны. Радостный смех девушек стал сильной пощёчиной. Ракель, занятая своими размышлениями, конечно, пропустила шутку, но она не понимала, как её подруги могут так веселиться, зная, что она страдает? Это не просто какая-то рядовая ситуация, где Ракель увидела паука и сильно испугалась. В этом случае её жизнь была в опасности. Ведь кто знает, что эти два ублюдка сделали бы с ней после того, как вдоволь наигрались бы. Последовала ещё одна волна смеха.       — Келли, ну же! Это же так смешно! — через сильный смех обратилась к ней Кейли. Ракель словно ударили в сонную артерию, и она словно отключилась. Девушка просто молча встала и вышла.       Теперь Ракель полностью осознала, что не нужна в этом мире совершенно никому.