Соседи по комнате

Среда. Здание общежития. Комната 306. 01:01.

Кровь красная, алая на полу, у Юнги руки трясутся до онемения, сердце, кажется, уже не бьётся. Кровь мелкой лужей разливается на белом кафеле в ванной. Холодно. Хочется кричать от боли, но нет сил. Ещё чуть-чуть и он упадёт, пытается схватиться за край раковины, хоть за что-нибудь, но от страха пальцы уже не сжимаются. Хвататься уже не за что. – Юнги!! Пожалуйста, давай, очнись!

– Посмотри до чего ты довел себя. На что ты похож? – Зачем ты это сделал? – Тебе нужна помощь. – Вы будете в порядке, Мин Юнги.

– Юнги?!! Ты слышишь меня?! Веки уже не поднимаются, под ними темнота, но чувствуется кафель холодный, как его кожа, под спиной и руки тёплые и сильные, родной и грубый голос плохо, но слышится. Мин пытается хоть немного окровавленными кончиками пальцев прикоснуться к чужой щеке, хотя бы в последний раз почувствовать тепло и грубость кожи родного человека, но не дотягивается, не успевает и падает. А потом сплошная тьма. – Юнги!!! Юнги, ну же проснись!! – Чимин хватает его за плечи, трясет, что есть сил, пытаясь разбудить и вытащить Юнги из своего кошмара. – Ч-Чимин? Ты что делаешь? – Мин просыпается резко, подрывается и поднимает голову с подушки, встретив испуганный взгляд Чимина перед собой, который держит его за плечи, сильно впиваясь и не отпуская. К вспотевшему лбу неприятно липнет челка, и испарина медленно спускается по виску, ещё Юнги чувствует, как подрагивают руки, и ноги словно онемели, но испуганный до жути Пак сейчас волнует больше всего. – Ты очень сильно крутился и кричал во сне. Я испугался, – Чимин смотрит ему в глаза, так близко. Его лицо действительно очень близко, на столько, что Юнги может разглядеть каждую его черту и каждый недостаток, которого, кажется, совсем нет. А вот теперь его щеки опять начинают краснеть. Слишком мило. – Просто кошмар. Все в порядке, – Мин аккуратно касается чиминовской руки и убирает со своих плеч. Блондин сейчас выглядит как маленький испуганный мальчик, которого нужно защитить, и то-ли, блять, у Юнги просыпаются материнские инстинкты, то-ли он реально бредит, если хочется взять этот мангеток за руку, повалить себе на грудь и скрыть от всего мира. Ибо мир не достоин такого совершенства. Хотя, что он, мать вашу, сейчас несёт? – Ты точно в порядке? – Чимин говорит это, скорее всего, для себя, чтобы самому удостовериться, что с мятным все в порядке. Кто мог подумать, что таким суровым парням снятся такие режущие кошмары? – Сколько времени? – Юнги убирает со лба мокрую челку, трет сонно глаза и смотрит на то, что на Чимине белая свободная кофта, а в ней он, как ангел, сошедший с небес, который должен был забрать его из того ужаса, что он видел в своём сне, ибо видеть этого больше никогда не хочется. – Час ночи. – Всё в порядке, иди спать, – Юнги откидывается обратно на подушку, отворачиваясь от Пака к стене, пальцы сильнее сжимают край белоснежного одеяла, а дыхание так и не может уровняться, как и сердцебиение. Чимин кивает согласно, поправляет край белой кофты, облизав пухлые губы, выключает маленький ночник с вырезанными звёздами, который включил рефлекторно, услышав тяжёлые стоны Юнги во сне. И сон явно был не из приятных и это было не что-то эротичное, потому что невнятные крики напоминали чье-то имя и «отпусти» или «уходи», он не расслышал. Пак сталкивается с таким впервые, видел только в дорамах, поэтому сильно испугался, да и Мин как назло долго не просыпался, а ещё больше дергался. Чимин засыпает моментально, повернувшись так же к стене от Юнги, а сам Мин не спит, боится и думает. 《Это обычный кошмар, успокойся》 – подбадривает он себя в своей голове, жмурит глаза, сильнее сжимая края одеяла. Это не просто кошмар. Его кошмар – реальность, давно забытая, давно прошедшая, но себя не обманешь и не избавишься от собственного страха, переживания, что бы ты не делал, оно будет преследовать тебя в твоих страшных снах и голове. Разве мы можем контролировать наши сны? Можем их не видеть? Можем просто все забыть? Жаль, что Юнги так забыть и не смог.

Среда. Здание общежития. Комната 312. 18:22.

Дождь не прекращается уже вторые сутки, бьёт по окнам, оседая мелкими каплями на стекле. Весна, конечно же, прекрасное время года. Тэхён любит весну, любит этот первый настоящий сильный дождь, любит цветущую в апреле вишню и по истине ощущаемое тепло весеннего солнца, а вот Чонгук все двое суток сидит с кислой миной, что не может не раздражать Кима, у которого внутри во всю блещет весна, даже если этого он не показывает, скрывая за толстой льдиной своего лже-характера. – Долго ты ещё будешь пялиться на меня? – у Чонгука что глаза на лбу? Или Тэхён реально что-то не заметил. – С чего бы мне пялиться на тебя? Я в окно смотрел, – оправдывается Тэ. И правда чего он залип на этом ублюдке? – Твоё выражение лица ужасно, – Ким переключается обратно на свой ноутбук, тупо смотря на рекламу сбоку, делая вид, что читает что-то действительно важное и интересное. – Ненавижу дождь, – безразлично выдает Чонгук, продолжая смотреть на своем ноутбуке какой-то сериал. Тэхён зубы стискивает, противно слышать такие слова, когда ты предпочитаешь пасмурную, хмурую и дождливую погоду, особенно противно слышать это от противного человека. – Я люблю дождь, – противоположно отвечает ему Тэхён и поднимает взгляд на Чона, встретив его взгляд на себе. – Во время дождя всегда сыро, мокро и холодно. Нельзя нормально прогуляться по улице или куда-то сходить, приходиться сидеть дома и ждать, пока он закончится, – Чонгук бровь одну приподнимает. Играет. Играет с тэхёновскими нервами. – Хотя, как меня может понять социофоб? – брюнет ухмыляется, но взгляда не отводит. Тэхён брови хмурит и, прищурив глаза, колко произносит: – Пошёл ты нахуй, Чон Чонгук, – Тэ палец средний показывает, на что Чон глаза закатывает и шепчет «Как по-детски», а у Тэхёна чванная ухмылка с лица не сходит, пока телефон не издаёт тихий писк, оповещая о новом сообщении в какао.

J-Hoseok: Привет, Тэхён :)

J-Hoseok: Хотел поужинать, пообщаться, надеюсь, ты составишь мне компанию?

KTae_97: Откуда у тебя мой какао?

J-Hoseok: Я вроде как один из популярных парней в нашем университете ^^ вот и попросил у кое-кого. Ты против?

KTae_97: Я дал тебе ясно понять, чтобы ты отвалил.

J-Hoseok: А я дал тебе ясно понять, что отваливать не собираюсь. J-Hoseok: 1:1, сучка.

KTae_97: Если я поужинаю с тобой, ты оставишь меня в покое?

J-Hoseok: Может быть ;) Встретимся в 19, адрес скину позже.

– Вот дерьмо, – прошептал Тэ, кинув свой телефон в сторону, и, откинув голову назад, вплел свои длинные пальцы в русые волосы, сильно надавливая. Чонгук замечает его странную реакцию и хочет что-то сказать, спросить, что произошло, но разве это его волнует? ("конечно нет") Тэхён получает сообщение с адресом, понимая, что находится это кафе совсем недалеко. Он надевает на себя серую кофту и прячет руки в карманы, накинув капюшон на голову. Любимый чёрный портфель уже на одном плече, и Ким хватается за золотистую ручку двери, тянет вниз, но голос брюнета останавливает его перед выходом. – Удачи? – невзначай спрашивает или желает Чонгук, посмотрев на застывшего в дверях Тэхёна, лица которого не видно под капюшоном. – Спасибо, – Ким говорит это тихо, но слышимо для брюнета, и дверь захлопывается, а дождь за окном, кажется, начинает идти еще сильнее. – Хах, не промокни, – усмехается Чонгук, переключая свое внимание на недосмотренную серию.

Кафе «Life story». 19:28.

Хосок пальцами стучит по деревянной поверхности столика, ждет и смотрит на пар, исходящий из чашки крепкого чёрного чая, который он недавно заказал, но так и не притронулся. Тэхёна нет уже пол часа, а может он вообще не придёт? Но Хосок ждет его, смотря в окно напротив, где люди спешат домой, укрываясь чем угодно от дождя, или не спеша гуляют по улочкам, спрятавшись под цветастыми зонтами. Капли громко бьют по железному карнизу, нарушая тишину. Хоби все ждет, оперевшись щекой на руку, помешивает чай железной ложечкой с необычным орнаментом, поглядывая на настенные часы рядом. В двери издается звон колокольчика, и Чон мгновенно подскакивает, смотря на дверь, в надежде, что это Тэхён. Но нет. Мужчина средних лет в чёрном пальто и недельной щетиной, который складывает свой смольный зонт. Хосок тяжело вздыхает, садясь обратно за столик, и тянется за своим смартфоном, лежащим на столе, чтобы написать Ким Тэхёну, который, кажется, уже не придёт. Только за спиной слышится басистый и знакомый голос: – Привет, – тихо произносит Тэ, скидывая намокший насквозь капюшон серой кофты. Хосок расцветает мгновенно, оборачивается и не сдерживает своей сияющей улыбки, открывая вид на белоснежные зубы в ровный ряд. – Ты немного опоздал, я уже переживал, что ты не придёшь, – сказал Хоби, севшему напротив Тэхёну. – Замерз? – Немного. Хочу горячий шоколад. – Горячий шоколад? Значит будет горячий шоколад, – Чон рукой машет, созывая официанта. – Поскольку.. позвал меня сюда ты – ты и платишь, – выдал Тэхён, листая меню. – Конечно, – усмехнулся Хосок. Заказ, на удивление, был приготовлен быстро, но факт того, что Тэхён заказал просто тарелку вишни и горячий шоколад немного удивил Хосока, и он действительно ел одну вишню. А до этого ещё долго парировал с официантов, на счет того, что ему нужна только вишня, когда ему говорили, что в таком виде её не подают. Но своей настырностью и характером добился желаемого. Все таки Ким Тэхён оказался ещё страннее, чем казался на самом деле. – Почему у тебя одна вишня? – не сдерживается Хоби, потому что этот вопрос не даёт ему спокойно сидеть на месте и смотреть на то, как Ким со спокойной миной уплетает свой необычный «десерт». – Какая тебе разница? Ешь свое бисквитное дерьмо-пирожное и не лезь в мою тарелку, – грубо ему ответил Тэхён; Хоби недовольно цокнул, пробурчав себе под нос «Это не дерьмо-пирожное». – Ты ведь не просто так позвал меня сюда «поужинать»? – Я хотел поговорить с тобой насчет.. – Того, что я не хочу иметь с тобой дело? – продолжил вместо него Ким. – Нет, на счет другого, – Хосок поднял свой взгляд на него, ожидая дальнейших действий. – У меня к тебе вопросов больше, чем твоих, а у тебя больше ответов, чем моих. Так что отвечай: почему ты пристал ко мне со своей дружбой? – спрашивает у него Тэхён, помешивая соломку в чашке с горячим шоколадом. – Потому что ты напоминаешь мне себя? Тэхён застывает на месте, взгляд свой поднимает на Хосока, смотря удивлённо и непонимающе, а Чон в этот момент открывает для себя новые эмоции на лице Кима, кроме безразличия. – Что? – выпаливает Тэхён неосознанно; Хосок улыбается уголком губ, опустив взгляд на свою тарелку. – Я – ребёнок по залёту. Маме тогда еле 17 исполнилось, отец не хотел ребёнка, велел аборт делать, а мама настояла на том, чтобы оставить меня. И в итоге оставила, – Хоби чайной ложечкой перебирает остатки содержимого тарелки, продолжая улыбаться, а Тэхён слушает его внимательно, не убирая взгляда. – Так в один из зимних дней на свет появился Чон Хосок. Чудо-ребенок с оптимистичным характером и большими возможностями. Мама любила меня больше всего на свете, пока отец все ещё считал меня ошибкой. Я для него никогда не был чем-то важным. Тэ всем нутром чувствует, что где-то в районе солнечного сплетения неприятно колет. Колит обида, потому что Тэхён, хоть немного, но понимает его. – Тогда все понимали, что семья Чон – фальшивка и иллюзия только ради ребёнка, – продолжил Хосок после недолгой паузы. – В итоге он бросил нас, когда я только пошёл в начальную школу. Да уж, маме было тяжело, не то, чтобы она его любила. Она мне говорила, что их любовь – иллюзия и игра гормонов, которая понесла за собой серьёзные последствия в виде.. – Тебя, – прервал его Тэхён, и Хоби согласно покивал головой. – Никто не является ошибкой, и ты тоже.. – Мама слишком много работала, чтобы нас прокормить. Все в школе меня дразнили, что я никому не нужен, потому что их родители забирали их со школы, ходили на праздники, все кроме моей мамы, и тогда я совсем отрекся от людей, не хотел ни с кем дружить и вообще контактировать, как ты сейчас, – Чон поднял голову, встретившись с Тэхёном взглядами, которые говорили все сами за себя. – И что произошло? Ты же сейчас, вроде, университетская звезда.. – Иногда.. в один момент и с одной встречей, все может измениться, – улыбнулся Хосок. – Мама встретила его – отца Сокджина. – Он был отцом-одиночкой? – Хей, тебе действительно интересно? – удивился Хоби, вскинув брови. – Нет.. Я просто.. – Да ладно, а я думал, что ты жуткий эгоист. Какие открытия, – саркастически выдал Хосок, подперев рукой подбородок. – Заткнись, – буркнул Тэ, закатив глаза и сложив руки, и откинулся на спинку стула. – Его мать умерла, когда ему едва месяц исполнился. Поэтому, да, его отец был одиночкой, пока не встретил мою маму. По словам моей матери у них были настоящие чувства, любовь и все дела, да и по ней видно было, её улыбка для меня стала искренней и счастливой тогда. Ну и в итоге они поженились, а я обзавелся старшим братом. – Встреча с Сокджином поменяла твою жизнь? – Хосок кивнул ему. – Мы долго не могли сжиться вместе. Не родные, как не крути. Я все тот же социопат в школе, у которого не было друзей. Но Сокджин… он.. добавил в мою жизнь красок? Он перевелся в мою школу, был рядом, как настоящий брат, а потом отправил меня в танцевальный кружок, где я нашел много друзей и знакомых. И вот так я – Чон Хосок, смог открыться, показать всему миру свою настоящую сущность, и как оказалось, людям она понравилась, все тянулись ко мне. В старшей школе я стал один из популярных парней с милой мордашкой, и все благодаря Сокджину, который поддерживал меня, его отцу, который стал для меня по-настоящему родным и близким, а мама расцвела, когда мы стали жить все вместе, как настоящая семья. С Сокджином мы стали очень-очень близки и неразлучны, всегда были вместе и остались до сих пор. Все изменилось в один момент с одной встречей. Поэтому, Тэхён, я узнаю себя в тебе и хочу найти с тобой общий язык, чтобы ты не оставался в одиночестве, как когда-то остался я, – Чон смотрит в глаза с надеждой, пониманием и толикой заботы, ожидая ответа от Тэхёна. – А что, если я не хочу этого? – Ким в мгновение становится таким же холодным, безразличным. Его глаз не видно под длинной челкой, из-за опущенной головы. – Просто не отталкивай меня и Сокджина, большего я не прошу.

Четверг. Университет. Коридор второго этажа. 11:44.

– Какого черта сейчас я должен пить шоколадное молоко, когда я люблю банановое? – пробурчал Чонгук разглядывая упаковку ненавистного напитка, оперевшись на стенку плечом, рядом с окном, на подоконнике которого сидел Чимин, свесив одну ногу и отречено рисуя в своём стареньком скетчбуке. – Ты ведешь себя как маленький и вредный ребенок, – усмехнулся Пак. – Я хотя-бы ростом вышел, в отличие от некоторых реально ма-лень-ких, – Чон приподнял свой взгляд на друга, ухватив губами соломку от напитка. – Ха-ха, очень смешно, – передразнил Чим, скривив гримасу, но так и не оторвался от рисования. – Что происходит у тебя в голове? – Чонгук достал телефон из кармана, оперевшись на стену спиной, и стал листать ленту давно забытого инстаграма от скуки. – В каком смысле? Что происходит у меня в голове? – Чимин оторвал свой взгляд с рисунка, посмотрев на брюнета, который странно улыбается. – Твои носки разные. – Блять, – фыркнул Пак, посмотрев на свою обувь. Носки и правда разные, белый и синий. – Не думаю, что вечно-опрятный-Пак-Чимин вышел бы так просто так. Так что колись: что у тебя на уме? – Чон опустил свой телефон, посмотрев на друга. – Кажется, я увидел то, что не должен был, – Чимин откинулся обратно на подоконник, смотря на двор полный студентов. Чонгук повел бровью, сказав «Звучит многообещающе». – Я ведь могу тебе это рассказать? Вчера ночью моему соседу – Юнги, кажется, приснился кошмар, а когда я стал его будить, его футболка немного приспустилась на ключицах… – Вау, тебя это возбудило? – посмеялся Чон, на что получил лёгкий пинок кончиком носа чиминовских белых кед в плечо. – Нет, заткнись. Я увидел что-то чёрного цвета чуть ниже ключицы и ближе к груди. Наверное, это было тату? – И все? Просто тату? Татуировки – в наше время дело обычное. Что тебя так взволновало и удивило? – Не знаю. Юнги не похож на человека, который стал бы набивать татуировку от пизды и без какого либо смысла. И это его поведение странное, кошмары, они ведь могут что-то значить? – спрашивает Чимин у брюнета, который смотрит совсем не в его сторону. Чонгук встречает взглядом Тэхёна, идущего мимо по коридору. Ким смотрит ему в глаза пристально и со своим гребаным прищуром, длинноватая челка слегка отходит назад из-за небольшого ветра из открытого окна. Они что, блять, сейчас в ебучем сериале про подростков? Чонгук корчит ему недовольную морду, ели слышно цокнув, а Тэхён проходит мимо, последний раз одарив взглядом Чона, словно он смотрел на последнее «дерьмо» в этом университете. Чонгук провожает его взглядом, недовольно смотря в спину, пытаясь сдержаться, как бы не сорваться с места и дать отменной пизды этому ублюдку, пока он не скрывается в одной из аудиторий. – А? Что ты говорил? – вдруг оживает Чон, поняв, что не услышал друга из-за парирования взглядами с Тэхёном. – Ты серьёзно? – Чимин смотрит на него вопросительно и осуждающе, слегка наклонив голову вбок. – Серьёзно, чувак, что происходит у тебя с тем парнем? – Пак плечами пожимает и захлопывает свой скетчбук, спрыгнув с подоконника и накинув клетчатый портфель себе на плечо. – Чего? Ничего у меня с ним не происходит! Это просто безумная ненависть, – выпаливает Чон, оторвавшись от стены и убрав обратно в карман телефон, пока блондин уже идёт прямо по коридору. – Знаешь, безумная ненависть порождает безудержную страсть, – выкрикивает Чимин, усмехнувшись. – Да пошёл ты, – Чонгук поднимает с подоконника забытый Чимином карандаш и кидает его прямо в блондина, не попав, на что Пак усмехается ещё больше, показав со спины средний палец.

Университет. Аудитория химии. 14:55.

KTae_97: Нет ничего лучше химии.

MinMin41: Гонишь. MinMin41: Химия – отстой.

KTae_97: Если ты в ней полный ноль, хах.

MinMin41: У кого-то слишком развязный язык.

– Хей, – здоровается Хосок, положив руку на плечо Тэхёна, а другой удерживая сумку на плече.

KTae_97 не в сети.

– Привет, – параллельно здоровается с ним Тэхён, выключив телефон. – У тебя, кажется, свободно? Я могу сесть рядом? – спрашивает Хоби, смотря на Тэ как-то странно. Тэхён бы сказал ему, что да, здесь занято воздухом, воображаемым другом или его портфелем, как он обычно делает это в своём саркастическом стиле, но.. – Да, конечно, ты можешь сесть. – Круто, – неловко выдал Хосок, хотя на лице у него виднелась заметная радость. ...не будь этого вчерашнего разговора, всё бы было иначе. Хосок вытаскивает все содержимое сумки: огромную тетрадь для конспектов и обыкновенный пенал серого цвета, на котором корявым почерком синей ручкой были какие-то надписи. Тэхёну было бы интересно прочитать, что написанно Хосоком, а может и не Хосоком на его пенале, но разглядеть что либо, кроме одной буквы «С» у него не удалось. И, кстати, на счет «С».. – А где Сокджин? – спросил Тэ, разбавляя неловкую тишину. – Хён вчера сказал мне, что среда – это маленькая пятница, – усмехнулся Хосок, начав писать что-то в тетради ручкой с фигуркой жёлтой уточки на кончике. Кажется, даже в детском саду такими не пишут. – Тогда все понятно, – усмехнулся в ответ Тэ, переключившись на свой ноутбук на столе. – Ух ты, я только что увидел улыбку Ким Тэхёна. Мило, – выпалил Хосок, посмотрев на Кима, встретившись взглядами. У Тэхёна, кажется, на одно мгновение прошелся жар по щекам. Он смутился? – Иногда нужно делать новые открытия, – последнее, что успел сказать Тэ, прежде чем в аудиторию зашёл профессор, и уведомление на телефоне не отвлекло.

MinMin41: Серьёзно, бро, почему ты так резко пропал. Неужели ты смешал ангидрид и азотную кислоту, и произошёл катастрофический взрыв?

KTae_97: Вау, я думал, что ты полный ноль в химии. Откуда такие познания?

MinMin41: Меньше знаешь – лучше спишь. MinMin41: У меня корейский, напишу позже.

Здание общежития. Коридор 3 этажа. 16:33.

Засранец Чимин ушёл домой раньше, чем Чонгук, потому что Чона ещё долго отчитывал декан за случай на паре. Гребаный профессор по английскому выгнал его из аудитории только за то, что он сказал пару слов Чимину, и то шёпотом. Как оказалось профессор Ким стал занозой для Чонгука и навряд-ли теперь оставит его в покое. Чопорный мерзавец. Брюнет идёт прямо по коридору к своей двери в комнату, держа одной рукой слетающую лямку черного рюкзака, и понимает, что в пачке осталась последняя сигарета и надо бы купить новую перед сегодняшней тренировкой в танц-зале. Только когда он подходит к двери в свою комнату, из уст срывается риторический вопрос: – Какого хуя? Чонгук смотрит на дверь, вскинув густые смольные брови, где на деревянной поверхности неаккуратно, крупно и жирно написано чёрным мелком «Чон Чонгук – мудак». Кажется, Чеён здесь постаралась. Стерва. – А я думал, что один так считаю, – подошёл сзади Тэхён, встав рядом с Чонгуком и рассматривая чужие «творения» на бежевых дверях. – Надеюсь, оно отмывается, – хмыкнул Тэ, открыв дверь, а Чонгук захлопнул её за ним, назвав Кима ублюдком. Мало того, что день не удался из-за профессора, так ещё и это. Чон злится ещё больше из-за появившегося Тэхёна, а после и из-за сообщения пришедшего с какао от друга.

Park_Jimin: Как тебе сюрприз от Чеён? :)

Park_Jimin: «Мудак».

Jeon.jk: Отвали, любитель мальчиков-неформалов.

Здание общежития. Комната 306. 16:40.

Jeon.jk: Отвали, любитель мальчиков-неформалов.

У Чимина щеки краснеют снова незаметно. Какого черта они вообще краснеют, лишь при упоминании о Мин Юнги? – С тобой все в порядке? – Что? – пугается Пак, услышав неожиданно голос Юнги, который, кажется, недавно был в душе, а Чимин даже не услышал, как вода перестала литься, погрузившись в свои мысли. Мин смотрит на него вопросительно, вытирая мятные влажные волосы полотенцем, на нем футболка белая, слегка прилипающая к ещё влажному телу, и выглядит он сейчас, как пиздец. В прямом смысле – пиздец. – Ты весь красный. У тебя жар? – перебивает Юнги Чимина, который нахально пытался рассмотреть очертания мышц под намокшей футболкой. А от услышанных слов (или самого Мин Юнги), кажется, щеки стали гореть ещё сильнее, словно ещё чуть-чуть и загорятся синим пламенем. – Я.. это.. – промямлил Пак, пока сообщение пришедшее на телефон его не отвлекло.

BaenHo3499: Хей, Чимин, это Бёнхо, твой одногрупник. Не мог бы ты зайти ко мне в комнату и забрать свои конспекты? Я в 211.

《Бёнхо, ты ли мой ангел-спаситель?》 – подумал Пак. – Мне.. нужно бежать, – Чимин соскакивает с кровати, откинув скетчбук, и мелкими шажками выбегает из комнаты. Юнги искоса на дверь смотрит, вскинув брови и не понимая, что только что произошло. А после взгляд падает на чиминовскую кровать, где виднелся серенький скетчбук, окантовка которого была немного в красках, что придавало ему более творческий и небрежный вид со своей эстетикой. И, не сдерживая собственного любопытства, грязные ручонки Мин Юнги сами потянулись к альбому. Обычно, что в голове у художника – находится на бумаге. Юнги листает каждую страницу, рассматривая непримечательные рисунки пейзажей и разных аниме-персонажей, пока не останавливается на одной страничке, где чёрным по белому выведены аккуратно надписи «Пустое всегда должно быть заполнено». И Юнги не будет Юнги, если в его голове не проскочат пошлые мыслишки одновременно с большими и умными теориями. А ведь Чимин прав: пустое должно быть заполнено, пустая голова должна быть заполнена знаниями, белый лист бумаги должен быть заполнен красками, лица людей должны быть заполнены эмоциями, а души должны быть заполнены добротой и теплом, так же как и воспоминания должны быть заполнены счастьем. Он не останавливается, листая каждую страницу скетчбука, была одна единственная страница, которая была вырвана. Интересно, что на ней было нарисовано, потому что на маленьком не вырванном кусочке листа была красивая надпись «Навсегда» с сердечком. Ничего интересного он не нашел, пока не дошел до последнего, кажется, ещё совсем свеже-раскрашенного акварельными карандашами рисунка. В лице парня, сидящего на краю моста, свесив ноги, Юнги узнает себя, даже волосы мятного смывшегося цвета. Взгляд холодный и грубый, неужели Чимин видит его именно так? А может оно так и есть? Рубашка на парне слегка приспущена на левой ключице, а бумага в этом месте слишком натерта чуть ли не до дыры, как будто там что-то рисовали и стирали по несколько раз. Мин приспускает на левой ключице свободную футболку ближе к груди, рассматривая черные аккуратно выведенные надписи. Его самое скрытое место. – Неужели Чимин увидел?

Здание общежития. Комната 312. 19:49.

Чонгук весь вымотанный снова возвращается с тренировки поздно, так как оставался там до последнего, тренируясь, и, кажется, результат даёт о себе знать, если мышцы уже так не болят, а хореограф хвалит его пластику, говоря, что на этой тренировке он выглядит гораздо круче и пластичней, но в ногах ещё немного заплетается и путает движения, но прогресс как бы на лицо. Чон заходит в комнату и как всегда светит только настольная лампа, но за рабочим столом и ноутбуком Тэхёна нет, а сам он стоит у окна возле его кровати, оперевшись локтями, и слегка качает головой, топая левой ногой, кажется, в такт музыки в его наушниках, не видно. И да, видна лишь просвечивающая через кофту тонкая талия Кима и неплохой зад, Чонгук, кажись, тогда ошибся, назвав зад Тэхёна тощим в их первый (не первый) день знакомства, потому что ему сейчас кажется, что он у него отменный. – Кхм, – громко прокашлялся Чонгук, подав знак собственного нахождения, на что Тэхён, на удивление, среагировал, повернувшись, и вытащив наушники из ушей. – Ты уже здесь? – как-то с издёвкой выдал Тэхён, осмотрев Чонгука с головы до ног. – Свали, – огрызнулся Чон, на что Тэхён поднял руки и закатил глаза, уйдя на свою кровать, и потянулся за смартфоном, чтобы посмотреть какие-нибудь скучные новости или попереписываться с Мином. KTae_97: Планета Земля вызывает Мин Мина.

MinMin41: Ахах, твоё сообщение сделало мой вечер, Тэ. Слишком много мыслей и тайн за один вечер в моей голове. MinMin41: На самом деле меня мучает это весь день.

KTae_97: О чем ты?

MinMin41: Мы так давно общаемся, а за последний месяц стали общаться сутками, по ночам, днем, во время пар или моих прогулов. И даже имен друг друга не знаем.

KTae_97: Меня Тэхён зовут.

MinMin41: Юнги.

KTae_97: Юнги? Кажется, я слышал твоё имя где-то… KTae_97: Но не помню где.. Тэхён отвлекается от экрана смартфона, смотря на стену или потолок, пытаясь вспомнить, где именно слышал это имя – Юнги, пока в его взор не попадает Чонгук… Чонгук без футболки. Тэхён не понимает, что происходит с его мозгом, кажется, он отключается, потому что невозможно оторвать взгляда с оголенной чонгуковской спины, от этих движущихся крепких мышц на лопатках, от стройной талии, выпирающих позвонков и широких плеч, его бледноватая кожа поблескивает из-за пота от усиленной тренировки. Когда он поворачивается к нему вбок, открывается вид на шикарную фигуру, широкую и массивную грудь и ключицы, еле виднеются кубики и испарины спускаются к выпирающей из-за серых широких спортивных штанов черной резинке боксеров. Подняв взгляд немного выше, Тэ в глаза бросается прилипшая ко лбу брюнетистая челка, прикрытые глаза, когда Чон пьет воду из бутылки, не касаясь горлышка губами, его кадык движется в такт с глотками, и длится это все секунды, но Тэхёну кажется, что вечность. Чонгук выглядит сейчас как порнозвезда; Тэ смотрит на него, раззявив рот, и нервно сглатывает поступившую слюну. Почему так хочется сейчас прикоснуться к этому телу, потрогать каждый изгиб, а внутри отдаётся приятное возбуждение? Вот только засветившийся экран телефона вытаскивает его из своей маленькой эйфории, оповестив о новом сообщении.

MinMin41: Ты ведь в Сеуле сейчас живёшь? MinMin41: Я хочу встретиться с тобой.

– Твою мать..