Око за око

Проснулся я от того, что мне стало холодно. Совершенно голый, лежал на своей постели. Вдалеке послышался звон, затем шум воды. Вскоре я услышал шаги. В комнату с наполненным водой тазом вошёл Дима. Я не мог поверить своим глазам: он тут, пришёл. Глаза наполнились слезами. - Дима… - голос не слушался, горло дико пекло. Омега удивлённо посмотрел на меня. - А я уже думал, ты не вычухаешься. Он поставил таз рядом со мной на постель, снял со своего плеча полотенце и намочил немного в тёплой воде, затем осторожно стал протирать им лицо, шею, грудь и так далее. Я чувствовал безумную слабость. Но это не имело значения: даже если я умру, я рад, что увидел Диму. Я так его ждал. - Прости, – просипел я. – Прости меня, я очень сожалею. Только... не бросай меня больше. Я закашлялся. - Что за ребёнок? – Дима устало вздохнул. – Нельзя оставить и на пару дней. Я хотел преподать тебе урок, но, видимо, погорячился. Он положил руку мне на лоб. - И чего тебе дома не сиделось? А если бы ты себе шею свернул? - Я слышал, как плачет ребёнок. Дима удивлённо поднял бровь: - Откуда здесь дети? С ума сошёл? Не делай так больше. - А ты не бросай меня, и я не буду так делать. - Мне нужно было, к тому же ты меня здорово разозлил. Не могу же я с тобой тут всю жизнь провести. Дима продолжал меня обтирать полотенцем. Каждое его прикосновение к моей коже вызывало безумную жажду. Хотелось прижать омегу к себе, поцеловать, никуда больше не отпускать. Не знаю, почему раньше не чувствовал подобного. Наверное, только сейчас я ощутил Диму как свою пару. - Я тебя люблю. Дима застыл, перевёл взгляд на моё лицо. - Не стоит пытаться привязать меня подобными речами: я тебя ненавижу, и не стоит мне врать. Я видел, как ему больно. - Я не вру и очень сожалею, что так с тобой поступил. Знаю, что ты не изменишься ко мне, просто хочу, чтобы ты знал о моих чувствах. В комнате воцарилось молчание. Дима кусал губы, а я ждал его реакции. - Почему ты это сделал со мной? Ты тогда так разозлился, а я ведь не пытался тебе навязываться, просто тоже сказал о своих чувствах. Омега смотрел в пустоту. - Мой первый секс был в одиннадцать лет. Это был новый отцовский супруг, он был на двадцать лет старше. Хотя сексом это сложно назвать, у него просто была течка, а я даже в таком возрасте не мог на нее не среагировать. Тем более что тогда я мало понимал в подобных отношениях. После этого у меня сложилось не очень хорошее мнение о всех омегах. Папа бросил меня, когда я был маленьким, поэтому никогда не знал омег с другой стороны. Я видел только отцовых шлюх и Виктора, потому так и среагировал на твоё признание. Будто ты предал меня, потому что такой же как они. - Я ведь не такой, - Дима хмыкнул. - Не так, – исправился он, – не был таким. То, что ты со мной сделал, помогло, изменило меня. - О чём ты? Из-за тревожного предчувствия было больно дышать. - Я всегда считал, что, когда начну встречаться со своей парой, буду абсолютно невинен, – сказал омега. – После того, как ты меня изнасиловал, больше не было смысла и дальше хранить свою честь. Я был сильно расстроен, ещё и течка началась. Дима положил руку на свой живот. - Их было несколько, даже не помню, как их зовут. Я не буду делать аборт, мой старший брат умер во время аборта, но и оставлять его не собираюсь. Когда он родится, оставлю его в роддоме. Он мне не нужен. Потому я и решил присмотреть за тобой: когда живот начнёт расти, обо мне пойдут слухи. Я буду тут с тобой до его рождения, так что советую научиться обходиться самому. Как только он родится, я уеду. Я был шокирован. - Можешь не волноваться. Я найму кого-нибудь, кто будет тебе помогать, один ты не останешься. Только и на меня не рассчитывай. Я прикусил губу. Теперь всё ясно. Вот почему Дима со мной нянчится. Ему просто нужно место, где он сможет дождаться рождения ребёнка, не привлекая к себе особого внимания. А потом он бросит своего малыша, и всё из-за меня. Ещё одна разрушенная детская судьба. Я просто чудовище.