Сердца химер бьются ровно

      Они без происшествий оставили Данхэм и двинулись на запад. «Тойота» Леона тащилась позади, лишь изредка мелькая в зеркале заднего вида. Вдоль дороги смешанный лес сменялся хвойным, солнце мелькало над чернильными еловыми верхушками. Впереди щербатая лента асфальта радовала глаз совершенно неподходящей осенней сушью. Не верилось, что какие-то сутки назад не так уж и далеко отсюда бушевала настоящая буря.       Все шло даже слишком хорошо. До Брейндтауна, по Диновым прикидкам, их ожидало полтора дня пути. На границе штата на заправке они дождались Леона только чтобы обменяться с ним сухими кивками: маршрут обсудили загодя и старший Винчестер не видел смысла попусту болтать с подозрительным придурком… однако поболтать таки пришлось.       Они купили по паре хот-догов, большую пачку томатного сока и сегодняшнюю газету, просто на всякий случай. И случайно не прогадали. Сразу за репортажем о губернаторской предвыборной компании следовала заметка под крупным заголовком:       «Школьница убита в собственном дворе: маньяк или бешеный зверь?!»       Дин нахмурился, покосился на брата, глотающего сок прямо из пакета, и вчитался. Статью украшала черно-белая фотография щекастой девчонки лет пятнадцати, глядящей в объектив сквозь большие очки.       Бетси Макалистер… школьница, лауреатка чего-то-там… найдена бабушкой рано утром в кустах у забора… чудовищное преступление… дикое животное?.. кто-то затравил несчастную псами?.. доколе и куда смотрит полиция штата?       В статье дотошный автор внезапно даже ссылался на Данхэм, мол, по его источникам, подобное преступление, связанное со «зверем» и группой подростков, произошло совсем недавно в «соседнем штате».       Чудньенько. Очешуенно просто. Шикарно.       Леон стоял поодаль, опершись бедром на водительскую дверцу своей «Тойоты», и мелкими глотками пил минеральную воду. Стекла в машине он опустил.       Дин мельком заметил на приборной панели криптозоолога открытую пачку чипсов со вкусом бекона и поморщился. На старомодно-ковровой обивке салона обязательно поселится целый батальон вездесущих жирных крошек; обращаться так с машиной может только аморальный урод! Даже с такой невзрачной.       Он хлопнул раскрытой газетой по синему капоту.        — Вот. Полюбуйся, король интуиции.       Леон ответил хмурым взглядом из-под выбившейся из куцего хвоста пшеничной челки, но корреспонденцию послушно взял, вчитался в разворот. Присвистнул.        — Черт меня дери!        — Да-да, — поморщился Дин. — А теперь выкладывай, как ты догадался, куда ехать? Дело ведь не в каком-то хреновом перинатальном центре?        Леон сжал злосчастную газету, сминая дешевую бумагу гармошкой, однако заговорил спокойно.        — И в нем тоже. Я же говорил, я слежу за сукой от Нью-Йорка, фишку уже просек. Когда она появляется около поселения, вся спящая там дрянь пробуждается. Редкая дрянь, она словно специально выбирает места повеселее. Ты куришь?        Резкий переход слегка застал Дина врасплох. Он только мотнул головой. Леон пожал плечами, достал из заднего кармана джинсов мятую пачку «Camel». Вытащил сигарету, оттуда же извлек дешевую зажигалку. Закурил.        Дым пах мерзко, хотя обшарпанная заправка в принципе не изобиловала изысканными ароматами.        — Так-то я тоже не курю. Бросил лет восемь назад. Но иногда так, зараза, хочется…        Дин невесело фыркнул. Он сам никогда не помышлял о сигаретах, не из каких-то ботанских соображений о своем здоровье, а чисто рационально: охотнику нужна хорошая здоровая дыхалка. Вопрос насущного выживания.        Леона, очевидно, такие вещи не парили.        — Эй, вы чего там воркуете! — окликнул их Сэм, которому, видно, надоело бестолку слоняться вокруг «Импалы». — Секретики?        — Ну что-о ты, — Дин развернулся к нему всем корпусом, навесив на лицо самую ехидную свою ухмылочку. — Секретики только у вас, девочки. Я показал нашему другу статью про нашу малышку Лесси. Не хочешь присоединиться к военному совету, Саманта?        — Вы двинулись? — возмутился Сэм. Солнце ореолом подсвечивало его кудри. Эдакий герой вестерна на фоне длинной черной машины. — На заправке?!        Он говорил чертовски правильные вещи. Глупее нет: обсуждать охоту под пристальными взглядами наружных камер слежения и любопытной продавщицы, в открытую наблюдающей за ними в захватанное панорамное окно магазинчика.        И тем более глупо в таком месте затевать драку, чего как раз-таки Дину и хотелось.        Мутных загадочных типов он реально ненавидел.        За исключением Каса, конечно.        — Когда ты думаешь рассказать нам, во что ты нас втянул?        Леон в ответ закатил глаза и скупо сщелкнул пепел на асфальт.        — Я вас втянул? Это вы влезли в мои дела. Дело принципа, так, кажется?        Он все-таки напрашивался на хороший хук справа. Конкретненько.        Заночевали в крохотном придорожном мотельчике, уже на полноправной территории Огайо. Криптозоолог, разумеется, запросто ушел от напрашивающегося разговора (или драки), и Дину ничего не оставалось кроме как копить бессильное раздражение, по сто первому разу перечитывая газету, пока Сэм с удвоенным рвением гуглил все мало-мальски интересное о Брейндтауне, городе «здоровой экологии и счастливого будущего».        Уж во всяком случае, счастливое будущее никогда не наступит для Бетси Макалистер.        До цели они добрались к середине следующего дня. Развалюшка-«Тойота» Леона не могла выжимать скорости «Импалы» (за что Дина разбирало законной гордостью), а старший Винчестер теперь резко предпочел не выпускать криптозоолога из виду. От короткого разговора на заправке остался неприятный осадок, к тому же Дин считал подозрительность основой выживания. Пусть это и не всегда работало.        Брейндтаун на первый взгляд ничем особенным от Данхэма не отличался, разве что зелени было поменьше, и лес кругом не такой густой. И на небосклоне пока не собиралось никаких бурь.       Первым делом они заметили указатель на пресловутый перинатальный центр. Сэм кивнул на него с сомнением и предложил для начала отыскать мотель, но Дин только отмахнулся. Во-первых, на часах определенно значилось время ланча, а во-вторых ему меньше всего сейчас хотелось откладывать расследование в долгий ящик.        Еще в Данхэме криптозоолог примерно описал им происходящие в Брейндтауне «неладности»: он неизвестным образом откопал записи того самого центра и хмуро разглагольствовал о каких-то там аномальных нарушениях беременности. Мол, больница новая, а происходит там черт те что. Может, она и привлекла его внимание своей разрекламированной новизной, хотя откуда Леон во всем этом разбирался, оставалось тайной.        Дин бы не усмотрел ничего подозрительного в показанных им коротких заметках на медицинских форумах.        Дин бы, по-хорошему, предпочел отправиться опрашивать бабушку Бетси Макалистер, но газета была сегодняшней и заявиться к убитой горем старушке прямо сейчас казалось слишком оперативным для ФБР… да кого он обманывает? Гораздо больше, чем выловить гребаную волчицу, его тянуло выяснить, какую такую хрень разглядел в этом городе Леон. И вывести криптозоолога на чистую воду.        Так Дину диктовало чутье охотника, а оно никогда его не подводило (или он предпочитал так думать).        У центра в том числе имелась вполне современная парковка, на которой кучковалось с дюжину автомобилей. Похоже, дела родильного дома шли неплохо. Дин оставил «Импалу» возле пыльного белого пикапа, и они с Сэмом выбрались наружу, собираясь честно дождаться Леона. В конце концов, именно он знал, что искать.        К самому нежно-зеленому, расписанному футуристическими аистами, зданию больницы вела широкая лестница «под мрамор». На верхней ступеньке хорошенькая блондинка, кажется, едва получившая законное право водить машину, кричала на мускулистого парня, выставившего перед собой розовую женскую сумочку.        — …скажем родителям! — донеслось до Дина визгливое. — Тем более сейчас, когда Бетси…        Братья переглянулись и, как водится, поняли друг друга без слов. Сэм широко, располагающе улыбнулся и первым поспешил к собачащейся парочке, находя в кармане подходящее удостоверение. Дин следовал за ним, собираясь поменьше открывать рот: роли сочувствующих обаятельных журналистов куда лучше удавались начитанному младшенькому.        При их приближении подростки замолчали. Парень украдкой выдохнул, девушка прицельно сощурилась.        — Добрый день, — жизнерадостно поприветствовал их Сэм, расцветая улыбкой еще более сияющей. Эффектненько распахнул журналистские «корочки». — Я Чарли Родриксон, а это мой коллега Тед, мы из «Дейли Ньюз».        — Привет, — настороженно отозвалась блондинка. Махнула рукой в сторону центра. — Вы приехали писать про эту хрень?        — Руководство считает, тема актуальная, — Сэм состроил печальную мордашку. — Мы недавно приехали и тут почти сразу узнали о смерти мисс Макалистер. Нам кажется, если объединить две новости и сыграть на контрасте…        — О-о, Бе-етси! — неожиданно зло перебила его блондинка. Она, похоже, не собиралась представляться. — Все только о ней теперь и говорят! На меня смотрят косо!        — Почему? — ухватился Сэм за последнюю фразу. — Неужели кто-то может вас подозревать? Вы что-то видели?        Братец играл роль просто отлично, Дин про себя им немного гордился. Вот сейчас — ни дать, ни взять, журналюга, почуявший жареное.        — Да никто не косится, Лаззи, — подал голос доселе молчавший парень-сумконосец. Его подружка зло зыркнула на него, но он все равно продолжил, понадежнее перехватывая женский ридикюльчик. — Понимаете, в тот вечер мы все собрались у Лайзы дома, отмечали день рожденья Вонга… короче. Прикол, что Дамбо, в смысле, Бетси, живет… жила по соседству. С Лайзой, в смысле. У Лайзы не было предков…        — Да заткнись ты уже! — не выдержала блондинка. — Совсем не обязательно об этом трезвонить! Об этом и так все знают!        Многострадальный паренек пристыжено замолк. Дин про себя закатил глаза: из девочки вырастет замечательная стервочка.        — Давайте так, — пришел он на помощь брату и сумконосцу. Тоже постарался обаятельно ухмыльнуться. — Мы с вами пойдем в ближайшее кафе, и ты, красавица, поделишься с нами сплетнями про центр и про Бетси. Интервью на первой полосе «Ньюз», м?        — Ну… — с сомнением протянула блондинка. Поджала губки, вымазанные розовым блеском. — Только сначала я посмотрю, что вы там понапишите! Я собираюсь в школу журналистики вообще-то!        — Идет, — торжественно покивал Сэм. — И мы заплатим за кофе, окей?        — Договорились, — будущая стервочка модельным жестом откинула за спину пергидрольные кудряшки и уцепила за запястье своего сумконосца. — Идем, Соррен. Рядом есть милое местечко, помнишь?        Дин за ее спиной показал Сэму большой палец. Тот в ответ поморщился.        Пока они болтали на ступеньках, синяя «Тойота» Леона успела занять место на парковке, однако из салона никто не вышел. Криптозоолог опустил стекло, выставил наружу локоть и прихебывал минеральную воду, то и дело посматривая на зажатый в свободной руке сотовый телефон. Ни дать, ни взять, будущий папаша ждет звонка женушки из родильного отделения.        Мобильник Сэма тренькнул в нагрудном кармане. Братец поспешно схватил трубку, прочитал пришедшее сообщение и принялся тарабанить ответ.        Дин дал себе зарок поинтересоваться подробностями позже.        Современная молодежь удивительно беспечна, особенно в свете недавней гибели мисс Макалистер, о которой стопудово гудел весь городок. Дин диву давался, отчего их новые знакомые так безропотно пошли с незнакомыми «журналистами». Правда, только до ближайшего кафе, маленького белого здания через дорогу, и все-таки.        Впрочем, наверняка все окрестности супернового центра просматривались через камеры наблюдения.        Впрочем, наверняка подростки и не собирались об этом думать. Белокурую Лайзу, казалось, совершенно захватила возможность дать интервью (что совершенно не вязалось с ее поведением каких-то четверть часа назад), а Соррен просто обреченно следовал за бойкой подружкой, по-прежнему таская ее розовенькую сумочку.        Кафе оказалось самой обычной забегаловкой, пусть и преувеличенно «миленькой». Винчестеры таких местечек обычно сторонились. Белые скатерки, над каждым столиком светильник в плетеном абажуре, вместо стульев плюшевые кресла, а меню написано цветными мелками на большой грифельной доске.        В такие места ходят романтичные школьницы после уроков. Лайза не выглядела слишком уж романтичной, но Дин не очень хорошо разбирался в школьницах. Нет уж, увольте! Не хватало ему еще малолеток, он бы себя уважать перестал…        Лайза выбрала место в нарочито уютненьком углу, и они расселись два на два, друг напротив друга. Сэм придвинул кресло поближе к столу и вытащил блокнот откуда-то из внутреннего кармана куртки. Дин, не так уж хорошо продумавший журналистский образ, развалился поудобнее и приготовился следить в оба и подмечать детали в стиле гребаного Шерлока Холмса. Или кто там великие книжные детективы?        Иногда, очень редко, он покупал беллетристику на заправках или в мотелях, в мягких обложках такую, чтобы не жалко оставить в номере. Чаще, конечно, читать времени не находилось, а в минуты отдыха нет ничего лучше порнушки или «Доктора Секси», и тем не менее. Иногда попадались забавные вещицы.        — Вам наверняка больше интересно про Бетси, чем про какой-то центр, — проницательно протянула Лайза и вдруг беззащитным жестом обняла себя за плечи. — Вот только мы реально ничего прям крутого не знаем. Ее миссис Маккалистер нашла с утра, прикиньте? Бабуля и не заметила, как внучка вышла… Они живут у нас по соседству, то есть теперь только миссис… А мы ничего не слышали. Но думаю, никакие это не собаки и не волки. Газеты все обмусолили…        — Так-так, сто-оп, — оборвал Сэм полет девчачьей мысли. Дин, потерявший нить рассказа на втором предложении, громко прочистил горло и взял слово себе. Добавив в голос сполна проникновенности.        — Лайза, погодите. Начните сначала. Бетси была вашей соседкой?..        Отвечая на конкретные вопросы, Лайза не распылялась, потому дело пошло веселее. За последующий час Дин и Сэм узнали все о злополучной вечеринке — и ничего полезного. А после разговор сам собой вернулся к перинатальному центру.        — И все-таки, — Сэм, исписавший половину блокнота живописными бессмысленными каракулями (Дин прекрасно видел их со своего места), пристроил подбородок на сцепленных пальцах. Рукава рубашки он закатал по локоть, и Лайза беззастенчиво пялилась на его предплечья, позабыв про остывающий тыквенный латте.        — И все-таки, напоследок расскажите нам немного о новом центре. Иначе, сами понимаете, по головке за самодеятельность нас не погладят.        — Да чего там рассказывать, — отмахнулась Лайза. — Больничка как больничка.        В глазах ее Дину померещился отблеск паники, такие вещи работа приучила его видеть влет. Он подался вперед.        — Прошу прощения, вопрос бестактный… вы беременны?        Девчонка дернулась, едва не опрокинув чашку. Молчаливый Соррен успокаивающе поймал ее за руку и ответил сам.        — Вам-то какое дело, а? Полиция нравов? Нормальными же казались…        — Понял, отвалил, — пошел Дин на попятную, примирительно поднимая раскрытые ладони. — Просто мы ведь журналисты, так уж мы устроены.