Защита свидетелей

      Огонь в камине погас, оставив от поленьев лишь жалкие угольки, а за окном забрезжил рассвет. Джон не сомкнул глаз этой ночью, будучи целиком и полностью погружён в свои невесёлые мысли. Он думал о наёмниках, о Тирионе Ланнистере и его роли во всей этой «игре», но больше всего он думал о Сансе. О том, что будет дальше. Как повернётся её жизнь, если они проиграют эту гонку? Какой она станет, если он всё же сможет её защитить? Так много вопросов, но ни на один из них не было ответа.       Он тяжело вздохнул, потирая пальцами уставшие от бессонницы глаза. Было ощущение, что в них попал песок. Ему надо позвонить Эдду, но делать это со стационарного телефона, находившегося в доме, слишком опасно. Придётся съездить в Тенби и позвонить оттуда. Возможно у «Чёрных братьев» есть для него новости. Да и ему самому есть что им рассказать.       Санса спала, положив голову ему на колени, вынуждая его сидеть неподвижно, боясь потревожить её сон. Что будет дальше, Джон не знал, но сейчас эта девушка принадлежала ему. От разлившейся в сердце нежности уголки его губ растянулись в легкой улыбке, но в тёмных глазах была тоска. Насколько глупо пытаться играть в любовь, когда на них ведётся самая настоящая охота, итог которой совершенно непредсказуем?       – Ты не должна была подпускать меня так близко… – едва слышно прошептал Джон, пропуская медные пряди её волос сквозь пальцы, – …я не должен был позволять тебе этого делать...       Но нельзя повернуть время вспять. Так же, как и нельзя заставить себя перестать чувствовать и любить...       Выражение лица Сансы вдруг стало хмурым, а её губы слегка приоткрылись. Вся её недавняя умиротворённость вмиг слетела с расслабленного лица, сменившись гримасой отчаяния, а может даже страха. Пальцы скользнули по обивке дивана, словно она пыталась за что-то ухватиться. Джон напрягся, нервно облизнув пересохшие губы, и легонько похлопал её по плечу, давая понять, что он рядом. Санса издала негромкий стон, а затем, словно в бреду, прошептала:       – Зима... зима близко...       Дыхание её участилось, будто она бежала, а пальцы опять заскользили по дивану, царапая ногтями обивку. Она снова издала стон, потом еще один и еще… а потом закричала... И в этом крике было столько боли и ужаса, что Джон невольно почувствовал неприятный холодок. А уже в следующую секунду он сгрёб Сансу в охапку, прижал к своей груди и принялся гладить слегка растрёпанные волосы, выбившиеся из заплетённой на ночь косы.       – Тише, я здесь... всё хорошо, я рядом… все хорошо...       Он раскачивался взад-вперёд, баюкая её как ребёнка, а Санса в отчаянии ухватилась пальцами за его футболку, сминая ткань в кулачках. По её щекам побежали слёзы… Она распахнула глаза, пытаясь вырваться из пут ночного кошмара, но не могла понять, это ещё сон или же теперь всё происходит в реальности.       Джон тихим голосом говорил разные глупости, пытаясь её успокоить… она судорожно вдыхала, ещё крепче цепляясь пальцами за его футболку, но чувствуя теплые объятия и слыша его голос, постепенно начала успокаиваться… паника отступила, сердцебиение выровнялось, возвращаясь в нормальный ритм. Она прикрыла глаза, ещё крепче прильнув к мужской груди, дыша ему в шею.       – Спасибо...       – Не за что, – он прижался губами к её виску и почувствовал, как растянулись в сонной улыбке столь желанные губы.       – Я за многое должна тебя благодарить. Я в неоплатном долгу перед тобой, – Санса вскинула голову и посмотрела в его тёмные глаза, кажущиеся в предрассветных сумерках почти чёрными.       Джон кивнул, не желая с ней спорить. Его взгляд скользнул по ещё влажным дорожкам на щеках девушки, и всего на миг задержался на её губах… таких заманчиво приоткрытых... можно ли поцеловать её прямо сейчас?       Вскинув руку, он осторожно стёр следы слёз с её лица, нежно касаясь гладкой кожи подушечками пальцев, а затем легко коснулся её губ своими. Санса сразу же зарылась пальцами в его непослушные кудри, ощущая его осторожный поцелуй. Он не пытался его углубить, оставаясь до дрожи нежным, ничего не требуя. Если вчера там, в душевой, в нём горела страсть, то сегодня Джон был сдержан и аккуратен, обращаясь с Сансой как с бутоном цветка.       – Когда всё закончится... пообещай мне, что не исчезнешь из моей жизни, – она и сама не знала, что побудило её это сказать, но сейчас, слегка отстранившись, она внимательно смотрела в его тёмные глаза, не убирая рук от непослушных кудрей.       Джон замер, пытаясь разобраться с тем, что сейчас творилось у него в душе, со своими чувствами и эмоциями, с тем, что он называл долгом и честью. Но если бы он действительно придерживался этих понятий, он бы никогда не позволил себе влюбиться в Сансу Старк, которая изначально была просто «работой». Если бы не Домерик и его предательство, всё закончилось бы ещё в тот момент, когда он привёз девушку на секретную базу MI-5. Но жизнь распорядилась иначе...       Санса прикрыла глаза, почувствовав, как пальцы Джона коснулись её щеки, а его дыхание вновь опалило её губы. Она знала, что он не даёт тех обещаний, которые не сможет сдержать. Но даст ли он ей ещё одно обещание… сейчас?       Джон прикоснулся к её губам и выдохнул:       – Обещаю…       Она улыбнулась, откинулась на спину и потянула Джона на себя, ощутив желанную тяжесть мужского тела. Слегка согнув одну ногу в колене, прижала её к талии Джона, а второй скользнула вперёд, выпрямляя её и касаясь его паха… еще раз... и еще...       Джон рыкнул, толкнувшись бёдрами навстречу, и плотно прижался, давая ей почувствовать, насколько он готов ответить на её заигрывания. Она негромко ахнула и уже спустя секунду жадно ответила на поцелуй, принимая его ласки и отдавая ему всю себя взамен. Мысли и воспоминания о недавнем кошмаре отступили под натиском сильных рук и умелых губ. И она позволила себе раствориться в этих ощущениях.       Ладони Джона двинулись вверх по её бёдрам, поднимая подол короткого платья до талии. Она застонала, когда его пальцы коснулись её самого чувствительного местечка, поглаживая его через тонкую ткань кружевных трусиков… дразня… возбуждая ещё сильнее…       – Я хочу тебя, – прошептала Санса, желая продолжения этой сладостной муки и, одновременно с этим, мечтая о большем.       Джон улыбнулся, зацепил пальцами края её трусиков и рывком сдёрнул их вниз, отбрасывая куда-то в сторону. Она застонала ещё громче, ощутив горячие губы на внутренней стороне своих бёдер. Джон неспешно, растягивая удовольствие, покрывал поцелуями её нежную кожу, скользил по ней языком, оставляя влажные дорожки. Санса до боли закусила нижнюю губу, откидывая голову назад и прижимаясь затылком к подлокотнику дивана. Его ладонь скользнула выше, под поднятое до талии платье, добралась до груди и слегка сжала одну из них.       – Боги, Джон..! – Санса уже была готова выть от желания.       Она хотела почувствовать его в себе. Хотела прижаться кожей к его обнажённой груди. Хотела слышать его хриплые стоны и как он назовет её по имени в момент наивысшего наслаждения. Она двинула бёдрами вперёд, а уже в следующий миг потеряла над собой контроль, ощутив, как горячий язык Джона коснулся её клитора, а ладонь ещё сильнее сжала грудь.       Он целовал её там, скользя языком между складочками, срывая с её губ судорожные стоны. Пальцы вновь зарылись в его волосах, а обжигающее тепло разлилось по всему телу. Она была уже на грани, но Джон не дал ей кончить. Он отстранился, вскинул голову, глядя на задыхающуюся девушку и наслаждаясь её реакцией на его ласки, растянул в улыбке губы… эти чёртовы идеальные губы, влажные от блестевшей на них её влаги…       Санса потянула Джона на себя и приникла к этим возбуждающим губам со всей страстью и яростью, испепеляющими её изнутри. Это было так необычно - пробовать саму себя на вкус... ощущать этот слегка солоноватый привкус на собственных губах. Но, стоило признать, это возбуждало ещё сильнее.       Её рука двинулась вниз между их телами, слегка царапая ногтями напряжённые мышцы его живота, нырнула под пояс спортивных брюк и с удивлением обнаружила, что на нём нет нижнего белья, но это даже к лучшему. Ей не хотелось сейчас преодолевать еще одну преграду. Девичьи пальцы осторожно сомкнулись вокруг напряжённого члена, заставив Джона гортанно зарычать.       Санса сделала несколько томительно-медленных движений вверх-вниз, коснулась подушечкой большого пальца головки члена, нежно её поглаживая. Джон дразнил её до этого, а теперь настала её очередь сделать то же самое. Но, не успев насладиться своим триумфом, она оказалась буквально вжата в диван, а пальцы Джона, сомкнувшись на её запястьях, запрокинули ей руки за голову… спустя всего пару томительных секунд он резко вошёл в неё, срывая с губ полустон-полукрик.       Санса, лишенная возможности шевелить руками, обвила ногами его бёдра и принялась послушно подаваться навстречу каждому его толчку, пытаясь уловить ритм и двигаясь с ним в унисон. Джон вколачивался в неё до самого основания, то замедляясь, то продолжая двигаться в быстром темпе. Его губы нашли губы Сансы, покусывая и посасывая их… а потом он позволил ей взять инициативу в свои руки. Они лишь чудом не свалились с дивана, когда резко поменялись местами, и она оказалась сверху. Пальцы Джона крепко сжались на её бёдрах, отчего потом на нежной коже наверняка останутся следы. Санса сделала несколько движений, чувствуя, как он помогает ей, задавая нужный темп... Раньше Санса никогда не была сверху – Оберин всегда брал инициативу в свои руки, подавляя менее опытную партнёршу, но тогда она воспринимала это как должное, а сейчас осознала, чего была лишена, не решаясь подстроить под себя «мужское начало» Мартелла, предпочитающего доминировать над своей женщиной.       Санса стала двигаться чуть быстрее, её округлая грудь ритмично колыхалась в такт движениям, привлекая к себе затуманенный страстью взгляд Джона. Он ещё крепче сжал её бёдра, глубже насаживая на себя и чувствуя, как сокращаются её внутренние мышцы – она была близка к разрядке. Он не должен позволить себе кончить первым...       Санса натянулась как струна, затем содрогнулась, почувствовав волны наслаждения, накрывшие её с головой. Всё тело окутало приятной истомой, а в животе растеклась самая настоящая лава. Ей хотелось просто упасть Джону на грудь и замереть, не шевелясь хотя бы пару сладостных минут… Но почувствовав, как он пытается выйти из неё, опасаясь кончить внутрь, Санса упрямо сделала ещё несколько движений бёдрами, и скользнула кончиками пальцев по его лицу, поймав затуманенный, но полный недоумения взгляд карих глаз.       – Я на таблетках, – прошептала она и улыбнулась.       Она хотела, чтобы он кончил внутри неё... Но Джон, всё ещё цепляясь за край реальности, сдерживал себя из последних сил… тогда Санса еще раз двинула бёдрами, вбирая его в себя целиком, и он, наконец, сломался под её напором и бурно кончил, содрогаясь и хрипло дыша, ощущая сладостную негу, окутавшую всё его тело… Санса, довольная, припала к его груди и нежно поцеловала в шею. Они забыли обо всём на свете, потому что весь мир сейчас принадлежал только им...

***

      Эдд запустил ладонь в отросшие волосы и растерянно посмотрел на свои ботинки, которые уже давно нуждались в чистке. Но сейчас ему было не до них. То, что им только что рассказал Гренн, просто не укладывалось в голове. Имя человека, которого он назвал, «Чёрные братья» ожидали услышать меньше всего на свете.       – Что будем делать теперь? – робко поинтересовался Сэм, подпиравший спиной дверь палаты, будто опасаясь, что сюда может войти кто-то посторонний.       Пипар сидел на краю кровати уже пришедшего в себя, но всё ещё слишком слабого Гренна. Он лишь пожал плечами в ответ на вопрос и посмотрел на Эдда. После того, как их командир Джон сбежал, именно Толлетт по старшинству занял его место. У него было намного больше опыта, чем у любого из них, а значит, он теперь главный. Братья возлагали на Эдда большие надежды, которые он, в свою очередь, опасался не оправдать. В недавнем прошлом все наиболее важные решения принимал Джон, но теперь это стало обязанностью Эдда. Ему определённо не нравилась его новая должность. Ответственность была огромная – ведь даже одна ошибка может стоить множества загубленных жизней, а сейчас на кону стояло слишком много.       – Сообщим Мормонту и Торне? – хриплым голосом предложил Гренн, прижимая ладонь к месту на груди, где были наложены повязки. Рана, нанесённая ему ножом на благотворительном вечере Эддарда Старка, отдавала сильной болью при каждом слове.       Эдд отрицательно покачал головой, резко выпрямился и прошелся по палате, сцепив руки за спиной.       – Нет. Если Джон прав и кто-то из них действительно «крот», то он сделает всё, чтобы то, что мы теперь знаем, не дошло до других.       Пипар согласно кивнул. «Чёрные братья» оказались загнаны в ловушку, ведь даже теперь, имея столь обнадёживающую информацию, они продолжали оставаться связанными по рукам и ногам. Если открыть правду «кроту» MI-5, то операция провалится, но если промолчать - их объявят предателями. Какое решение будет правильным? Что лучше – спасти собственные шкуры или жизни оказавшихся в большой опасности жены и детей Эддарда Старка?       Эдд остановился, окинув парней хмурым взглядом.       – Мы должны найти способ связаться с Джоном и всё ему рассказать.       Но каждый из них осознавал, что сделать это невозможно. До тех пор, пока их командир сам не свяжется с ними. Повисла напряжённая тишина, которую внезапно нарушил звонок мобильного Эдда. Он нахмурился, взглянув на незнакомый номер, но всё же принял вызов.       – Толлетт слушает…       И чем больше и дольше он слушал, тем напряжённей становился его взгляд, тем сильнее сжимались его челюсти… Дурные вести... Эдд крепко сжал ладонь свободной руки в кулак и грязно выругался сквозь зубы. Сэм слегка поддался вперёд, словно пытаясь расслышать говорившего на том конце человека.       – Что-то случилось? – Гренн первым подал голос, когда Эдд наконец нажал на сброс.       Он кивнул, и тот взгляд, которым он окинул в этот миг парней, говорил о больших проблемах.       – Кейтилин Старк и её дети были похищены прямо из дома, а вся охрана, включая агентов, перебита. Сработали слишком чисто. Ни одной зацепки, а все записи с камер видеонаблюдения стёрты, – Эдд вновь выругался сквозь зубы. – Может, мы и приблизились на несколько шагов к разгадке, но тот, кто ведёт охоту за Старками, находится на два шага впереди нас.

***

      К полудню солнце вновь скрылось за грозовыми тучами, а поднявшийся ветер нещадно раскачивал ветви деревьев, будто пытаясь их сломать. Где-то вдалеке уже слышались первые раскаты грома, а значит, скоро он доберётся до их домика, обрушившись на землю дождем.       Санса потеплее закуталась в плед, накинутый на плечи. Стоя на помосте у глади озера, она с улыбкой смотрела на развернутую перед ней картину. Наверняка весной или летом здесь намного красивее: светит яркое солнце, цветут источающие тонкий аромат цветы, вокруг буйная травяная зелень. Сейчас уже осень и деревья почти сбросили листву, а та немногая, что ещё осталась на ветках, приобрела характерный красный с желтым оттенок. «Арье бы здесь понравилось», – мысленно отметила Санса, представляя, как её сестра нырнула бы с этого помоста прямо в озеро, невзирая на то, что вода наверняка холодная.       Позади послышались шаги. Санса, не оборачиваясь, улыбнулась, почувствовав, как Джон обнял её за талию. Перед лицом появилась большая чашка с горячим чаем, от которого шёл пар.       – Замерзнешь, если будешь стоять здесь слишком долго.       Санса благодарно приняла чашку, взяв её окоченевшими ладонями, и сделала осторожный глоток. Она действительно потеряла счёт времени, сколько простояла в этом месте, практически не шевелясь. Мысли уносили её слишком далеко отсюда, отрывая от реальности.       – Но мы ведь оба знаем способ, как можно согреться после, – она лукаво улыбнулась, делая ещё один глоток.       Джон усмехнулся, кладя подбородок ей на плечо, крепче прижимая спиной к своей груди. Кто бы мог подумать, что ещё совсем недавно они буквально не выносили общества друг друга, а Санса отчаянно думала о побеге... Несколько дней назад она едва не выпрыгнула из машины на полной скорости… хвала Богам, она этого не сделала, иначе ко всем неприятностям добавилось бы ещё несколько переломов. А сейчас... сейчас они вели, да и чувствовали себя так, будто были вместе целую вечность. Ни Джон, ни Санса не могли вспомнить, когда именно они переступили эту черту невозврата. Жизнь просто поставила их перед фактом: иногда, тот, от кого ты этого не ждешь, становится для тебя самым близким человеком.       Она накрыла руку Джона, обнимавшую её талию, своей. Его рука была горячей, несмотря на достаточно холодную погоду, словно внутри него горел огонь.       – Как долго мы пробудем здесь?       Не хотелось возвращаться к разговорам о суровой реальности по другую сторону баррикад от их собственных отношений и всего, что между ними происходило. Но нельзя просто забыть о наёмниках и об угрозе, которую они несли. Особенно, учитывая тот факт, что этим людям удавалось выйти на их след, словно они знали, где нужно искать...       Джон устало выдохнул. То, что он вчера увидел в местных новостях, до сих пор не выходило из головы, но он не собирался рассказывать об этом Сансе. С неё и так достаточно. Не следует ей бояться на ещё одного человека больше, ведь против кого бы ни играл Тирион Ланнистер, вряд ли он играл на их стороне.       – Я не знаю, – честно признался Джон, – но сегодня мне придётся съездить в Тенби, чтобы позвонить Эдду. Я уеду после обеда и вернусь ближе к ночи.       Ему не нравилась даже мысль о том, что придётся оставить Сансу здесь одну. Но брать её с собой было еще более рискованно - незнакомцы опаснее одиночества. Она кивнула, стараясь не выдать волнения, накрывшего её после слов Джона. Ей не хотелось оставаться здесь одной, но она промолчала. Джон пытается её защитить и делает для этого всё возможное. Поездка в Тенби действительно необходима ему. Им обоим.       Воспоминания о сегодняшнем кошмаре вновь ворвались в мысли Сансы. Она плохо помнила, что именно ей приснилось, но зато помнила ощущение липкого страха, одолевавшего ее в тот миг. Кажется, из темноты к ней тянулась костлявая рука, чтобы утащить её за собой во мрак. Зима близко... Именно эту фразу повторял скрипучий голос из её сна. Но как близко она была в действительности? Когда она перешагнёт порог их дома..?       – Всё в порядке, – Санса постаралась улыбнуться, повернулась к Джону лицом и погладила его по щеке, – можно мне осмотреть дом, пока ты в отъезде? Ты не против?       Джон улыбнулся ей в ответ:       – Он в твоём полном распоряжении.       А затем прижался своими потрясающе красивыми губами к её губам, чувствуя, как она послушно приоткрывает рот…        В этот миг они ещё не знали, что принесёт им сегодняшний вечер… Зима близко...

***

      Забравшись на диван с ногами и подтянув колени к груди, Санса со скучающим видом переключала каналы телевизора. Она совершенно не знала, чем себя занять. За последний час она успела исследовать все комнаты в доме вдоль и поперёк, но не нашла ничего интересного, если, конечно, не считать парочки старых журналов, датируемых всё тем же девяносто третьим годом.       За окном послышался раскат грома, а уже в следующую секунду в доме «моргнуло» электричество, заставив Сансу вздрогнуть. Она никогда не боялась непогоды или же темноты, но в этот миг предательские мурашки побежали по спине. Когда же вернётся Джон? Санса не знала, который сейчас час - в доме были только одни часы, висевшие на стене в коридоре, но они остановились много лет назад. С момента его отъезда прошло не более пары часов, хотя складывалось впечатление, что минула целая вечность.       Санса потеплее закуталась в плед – несмотря на растопленный камин, в доме все равно было прохладно. За окном вновь раздался раскат грома, но на этот раз он прозвучал слишком... неправильно... Она насторожилась, привстала с дивана, намереваясь подойти к окну, но тут же замерла… сердце пропустило удар.       Боги...       Собрав остатки своей смелости, чувствуя дрожь во всем теле, она сделала два шага в сторону окна. Её охватил настоящий животный ужас. Она не ошиблась – недалеко от крыльца стоял знакомый Мустанг. Они вновь нашли их... только на этот раз Санса оказалась совсем одна.       «Джон защищает тебя, но он не сможет делать это вечно», – так не вовремя всплыли в памяти слова Вэль. Санса медленно попятилась назад. Ей надо спрятаться. Надо сделать хоть что-то, если хочет сохранить себе жизнь. И когда в дверь осторожно, словно издеваясь, постучали, она бросилась к лестнице. Всё равно войдут, для этого совсем не обязательно ждать, пока им откроют.       Санса вбежала на второй этаж за секунды, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. В дверь снова постучали, но уже более настойчиво. Она должна успеть спрятаться! Должна найти место, где её не смогут найти. Наверное, ей надо молиться Старым и Новым Богам о спасении, но если они не отвечали на её молитвы раньше, то почему должны откликнуться сейчас?       Лихорадочный взгляд голубых глаз метнулся по коридору. Всего две двери... не самый большой выбор. И в последний момент Санса заметила верёвку, висящую под потолком... Шорох опустившейся лестницы, ведущей на чердак, слился с очередным стуком, а после – скрежетом в замочной скважине. Не медля ни секунды, она спешно забралась по лестнице наверх и буквально упала на пыльный пол, едва сдержавшись, чтобы не чихнуть. Затянуть лестницу обратно оказалось не так легко, как спустить её вниз, впрочем, возможно, всё дело было в её дрожащих руках. Снизу послышался грохот двери - видимо, по ней ударили чем-то тяжелым. Незваные гости, устав возиться с замком, просто решили её выбить.       Лестница наконец поддалась, и Санса как можно тише постаралась закрыть дверцу люка. На чердаке было темно. Она сделала осторожный шаг вперёд, поморщившись от того, что предательски скрипнули половицы. Звук был достаточно тихим, но в воцарившейся тишине он показался ей оглушающим. Наверное, громче стучало только её сердце.       Нащупав рукой несколько наставленных друг на друга массивных коробок,она решила спрятаться за ними, все равно в кромешной тьме рассмотреть больше ничего было нельзя. Она уселась на пол, подтянула ноги к груди и сжалась в комок, словно это помогло бы ей стать маленькой и незаметной. Её била мелкая дрожь, зубы стучали, по щекам катились слезы, но она их даже не замечала.       Зима близко... И осознание этого доводило до паники. Никто не поможет ей. Она осталась абсолютно одна… Внизу, прямо под ней, послышались мужские голоса. Санса замерла, сдерживая дрожь, и прислушалась, но понять, о чём они говорят, было практически невозможно. Однако голос... один голос показался ей знакомым, будто она уже слышала его где-то прежде… парализованное ужасом сознание отказывалось вспоминать. Второй голос был ей не знаком, скрипучий и рычащий одновременно…       Она снова задрожала, ещё плотнее прижала ноги к груди, обхватив их руками, и прикрыла глаза. Всё обойдётся. Джон скоро вернётся. Он вот-вот должен появиться на пороге дома. Но… он один… он не ожидает чужаков в этом месте... Судьба не может вечно уводить его от смерти, ведь она и так делала это слишком часто. Санса с болью в сердце вспомнила уродливые шрамы на великолепном теле офицера Сноу. Их было так много... а некоторые из них выглядели пугающе, особенно тот, прямо под сердцем.       Голоса внизу неожиданно стихли, заставив Сансу напрячься и прислушаться, но когда раздался грохот, она едва сдержала испуганный вскрик, зажав рот ладонью. Снова послышался скрипучий голос: «Девчонки нигде нет!» Затем – тяжёлые шаги… хлопнула дверь одной из комнат... Надежда на то, что наёмники просто уйдут, была призрачной и даже бессмысленной, но она искренне желала, чтобы все так и случилось. Возможно, они решат, что напали на ложный след. Возможно, захотят вернуться чуть позже. Но все её надежды и желания рухнули, когда раздался негромкий скрип, а уже в следующую секунду темноту чердака разорвал тусклый свет коридора. Санса замерла. Ей не уйти отсюда живой...       Она еще крепче прижала ладонь ко рту, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не закричать, и прислонилась затылком к стене, будучи не в силах оторвать взгляд от тонкой полоски света, проникающего между коробками. До неё донеслось шумное дыхание, затем скрип половиц – один из наёмников забрался на чердак. Сейчас он наверняка замер на месте, внимательно осматриваясь вокруг, – если девчонки, которую они искали, нет во всём доме, то она может быть только здесь.       – Что-нибудь видишь? – вновь послышался скрип половиц, видимо, второй наёмник залез на чердак.       Санса вздрогнула. Этот голос ей точно знаком! Кем бы ни был этот человек, она знала его… но не могла вспомнить. Впрочем, вскоре она сможет увидеть его собственными глазами. Сможет понять кто он, и, возможно, успеет задать один вопрос: «За что?».       Глухие шаги заполнили собою притихший чердак. Кто-то двигался прямо к ней. Санса видела огромную тень, отбрасываемую этим человеком.       – Взлетай, пташка, хватит от нас прятаться по углам, – скрипучий голос заставил её поморщиться.       Санса напряглась, чувствуя дрожь во всем теле. Наёмник замер прямо перед коробками, за которыми она сидела… Времени на раздумья было как никогда мало. Возможно это её единственный шанс... нужно только решиться… сейчас или уже никогда. Она глубоко вдохнула, а в следующий миг резко выпрямилась, с силой толкнув вперёд, как оказалось, достаточно тяжёлые коробки, обрушив их на мужчину. Раздался оглушающий грохот.       – Чёртова сука!        Санса, не думая ни о чём, бросилась к люку, боковым зрением заметив вторую фигуру, замершую в тени. Она не разглядела его лица, но заметила едва уловимое движение и ощутила, как он практически невесомо коснулся её руки, словно даже и не пытался удержать...       Она чудом не рухнула на пол, спускаясь по лестнице с чердака. Но куда теперь? Пытаться спрятаться в доме вновь - полный абсурд. Сердце стучало в висках, ноги не слушались, тело била крупная дрожь...       Беги. Беги! Беги!!!       И она побежала. Побежала так быстро, как никогда прежде, перепрыгивая сразу через несколько ступеней, судорожно хватаясь за перила лестницы, чтобы не споткнуться и не скатиться с нее кубарем. Входная дверь была распахнута, жалко повиснув на искореженных петлях, а на стекле, тонкой полоской обрамляющем её по периметру, паутиной растянулись трещины. Крыльцо тоскливо заскрипело, когда Санса наконец выскочила наружу, а небо осветила яркая вспышка молнии. Позади вновь послышались мужские голоса. Она смогла различить лишь «не смей делать ей больно» и «не переживай, я только обломаю пташке крылья».       Недалеко стоял Мустанг, и страх, что внутри него может находиться кто-то ещё, заставил Сансу ощутить очередную волну панической атаки. Она вновь бросилась бежать. Но куда дальше? Попытаться выбраться на дорогу и поймать проезжающую мимо случайную машину? Наверное, это было бы самым разумным, но успеет ли она преодолеть лесистую местность, ведущую к трассе, или окажется поймана ещё на полпути до такого призрачного спасения?       Где же ты, Джон? Мысли о нём буквально врывались в сознание, заставляя сердце болезненно сжиматься. Одна часть Сансы отчаянно хотела оказаться сейчас в его объятиях, а вторая молила о том, чтобы он задержался в городе. Она никогда не сможет простить себе, если Джон пострадает из-за неё… если он будет убит по её вине...       Она и сама не заметила, как оказалась на помосте у озера и застыла на самом краю, опасливо обернувшись назад и заметив две фигуры, мелькнувшие на крыльце дома. Одна была огромная, вторая значительно меньше и более узкая в плечах. Они не торопились догонять её – знали, что отсюда некуда бежать. Она оказалась в ловушке, которая вот-вот захлопнется… Санса с тоской посмотрела на темную, неприветливую озерную гладь. В этот момент ударил гром. Решайся. Ты сможешь.       Не думая больше ни секунды, она резко оттолкнулась от края помоста и прыгнула в озеро. Вода оказалась настолько холодной, что у нее перехватило дыхание, а тело буквально парализовало. Она вынырнула, схватила ртом воздух и попыталась поплыть, но руки не слушались ее, онемев от холода.       Утонуть лучше, чем оказаться в руках наёмников, так ведь? Эта мысль не принесла облегчения… только волну отчаяния, накрывшую с головой.       Слишком глубоко… ей не достать ногами до дна, а умелым пловцом она, увы, никогда не была, несмотря на все старания отца и старшего брата в своё время научить её плавать. Она предпочитала лежать в шезлонге, принимая солнечные ванны, вместо того, чтобы портить водой свою всегда идеальную укладку. В те беззаботные дни она даже представить не могла, что однажды окажется в ледяной воде, спасаясь от парочки наёмных убийц.       Захлебнувшись, она не сумела удержать себя на поверхности и закашлялась… руки совсем перестали слушаться, ног она не чувствовала вообще… и стремительно пошла ко дну...       Это конец. Зима пришла в дом Старков.

***

      Джон приехал в Тенби и в первом попавшемся небольшом магазинчике ему за пару фунтов любезно позволили позвонить по стационарному телефону. Он был потрясен информацией, которую ему предоставили «Чёрные братья»... именем, которое назвал ему Эдд. Информация о том, кто именно участвовал в покушении на Эддарда Старка и его старшую дочь, меняла абсолютно всё. Она ставила всё на свои места, поскольку мотивы этого человека были более чем ясны.       «Что нам делать дальше, Джон?» – это был единственный вопрос, который Эдд задал своему командиру. Джон впервые услышал в голосе своего друга растерянность и усталость. Раньше всё было иначе. Они провели много совместных операций, рискованных и опасных, но ни одна из них не приносила столько проблем, сколько принесло обычное на вид «дело Старка». Они должны были вывести Старка на «чистую воду», чтобы отправить его за решётку в том случае, если его вина в организации нескольких преступлений будет доказана, но теперь он был мёртв, а вся его семья похищена.       Джон тяжело вздохнул и ещё крепче сжал руль. Хватит ли у него духу рассказать Сансе всю правду? Поведать ей о том, что он сам узнал сегодня от Эдда? Ведь то, что он скажет, изменит всю её жизнь. Она окончательно разделится на «до» и «после». И это «после» станет самым худшим временем в её жизни. Но скрыть от Сансы правду – значит предать её доверие. Поступить так же, как и другие до этого. Мог ли Джон пойти на это?       Свернув на нужном малозаметном съезде и проехав немного вперёд, он почувствовал, что что-то не так. Он не понимал до конца, что именно показалось ему странным, но буквально кожей ощущал эти пока невидимые для глаз изменения. Профессиональное чутьё никогда не подводило его прежде, а в этот миг сердце предательски сжалось в груди.       Джон подъехал к тому месту, где всю ночь простоял его Шевроле. Вчера они с Сансой, чтобы не царапать арендованную машину, вламываясь в заросли, пошли к домику пешком. Но сейчас у разросшихся кустов были поломаны ветки, а на влажной от дождя земле слишком отчётливо виднелись следы протекторов.       Ему показалось, что время остановилось.       Джон не помнил, как выскочил из машины, даже не потрудившись заглушить двигатель, как выхватил Beretta из-за пояса джинсов и снял с предохранителя. Он бежал так быстро, как не бегал уже очень давно, ощущая внутри себя леденящий страх.       Санса... Он не должен был оставлять её одну...       Следы протекторов были хорошо заметны и тянулись до самого крыльца. Но машины здесь уже не было, лишь распахнутая входная дверь встречала унылой чернотой, словно приглашая войти.       Джон вбежал на крыльцо, замерев на нём всего на секунду: кровь! Даже в сгустившихся сумерках её было хорошо видно на досках… совсем свежая... капля за каплей ведущая к порогу... В этот миг Джону показалось, что он умирает. Из легких будто выбили весь воздух, пальцы похолодели. Он сжал рукоять Beretta.       Скрип половиц притихшего дома отозвался в голове ударами молота. Нервы были натянуты как струны. Потемневшие, ставшие практически чёрными глаза бегло осмотрели обстановку вокруг. Джон был уверен в том, что в доме никого нет. Он опоздал... нарушил своё обещание... оставил Сансу в тот момент, когда должен был находиться рядом. И осознание этого вызывало жгучую боль и ненависть к самому себе. Джон думал, что поступает как отец, но на деле оказался обычным идиотом, выпустившим ситуацию из-под контроля.       – Санса! – голос, полный отчаяния и боли, похожий на крик смертельно раненого животного, разорвал пустоту притихшего дома.       Ответом ему послужила лишь мёртвая тишина.       Всё в комнатах на втором этаже было перевёрнуто вверх дном - видимо, они пытались что-то найти. Джон на негнущихся ногах бродил по дому, обречённо оглядываясь вокруг. Он должен собраться с мыслями, должен постараться сохранить рассудок, ведь если опустит руки хоть на миг – слишком велик риск не вернуться обратно в строй.       Он знал, что будет искать её... знал, что сумеет добраться и до того человека, который превратил её жизнь в самый настоящий кошмар... Но успеет ли он сделать это до того, как случится непоправимое? Ведь теперь её жизнь висит на волоске. Она наверняка ещё жива… но как долго она будет жить? Ведь как только босс получит желаемое, Санса станет ему не нужна. Как и все остальные Старки... Они были угрозой, способной разрушить все его планы, обратив их в прах.       Джон сжал пальцы в кулак и со всей силы ударил им по стене. Физическая боль на короткое время смогла перекрыть то, что он чувствовал в душе, что терзало его израненное, уже практически мёртвое сердце. Ты сам позволил ей оказаться в руках наёмников... ты сам... ты сам! Он снова и снова остервенело бил кулаком по стене, разбивая в кровь костяшки пальцев, оставляя на светлых обоях следы. Такие же как и на крыльце у дома... Кстати, чья это кровь?       – Пекло!       Он ударил ещё раз, после чего замер, прижавшись лбом к стене, тяжело и хрипло дыша. Немного времени… ему нужно немного времени, чтобы прийти в себя… чтобы усмирить внутренних демонов, пожирающих его изнутри. Джон медленно прикрыл глаза… и вдруг до его слуха донёсся звонок стационарного телефона, находящегося внизу в гостиной. Никто не мог звонить сюда, если только...       Он сорвался с места, преодолев ступени за считанные секунды, и, схватив трубку, сжал её в ладони так сильно, что пластик жалобно затрещал.       – Здравствуй, Джон, – голос в трубке заставил его испытать жгучую ненависть, – возможно ты захочешь выслушать моё предложение...       На миг он забыл, как дышать... просто замер на месте, чувствуя странную беспомощность. Человек на другом конце провода продолжал негромко говорить, вынуждая прислушиваться к его словам. Он предоставил офицеру выбор, однако из всего, что он сказал, можно было сделать только один вывод – Джон должен сделать так, как хочет этот человек. Он медленно прикрыл глаза, положив Beretta на столик возле телефона. Адрес... ему назвали адрес и дали двадцать четыре часа, чтобы он решил, стоит ли Санса Старк того, чтобы прийти на эту встречу…       А в это время по пустынной дороге мчались три чёрных тонированных джипа, намереваясь нанести неожиданный визит тому, кто ожидал этого меньше всего на свете. На клочке бумаги, лежащем на приборной панели одного из внедорожников, женским почерком был спешно нацарапан адрес...