Самый молодой в истории: Хорватия

Как учит нас Библия - нет на свете большей любви, чем когда человек готов отдать жизнь за друга. Бетти Грин.

Услышав категорический приказ Фьюри найти и уничтожить МакГвайера, Фил кивнул. Он успел увидеть, как лучник поднял голову, как протянул к нему руку, но вместо того, чтобы коснуться плеча, почему-то сильно толкнул ладонью в грудь. Фил видел, как Клинт зачем-то встал на его место, услышал негромкий хлопок, а затем тело Бартона обмякло и начало медленно оседать на пол. - КЛИНТ! Телефон выпал из разжавшихся пальцев. Коулсон поймал Бартона у самого пола, вздернул вверх, прижал к груди и потащил в дом. Глаза парня были закрыты. В дверной косяк прямо у самой головы Фила ударила вторая пуля, и он хрипло выругался. Одной рукой продолжая прижимать к себе неподвижного друга, другой кое-как вытащил оружие и попытался определить, откуда был произведен выстрел. Вспомнил, в какую сторону смотрел Клинт, куда потом падало его тело, и осторожно выглянул на улицу. На противоположной стороне улицы он увидел укрывшегося за углом дома Габриэля МакГвайера с прижатой к плечу винтовкой с лазерным прицелом. Прозвучал третий выстрел, и Фил отпрянул за дверной косяк. Осторожно уложил Клинта на пол, убедился, что тот еще дышит, с тоской взглянул на быстро темнеющую на его плече футболку. Заставил себя собраться, поднял оружие и вышел на улицу, сразу же открыв огонь. МакГвайер укрылся в переулке. Филу потребовалось три выстрела, его противник успел сделать всего один. Пуля чиркнула Коулсона по руке, оставив глубокую царапину на бицепсе. Потом выстрелы смолкли. Фил не стал проверять, что там с МакГвайером, а сразу же вернулся к истекающему кровью Бартону, упал возле него на колени и попытался зажать рану на плече. - КЛИНТ! - рявкнул он, но ресницы молодого человека даже не дрогнули. Коулсон осторожно перекатил его на бок, чтобы осмотреть выходное отверстие, но его не было. Пуля осталась в теле. Уложив Бартона обратно на спину, Фил быстро сорвал с себя куртку, свернул ее и крепко прижал к ране. А потом потянулся за выроненным сотовым. Только спустя несколько часов он узнал, что, торопясь прижать аппарат к уху, перемазал лицо кровью своего подопечного. - Ник! - Что, черт возьми, у вас происходит? Я слышал выстрелы! - Клинт ранен! Мне нужна команда медиков и срочная эвакуация! Фил услышал, как Фьюри отдал кому-то приказ немедленно разыскать Дэна Уилсона. - Я подниму в воздух ваш самолет, но им добираться до вас минимум десять минут. Коулсон покачал головой, куртка под его рукой слишком быстро пропитывалась кровью. Неожиданно Клинт застонал. - Слишком долго, - сказал Фил главным образом себе и уже громче добавил. - Мне нужен адрес ближайшей больницы. Он слышал, как кто-то щелкает клавишами клавиатуры, и как Фьюри орет кому-то, чтобы поторопили пилотов ожидающего их самолета. - Две мили на северо-восток. Университетский медицинский центр. Фил быстро представил себе план города. Они с Клинтом видели эту больницу, когда производили разведку. На линии возник какой-то шум, а потом в трубке зазвучал новый голос. - Фьюри связывается с больницей, машина Скорой вышла к вам. Опиши ситуацию. Никогда еще Коулсон не был так рад слышать голос Дэна Уилсона. - Пуля в плече, вошла спереди. - Выходная рана? - Нет. - Дыхание? Фил прислушался. - Тяжелое, но не ухудшилось. - Кровь пульсирует? Это было первым, что проверил Фил. - Нет. - Скорая будет с минуты на минуту. Зажми рану и следи за дыханием. Можешь уточнить место ранения? - Примерно на дюйм ниже ключицы. - Боже, мальчишке повезло, что легкое не задето. Он в сознании? - Нет. И словно чтобы только досадить ему, Бартон снова застонал, приходя в себя. - Клинт? Глаза лучника распахнулись, он застонал и выгнулся пол руками Фила, пытаясь избавиться от болезненного давления. Медленно поднял руку и попытался схватить куратора за запястье. - Клинт! Посмотри на меня! - приказал Фил. Широко распахнутые серо-голубые глаза сфокусировались на его лице. - Я знаю, что тебе больно, но я должен это делать. Не борись со мной. Клинт отвернулся, его лицо исказилось от дикой боли. Потом он снова взглянул на куратора и вдруг прижал правую ладонь к его груди. - Ты… п… рядке? Филу очень хотелось врезать ему. - Это не в меня стреляли, идиот! На лице Бартона отразилось явное облегчение, его рука упала, и тут Фил все понял. - Что ты сделал, Клинт? - выкрикнул он. - Сукин ты сын, что ты натворил? Ты закрыл меня от пули? Неожиданно Бартон скрипнул зубами, зажмурился и прикусил губу. Это было так страшно, что гнев Фила немедленно улетучился. - Что? Что случилось? - Я… я не могу… я не чувствую руку, - пробормотал Клинт, его голова качнулась и упала влево. Фил с тревогой уставился на неподвижно лежащую на полу левую руку лучника. Переведя взгляд на его лицо, Коулсон понял, что тот снова потерял сознание. - Клинт? КЛИНТ!!! - ФИЛ! Только сейчас до Коулсона дошло, что все это время Дэн звал его. - Он сказал, что не чувствует руку, - едва слышно пробормотал Фил в трубку, словно боясь произнести эти слова вслух. Где-то вдалеке завыла сирена Скорой. - Боже… Ладно, продолжай давить на рану и не перемещай его. Я слышу сирену, Фил. Они рядом. Коулсон кивнул. - Фил, - в трубке снова раздался голос Фьюри. - Команда все закончит. Оставайся с Бартоном. Мы скоро будем. Коулсон не знал, кто это "мы", но ему было все равно. Директор мог и не приказывать ему оставаться с Клинтом, иначе он не поступил бы. Даже не подумал бы. Фил продолжал изо всех сил зажимать рану, не сводя взгляда с бледного лица подопечного, снова и снова прокручивая в голове момент выстрела. Клинт сделал шаг влево. Прямо перед выстрелом. Он сделал шаг влево. И встал перед Филом. Встал на пути пули, которая предназначалась ему. Он сделал это нарочно. Ужас, переходящий в рвущую сердце боль обуял Коулсона. - Глупый сукин сын… что же ты наделал? Конечно, Клинт не ответил ему. Не ответил, потому что не мог. Потому что лежал без сознания с пулей в плече. Пулей, которая вообще не должна была в него попасть. Она должна была попасть в Фила. Коулсон взглянул на пуленепробиваемый жилет Бартона. На рану. Четверть дюйма вниз, и пуля попала в пластину жилета. Но она угодила точно в лямку на плече, легко пробив тонкую материю. Фил побоялся снимать жилет, чтобы не разбередить рану. Поэтому он просто зажимал отверстие обеими руками и напряженно вслушивался в приближающиеся звуки сирены Скорой. Он услышал, как взвизгнули тормоза, открылась и захлопнулась входная дверь. Обернувшись через плечо, Фил увидел подбегающих к нему мужчину и женщину медицинской форме, и торопливо отступил в сторону, давая им место. На него градом посыпались вопросы, но Коуслон в отчаянии замотал головой. Он не знал сербского языка. Женщина бросила быстрый взгляд на напарника, а потом снова взглянула на Фила. - Когда он был ранен? - ее английский был почти чистым, лишь с легким иностранным акцентом. Мужчина в это время осторожно снимал с Клинта пуленепробиваемый жилет. - Пять или шесть минут назад. Фил, не отрываясь, смотрел, как мужчина срезает окровавленную футболку, обнажая покрытую кровоподтеками грудь Бартона. Неужели это случилось только вчера? - Он приходил в себя? Фил кивнул. - Он сказал, что не чувствует левую руку. Медики переглянулись. Мужчина что-то быстро заговорил на родном языке, женщина спокойно отвечала. Пока он накладывал на рану тугую повязку, она проверила жизненные показатели Клинта, и, как только напарник закончил, что-то отрывисто приказала. Он кивнул и побежал вниз по лестнице, обратно к машине Скорой. Пока его не было, женщина поставила Клинту капельницу. Ее напарник вернулся с щитом и раскладной каталкой. Медики осторожно уложили Бартона на щит, который установили на каталку. Фил сам не понял, что встал рядом и собрался идти с ними, но женщина решительно остановила его, тронув за руку. - Полиция едет, - сказала она, кивнув на лежащие на полу трупы. - Я еду с ним. Это был тон, который не допускал возражений. Тон, с которым всегда умудрялся спорить Клинт. Женщина нахмурилась. - Я должен сопровождать его. Если он очнется, а меня не будет рядом, кто-то может серьезно пострадать. Она недовольно вздохнула. - Хорошо, но полиция захочет поговорить с Вами. На улице раздался шум мотора и возле подъезда затормозил черный джип с тонированными стеклами. - Нет, не захочет. Фил остановился лишь на секунду, чтобы обменяться парой слов через окно в агентами в джипе. - Тела в доме и еще одно в переулке на другой стороне улицы. - Как Бартон? Фил даже не удивился. У него просто не было сил. Насколько он знал, этот агент и Клинт Бартон никогда не встречались, но у Ястреба была своя репутация в агентстве. Коулсон просто покачал головой и быстро взобрался в высокую машину. Через окно он увидел, как из джипа выходят агенты ЩИТа и идут навстречу прибывшей полиции. Женщина медик продолжала возиться с Клинтом, пытаясь хоть немного стабилизировать его состояние. Н. Ковачич, - прочитал Фил на ее бейджике. - Спасибо, - тихо проговорил он. Спасибо, что не прогнали. Спасибо, что пытаетесь его спасти. Ему не нужно было объяснять, за что он благодарить ее. Женщина все поняла без слов, и тихо кивнула. Фил сел на боковую лавку и взял руку Клинта в свою ладони. Ему нужно была эта связь. Он хотел передать подопечному всю свою силу. Борись, Клинт. Только не сдавайся. - Он в Университетском медицинском центре в Загребе, - Дэн прижал сотовый плечом к уху и пристегнулся ремнем. Рядом с ним в точном таком же кресле пристегивался Фьюри. Самолет выруливал на взлетную полосу. - Как быстро ты сможешь туда добраться? Да… Левое плечо… ниже ключицы вошла спереди, выходного отверстия нет, потеря чувствительности в руке… Да… Я буду там часов через девять. Обязательно. Я позвоню туда и предупрежу о твоем приезде. Спасибо, Лукаш. Дэн захлопнул сотовый и взглянул на Директора. - Я просто попросил об одолжении. Доктор Лукаш Брюннер. - Работает на нашей базе в Вене, - кивнул Фьюри. Он знал почти всех сотрудников ЩИТа, если не лично, то по именам точно. Человек, которому сейчас звонил Уилсон, был одним из лучших хирургов-ортопедов в мире. - Он едет в Загреб, я позвоню в больницу и сообщу им об этом, чтобы они постарались продержать Клинта до его приезда без операции. Фьюри кивнул. - У них есть такая возможность? - Надеюсь. Они могут положить его в реанимацию или держать в предоперационной, чтобы оказать необходимую помощь, - Дэн открыл телефон и стал набирать номер. - Алло. Это опять я. Они уже сделали все, что было в их силах. Оставалось молиться, что этого будет достаточно. Фил смог остаться с Клинтом до больничного приемного покоя, но проникнуть дальше ему не помогли ни угрозы, ни уговоры, ни мольбы. И вот уже сорок минут он шагал взадвперед по отделению, с тревогой глядя на распашные двери реанимации, куда увезли Бартона. А потом, к его огромному удивлению, в отделение ворвался доктор Лукаш Брюннер и, махнув охране документами и лицензией на работу, устремился прямо к Коулсону. Фил моргнул, сообразив, что есть только одно объяснение появления здесь лучшего ортопеда агентства, и за это он поблагодарит Дэна Уилсона позже. Это было пятнадцать минут назад. Потом молодая темноволосая медсестра отвела Фила в комнату ожидания и оставила там, спросив, не надо ли ему чего-нибудь. Фил отказался от всего. Он шагал. Один час в операционной. Он уже раз двадцать отказался от предложения принять душ, четыре раза от предложения принести кофе и проигнорировал три напоминания, что прошел всего час и ждать какихто новостей слишком рано. Пять часов в операционной. Фил с трудом заставил себя не орать на сотрудников больницы, потому что те стали угрожать вызвать службу безопасности. Он не сомневался, что легко справится с охранниками, но не хотел из-за этой возни пропустить новости о Бартоне. Тем более, что никакие силы не заставили бы его покинуть больницу. Семь часов в операционной. Фил перетащил пластиковый стул, поставив его прямо напротив двери, за которыми лежал сейчас Клинт, и сел. Уперся локтями в колени и запустил пальцы в волосы. Он ждал. Ждал, потому что, кажется, понял, что ничего другого ему не остается. Но ожидание означало раздумья. Оно означало, воспоминания о том, что произошло. О том, почему Клинт уже семь часов находится на операционном столе. Оно означало боль и ужас, который прочно угнездился в сердце агента Коулсона, пустив там корни. Это означало сидеть, задаваясь вопросом - о чем, черт побери, думал Клинт? Фил очень не хотел ждать. Это были самые долгие десять часов в его жизни, в этом Ник Фьюри был уверен. Бартон точно не был его любимчиком. Положа руку на сердце, этот мальчишка превратил его жизнь в ад, став персональным гвоздем в заднице и прилагая массу усилий, чтобы еще больше усложнить и без того нелегкую жизнь Директора. Бартон был дерзок, язвителен, непокорен и выводил его из себя. И Фьюри терпеть его не мог. Но тем не менее - любил. И что самое ужасное - беспокоился о нем. Он беспокоился о Бартоне, потому что тот был лучшим агентом, который когда-либо работал на ЩИТ. У парнишки было адское детство, но он справился. Он был олицетворением того, каким должен быть идеальный агент - сильный, храбрый, умный, преданный и смертельно опасный. А еще он был центром мира для агента Фила Коулсона, который как раз очень нравился Фьюри. И весь полет Ник сидел, стиснув зубы и молясь, чтобы по прилете не увидеть тело молодого агента в морге. Если ему было так тревожно, то Фьюри и вообразить не мог, через что сейчас проходил Фил Коулсон, поэтому, распахивая двери приемного покоя университетского медицинского центра, вместе с трудом поспевающим за ним Дэном Уилсоном, Ник ожидал увидеть что угодно: Фила, ругающегося с медиками; Фила, нервно вышагивающего по коридору; Фила, спрашивающего его, какого черта они так долго летели, даже притом, что Коулсон прекрасно понимал, что быстрее не получилось бы; но только не Фила, сидящего на пластиковом стуле напротив дверей в операционные, запустившего руки в волосы и тупо смотрящего в пол. - ФИЛ! - рявкнул Фьюри. Коулсон медленно поднял голову, словно ему требовалось время, узнать голос и выполнить такую простую команду. - Фил, что, черт побери… Ник задохнулся, увидев своего агента: взъерошенного в порванной футболке, не смотря на промозглую погоду, с головы до ног заляпанного грязью. Это все было само по себе ужасно, но самым страшным была… … кровь. - Они ничего не говорят мне, - глухим, бесцветным голосом пробормотал Фил, непонятно кому. Казалось, он в упор не замечает шефа. Но, прежде чем Фил успел сказать еще что-то, Дэн выругался и решительно отодвинул Фьюри с дороги. - Ждал девять часов, подождешь еще пятнадцать минут, - заявил он, вздернул Коулсона на ноги и потянул в конец коридора. Дэн Уилсон не был в Хорватии лет десять, с того времени, когда будучи стажером-медиком участвовал здесь в миротворческой миссии в составе армии США. Вернувшись домой, он закончил в военную академию Уэст-Пойнт, получив к воинскому званию степень по биологии, а потом с удовольствием принялся изучать неотложную медицину, травматологию и хирургию. По окончании обучения Дэн получил внушительное количество весьма заманчивый предложений. В самом конце этого списка значилось приглашение на собеседование с человеком, называющим себя Филом Коулсоном из Шестой Интервенционной Тактико-оперативной Логистической Службы. Сначала Дэн просто посмеялся, но на собеседование пошел и в результате нашел место, которое вот уже сколько лет называл своим домом. А этот смешной человек в выглаженном костюме стал его самым близком другом, хотя такие отношения и выходили за рамки устава организации. Сейчас Дэн Уилсон видел перед собой измотанного, напуганного и отчаявшегося человека, даже отдаленно не похожего на педантичного до безупречности, подтянутого старшего агента. Поэтому он махнул своим значком и на когда-то хорошо усвоенном хорватском уличном диалекте потребовал у медсестер чистые полотенца и одежду на двоих. Получив требуемое, попытался загладить грубость, неловко принеся извинения - от кого-то он слышал, что вежливостью можно добиться куда большего, чем грубостью - поинтересовался, где душевые и потащил Фила в указанном направлении. За все это время его друг не произнес ни слова. Дэн открыл дверь, огляделся, убедился, что здесь пусто, протолкнул Коулсона внутрь и повел к душевым для персонала. Уилсон знал, что обычно там были приличные кабины и, что не менее важно, замок на двери. Закрыв за ними с Филом дверь, он обернулся к ничего непонимающему Коулсону. - Что? - пробормотал тот. Дэн решительно взял его за плечи и развернул лицом к настенному зеркалу. Уилсон не ожидал, что Фил вытаращится на собственные перемазанные кровью и грязью физиономию, руки и рубашку. Коулсон пару минут с ужасом разглядывал себя в зеркало, а потом побелел, как полотно. Он едва успел развернуться, поднять крышку унитаза и его вывернуло. Когда спазмы прошли, Коулсон тяжело привалился к стене. - Дерьмо, - прошептал он едва слышно. Дэн вздохнул, потянул друга на себя, обхватил за плечи и заглянул в посеревшее лицо. Убедившись, что Фил в состоянии слушать его и понимать услышанное, заговорил. - Клинт в надежных руках, пока это все, что тебе нужно знать. Брюннер - лучший специалист в этой области во всей Восточной Европе. И лучше него мы бы никого не нашли. Ясно? Фил закрыл глаза и кивнул. Но Дэн, как оказалось, еще не закончил. - Ты же знаешь своего парня, Фил, ты должен верить в него, - Уилсон протянул ему полотенце и чистый хирургический костюм. - Разденься и прими душ. Смой с себя кровь и грязь и переоденься. Хорошо? Фил опять кивнул, сделал шаг к душевой кабине и обернулся на друга, который, казалось, не собирается уходить. Тот успокаивающе улыбнулся. - Я буду снаружи. Дэн оставил полотенце и одежду на унитазе и вышел, притворив за собой дверь. Как только зашумела вода, Фил разделся и влез под душ. Он надеялся, что костюм придется ему в пору, через несколько минут ему предстояла непростая миссия. Фьюри смотрел на Фила, сверлящего взглядом двери, за которыми пятнадцать минут назад исчез Дэн, пообещав принести хоть какие-то новости. Директор вздохнул и тоже наклонился вперед на стуле, чтобы сравняться в положении с Коулсоном. - Что, черт побери, там произошло, Фил? - Я докладывал, - если бы Коулсон услышал себя со стороны, то решил бы, что заразился от Бартона, потому что едва ли в здравом уме стал бы так дерзить шефу. - Я знаю лишь то, что ты рассказа мне по телефону. МакГвайер убил Андрика и ушел. - МакГвайер кружил неподалеку, - Фил покачал головой. - Должно быть, Клинт увидел его. Между бровями старшего агента залегла хмурая складка, он уже сотни раз прокручивал ситуацию в голове, восстанавливая цепь событий. Фьюри, молча, ждал, глядя, как Фил неосознанно трет руки, словно пытаясь стереть с них кровь, которой там уже не было, и не понимая, почему ответ, которого он ждет, так пугает подчиненного и друга. - Давай пройдемся. Выпьем кофе, - предложил Ник, решив, что Фил не собирается продолжать говорить. - Я не могу. - Фил… - Я не уйду, пока не буду знать, что он вне опасности. Фьюри вскинул руки, сдаваясь, и кивнул. - Фил, - спустя пару минут заговорил он. - Это не первый раз, когда мальчишка поймал пулю и, я уверен, не последний. Он, как чертов магнит для этих штук. Но он всегда выкарабкивался. Ник хотел подбодрить Коулсона, напомнить ему о том, как силен его подопечный. Клинт был бойцом во всех смыслах этого слова. Но Фил почему-то покачал головой. - Дело не в этом, Ник. Я знаю, что у него хватит сил выжить. - Тогда в чем дело? - Это должен был быть я. Фьюри моргнул единственным глазом. - Ты хочешь сказать… - Он закрыл меня от пули, пули, которая предназначалась мне, - закончил фразу Фил. Тон его голоса все расставил на свои места, теперь Ник понял, что творится с его лучшим агентом. Фьюри молчал, не зная, что сказать. А что вообще можно было сказать? И надо ли что-то говорить? Он не мог щелкнуть пальцами и исцелить Бартона, а слова тут вряд ли бы помогли. От необходимости отвечать его спасли распахнувшиеся двери. К ним с Филом вышел Дэн. Коулсон оказался на ногах раньше, чем Фьюри сообразил, что это именно Дэн. Уилсон подошел к приятелю, положил руку ему на плечо и слегка сжал. - Дэн, что там… Врач остановил его усталым жестом. - Дай мне минутку, ладно? - он тяжело упал на неудобный пластиковый стул, откинулся на спинку и вытянул ноги. Легкая улыбка на его губах вселила в сердце Фила надежду. - Что ж, мальчишка жив и, скорее всего, таковым останется. Они продержали его в реанимации полтора часа, как я и просил, до приезда Брюннера, а потом сразу взяли его на операцию. Полтора часа ушло на то, чтобы взять под контроль кровотечение. Потом сделали КТ, перелили кровь и дали антибиотики. Они нашли пулю, удалили ее и зашили порванную артерию, - он улыбнулся Филу. - Они все сделали правильно. Коулсон кивнул, запустил пальцы в теперь уже чистые волосы и вдруг помрачнел. - Но? - Куда ж без "НО", - Дэн вздохнул. - Пуля была 22 калибра, но дел она натворила немало. Я не знаю, виновата ли траектория, или глупое невезение, но она разрушила все мышцы и связки на своем пути, ударилась о лопатку и застряла в плечевом сплетении. Это нервы, которые управляют рукой, Фил. Коулсон услышал, как резко выдохнул Фьюри. Сам он не мог сделать так, потому что горло словно стиснули чьи-то стальные пальцы. Филу показалось, что из легких выкачали весь воздух, а Дэн продолжал говорить, тихо, спокойно и абсолютно безжалостно. - Сейчас они пытаются восстановить повреждение. Брюннер уверен, что все можно исправить, но… - он внимательно посмотрел на Коулсона, - то, насколько все придет в норму, будет зависеть от величины шрама и рубцовой ткани, а еще от того, как пройдет послеоперационный период и реабилитация. На это все требуется время, Фил. Много времени. Дэн помолчал, словно собираясь с мыслями. - Даже при благополучном исходе, подвижность в руке может не восстановиться полностью, - Дэн огорченно потер лицо ладонями. Филу показалось, что в глазах приятеля блеснули слезы, а когда тот произнес последнюю фразу, Коулсон уже был уверен - не показалось. - И да, я знаю, что это его ведущая рука. Конец главы 6. Анонс: Коулсон вздохнул, вошел, сел и взглянул на кровать. Клинт, избитый, раненный, но живой. И он не сдается. Он борется. Фил протянул руку и накрыл кисть Бартона ладонью. - Все хорошо, малыш. Я здесь. И вдруг, словно бы он только и ждал этих слов, пальцы Клинта дрогнули, и его серо-голубые глаза открылись.