Судьбоносная случайность

На улице все громче и громче лил дождь, а гроза, как верная спутница, сопровождала его, все чаще сверкая на темном небосклоне. Сильный и порывистый ветер со всей силой кружил листья деревьев, грубо отбрасывая их на асфальт. Погода соответствовала настроению Люси: вся ее душа покрылась беспросветной темнотой. Она лежала у себя в комнате, закутавшись в одеяло, и неотрывно вспоминала… Этот до дрожи пронявший ее момент…   " — Люси, милая, подвинься поближе, — ласково попросила медсестра, достав инструмент, — И раздвинь ноги как можно шире. В этот момент Хартфилия каждой клеточкой своего тела стала ощущать, как быстро бьется сердечко ее малыша. А может, может ей всего лишь казалось? Но почему именно сейчас, в эту минуту, она думает об этом?! Люси задрожала, чувствуя, как на ее глазах появляются слезы. — Люси… — медсестра щелкала перед глазами девушки, пытаясь привести ее в чувства, но она не реагировала на ее слова. — Люси! — наконец громко закричала медсестра, приведя ее в сознание. Хартфилия резко посмотрела на нее глазами полных слез. — Мы можем приступить? — Миссис Гербер! — в комнату вошла другая медсестра, — Там на входе Джуд и Лейла Хартфилии всюду поставили свою охрану. Требует Вас, срочно. В этот момент, Люси стала медленно сходить с кресла, что-то шепча себе под нос. — Люси? Ты уходишь? Среди ее хаотичных мыслей, голос медсестры звучал так отдаленно, словно затерянный где-то вдали. Люси наконец полностью встала с кресла и направилась на выход. В коридоре ее со слезами встретила Лейла, расспрашивая дочь о ее самочувствии и том, как она вообще могла решиться на подобное?.. Но Люси молча продолжала идти, уткнувшись в плечо матери, так как слезы душили ее. И наконец, начиная осознавать всю ситуацию и то, что она пыталась совершить, Люси громко зарыдала, только и сумев простонать самое главное слово в жизни: — Мама!.. О, Мама!..». По небосклону со всей силы раздался гром и Люси, еще недавно крепко спавшая, резко открыла глаза. Посильнее укутавшись, Люси постаралась выбрасить все эти воспоминания из своей головы. Но все же, одно из них постоянно напоминало о себе… " — Почему мы с тобой постоянно ссоримся? — Люси улыбнулась, взглянув на Драгнила. — Я уже отвечал тебе. — с улыбкой нахмурился Нацу, нежно поглаживая ладонь девушки, — Потому что так мы проявляем наш интерес друг к другу. — он ласково взглянул на нее, взяв ее ладонь в свою, — Хотя, порой, я вижу в тебе маленькую и капризную девочку. Такую маленькую… Знаешь, которая вечно вопит: «Папа, купи мне платье! Папа, купи мне…» — он рассмеялся, и его лицо как-то по особенному озарилось в этот момент, — Купи мне кучу всякой ерунды… — грустно закончил он, поджав губы. — Нацу? Что с тобой? Драгнил грустно усмехнулся, посмотрев на Люси своим привычным непоколебимым взглядом. — Люси… Я не могу иметь детей. Я узнал об этом год назад. — откинувшись на кресло машины, тяжело произнес он, накрыв лицо ладонями. — Работа искалечила меня. Да и с таким отцом вряд ли будешь в безопасности… От его слов у Люси внутри что-то свело. Нацу говорил об этом так спокойно, что Люси сразу поняла без всяких сомнений: это его боль. Люси не хотелось продолжать эту тему, поэтому она решила метко отшутиться, чтобы перевести разговор. — Ну, будь у тебя мальчик, тебе бы пришлось выслушивать вещи и похуже. — она посмотрела на него, сдерживая улыбку, — «Папа, купи мне машину! А лучше… Отдай свою!» — от ее смешного голоса Драгнил засмеялся, от чего проявились его милые ямочки в уголках рта, и от чего Люси млела…» Мысли девушки прервал легкий стук в двери. В комнату вошла Лейла. Лицо ее было заплаканное, а сама она выглядела ужасно подавленной, хоть и не показывала этого. Она аккуратно присела на край кровати, погладив дочь по голове. — Как ты? — шепотом спросила она. — Благодаря вам — хорошо, мама. — Люси… Прошу тебя, впредь, никогда и ничего подобного не делать, — она крепко сжала ладонь дочери, — Девочка моя, неважно какая ситуация, неважно как сложна она будет, только скажи нам и мы все преодолеем. Тем более, — в голосе ее почувствовалась легкая дрожь, а на глаза снова налились слезы, — Это ведь и наш внук тоже! — Я знаю, мама, я знаю… — Люси быстро обняла маму, пытаясь ее успокоить. — Отец позвонил мне через полчаса, после того как ты ушла. Сначала я не поверила ему, но после… Я вспомнила этого… Драгнила. При его фамилии внутри Люси все сжалось. — … И то, как он на тебя смотрел. Я чувствовала, что между вами что-то происходит… — Лейла резко замерла, посмотрев на дочь, — А ты ему сказала? Люси тяжело вздохнула, обхватив себя руками. — Нет и не скажу. — она собиралась уже вот-вот обороняться от нападок Лейлы, как неожиданно женщина улыбнулась дочери, погладив ее по плечу. — Он сложный человек. Верно? На лице Люси появилась горькая усмешка. — Какой бы ни был, а я хотела, чтобы у ребенка был отец. Но я не знаю, где он и что с ним уже как три месяца… Мы, если можно так сказать, расстались. — Люси… Нашей с папой любви хватит для того, чтобы вырастить малыша счастливым! А ты будешь прекрасной матерью, вот увидишь, я знаю. — улыбнулась Лейла такой вселяющей надежду улыбкой, что Люси, недавно еще плакавшая, тоже улыбнулась. — Спасибо, мама. Спустя несколько месяцев Люси встретилась с Локи, который, к слову, жаждал этой встречи уже давно. Девушка сразу рассказал о том, что беременна и что его отношения на это ее совершенно не волнует, ведь прошло уже полгода. Локи за это время тоже преуспел: у него были отношения с разными девушками и ни одни не увенчались успехом. — Люси, я не хочу говорить о том, как скучал за тобой, как думал о тебе постоянно, как ненавидел себя за то, что сбежал тогда… Я хочу лишь сказать, что ни с одной девушкой мне не было так хорошо, как с тобой. С твоей неуемной жаждой жизни, которая распространяется на всех окружающих, а в частности, на мужчин, я ощущаю себя по иному. Позволь мне попробовать сделать тебя счастливой. Поехали со мной в Мадрид. Люси слушала все его слова с какой-то охватившей ее грустью, словно сейчас эти слова уже не имели для нее никакого значения. Они были приятны ей, сладили ей слух, но все же, с неприятным привкусом запоздалого прошлого. Но с другой стороны, у нее все же были какие-то чувства к Локи, а какие — она пока не понимала. По крайней мере сейчас — уж точно не понимала. Но может, им все же стоит попробовать начать все с чистого листа? И ей удастся забыть Драгнила…? — А ребенок, Люси, я буду любить его как своего, обещаю. Только будь рядом со мной. — в его глазах было столько мольбы и такой отчаянной надежды, что Люси, невольно пожалев его — согласилась. Только тогда она так и не поняла, почему в момент, когда она сказала ему «да», ей вспомнилось лицо Дрганила… Спустя еще два месяца, Люси, с уже достаточно большим животиком, постепенно забывала свою прошлую жизнь и ее невзгоды. Тем более, что Локи делал все для этого: подарки, покупки, возил ее по отелям и морям, одним словом — «пробовал сделать ее счастливой». И действительно: Люси постепенно начинала чувствовать себя счастливой. Да только, вправду ли она была счастлива или все же пыталась? — Люси, прошу тебя, аккуратно, — поддерживая ее, произнес Локи, помогая Люси подняться по лестнице. — Перестань, — рассмеялась она, — Я прекрасно себя чувствую после бокала красного вина. Кстати, спасибо тебе за этот вечер, — благодарно проговорила она, чмокнув Локи, от чего тот растаял. Сейчас они отдыхали в отеле знакомого друга Локи в Мадриде, который с большой радостью и гостеприимством принял своих друзей. Также, сегодня, Эмир — так зовут нашего друга, пригласил их посидеть и расслабится вечерком, предложив встретить горячий испанский закат у берега моря, в небольшой, но уютной беседке.  — Люси, солнце, прошу, поторопись, нас уже все заждались… — устало протянул Локи, готовый вот-вот закрыть входную дверь. — Бегу-бегу! — находясь в прекрасном настроении, пролепетала Люси, на ходу одевая сережки. Наконец они вышли и через несколько минут уже сидели в беседке. — Так вот, я столько раз объяснял этому японцу наше испанское слово, а он все заладил свое! Я ему… Эмир весело рассказывал истории за историей и все дружно смеялись, подхваченные прекрасным морским и расслабленным настроением. Но неожиданно, словно выбив всех из этого настроения, зазвонил телефон Локи. — Да, о, привет Джу! — весело проговорил Локи, но затем, его лицо резко сменилось взволнованным, — Джу? Дать Люси трубку… Нет, не давать… — Что? — волнение Локи резко передалось и Люси, — Это Джу? Дай мне! — Нет, Люси! — резко закричал он, прижав телефон к себе. Люси замерла, увидев в глазах Локи ужасный испуг и какое-то подавленное отчаяние. — Люси, не надо… — прошептал он, сглотнув, но понимал: поздно. — Дай мне, черт побери! — она резко выхватила трубку у Локи, но то, что она услышала, навсегда изменило ее жизнь. — Алло, Локи, только не давай трубку Люси… — Хартфилия молча слушала, словно она проглотила язык. — Тот парень, с которым она была до тебя… Погиб на задании. Этот Нацу… Он погиб. Прошу тебя, не дай ей узнать об этом никаким путем. Алло, ты слышишь меня, Локи? Люси выпустила трубку из рук, а затем, чувствуя, как немеют ее ноги, прислонилась к стене беседки. Локи мигом подловил ее, что-то громко выкрикивая и подзывая друзей на помощь. Все вокруг засуетились. Но Люси никого и ничего не слышала… Лишь только с ее карих глаз неустанно лились слезы… — Нет… — шептала она, словно в бреду. Неожиданно резко послышались раскаты грома — хлынул ливень. Люси, чья грудь все быстрее и быстрее вздымалась, схватившись за голову, выбежала под этот дождь, а затем, громко и отчаянно закричала. Локи все ходил вокруг нее, не зная, как ей помочь, но вскоре друзья отвели его. Люси кричала что есть мочи, но крики эти не помогали заглушить всю боль внутри нее. Дождь снова и снова обливал ее холодными каплями, словно пытаясь разбудить ее, но Люси не желала просыпаться, она хотела всей полнотой ощутить эту острую боль, чтобы никогда больше не вспоминать о ней. Никогда.