Судьбоносная случайность

Нацу летел со всех ног, набрасываясь на каждую встречную медсестру. Позади него бежал Грей. Он все пытался успокоить друга, но что и говорить, когда сам он был не в меньшем отчаянии. Но все же в отличии от Нацу он мог еще мыслить адекватно, поэтому старался помочь Нацу как мог. — Нацу, постой, Нацу! — он схватил друга за плечо, повернув к себе, — Прошу: не паникуй. Нам сейчас скажут номер палаты и ты пойдешь к ней… Нацу смотрел на Грея опухшими от слез глазами и не в силах был что-либо сказать ему в ответ. Тут не нужны были слова. Нацу впервые почувствовал себя убитым, оставаясь при этом живым. Спустя полчаса он уже сидел в палате. Грей ждал за дверью. Он не стал говорить остальным о том, что произошло, так как понимал, что в ближайшие дни с Люси должен побыть один Нацу. Драгнил не отходил от Люси ни на минуту. Он постоянно держал ее за руку, смотрел на нее. На ее лицо в царапинах, на этот аппарат дыхания, поддерживающего ее жизнь. На то, как она спала. Так он это звал. Врачи это называли комой. — Мне очень жаль, но состояние крайне тяжелое. Кома развивается в результате поражения головного мозга, вызывающего в нем острое нарушение кровообращения, следствием которого является глубокое торможение в коре с распространением его на подкорковые отделы центральной нервной системы, которая у Вашей жены нарушена… — Как… Как долго она может вот так? — безжизненным голосом спросил Нацу. — Все зависит от ее организма. Сможет ли он бороться… Мы будем всячески помогать ему, но наши усилия будут напрасны, если Ваша жена не захочет жить сама. Вы должны знать: она все слышит и понимает. Говорите с ней, Вам от этого тоже полегчает. Но тогда слова доктора казались Нацу просто воздухом. Он не понимал как это может облегчить ему боль. Но спустя время все же понял. Вскоре к Люси стали наведоваться Эльза и Джу, а также Мира и Лексус. Мира часто плакала, выходя из палаты, поэтому Лексус стал привозить ее реже, хоть она и стремилась к обратному. Эльза много говорила о работе, о фирме и иногда ей даже казалось, что Люси серьезно кивает головой в ответ. Джувия же постоянно шутила. Она много смеялась, но стоило ей выйти из палаты, как она безбожно рыдала на плече у Грея. Джуд и Лейла… Что ж, как родители, они страдали больше всех и также как и Нацу проводили с дочерью почти все свое время. Но со временем они делали это реже, так как не хотели оставлять Кэтти одну. Девочка сейчас была напугана не меньше других. Она потеряла маму, но пока не знала этого, но чувствовала. Да и только что обретенный папа снова куда-то исчез. И вот, спустя месяц, с каждым разом все чаще и чаще с Люси оставался один Нацу. Он мало ел, спал, снова начал сильно курить… Он очень переживал и каждый день вспоминал тот вечер, вспоминал и плакал. Однажды Грей заставил его поехать и навестить дочь, о которой как ему показалось он забыл. Но нет. Нацу не забыл, а наоборот, он каждый день думал о Кэтти и о том, как ему теперь говорить с ней, смотреть на нее… Как объяснить ей, почему мамы нет уже месяц и что возможно она уже не вернется. Подъехав к дому Хартфилиев, Грей заглушил мотор и посмотрел на друга. — Ты молодец, что не сдаешься. Нацу промолчал, горько усмехнувшись. — Нет, правда, ты… — А ведь знаешь… — резко начал Нацу, устремив свой взгляд прямо, но так, словно что-то видел перед собой, — Я ведь только сейчас понимаю, что так меня наказывает Бог. Я всегда искал смерти, опасности, адреналина… Казался себе благородным спасателем. И выживал. И вот только когда я нашел то, что действительно люблю, то, что мне стало самым дорогим на всем этом чертовом свете, жизнь решила у меня это отобрать! Сказала, мол, ты этого не заслужил. И она права. — он посмотрел на друга полных глазами слез, — Я не заслужил такую девушку как Люси. Я не заслужил такую прекрасную дочь как Кэтти… И в конце концов, такого друга как Ты, Грей. Попросту не заслужил. Грей отвернулся к окну, скрыв слезы. Ему было искренни жаль Нацу. — Обретя все, в чем нуждался, тут же потерял это. — прошептал Нацу и вышел из машины.

***

Дверь в дом Нацу открыла Лейла. Она встретила его такими же мертвыми и полными слез глазами. Обняв ее, он молча направился в комнату дочери. Но к счастью, она уже спала. Нацу выдохнул. То, что малышка вот так сама засыпала, облегчало его страдания. Он очень боялся, что из-за этого она не сможет нормально спать. Он нежно поцеловал ее в лоб и направился к двери. — Я не могу уснуть. Полежи со мной. Нацу вздрогнул. Он повернулся и сразу лег к малышке, мягко подоткнув ее одеяло. Кэтти прижалась к нему, зашмыгав носом. — Мама больше не придет, верно? Нацу закрыл глаза, сдерживая слезы. Он готов был сейчас закричать на весь мир о своей боли. Но он понимал, что Кэтти нужна помощь. Его помощь. Он ей нужен. — Никогда больше не говори такого вслух, поняла? — он поцеловал ее в щеку, крепко обняв, — Все будет хорошо. Мама выздоровеет. — Я не верю тебе. — Кэтти отвернулась. От ее слов у Нацу больно кольнуло в груди. Она ему не верит… И с чего бы? Кто он ей? Биологический отец? Это и все. Появился из ниоткуда, а где был все это время? Когда она делала первые шаги, говорила первые слова… Нацу вдруг стал сам себе противен. Но он исправит это. Он любит эту малышку. Но надо дать время ей полюбить его… — Кэтти, крошка… Хочешь мы завтра пойдем к морю? Мама говорила ты любишь по вечерам гулять у моря. Кэтти повернулась, нахмурив брови, а затем ответила неуверенное «да».

***

Эльза только вышла из больницы, как сразу выставила руку для такси. Ей хотелось поскорее уехать от этого места. Она не могла долго выдерживать в палате Люси. Она чувствовала, что еще вот-вот и ее охватит истерика. Выставив руку и засмотревшись в телефон, Эльза не заметила как ее чуть не сбила машина. Девушка отшатнулась, прижав сумку к себе. А затем злобно посмотрела на остановившуюся машину. — Девушка, Вы не видите, что едет машина?! — донесся голос водителя, который быстро выбрался из машины и направился к девушке. А после резко замер. На его лице появилась улыбка. Эльза же лишь на мгновение впала в ступор, а после, чему ее научила жизнь, спрятала все эмоции глубоко в душу, надев маску безразличия. — Жерар. — самообладание быстро вернулось к ней, — Вот так встреча. — она обошла его машину. — Ее чуть не сбила машина, а ей хоть бы хны. — усмехнулся Жерар, — Меня всегда это восхищало в тебе, Эльза. Эльза замерла, чувствуя, что еще немного и она разревется. Восхищался?! Она повернулась и посмотрела на него. Посмотрела так проницательно и глубоко, что Жерар не знал что и сказать. — Как ты? — спросил он. В его голосе слышалось беспокойство. Эльза поджала дрожащие губы. А затем молча направилась в свою сторону. Но ее руку тут же схватил Жерар. — Эльза… Что случилось? — он всмотрелся в ее лицо, а затем в ее карие глаза, которые тут же наполнились слезами. Она не выдержала и уткнулась головой ему в грудь. Он был такой сильный и высокий… Так хотелось спрятаться в его объятиях. Но неожиданно Эльза отпрянула от него, посмотрев ему прямо в глаза. — Прости… — прошептала она. — Я пойду. — Нет. Я подвезу тебя. Садись. — он не дал ей даже возможности подумать, а лишь молча повел ее за руку к машине. В машине она ему все и рассказала. — Господи… Нацу ничего не говорил мне… С тех пор, как он усадил Деймоса за решетку, я его ни разу не видел в фирме… Он будто исчез. — Так и есть. Он исчез в ее палате. Жерар посмотрел на Скарлетт. Все такие же длинные темно-рыжие волосы, чуть загорелая кожа, чувственное тело… Он быстро встряхнул головой, отбросив эти соблазняющие мысли. — Ну… А как ты? Как дела в семье? — спросила Эльза. Жерар поджал губы, завернув за угол. — Никак. Я разведен. Уже как 2 год. Эльза недоумевающе посмотрела на него. — Этот брак был сплошной фикцией. Ее папаша возглавлял юридическую фирму, хотел через дочь пробить мои связи. Ублюдок. — горько усмехнулся он, — Обычно это я провожу людей, а тут провели меня. — Зачем же ты сразу женился? На этих словах Жерар рассмеялся. — Видишь ли, она сказала, что ждет ребенка. Но это тоже конечно же было вранье. Все сплошное вранье… Он крепко сжал руль. — Мне жаль. Высади меня возле этого магазина. — ровно сказала Эльза. Жерар остановил там, где она попросила. — Может как-то пообедаем вместе? Эльза вздохнула, выставив ногу из машины, задумавшись над его словами, а после быстро вышла, захлопнув дверь. — Эльза, так что насчет обеда? — Жерар, — наклонившись к окну, сказала Эльза, — Я не думаю, что сейчас самое лучшее время. — Эльза я думал о тебе. — серьезно сказал он, от чего Скарлетт тут же покраснела. Но быстро пришла в себя. — Ты недавно женился на девушке, только потому что она беременна. Жерар изогнул бровь, ухмыляясь. —  Это была не единственная причина. Эльза покачала головой в разные стороны, а затем отошла от машины. — Она была похожа на тебя. Как бы это не звучало. — Скарлетт замерла, но не повернулась лицом к Жерару. Вскоре, она ушла.

***

— Смотри, если вот так бросишь камень, — Нацу поднял небольшой камешек треугольной формы и кинул его по морской глади, — То он будто скачет. Кэтти заулыбалась, похлопав в ладоши. Нацу улыбнулся в ответ. Он подал ей камень и начал объяснять как ей его кинуть, вскоре камень Кэтти полетел по воде, но не так как у папы. Она расстроилась, но виду не подала. — Давай лучше ты, пап, у меня не получается. Нацу со всей нежностью посмотрел на малышку, наблюдая как она аккуратно убирает свои кучерявые локоны с лица, так как морской вечерний ветер не унимался трепать их, как красиво светятся в ало-желтом закате ее зеленые глазки. Он присел на корточки, обняв ее. — Смотри, — он взял еще один камень и положил ей в ладошку, — Не целься, не пытайся повторить как у меня. Просто кинь! — рассмеялся он. Заразившись его смехом, Кэтти смело бросила камень в воду, прыжок которого не удался на все сто процентов, но был близок к этому. Кэтти подпрыгнула на месте от радости. Нацу задумался о том, как мало ей надо было для счастья. Пока Кэтти снова и снова кидала камни, Нацу подошел ближе к берегу, где о его ноги разбивались манящие волны. На пляже кроме него и Кэтти не было почти никого, кроме трех или четырех человек. Солнце уже садилось за горизонт и Нацу вдруг ощутил, что прекраснее момента в его жизни еще не было. В этот момент он резко подбежал к Кэтти и, схватив ее на руки, стал кружить и подкидывать. Она хохотала, а он не переставал улыбаться. Он смотрел на нее и видел Люси. На его глазах навернулись слезы, но Кэтти не заметила их, так как ей сейчас тоже было очень весело. Смех сквозь слезы. Странное ощущение. Нацу был одновременно и счастлив, и горько несчастен. Наверное, такое происходит, когда ты что-то теряешь в свое жизни, но благодаря этому, начинаешь больше ценить то, что в ней есть. — Все, все, папа! — закричала Кэтти, резко прижавшись к нему. Ей вдруг стало страшно. — Ну, Кэтти, — нежно рассмеялся Нацу, — Перестань, ты же храбрая у меня… У нас… С мамой. После этого они молча стояли на берегу моря, крепко обнявшись и наблюдая красивый закат. — Я уж обыскался вас. — Нацу повернулся на голос и улыбнулся. — Я рад, что ты пришел. — Я не мог не прийти. — Игнил улыбнулся в ответ, затем он посмотрел на малышку, которая ему тут же мило улыбнулась. — Привет. — сказала она, лежа на плече у папы. — Привет. — со слезами на глазах сказал Игнил. — Кэтти, это твой… — начал Нацу, но Игнил его остановил. — Не сейчас Нацу, прошу. Придет время. Но не сейчас. Нацу согласно кивнул. — Я друг твоего папы, — он протянул ладошку Кэтти, при этом по старчески мило ей улыбнувшись. Кэтти улыбнулась ему в ответ, да так, что у него от боли и любви одновременно защемило сердце. Он быстро вытер слезы. — Папа, я пойду еще покидаю камушки… Можно? — Да, только не убегай далеко, ладно? Она кивнула и Нацу, чмокнув дочку в лоб, отпустил ее. На какое-то время между Нацу и Игнилом воцарило молчание. — Как ты? — начал Игнил. — Стараюсь держаться. Не всегда получается. Игнил вздохнул, посмотрев на сына. Его боль, была болью и для него. — Нацу, одно прошу: не вздумай винить себя. Нацу горько усмехнулся, шагнув на прибывшую волну, а затем снова отошел от нее, посмотрев на горизонт. — А кого еще, отец? — Нацу, не всегда все в нашей жизни складывается так, как хотелось бы. Порой, мы совершаем ошибки, за которые потом расплачиваемся всю жизнь. А иногда, так складываются обстоятельства, которым мы не в силе помешать. — Если бы я тогда не бросил их… — Ты не знал, сынок. — простонал Игнил, схватив сына за плечи, — ты не знал… — снова повторил он. Телефон Нацу зазвонил, от чего он вздрогнул. Игнил отпустил его плечи и кивнул в сторону телефона. — Да. — Сеньор Драгнил? Это Вас беспокоит доктор Армандо Пиерони, из городской больницы. — Да, доктор, я Вас слушаю, что-то случилось? — обеспокоенно спросил Нацу. — Я звоню Вам по поводу вашей жены… Не переживайте, она в полном порядке, под присмотром врачей… — он замолчал, но после короткой паузы продолжил, — Знаете, этот разговор не по телефону. Приезжайте в больницу. Вы сможете сейчас? — Конечно, я скоро буду. Нацу дрожащими руками положил телефон в карман, а затем посмотрел на отца. — Ты сможешь побыть с Кэтти, мне нужно в больницу. — в глазах Нацу Игнил прочитал предзнаменование чего-то плохого. Очень плохого. — О чем ты говоришь, конечно. Ты не против, если она останется у меня? Нацу молча кивнул, но слова отца расслышал неясно, а затем побрел к машине. Игнил поджал губы, смотря сыну в след. — Не сдавайся, сынок… Не повторяй моих ошибок. — прошептал он. И он надеялся, что ветер унесет его слова с собой в помощь Нацу.