Я просто нашел человека

Waited so long To tell you what's wrong How the times have changed And now it's all a waste How long the days come How long the days, they come Eric Boroian, Olivier Andrès - How Long

- Это из-за Ньюта ты так с катушек съехал? Томас поперхнулся пивом и удивленно уставился на Минхо. Сочельник. Пора чудес и волшебства. В Сочельник Томас проснулся около семи вечера - уставший и разбитый. За окном было беспросветно темно. Томас потянулся за телефоном, чтобы узнать, который час, но вместо этого наткнулся на сообщение от друга. Панчо по-прежнему спал на его подушке и щекотал Томасу плечо своей шерсткой. "Проснулся?" - спрашивал Минхо. Сообщение пришло полтора часа назад. "Да" - после минутного ступора напечатал Томас и снова провалился в сон. Поспать ему не удалось. Минхо примчался спустя полчаса с пятью литрами пива и двумя бутылями виски, объяснив это тем, что "Я хочу, чтобы ты напился как следует, чувак". Томас не стал противиться - еще бы, он уже давно записался в гребаные алкаши. Когда пиво начало подходить к концу, Минхо задал этот вот несуразный вопрос. - Какого Ньюта? Ты идиот, Томас? Во-первых, не стоило выпаливать Минхо первое, что показалось разумным, чтобы скрыть свои истинные чувства. Потому что это нихера не разумная реакция. Во-вторых, если уж ты хотел, чтобы Минхо ни о чем не догадался, то мог бы просто разыграть удивление - мол, с чего бы мне переживать из-за Ньюта? Но нет. Томас решил повести себя, как конченый дебил. Минхо вздохнул, поднялся на ноги и скрылся на кухне. Послышался звук открываемой морозилки, треск льда, вытаскиваемого из формы, и льющейся в стакан жидкости. Через тридцать секунд Минхо вновь показался в комнате и сунул Томасу в руки запотевший стакан. - Пей. И Томас послушно опрокинул в себя виски. Не растерявшись, Минхо налил еще. И Томас опять выпил. После этого он долго молчал, а затем потянулся за лежавшим поблизости Панчо и притянул его к себе. Кот не сопротивлялся, подставив пушистое пузико под пальцы хозяина. - Я же сказал, что он ушел, да? - спросил Томас у щербатой половицы. Несколько дней почти без сна, пустой желудок и в крайней степени убитое состояние сделали свое дело: сейчас Томас интеллектуально не отличался от той же половицы. - Да, - Минхо вновь плеснул янтарной жидкости в стакан. - Я хотел отдать ему елку, - продолжал Томас потусторонним голосом. - Хотел, чтобы ему понравилось. - Он видел елку? Томас горько ухмыльнулся и бросил взгляд на лежащее в коридоре дерево. - Нет. Идиот, Томас! С чего ты вообще взял, что Ньюту нужна эта вонючая елка? - Куда он ушел? - спросил Минхо. На лице Томаса мелькнула безумная усмешка. Да если бы он знал, куда! - Понятия не имею, - спокойно ответил Томас. - Просто ушел и все. - То есть как это? - не понял Минхо. - И ты даже не спросил? - Не у кого было спрашивать, Мин. Я просто приперся с этой гребаной елкой, а его не было дома. - То есть как это? - снова спросил Минхо. На этот раз на его лице появилось искреннее недоумение. - Мин, ты идиот? Вот так это: не было и все, - раздраженно ответил Томас. - И даже не попрощался? Не предупредил? - не унимался друг. - Не попрощался, - ответил Томас и протянул другу пустой стакан. - Еще. Минхо налил еще, и Томас в который раз с наслаждением опрокинул в себя стакан. - Давай еще раз, - успокаивающим тоном сказал Минхо. - Ты хотел подарить ему елку, взял для этого мою машину, привез елку, но Ньюта не оказалось дома, так? А ты не пробовал ему позвонить? - Я никому не собирался дарить елку, - злобно огрызнулся Томас. - Просто ее у него никогда не было, поэтому я и купил. Чтобы было Рождество, понял? - Хорошо, это я понял, - на самом деле, лицо Минхо отражало ровно обратное. - А как насчет позвонить? Томас приоткрыл рот и уставился на друга, как на умалишенного. - Мин, ты в конец тронулся? С чего мне ему звонить? Минхо моргнул. - В смысле - с чего? Чтобы спросить, куда он делся, - после секундного замешательства ответил он. - Я не собираюсь ему звонить. Он не хочет. - Почему? - Черт подери, Мин!.. Если бы ему не было плевать, он бы предупредил, что уйдет! Или попрощался бы! Или... Короче, я не собираюсь ему навязываться. Он ясно дал понять, что ему до лампочки. Не стоило столько пить на голодный желудок - Томас никогда не сказал бы ничего подобного, не будь он так пьян. Он бы даже себе не признался в том, что только что вырвалось изо рта. Тем не менее, это было правдой, и Томас боялся ее, а теперь, произнеся ее вслух, окончательно убедился: Ньют ушел, потому что подвернулась такая возможность, и не сказал, потому что не посчитал нужным. Потому что не хотел. Потому что не причислял Томаса к числу близких людей, в конце концов. И Томас не станет его попусту беспокоить. - Аа, - протянул Минхо. - Нихрена не понял, но допустим. Так на вопрос ответь: ты из-за этого так расклеился? - Из-за кого? Из-за Панчо? Конечно, я расстроился! Этот кот мне дороже любого существа на планете! - Томас так энергично взмахнул рукой, что содержимое бокала оказалось на полу. Он огорченно заглянул в пустой стакан, а затем протянул его Минхо. - Еще! Минхо удрученно вздохнул и поплелся на кухню. - Я правильно понял, что Ньют свалил от тебя также, как тот чувак из анекдота про сигареты и три часа ночи? - Какого анекдота? - спросил Томас и вновь опрокинул в себя протянутый стакан. - Ну этот… Знаешь, типа спят мужик и баба в кровати, все чики-пуки… А в три часа ночи он подрывается, говорит, что забыл купить сигареты и улепетывает в ночь. Баба ждет его, ждет, ждет… Короче, он так и не вернулся. Типа ушел за сигаретами в три часа ночи и так и не вернулся. Томас осовело заморгал. - И в чем анекдот? Это типа должно быть смешно? Минхо замолчал, а потом удрученно покачал головой. - Чувак, я тебя таким разобранным не видел с той весны два… хм, уже два с половиной года назад. Оно вообще того стоит? - спросил он и вновь исчез на кухне, вернувшись с двумя полными бокалами виски со льдом. Томас некоторое время молчал. А потом его прорвало. - Ты не понимаешь, Мин… - захлебываясь словами и алкоголем, начал он. - Я для него никто, слышишь? Так, случайный знакомый… И вообще, он столько всего пережил… я для него вообще никто, богатенький мальчик, который и цены-то жизни не знает… Я для него сущий ребенок, он весь такой… весь такой… - Несчастный? - подсказал Минхо. Томас посмотрел на него с упреком. - Нет, - сердито сказал он. - То есть да… Я для него ребенок, понимаешь? Маленький несмышленый ребенок, который ничегошеньки не понимает в этой жизни… Мне всегда все доставалось легко, я получал все, что хотел… Хочешь Колумбию, Томас? Пожалуйста! Хочешь море алкашки и безумную жизнь? Держи на здоровье! Боже мой, Томас, ты спился, скурился и вылетел из универа? Вот тебе новый и квартира в придачу! Хочешь еще что-то? Только свистни! Понимаешь, Мин? Минхо отрицательно помотал головой. - Да как не понимаешь?! - взвился Томас. - Я всегда получал то, чего не заслуживал! А у Ньюта никогда не было и сотой части того, чего заслуживал он! Томас хотел было разразиться еще более страстной тирадой, однако Минхо перебил его. - Хочешь сказать, что чувствуешь себя виноватым за то, что твоя жизнь сложилась лучше, чем у Ньюта? - уточнил он. - Да нет же! - воскликнул Томас. - Я не о том!.. Просто он… Просто я… Просто он… Он заслужил счастья гораздо больше, чем я! И я для него определенно точно кусок дерьма, понимаешь? - Я понимаю только то, что ты ебанулся в край, - сухо сказал Минхо и протянул руку за пустым стаканом. Вернувшись с очередной добавкой, он сказал: - Я вообще не понимаю, чего ты так разнюнился. Я знаю тебя уже хрен знает сколько лет, и знаешь, что? Томас активно замотал головой из стороны в сторону и залпом опустошил протянутый ему стакан. - Ты придурок, вот что, - резко заявил Минхо. - Хватит уже мешать себя с дерьмом! Ты один из умнейших людей из всех, что я знаю. Томас в очередной раз горько усмехнулся. - Нет, Мин, ты не понимаешь… Я и есть кусок дерьма! Ты только посмотри на меня! Минхо угрюмо окинул Томаса взглядом. - Я смотрю и вижу, что ты идиот. - Да нет же! Ньют… - Да заебал уже со своим Ньютом! - не выдержал Минхо. - Чего он тебе так сдался? Скажи мне, ты действительно такой придурок, что считаешь себя хуже какого-то конченого уголовника, или просто прикидываешься? Что было дальше, Томас не помнил. Он помнил только удушающий гнев и отчаяние вперемешку со сладко-горьким послевкусием виски и то, как он громко и смехотворно требовал Минхо налить ему еще. Когда виски закончился, Томас порывался пойти в клуб или бар и, дословно, "Нажраться как в последний раз! Ты не понимаешь, Мин!" Слава богу, Минхо действительно не понял. Уже не в первый раз он уложил пьяного в стельку друга спать и сам улегся на пустующий диван. Проснулся Томас с удушающим ощущением, будто наговорил много лишнего предыдущей ночью. Минхо, впрочем, вел себя как обычно и радостно поздравлял его с Рождеством. Спустя пару часов в квартиру Томаса набилось столько народу, что он решил, будто напиться - лучшее решение всех проблем. В итоге это Рождество он запомнил плохо, зато по рассказам друзей точно знал, что уж они-то никогда в жизни этого не забудут: чего только стоила история про бомжа, которого Томас катал в тележке из супермаркета по Рокфеллер-центру, громко голося, что подарил бомжу БМВ. И откуда он вообще откопал эту чертову тележку в разгар Рождества? Он бы с радостью забыл об этом инциденте, если бы Гарриет не сняла его на телефон и не показывала бы всем при каждом удобном случае. Бомжа, кстати, звали Робертом, и Томас проклинал всех богов за то, что именно это он запомнил. Остальную ночь он, значит, напрочь забыл, а вот имя этого треклятого бомжа - нет! Рождественские каникулы прошли в самом прямом смысле этого слова позорно. Томас ушел в беспросветный запой, которого с ним не случалось уже пару лет. Он работал все праздники без выходных, после каждой смены напивался в хлам, а наутро снова ехал на работу, сражая редких посетителей первоклассным перегаром. Минхо пытался подловить его при каждом удачном случае, однако Томас каждый раз мастерски делал вид, будто он слишком занят работой. Премилая ирония - Томас хотел освободить Рождество от работы, чтобы провести его вместе с Ньютом, за что вынужден был работать все праздники без продыху, однако теперь работа помогала ему забыться от неприятных дум об этом самом Ньюте. Вернее, работа и алкоголь. Самое смешное, что Томас до сих пор не мог понять, почему происшествие с Ньютом оказало на него такое сильное воздействие: ну, подумаешь, появился, пожил три месяца и свалил. Однако любая мысль в эту сторону отдавалась неприятным кульбитом в животе, и Томас спешно глушил его либо алкоголем, либо… алкоголем. Протрезветь Томаса заставила неожиданно свалившаяся на его голову учеба. Рождественские каникулы закончились так же внезапно, как и начались. Проверив новое расписание на грядущий семестр, Томас вдруг явственно ощутил, что ему срочно требуется взять себя в руки - иначе жди повторения событий трехлетней давности. Минхо больше не спрашивал ни о Ньюте, ни о внезапном запое друга, и, что самое странное, другие тоже не спрашивали об этом - тут явно не обошлось без острого на язык азиата. Тем не менее, Томас был ему благодарен: так было легче убедить себя, что все в порядке. Само собой, Томас не прекратил пить окончательно, однако с началом семестра он делал это так, чтобы это не мешало учебе. Дни тянулись невозможно медленно. Пока вдруг не оказалось, что с ухода Ньюта прошло вот уже полгода, а Томас практически без особых проблем и с одной только тройкой закончил третий курс и, к тому же, был повышен до менеджера "Синей птицы". Не то чтобы он стремился к этому долгое время, однако повышение все же было более чем приятной новостью. Минхо ржал, что Томас чуть ли не единственный со всего курса пошел работать по специальности. Разумеется, Роджер особого восторга не проявлял, однако спустя некоторое время Томас проникся к нему если не сочувствием, то хотя бы пониманием. И, что было уж совсем невообразимым ранее, оказалось, работать с Роджером в качестве равного, а не подчиненного, было не в пример приятней и легче - тот неплохо знал свое дело. Все это время он упорно делал вид, будто Ньюта вообще не существовало в его жизни. Вернее, что его существование ничего не значило. Приступы гнева, тоски и непонимания он продолжал глушить алкоголем. Пару раз набегам подвергся даже неприкосновенный шкаф с элитными бутылками. Ну а потом случилась Рейчел.