Wits and Beauty

Она неожиданно проснулась посредине ночи. Лунный свет проникал сквозь большие отверстия в каменной стене, которые когда-то были окнами. В комнате было холодно, и Санса посильнее укуталась в меха, но это не принесло желаемого результата. Огонь в камине потух, вероятно, из-за сильного порыва ветра. Она встала и приблизилась к окну, двор внизу был тих и безлюден. Это было пугающее зрелище. Огромный замок казался совершенно пустым, как если бы в нем не было никого, кроме нее, а в воздухе чувствовалась какая-то печаль. Санса вздохнула, почувствовав, что она выспалась, а от прохлады по ее коже побежали мурашки. Луна светила и ярко, а в воздухе словно было что-то, что звало ее. Она надела простое серое платье с завязками спереди, так что она могла легко с ним справиться самостоятельно без помощи служанки или Бриенны. Поверх она набросила синий плащ, после чего открыла входную дверь. Стражник снаружи крепко спал, а на полу валялся пустой рог из-под вина. Она бесшумно обошла его и направилась вниз по ступенькам. Замок был достаточно велик, чтобы все солдаты могли разместиться в его многочисленных комнатах, и большинство из них, должно быть сейчас спят в своих покоях в столь поздний ночной час. Время волков. Она вышла во двор, подняв капюшон. Никто бы сейчас не признал в ней королеву, приняв ее за обычную девушку в таком простом платье. Башня Королевский Костер осталась позади нее, когда Санса обошла двор. Она заметила большое металлическое ведро и инструменты для укладки камня. Она вздрогнула. Харрен построил этот замок на крови, сам замок нес в себе магию крови. Она поняла эту часть своего видения. Это была связь с ее жертвоприношениями на Севере. И это была связь со старыми богами. Леди Лотстон, купающаяся в крови. Уэнты были потомками Лотстнов, она могла проследить свой род до них по материнской линии. Свистящий звук над головой привлек ее внимание. Летучие мыши. Летучая мышь была символом обоих домов, как Лотстонов, так и Уэнтов. А простолюдины ясно ассоциировали Сансу Старк как с летучей мышью, так и с волком. Уэнт и Старк. Она увидела большую стаю летучих мышей, вылетевшую из почерневшей башни. Санса нашла зажженный факел и, вынув его из крепления на стене, направилась по почерневшим ступеням в башню, откуда вылетели мыши. Она попыталась вспомнить, что это за башня, но ее название никак не приходило ей в голову. Чем выше она поднималась по ступенькам, тем громче становился звук. Она дошла до самого верха башни и обнаружила там дверь. На ощупь она нашла проржавевшую ручку и повернула ее, однако механизм заклинило, и дверь не открылась. После нескольких минут, проведенных в тщетных попытках отчистить ржавчину, она приняла решение. С совершенно неженственным пинком она выбила дверь. Сотни летучих мышей сидели на потолочных балках. Она осмотрелась, и летучие мыши, встревоженные светом ее факела, стали вылетать из башни. Пол был покрыт их пометом, и Санса закрыла нос рукавом, чтобы заглушить зловоние. Под потолком осталось несколько летучих мышей, и они были явно самыми большими, одна из них была размером практически с собаку. Санса подняла свой факел повыше, увидев висящий на стене желтый флаг. Девять черных летучих мышей. Девять. Она смотрела на стену, когда очередное видение захватило ее. Какая-то женщина. Нет, она знала эту женщину. Капюшон закрывал ее лицо, а из-под него выбивались седые волосы. Леди Бессердечная. Перед ней на столе была корона, и она водила по ее зубцам своими костлявыми пальцами. Там было девять зубцов. Санса вздрогнула, когда видение исчезло. Замок показывал ей самой ее же тайны. Девять. Девять летучих мышей дома Уэнтов. На короне Роба было девять зубцов. Девять зубцов дома Уэнтов. Железо и бронза первых людей. Дом Старков. Неужели это значило, что эта корона всегда была предназначена ей? Ее мать передала ей корону сама, перед тем как обратиться в прах. Неожиданно ее внимание привлек посторонний звук. Кашель. Санса вздрогнула. Летучие мыши не кашляют. Она повернулась, освещая все вокруг себя факелом. Кто-то следил за ней? Но на лестнице никого не было. Неужели кто-то был в комнате? Она осветила правую часть комнаты, внимательно всматриваясь в сумрак. Неожиданно она увидела фигуру, сидящую в дальнем углу. Она едва могла рассмотреть его, но поняла, что это был сгорбившийся мужчина, сидящий возле стены. Санса опустила капюшон и, аккуратно переступая через кучи помета, приблизилась к мужчине. — Сир, с вами все в порядке? Мужчина никак не отреагировал. Санса подошла поближе, прежде чем остановиться в нескольких шагах от него. Он был одет в выцветшие бриджи и рубаху, местами порванные и изношенные. Его лицо скрывал капюшон, и Санса не могла понять, знает ли она его. Мужчина снова закашлялся. — Вам нужна помощь, сир? — подошла еще ближе Санса. Мужчина тихо хмыкнул, и Санса вздрогнув, отошла на несколько шагов назад, недоумевая о том, кто бы это мог быть. Почему он заперся в этой ужасной башне? Он сошел с ума? Если это так, то тогда представляет ли он опасность для нее, одинокой и беззащитной? — Я приведу вам помощь. Она направилась к двери, когда услышала его голос. Она сразу же узнала его. — Пташка. Она резко развернулась и охнула. Он снял свой капюшон. Правая сторона его лица казалась изможденной, с острыми скулами и серым глазом под тяжелой надбровной дугой. Его нос был большой и изогнутый, но была и левая сторона его лица, которую она так же отлично помнила. Его темные волосы, длинные, как и раньше, были зачесаны набок, скрывая шрамы, жесткую плоть на лице покрывали рытвины и глубокие трещины, в которых светилось что-то красное. Она посмотрела в его глаза, когда-то полные злости и ненависти. Тогда он напугал ее. Сейчас же Пес более не представлялся ей опасным. Возможно, у него больше не было такого же влияния на нее после ночи на Черноводной. Возможно, она изменилась. Однако выражение его лица не было таким же тяжелым и жестоким как раньше. Уголки рта устало были опущены. А его глаза… Он тоже сильно изменился. Санса старалась держаться поодаль, чувствуя неуверенность. Был ли это действительно он? Или Харренхолл снова играет с ней в свои игры? — Сандор Клиган. Его рот искривился в знакомой издевательской усмешке, и она снова услышала его голос, похожий на скрежет стали по камню. — Наконец-то ты усвоила, что я не рыцарь. Она промолчала. Между ними было столько недосказанного. Его взгляд был неотрывно устремлен к ней, и Санса сама не отводила глаза. Когда-то она молилась за него. Молилась, чтобы боги избавили его от злости, а Матерь погасила эту ярость внутри него. Она вспомнила, как сильно он ненавидел своего брата Григора Клигана. Как ненавидел Серсею и Джоффри, Тириона, Меррина Транта и всех Белых Плащей. И затем, она обнаружила его спящим в своей собственной постели, пьяного и окровавленного. Она пела ему песню с ножом, прижатым к ее горлу. Матерь, Матерь всеблагая, помилуй наших сыновей, огради щитом их крепким от стрел каленых и мечей. И последнее слово, которое сказал он ей тогда, стало первым, которое он сказал ей сегодня, после стольких лет. Пташка. — Я многое усвоила за все эти годы, — тихо сказала она, не понимая, почему ее голос вдруг задрожал. Он продолжал неотрывно смотреть на нее, а его рот вновь насмешливо скривился. — Ага. Они называют тебя Красной волчицей. И я должен был сам это проверить, не так ли? Когда до Тихого Острова дошли слухи, что Старк во главе огромной армии идет с Севера, то я просто должен был сам увидеть это. Разве могла ли это быть маленькая волчица? Нет, я определенно знал, кто это мог быть. Ты сбежала и надурила их всех! Санса не была уверена, почему слова застряли у нее в горле. Это было тревожное чувство, она не ощущала подобного уже несколько лет. Она была Старк. Королева. Мастер лжи и манипуляции был ее наставником. Она научилась политическим маневрам и завоевала сердца простолюдинов. Но перед ним она снова почувствовала себя маленькой глупой пташкой, как и много лет тому назад. Она откашлялась. — Я часто думала о вас после того, как вы ушли… Он рассмеялся. — Разве? Возможно, ты просто выросла. Твое лицо стало более резким, — его глаза медленно рассматривали ее. — Ты выросла и стала сама собой. Тебе сколько лет сейчас? — фыркнул он. — А вообще, какая разница…ты все еще та же пташка. Изменилась лишь клетка, в которой ты сидишь. Санса вздрогнула. Нет, я не та же. Больше нет. Она медленно покачала головой. — Нет, Клиган, нет больше клетки. И я больше не пташка, повторяющая слова, которым они обучили меня. Я управляю армией. Я уничтожила Болтонов и Фреев, а Серсея Ланнистер станет следующей… Почему вы пришли сюда? Его улыбка исчезла, и он молча вновь стал рассматривать ее. Она подошла ближе, приподнимая свои юбки над полом, чтобы не испачкаться. Он скривился, и Санса поняла, что слишком близко приблизила факел к его лицу. Сандор всегда боялся огня, и она знала почему, знала подлинную историю о том, как он получил свои шрамы. Она огляделась вокруг в поисках креплений для факела на стене, но не нашла ничего. Она вздохнула и воткнула факел в кучу помета, после чего встала над Псом, который поднял на нее взгляд. Выражение его лица смягчилось. — Ты была слишком мягкая. Ты бы не смогла сама все это сделать. Кто помог тебе сбежать? — Петир Бейлиш, — мягко сказала она. — Мелкий ублюдок! — прорычал он, презрительно скривив рот. Санса покачала головой. — Вы не были настоящим рыцарем, но в то же время вы также спасли меня. Вы были первым, кто показал мне истинное лицо этого мира. Вы вывели меня из плена иллюзий. Вы защищали меня… В моем сердце всегда будет место для вас, Сандор Клиган. Но, мое будущее это Петир Бейлиш. — И он поимел тебя тогда, да? Мерзавец! — в его глазах появилась ярость. Санса приблизилась и медленно провела рукой по его щеке. Ярость Клигана утихла, и она улыбнулась, понимая, что все еще может производить на него тот же эффект. — Тссс… Все в порядке. Никто не причинит мне вреда. С ним я в безопасности. В его глазах словно появилась какая-то боль, но Санса не была уверена в этом. Он пообещал защищать ее и увезти ее в безопасное место. Север. Тем не менее, тогда она отказалась. По мнению Пса, она словно отвергла его, предпочтя другого. Ведь это был не Мизинец, а Пес, кто защитил ее в Королевской гавани. Но все изменилось. Петир не был рыцарем и не владел мечом, но его защита была сильнее, чем это мог предложить ей Сандор Клиган. Петир мог дать ей Железный трон, а Сандор хотел вернуть ее в Винтерфелл. Пусть лучше остается все как есть. Санса медленно поднялась, скрестив руки перед собой. Его темные глаза неотрывно следовали за ней. Она была волком, а он был псом. Псы всегда преданны, и она знала об этом. — Вы будете служить в моей королевской гвардии? — спросила она, наклонив голову. — Я покончил с этим дерьмом. В пекло короля, — его лицо казалось красным в свете факела. Она с грустью покачала головой. Его душа была столь же изранена, пусть даже, возможно, та ярость внутри него и утихла. — Я не Джоффри. — А это и не песня. Ты не можешь просто так взять и восстановить мир в королевстве. И нет магического заклинания, чтобы ты могла починить все это проклятое место. Санса улыбнулась. — Я знаю. Это займет годы, и даже десятилетия. И войны не прекратятся сиюминутно. Но мы создадим новую династию. Пес расхохотался, после чего его хохот перешел в кашель. — Династию? Да большинство из них было втоптано в грязь. Пес может умереть за тебя, но он никогда не будет лгать тебе, и всегда будет смотреть тебе прямо в глаза. — Когда-то вы мне сказали тоже самое, много лет тому назад, — сказала она. — Вы были честны, это мир вокруг нас был отвратителен. Но, я увидела часть этого мира. И видела людей, которые хранят в себе надежду. Без надежды мы не сможем двигаться вперед… — Сталь и сила, вот что правит миром, пташка, — сказал он, закрывая глаза, как если бы беседа утомила его. — Да, это так, — прошептала Санса. — И у меня есть сталь, сила и люди. Но хитрость позволяет контролировать все, находясь в тени. И красота. Она мысленно улыбнулась, настолько сильно слова лорда Бейлиша запали ей в душу. Она и Петир занимались любовью буквально за несколько часов до этого в купальне. Она все еще ощущала его невидимые поцелуи на своих руках, своей шее, своем животе. Пес посмотрел на нее, затем кивнул и резко поднялся, возвышаясь над ней. Когда-то давно, пташка бы отпрянула, сохраняя дистанцию между ними. Но волчица лишь приблизилась и тепло улыбнулась ему. Он снова кивнул ей. — Ладно. Я буду служить тебе.

***

Она стояла на берегу, повернувшись к нему спиной. Ее мягкие рыжие волосы развевались на ночном ветру. Там, за озером, акры чардрев ожидали ее. Он знал, что это был ее путь. Они были в Харренхолле уже неделю, и, казалось, пришло нужное время. Он приблизился, остановившись в нескольких шагах от нее. Она не повернулась к нему, продолжая смотреть поверх озера. Он улыбнулся. Это был ее путь. Она найдет саму себя в Харренхолле. Свое истинное «я». Здесь она станет настоящей королевой. Они стояли молча, и никто из них не произнес ни слова, но эта тишина не была предвестником беды, она была умиротворяющей. Он давно уже научился глубокому почтению старым богам. Возможно, это произошло тогда, когда он впервые увидел сердце-древо, то самое, что он показал ей в Долине. Чтобы они приняли его, она должна была принять его. Он использовал ее с самого начала. Но за все это время взаимное доверие превратилось в любовь. Она повернулась к нему, и маленькая слеза скользнула по ее щеке. Он улыбнулся ей той самой тайной улыбкой, которая была предназначена лишь для нее. — Я готова, — прошептала она голосом, похожим на легкое дуновение ветра.