Воительница Звёзд: Бронзовый ветер

Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться: Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего. Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня. Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена. Так, благость и милость [Твоя] да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни. Псалом 22

Стефания шумно выдохнула. В Эллиадии шел дождь. Кругом была неприятная сырость. Ныло бедро, плечо, рана над сердцем. Скулило и само сердце. Воительница поднялась на ноги, пошатнулась от усталости и снова опустилась на жесткую кушетку. Глаза слипались, но спать полукровка не могла. Стоило ей прикрыть веки, как шепот сильфов окружал со всех сторон. Древние, бесплотные создания твердили и кричали, требовали исполнить предназначение, изводя избранницу. - Чего ты ждешь, премилое дитя ветра? – кружили маленькие вихри над девой, - иди следом за видением, исполни Ее волю. Стефания подняла глаза, бездумно всматриваясь в крохотный едва уловимый народец. Воздух был вездесущ, и скрыться от него было нельзя. - Я в тысячный раз вам повторяю, - пролепетала одними губами воительница. – Я исполню предназначение, но дайте мне время. - Ты медлишь! – оглушительно завизжали сильфы. – Ты сомневаешься! Чем дольше ждешь, тем больше сомнений! Вентум снова выдохнула. У нее не было сил злиться, пререкаться, убеждать, она накрыла лицо руками, спасаясь в крохотной полутьме ладоней. Внезапно сквозь барабанный бой капель девушка услышала взмахи крыльев. Мокрые перья с трудом рассекали воздух. Стефания вскочила на ноги, голова закружилась, перед глазами потемнело и полукровку повело в сторону. Судорожно хватаясь за воздух, она побрела прочь из-под навеса, под дождь. Звук его заглушил голоса сильфов, и воительница чуть заметно улыбнулась, подставляя лицо холодным каплям. Сбоку раздалось приветственное карканье. Вентум инстинктивно протянула руку, и черный ворон приземлился, осторожно смыкая когтистые лапы на тонком локте девушки. - Здравствуй, маленький странник, - ласково погладила птицу полукровка. – Что же заставило тебя преодолеть столь долгий путь? - Приветствую вас, молодая госпожа, - прозвучал голос Дракса в голове Вентум. – Я с посланием от господина. - Вряд ли он шлет мне обычный привет, - горько усмехнулась Стефания. – Говори, не тяни. Я на гонца дурных вестей гневаться не буду. - Король издал указ. Отныне вы враг народа. Вас приказано доставить живой во дворец для казни, путем обезглавливания от руки принца Уильяма. - Вот оно как, - совсем равнодушно протянула Стефания, - рано или поздно это должно было случиться. С минуту воительница смотрела на стену из дождя, продолжая ласково поглаживать ворона по мокрым крыльям. - Ты, верно, устал, отдохни здесь прежде, чем отправишься обратно. - Благодарю вас, госпожа. Черный ворон вспорхнул усталыми, отяжелевшими крыльями и скрылся под навесом. - Стефания. Девушка вздрогнула от прикосновения и обернулась. Она отказывалась в это верить, но волчья кровь в ней угасала. Слух, зрение и обоняние притуплялись, а шаги становились легче. Порой Вентум казалось, что она не идет, а парит. Изгнанник скользнул по жене изучающим, пристальным взглядом. На поверхности иссушенных глаз, не скрываясь, царствовали тревога и безмерная усталость. Стефания видела, как уголок губ юноши дернулся, но он промолчал, проглотив вопросы, которые действительно его интересовали. - Что ты делаешь под дождем? – только спросил Оливер. – Ты ведь простудишься. - Здесь не слышно их, - отозвалась полукровка. Изгнанник молча снял свой плащ и накинул его на голову возлюбленной. Обняв жену за талию, юноша положил подборок на ее макушку, закрыв глаза. - Тогда постоим здесь.

***

- Хилар, ты его глаза и уши, скажи мне, что мой отец хочет сделать с ней? Пытливый взгляд изумрудных глаза впился в гвардейца, не позволяя юноше сделать лишнее движение. - Ваше Высочество, - спокойно проговорил Корвус, - я не имею права разглашать государственную тайну даже Вам. Приказ короля. - Рано или поздно я все равно узнаю чего жаждет Отец! – фыркнул Вондер, прожигая гвардейца взглядом. - Его Величество желает, чтобы Вы все узнали в свое время. Прошу меня простить, мне нужно идти. Ваше Высочество. Полукровка вежливо поклонился и вышел из кабинета принца. - Думаешь он нас заметил? - Этот сыч мог. Книжный шкаф чуть слышно заскрипел, и из потайной дверцы показалась белокурая красавица в сопровождении своего гвардейца. Уильям всплеснул руками, и принялся разгневанно ходить из стороны в сторону, размашистыми шагами меряя просторный кабинет. - Ничего он мне не скажет! – гневно плюнул словами Вондер, - когда я стану королем, я ему припомню. Искры вспыхнули вокруг златокудрых волос, и юноша смахнул огонь с кулаков. - Может не будешь спешить с выводами, дорогой? Уильям обернулся. На протянутую руку Амелии опустился черноперый ворон, осторожно смыкая когтистые лапы вокруг тонкого белоснежного предплечья. Открепив маленькую записку, принцесса пробежалась взглядом по написанному. - Что там, Амелия? Проклятая волшебница не ответила. Взгляд ее иссини темных глаз обратился в глубинные впадины Эдельгвийского моря. - Дорогая? Дева вздрогнула и ласково погладила ворона по смольным крыльям. - Твой отец желает, чтобы ты лично казнил Стефанию Каним, - побледневшими губами проговорила белокурая красавица. В комнате воцарилась тишина. Уильям бросил украдкой взгляд на гвардейца. Идем стоял к нему спиной, и взгляд его был обращен на красные прерии, бескрайними просторами, пролегающими за распахнутым настежь окном. - Сиан, ты в порядке? - Все хорошо, Ваше Высочество, - отозвался юноша, - к этому все шло. Стефания избрала свой путь, и конец его будет печален. Взор Идема бродил по красным долинам, пытаясь уловить порывы бесплотного ветра. Сердце ныло, от страха подташнивало, и юноша боялся не сдержаться. Неожиданно взгляд его рухнул на серебряное кольцо, которое он все еще носил на пальце. И тяжесть его показалась гвардейцу непосильной ношей. - Сиан, я не позволю ее казнить, - громом раздался голос принца. Идем обернулся, непонимающе и удивленно хлопая глазами, словно новорождённый оленёнок. - Ваше Высочество? - Стефания не тот враг, с которым этой стране нужно бороться, - дернул плечами Уильям, водя взглядом от возлюбленной к другу. – Она дева, желающая, чтобы ее услышали. И я не собираюсь убивать ее за то, что моему Отцу не нравится то, как она пытается донести свои помыслы. Я принц этой страны, я хочу для своей Родины лучшего будущего, и в этом будущем нет места казням дев, которые всего лишь хотели, чтобы им дали право говорить. - Уильям, - обронила Амелия. Белокурая красавица сделала шаг к нему навстречу, но юноша отшатнулся, качая головой. Теплый, мягкий огонь гулял по его пальцам, и маг шумно выдохнул, сдувая красные искорки с губ. - У меня не хватает смелости пойти против Отца. У Стефании хватило. И мне стыдно, что я такой слабый и трусливый, - с трудом вымолвил признание Вондер, смотря на красные прерии. Амелия тепло улыбнулась, смотря на мужа. Ее руки желали коснуться его, но волшебница осталась недвижима, видя, что на его губах рождаются новые слова. - Но я обещаю вам, когда настанет решающий момент, мое сердце не дрогнет. Я не позволю ее убить! С минуту в кабинете было тихо, словно в гробнице. Вдруг, Сиан вздрогнул всем телом и медленно приблизился к златокудрому юноше. Гвардеец улыбнулся и опустился на одно колено, смиренно склонив голову. Уильям удивленно распахнул глаза. - Ваше Высочество, я давал присягу, но позвольте сделать мне это снова. Присягнуть Вам. Вы тот, за кем я готов идти долинную смертной тени. Уильям молчаливо кивнул, и Идем, обнажив клинок, положил его у ног своего господина. - Я, граф Сиан Идем, обещаюсь Всемогущей Богиней верно служить Его Высочеству Уильяму Людвигу Вондеру Третьему, принцу и Самодержцу Вондерландскому, по крайней силе своей, не щадя сердца и пламени своего. Клянусь исполнять все указы и приказы Его Высочества. Клянусь везде, во всяких случаях блюсти интерес Его Высочества и Государства. Предостерегать Его Высочество и охранять, и извещать, что противное услышу и все вредное отвращать. Неприятелей Его Высочества и его Государства умерщвлять при возможности первой. Да поможет в этом мне Богиня Всемогущая и Вездесущая! Сиан поднял свой клинок над головой, предлагая жизнь свою на острие меча златокудрому юноше, который был немногим младше него самого. Принц принял в руки клинок, и сталь коснулась золотых эполетов гвардейца. - Я принимаю твою клятву граф Сиан Идем, - улыбнулся Вондер. – Поднимись с колен и более ни перед кем не смей на них становиться!

***

В просторном зеленом шатре было душно и влажно. Собравшиеся пурины скопились за небольшим столом. Смуглые лица в свете редких свечей отливали землистым оттенком. Звонкие голоса мешались меж собой, и Стефания улыбнулась живительному гомону. Оливер придержал возлюбленную под локоть, помогая опуститься на стул. Полукровка поморщилась, бедро лизнула неприятная, тягучая боль. Протянув руки к небольшой лампадке, воительница принялась ждать, когда собравшиеся будут готовы слушать. В последнее время она часто мерзла. Изгнанник закашлялся, привлекая внимание, и гомон в мгновение ока улегся пологом у ног бронзоволосой воительницы. - Сколько мы уже в Эллиадии? - Уже полгода, - отозвался Зиг. - Полгода, - протянула полукровка, витая мыслями где-то глубоко в себе. – Довольно долго, я думала все будет куда быстрее. - О чем ты, Стеф? – непонимающе вскинул бровями Капети. - Хилар прислал весть, - она чуть помедлила, но потом продолжила таким же равнодушным и отрешенным голосом. – Его Величество издал указ о моей казни. Слова разбежались речными потоками меж собравшимися. Они никого не удивили, но шепоток обратной волной прокатился по немногочисленным единомышленникам. - Это сигнал к действию! – воскликнул Кассий. – Пора! - Верно! – подхватил здоровяк-Томас. – Вы ведь заключили контракт с последним королем. - Действовать? – едко усмехнулась полукровка, - а что мы будем делать? Какой у нас план? - Мы заставим короля услышать нас! - Как? - Мы похитим его и заставим его принять наши условия! – зло прорычал Кассий, недобро сверкнув глазами. - А потом он вернется в своей замок и отменит все то, что заставили его подписать под принуждением, - устало проговорила Вентум. – МакБрудер был прав, это война не только нашего поколения. Пройдут десятки, а может быть сотни лет прежде, чем то, чего мы с вами желаем, укорениться в умах вондерландцев. - Стефи! – воскликнул Кассий, вскакивая на ноги. - Мы должны показать свою решимость! Ты ведь знаешь, с нами самими нельзя общаться мирными словами! Они не поймут! - Король издал указ о моей казни, Он уже воспринял меня всерьез. Мы не будем никого похищать или убивать, - спокойно сказала девушка, покачав головой. - Но Стефания… - Я понимаю, без решительных действий, не будет никаких результатов, но убийство — это не выход. Насилие порождает только насилие. Я не хочу размышлять существует ли убийство во благо. Мы здесь с вами собрались не для того, чтобы вести философские диспуты. Для них поздно. Я скажу лишь одно. Коротким путем мы не пойдем. Король хочет сделать из нас врагов страны, мы должны показать, что мы им не враги. - А как же сильфы? - бросила всех интересующий вопрос Сильвия. – Они же хотят от тебя исполнения предназначения. - Я выдержу, - сурово обронила полукровка. – Я не позволю им править надо мной и принуждать к бессмысленным смертям. - Стефи. - Я пойду только этим путем, и никаким другим. Мы с вами хотим изменить нашу Родину, это благое намерение, но мы не должны этими благими намерениями выстлать дорогу в Игнисову могилу. Вы согласны со мной? – с надеждой в голосе вопросила воительница, - вы пойдете за мной дорогой длинною в вашу жизнь? Взгляд кремнистых взгляд обежал собравшихся пуринов. Тонкие, пухлые, нитевидные губы медленно изгибались в улыбках. Пурины один за другим опускались на одно колено, склоняя головы в почтительном поклоне пред бронзоволосой девой, измученной, но не сломленной. - Мы пойдем за тобой в пекло, - сказал за всех Кассий. - Тогда, - наконец заговорил молчавший до этого Оливер, - мы станем борцами за справедливость. Мы станем героями Вондерландии. - Ты сможешь осуществить это? – испытующий взгляд изумрудных глаз Капети впился в юношу. - Я думал над этим, - взглянул на всех свысока изгнанник, - у меня все готово. У нас есть сеть в Вондерландии, но нужно больше пуринов, чтобы не попасться контрразведке. - Все живые создания будут вашими глазами и ушами, не зря я заключала контракты, мы будем впереди них. - Тогда все получится, - решительно кивнул Вентум. - Приступайте. Когда придет время, я сама приду к ногам Его Величества и вручу ему свою жизнь в руки. Стефания поднялась из-за стола и покинула просторный шатер, вновь выйдя под прохладный проливной дождь. Капли стекали по смуглому, измученному лицу, и девушка слабо улыбнулась. На душе наконец было спокойно и немного радостно. Впереди ее ждал путь, полный страданий и лишений, но полукровка была счастлива. Пусть она отступила от своего пути, но не свернула с него. - Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что со мной благодать Твоя, и Милость Твоя, Всевышняя, они успокаивают меня , - прошептала Вентум забытые слова матушки. Теплое прикосновение обвило ладонь воительницы, и Стефания взглянула на изгнанника. - Куда бы ты ни пошла, я пойду с тобой.

***

- Безопасного вам обратного пути, мессир Венсан, - тускло улыбаясь, проговорила Стефания. Полукровка видела роящиеся тучами слова внутри королевского звездочета. Они падали ему на язык, и престарелый мужчина не мог подобрать их в предложения. Он столь много хотел сказать, что не нашелся с чего начать. - Не стоит ничего говорить, прощайте, и берегите себя. - Вы тоже берегите себя, леди, - поклонился старец. Вентум развернулась и едва заметно прихрамывая побрела обратно в небольшой портовый городок, оставляя корабли и туманную пристань позади. Звездочет смотрел вслед одинокой, хрупкой удаляющейся фигуре. Он смотрел, пока воительница полностью не скрылась в плотной, молочной завесе. Венсан чихнул, мысленно проклиная стоящую в здешних землях сырость, и было развернулся, но локоть обожгла стальная хватка. - Я отпускаю вас лишь по ее просьбе, - сурово проговорил изгнанник, - если вы обмолвитесь хоть словом о нас, я найду и убью не только вас, но и вашего внука. Пустые, плоские глаза юноши смотрели с пугающей решимостью. Звездочет знал, вондерландец, стоящий перед ним, не шутил и не лукавил. Выжженное сердце изгнанника было способно на любую подлость и гнусность во имя того, во что он верил, а верил он в бронзовый ветер. - Она отвернется от вас, когда поймет, какой вы на самом деле. - Вы меня поняли? – с нажимом в голосе проговорил Оливер, сильнее сжимая пальцы на локте старца. - Да, - с опаской выдохнул Венсан. - Счастливого пути. Вентум развернулся и быстрым шагом направился следом за воительницей, утопая в мокром тумане. - Стойте! Изгнанник обернулся, непонимающе смотря на королевского звездочета, сбегающего со спасительного трапа. - Я, правда, не знаю о сильфах того, что вы хотите услышать, но думаю, я могу знать того, кто знает больше меня. - Кто это? Вондерландец угрожающе подался вперед, и старец невольно напрягся всем своим немощным телом. - Ее мать, миссис Аллин Каним, она ведь нимфа, кому если не ей знать, все о своем народе. - Я уже думал о ней, но это слишком опасно, - проговорил юноша, и его разочарование не скрылось в голосе. - Боюсь, что однажды подобный риск станет для вас меньшим злом. Берегите это бедное дитя. Звездочет с поразительной для своих лет быстротой взбежал по деревянному трапу и скрылся в глубинах торгового судна. Оливер бросил взгляд на мутную воду у причала и медленно побрел вдоль пристани, скрепив в замок руки за спиной. Мысли его витали далеко от зеленых лесов Эллиадии. Изгнанник строил план за планом, мысленно выкрадывая мать своей жены.

***

Стефания опустилась на жесткую кушетку и прикрыла глаза. Мгновения тишины были сладкие и пугающие одновременно. За штилем всегда следовал ураган. Полукровка глубоко вдохнула, пропуская сырой воздух сквозь легкие. Предстоящий разговор не сулил ничего хорошего. - Сильфы, сестры мои, прошу поговорите со мной. - Мы здесь, премилое дитя ветра, мы никогда не покидаем тебя. Мы всегда рядом. Вентум едва слышно фыркнула притворно ласковым словам маленького народца. - Молю выслушайте меня. - Говори, дитя. Мы слушаем. - Я стану ветром, что вы желаете, я смету вондерландские устои и обращу феникса в прах, но дайте мне время. Я сделаю все, как вы пожелаете. Я исполню предназначение Всевышней. Единственное, о чем молю, о времени. С минуту стояла могильная тишина. Воздух в шатре застыл, и воительница слышала пульсирующую кровь в висках. Секунды тянулись вечностью, мир сжимался и разжимался под ударами сердца. - У тебя было достаточно времени, наше возлюбленное дитя! – пропели стекольным визгом сильфы. – Мы долго ждали! Ты не дуновение ветра, ты шквальный порыв! Стефания накрыла уши ладонями, но звук голосов просачивался сквозь пальцы, забираясь в голову, червями разъедая хрупкое сознание. - Бронза, рожденная в Огне, будет в Крови! Золотые пески станут Красными! Ветер сметет все на своем пути, и Игнис и Феникс умрут под его порывами! Стефания вновь стояла и бежала по улицам Грейтбурга. Белокаменные башни полыхали красными языками пламени. - Смерть и Рождение! Огонь лизал ноги и руки воительницы. В воздухе стоял запах горелой плоти. Вентум медленно сползла с кушетки, сглатывая подступившую к горлу кислоту. - Возрождение! Полукровка с трудом опустилась на колени и сложила руки напротив рта. - Матерь наша, вездесущая на небесах, в огне, воде и земле! Да придет Царство Твое; Да будет воля Твоя процветать на небесах, в огне, воде и земле! И снизойдет милость Твоя на детей Твоих покорных; Да будут они пребывать в Твоей благодати; И да будут славить Имя Твое среди веков и мгновений; Молю Мать Небесная, Огненная, Водная и Земная, Умилостивись над рабами своими и даруй покой! Стефания шептала молитву, которую желала позабыть, обращаясь к Той, кого хотела не знать. Склоняя голову, полукровка молилась, взывая к Той, что была причиной ее счастья и горя, к той, что была спасением и проклятием, началом и концом. - Покой, - в каком-то странном исступлении шептала воительница, раскачиваясь из стороны в сторону, - покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. Покой. - Прочь! Огромная белоснежная сова столь сильно взмахнула крыльями, что шатер вместе с сильфами взвизгнул и сорвался с петель. Дождь хлынул на голову воительнице, и та обреченно тихо засмеялась, вспахивая когтями рыхлую землю. - Ветер разметает Красные пески! - Довольно! – закричала полукровка. – Замолчите! Печать на сердце глухо ударилась и голоса крохотного, бесплотного народца смолкли. Вентум обернулась, дивясь неожиданной тишине. Сердце ныло, но боль казалась избавлением. - Стефи! Полукровка невидящим взглядом смотрела на бегущего к ней изгнанника. Она чувствовала, как ее подхватили под руки, поднимая с мягкой, удобной земли. Испуганный взгляд юноши бегал по ее лицу, спотыкаясь о крохотные веснушки. Воительница растянула губы в глуповатой, счастливой улыбке. Из ушей ее, теплыми, солеными ручейками, мешаясь с дождевой водой струйками стекала кровь.