***
Кларк Гриффин стояла в самом красивом платье, которое могло бы только быть у подружки невесты, у окна, внимательно следя взглядом за официантами в саду. Организация свадьбы ее сестры это не шуточки. Это самое ответственное мероприятие всей ее жизни. Ведь к этому событию женщина подошла серьезнее, чем к своей собственной свадьбе — с Финном они поженились на выходных в Вегасе, где свидетелями были стриптизерша и крупье из казино. Женщина усмехнулась своим воспоминаниям. Подумать только, Финн Коллинз, человек ненавидевший спонтанность, сделал самый рискованный, самый необдуманный поступок в своей жизни. От размышлений ее отвлек голос, раздавшийся из коридора: — Ну, как я? И жениться можно в таком виде? — Кларк повернулась к выходу, где увидела появляющуюся кудрявую макушку, — Вау, — сообщил мужчина и сглотнул. — Ты еще Джину не видел, — тепло сказала Гриффин. Блейк покачал головой: — Страшно представить… — он снова сглотнул, — Вообще, мне страшно. — Беллами, вы созданы друг для друга. Помнишь, как ты в вечер вашего знакомства так нервничал, что перебрал алкоголя, и мне пришлось тащить тебя до дома? Уже тогда я знала, что настанет этот день, — женщина обвела комнату руками. Блейк не стал ей ничего говорить по поводу вечера знакомства с Джиной, но спросил у нее другое: — Ты уверена? — Да, Белл. Вот только, — она подошла к нему через всю комнату и потянула свои руки к нему, — Тебе уже двадцать шесть, а галстук так завязывать и не умеешь, — Кларк развязала непонятный клубок из черной ткани вокруг шеи друга и какими-то несложными для нее манипуляциями превратила непонятное нечто в элегантный узел. — Спасибо, — благодарно улыбнулся Беллами. Гриффин улыбнулась в ответ и обняла мужчину: — Нервничать перед свадьбой — это прерогатива невесты, Блейк. А ты у нас шикарный жених, — женщина уткнулась Беллами куда-то в ключицу, до которой еле доставала даже на каблуках, — Пообещай мне кое-что. Мужчина, крепко державший в своих руках лучшую подругу, лишь слегка качнул головой: — Ммм? — Я, конечно, понимаю, что Джина уже давно стала самой главной женщиной в твоей жизни, после Октавии, но, не забывай, пожалуйста, меня. Мы ведь лучшие друзья. Почти такие же, как и вы с Джоном, единственное отличие, пожалуй, то, что со мной ты не можешь смотреть в одних трусах бейсбол, — ухмыльнулась Кларк. Блейк, определенно, не ожидал такого услышать: — Гриффин, я тебе задницу надеру. Я женюсь на твоей сестре, а не уезжаю на Северный Полюс, меня в твоей жизни будет еще больше, чем раньше. Тебя уже скоро начнет тошнить, — пообещал Беллами. — Только бы не в этом платье, — притворно испугалась женщина. — Финн оценил? — мужчина отпустил свою подругу и оглядел ее еще раз. У него перехватывало дыхание. Гриффин закатила глаза: — Он еще не приехал, — отмахнулась от так и просящихся в ее мозг нехороших мыслей Кларк, как от назойливой мухи. — Как ты умудрилась, Гриффин, выйти замуж за Коллинза, которого за три года я видел раз пять, хотя тебя я вижу каждый день? — Именно поэтому он мой муж, а не ты. Потому что ты знаешь, какая я на самом деле чокнутая. А он не знает, — заговорщицки сообщила Кларк, театрально озираясь по сторонам. Гриффин не говорила Блейку, что и сама видела своего мужа примерно такое же количество раз за последнее время. Перед тем, как Кларк забеременела, Коллинз, естественно, на благо семьи, немного изменил сферу деятельности и стал вместо рядового клерка местного масштаба менеджером по международным продажам, и теперь в дорогих отелях жил гораздо больше, чем дома. Кларк и Беллами отвлеклись на детский топот ног, который уже достиг гостиной, в которой они и находились: — Мам! — воскликнул ребенок на бегу, кажется, не собираясь останавливаться. — Дилан, милый, не опрокинь, пожалуйста, торт. Тетя Джина будет сильно расстроена. А дяде Беллами, скорее всего, придется тебя наказать, потому что обижать тетю Джину нельзя, — попыталась мягко объяснить своему двухлетнему сыну Гриффин, но Блейк ее перебил: — Малыш, это всего лишь торт. Тетя Джина, конечно, расстроится, но наказывать тебя за случайность я не планирую, — голос мужчины был не терпящим возражений, и Кларк лишь закатила глаза — она уже привыкла, что Беллами всегда вставал на сторону светловолосого мальчишки, которого любили все на свете. Проблемой было то, что Блейк откровенно баловал Дилана Коллинза. Решением было то, что, несмотря на это, Блейк показывал Дилану Коллинзу пример поведения мужчины, когда Финн Коллинз не мог.***
Женщина так и ушла от своей сестры с тяжелым сердцем — ей нужно было принять ситуацию и отпустить ее. Она глотала слезы, остатки гордости и боли. На самом деле, Кларк не понимала, от чего переживает так сильно. Все ведь было хорошо. Блейк поправлялся, Джина снова с ней разговаривала, а сама Гриффин, могла, наконец, отдохнуть от работы. Она взяла такси и направилась навстречу с Джоном Мерфи — с человеком, которого она, одновременно ненавидела и крепко любила. Заказав бутылку пива в их любимом баре, Кларк, наконец, расслабилась. Даже душ так не успокоил ее. Она, в конце концов, почувствовала, как ее окутывает в плед из мягкой усталости, как тело становится легче и, к своему глубочайшему удивлению, отменила заказ и попросила бармена принести чистый виски. — Гриффин, ты даже не дождалась меня, — обиженно начал Мерфи, смазано чмокнув в щеку женщину, — Как мы с тобой разговаривать будем, ты ведь пьянеешь от одного запаха алкоголя. Мерфи, воплоти, сел на соседний высокий стул слева от Кларк, и она изо всех сил сфокусировала на нем свой взгляд: — Где Рейвен? — женщина движением руки подозвала бармена, — Ему того же, а мне — повторить. — Няня заболела, — поморщился Джон. Он скинул свою косуху с плеч и повесил ее на низкую спинку стула, — Ты ведь отпуск взяла? Приезжай завтра к ней, она будет невероятно рада, наконец, увидеть тебя. Не навещала ее гребанную вечность. — Полторы недели, Джон, — возмутилась Гриффин, — И мы постоянно общаемся по сети, в отличие от тебя! Бармен как раз принес полные стаканы с прозрачными кубиками льда внутри и Мерфи залпом выпил пол бокала. — Рассказывай. И Кларк рассказала. С начала своей поездки, о том, что о случившемся она узнала совершенно случайно, о том, что сказал врач и внешнем виде нынешнего Беллами. — Почему ты не связывался с ним целую неделю, черт побери? Ты первый мог узнать, что что-то случилось! — Гриффин перешла в наступление. — Да откуда я мог знать? Я думал, он с тобой в Европу махнул, — объяснил Джон. Кларк сделала пару глотков своего напитка, обжигающего горло: — Никуда бы он со мной не махнул, Мерфи, — покачала головой, наконец, она. И затем, после короткого молчания продолжила, — Джина ведет себя, будто все по-старому. Джон наклонился поближе к Гриффин с озадаченным выражением лица: — Скажешь ему? Женщина снова покачала головой: — Нет. И ты не говори. — Почему, Гриффин? — Потому что мы его лучшие друзья. А он бы хотел этот шанс. Мерфи качнул головой, прекрасно понимая, о чем говорит женщина, но думая, что она, все-таки, чертова мазохистка. — Поедешь к нему еще? — Конечно, — ответила девушка, когда почувствовала вибрацию в кармане. Входящее сообщение. Отправитель: Финн Текст: «Все хорошо?» Кларк коротко ответила, что «Все ОК, сижу с Джоном в баре», как тут же получила ответ: Отправитель: Финн Текст: «Уложил детей. Тебя забрать?» Джон заказывал третий виски для них, когда Гриффин предложила Коллинзу приехать и заблокировала телефон.