Части 3 и 4
25 марта 2018 г., 20:28
Часть 3
— Йен… Чужие руки скользили по шее, груди, животу, ледяные пальцы обжигали горячую кожу. Чьи-то губы стали выцеловывать дорожку от правой мочки уха до низа живота. Йен не выдержал и тихо застонал. Он с трудом поднял веки. Блондин оторвался от тела Йена и посмотрел ему в глаза. Не этот взгляд предшествовал тому удару в живот… «Почему ты мне приснился тогда? Я ведь не знал тебя до того, как ты обокрал меня… СВОЛОЧЬ! Ты обокрал меня! Еще и ударил!» Но он ничего из этого не слышал и не знал, продолжая любовно смотреть Йену в глаза. Улыбнулся еще шире и потянул язычок молнии вниз. «Блин! Эй! Что ты…?!» Но сейчас Йен не управлял своим телом и мог только лежать и мысленно рассыпать проклятьями, переживая дальше этот сон. Блондин провел губами невидимую линию от пупка до резинки трусов. Йен сжал простыню дрожащими пальцами. Казалось, все тело было охвачено огнем, и только ледяные прикосновения этого юноши не давали Йену сгореть окончательно. Думать становилось все труднее, мысли не могли, как бы ни старались, вытеснить из головы все происходящее. «Что же ты со мной делаешь?.. Зачем?.. Почему?.. Але… Алекса…» Будильник!Часть 4
«Совсем не помню, как вчера добрался домой… хотя бы не на улице остался лежать, как-то дополз, остальное неважно…» Йен посмотрел на часы. 08:28. «Замечательно! Стрелой в школу, за полторы минуты доберусь от гардероба до класса, без десяти минут уже буду там, и пусть только эта ведьма попробует сказать, что я опять опоздал!» Как и планировал, в сорок девять минут Йен вошел в класс математики, не успев даже отдышаться от самого быстрого бега в его жизни. Человек может совершить что угодно, если это дает возможность проучить другого. — Йен, опять ты опоздал! — С какого это?! Только без десяти девять секунду назад наступило! — Больше уважения, Йен, я — твой учитель все-таки! — Не посчитаете ли за дерзость, если я поинтересуюсь, с какого это я опоздал, если, повторюсь, без десяти девять секунду назад наступило? Лучше? — Не намного. Чтобы не тратить больше время, ни твое, ни, что важнее, мое, Йен, это Александр Дарен, тот десятиклассник, который любезно согласился помогать тебе с математикой. Дарен, это Йен. — Я думал, Дарен — это имя, а не фамилия… Подождите! Александр?!.. — Приятно познакомиться. Йен. Йен обернулся, хотя уже знал, кто стоит за его спиной. — Это ты?! — заорал он, возвращая взгляд на учительницу. — Вы не можете оставить меня с ним! — Почему это? — скучающим тоном спросила она. — Он меня убьет! Этот… старшеклассник меня вчера обворовал, ударил в живот и оставил лежать на снегу! — Хорошо, значит, вы с ним уже знакомы. — Хорошо?! Да ни на один процентик это не хорошо!.. Ладонь с тяжестью обрушилась на макушку Йена. — Не голоси. Йен умолк скорее от наглости блондина, чем от его просьбы. — Молодец, — улыбнулся парень и убрал руку с взъерошенных волос. — Сколько времени мне надо будет его учить? — Пока не будет хоть каких-нибудь результатов, — грустно вздохнула учительница, но в тот же миг повеселела: — Ну что же, мальчики, уверена, что вы подружитесь, а теперь идите, у меня урок через пару минут. У вас тоже, если еще не забыли. И она вытолкала обоих за дверь. — Ведьма… — на этот раз вслух сказал Йен. — Я все слышала! — Я за Вас рад! — крикнул он и ударился о дверь лбом. — Что ты делаешь? — скептически спросил блондин. — Охлаждаю голову о стекло, не видно, что ли? Блондин фыркнул и двинулся в сторону кабинета химии. — Эй, подожди! Александр… — Алекс. — Все равно! Мы с тобой раньше вчерашнего дня не встречались? — Не знаю. «Вот и хорошо! Я его в школе увидел краем глаза, вот он мне теперь и снится. Ничего сверхъестественного!» — А ты сейчас куда? — На химию. Тебе тоже стоит пошевелиться на свой урок. Йен кивнул. Им все равно было по пути: кабинет физики находился как раз напротив кабинета химии. Они остановились у дверей. Блондин полез в задний карман джинсовых брюк и протянул Йену свернутую трубочкой купюру. — Это твое. Йен неловко принял деньги из рук своего грабителя. — Извини, — произнес Алекс это таким тоном, будто хотел нагрубить, а не попросить прощения. — А ты не трус, как все, — более доброжелательно добавил он. — Не трус? — переспросил Йен, хлопая глазами. — Да. Ты не испугался: сначала нахамил, попытался вернуть то, что отобрали, ударил меня, несмотря на то, что я тебя мог в шифер раскатать. Но удар у тебя как у девчонки. — «Мог в шифер раскатать»? Ты же меня и так… — Не в полную силу, конечно же. — «Представляю, как было бы в полную!» — Мне пришлось, иначе после твоих слов тебе бы прилетело от моих друзей, а тогда тебя точно бы собирать по частям надо было. — Твои друзья — веселые ребята… — Не то слово. Живот все еще болит? — Н-нет. А что? — Ничего. Следующим уроком физкультура, десятый вместе с девятым. Советую не попадаться моим друзьям на глаза. — И он зашел в свой класс. Звонок. Все школьники стали лениво рассасываться по кабинетам, где их ждали усталые уже с самого утра преподаватели. Зеленые доски, деревянные столы и стулья, монотонные голоса… Йен заглянул в щель между дверью класса химии и косяком: на первой парте второго ряда сидел Алекс. Опустив голову, он сосредоточенно списывал что-то из учебника в тетрадь. Исподлобья глянув в промежуток, откуда Йен за ним наблюдал, Алекс усмехнулся, вновь опуская глаза на страницу. Но улыбка так и не сошла с его губ. Сердце Йена бешено забилось, он отпрянул от двери. — Йен! — Рука учителя повернула его лицом в сторону класса физики и подтолкнула к двери. — Я надеюсь, отличник Йен не собирался прогулять мой урок? — Что Вы, я хожу в школу только ради Ваших уроков, — улыбнулся Йен, присаживаясь на свое место. Первая парта второго ряда. Он всегда сидит здесь: отлично слышно учителя, хорошо видна вся доска. Алекс сидит на том же месте… «Интересно, из тех же соображений? У него пятерки по всем предметам, кроме литературы — так «ведьма» сказала. Если он так умен, почему не может осилить литературу? Все пятерки — и три… Возможно, он плохо запоминает стихи?..» — Йен? Какую из трех формул на доске следует использовать для решения этой задачи? — В-вторую. — Верно! Молодец… «Хватит думать о всяких глупостях! Еще схлопочу двойку по единственному предмету, по которому имею твердую «5+»…» Но некоторые мысли не так легко откинуть на второй план. Они кишели в голове, разворачиваясь все новыми фантазиями, плодясь и развиваясь, точно паразиты, так что звонок с урока для Йена прозвенел неожиданно. У класса его уже ждал Алекс, и они в гробовом молчании пошли на физкультуру. Йен старался чуть отставать от Дарена на пару шагов — как только он равнялся с десятиклассником, в горле возникал комок, от которого даже дышать становилось трудно, не то что разговаривать. Они зашли в мужскую раздевалку. Пусто, еще никто не пришел готовиться к физ-ре. Оба кинули сумки на скамью, Алекс снял черный пиджак и, повесив его на крючок, начал расстегивать белоснежную рубашку. Йен уставился в пол. — А ты переодеваться в спортивную форму не собираешься? — спросил Алекс, вешая рубашку рядом с пиджаком. — Н-нет… я… в смысле, да, н-но не сию минуту… Алекс кивнул, снимая джинсы. — Я могу задать тебе серьезный вопрос? — А до этого шутливые вопросы были, что ли? Ну ладно, говори. — Блондин натянул спортивные штаны. — Что такое сон? Дарен не стал надевать футболку и сел рядом с Йеном. — По-моему, глюки. — И все? Обычные галлюцинации? — Ну, не совсем вообще-то. Зачастую во снах мы видим, как реализовываются наши скрытые желания. — Скрытые от кого? — От нас самих. То, что знает твой мозг, но не знаешь ты. — Он поднялся, надел футболку и поправил волосы. — А почему ты интересуешься этим? Снится что-то неприятное? Или наоборот? Йен покраснел. — Мне снится… секс с одной девушкой, — нашелся он. — Значит, хочешь ее, что тут неясного? — улыбнулся Алекс, опять присаживаясь на скамью. — А это точно? — Если тебе не снится, что она превращается в зомби и съедает твой мозг, то да, точно. Опиши, что тебе приснилось. Я тогда точнее скажу. Йен замешкался. — Это был не совсем секс… — В смысле? — Самого секса не было… — Он покраснел еще больше. «Почему так сложно?.. Я ведь не о нем как бы рассказываю, а о девушке!..» — Прелюдия: поцелуи, объятия… — Йен встал, быстро снял с себя пиджак и закинул его на крючок. — Тогда все может оказаться не желанием, а его смесью с кое-чем. — С чем это? — А сам не понимаешь? Йен к тому времени уже стянул рубашку и потянулся к вешалке. — Ты влюбился. Рубашка упала на скамью. — Нет! — выкрикнул Йен. — Не голоси. Я сказал свое мнение, оно не обязательно должно совпадать с твоими чувствами. — Алекс поднял рубашку и повесил ее сам. — В-вот именно! И-и вообще! Не говори такое! — Почему смутился? — Алекс подошел к Йену. — Я барышне не скажу, — произнес он, коснувшись прохладной ладонью раскаленного плеча Йена. — Ты не заболел? Такой горячий. В медпункт сходил бы лучше. — Нет, я в душе потом под холодной водой постою и… «Душ?..» — Наоборот, заболеть еще больше можешь, контрастный душ не всем полезен… «Душ… Мужская душевая… Он точно пойдет вместе со мной… и я увижу его… без одежды?..» — Нет! Только не душ! Нельзя в душ! — воскликнул Йен, тряся головой. — Не думал, что мои слова окажут на тебя такое сильное впечатление, — удивился Алекс. — Ты физкультурой заниматься будешь сегодня? — Нет, я болен! — Я рядом стою, не кричи. — Извини, пожалуйста… — Йен. — Дарен навалился ему рукой на плечо, заставив тем самым сесть. — Это не из-за того, что я вчера тебя ударил? Слишком сильно получилось? — Нет, все хорошо. — Йен сжался, прикрывая грудь и живот. — Не ври. Покажи. Убери руки. Алекс попытался отвести руки Йена, но девятиклассник увернулся, прополз по скамье и схватил с вешалки рубашку. — Все хорошо у меня с животом, отстань! — А с чем тогда плохо? — С тобой! — выпалил Йен. В воздухе зависло напряженное молчание. — А… ну… извини тогда. Извини. Алекс вышел из раздевалки быстро, как по команде. Звонок… Трещащий, въедливый, действующий на нервы… «Что я только что сказал?.. Я же не то думал, не то имел в виду…» В раздевалку ввалилась громкая компания десятиклассников. Йен надел рубашку и стрелой вылетел в физкультурный зал.
