Там, где океан сливается с небом.

Спок проснулся около девяти утра отдохнувшим и с совершенно ясной головой — первый раз за последний год. Кажется, Леонард был прав в своей оценке его состояния. Смена обстановки была нужна. Впрочем, Боунс редко когда ошибался. Понежившись в постели еще минут двадцать, Грейсон наконец-то решил, что пора вставать. Через час должен был начаться отлив, и Споку хотелось более тщательно осмотреть остров. Уже готовя блинчики и жаря яичницу, он отметил, что ночью, когда должен был начаться прилив, сигнала ревуна не было. Видимо, смотритель все-таки позаботился о спокойствии обитателей маяка. Собственно, это было логично, звук и мертвого бы поднял из могилы. — Может, он и поднял, — задумчиво протянул Грейсон, решив узнать, насколько снизился уровень воды, и посмотрел в окно. На скалах стояла все та же одинокая фигура. Протерев глаза и ущипнув себя за руку, Спок снова уставился в окно и тихо фыркнул, поражаясь собственной глупости. В первую очередь он подумал о сверхъестественном, не приняв во внимание тот факт, что это может быть вполне обычный человек. Видимо, рассказы Кевина и Леонарда о местных призраках произвели на него слишком сильное впечатление. А ведь это мог быть смотритель, оставшийся ночевать на маяке, или же хозяин его вчерашнего ушастого гостя, или… Да кто угодно… Доступ на остров был свободным. — Кажется, пора завязывать с ужастиками, — пробормотал Спок, наливая себе кофе в термокружку и выходя на крыльцо. Он был полон решимости выяснить, кто же этот таинственный незнакомец и чем же ему приглянулись именно эти скалы. Понежившись немного под теплым океанским бризом, Грейсон запер дверь и спустился вниз. Обогнув маяк, он замер, неверяще уставившись на каменную гряду. Никого уже не было. А ведь он потерял незнакомца из виду всего лишь минут на пять. Спустя пару часов, потерянную кружку и множество синяков на ногах и руках, Спок понял несколько вещей. Во-первых: на острове кроме него никого не было. Во-вторых: с тех камней, на которых стоял незнакомец, просто невозможно было уйти незамеченным. Спуститься вниз было просто нереально: скалы были абсолютно отвесными. А прыгать с такой высоты в океан решился бы только любитель экстремальных развлечений, ну или самоубийца. Вернуться обратно? Незнакомец точно не прошел бы мимо него незамеченным. Так куда же он делся? Одни вопросы и совершенно никаких ответов. Плюнув, Грейсон решил не заморачиваться. Искать контакта с тем, кто категорически этого не хотел, было просто бессмысленно. Если нужно, человек появится сам. Обработав ушибы и приняв душ, Спок засел в библиотеке с огромной кружкой кофе и тарелкой с печеньем. Удобно расположившись за письменным столом, он с головой погрузился в работу. Очнулся Грейсон только тогда, когда ревун возвестил о начале прилива. Удовлетворенно потянувшись, Спок выключил ноутбук. За это время он написал две главы нового романа и начал третью. Так продуктивно он уже давно не работал. Пожалуй, такими темпами он закончит книгу гораздо раньше, чем планировал. Это весьма обнадеживало. Позвонив Леонарду и с удовольствием расписав ему все прелести местной жизни, Спок решил обследовать сам маяк и устроить небольшой пикник на обзорной площадке, любуясь видом. Правда, спустя пятнадцать минут борьбы с винтовой лестницей Грейсон понял, что погорячился. Его утренняя вылазка не прошла даром. Мышцы болели просто адски. Но останавливаться на полпути Спок не привык. Ругаясь и проклиная сквозь зубы архитектора, спроектировавшего это адское строение, он наконец-то добрался до верхней площадки. Отдышаться и прийти в себя ему помешала вчерашняя овчарка. Радостно виляя хвостом, пес приветственно тявкнул и уткнулся носом в Спокову ладонь, требуя ласки. — Ты тут откуда? — Грейсон запустил ладонь в густую шерсть. — Появляешься в самых неожиданных местах. Просто мистер-внезапность. «Честно говоря, еще пара таких приключений и неожиданных встреч, и я вообще перестану чему-то удивляться», — подумал Спок, открывая одну из дверей. Там обнаружилась еще одна лестница, правда уже прямая. Надпись на стене давала понять, что она ведет к прожектору. Комната, набитая различным оборудованием, Грейсона тоже не особо заинтересовала. Разумеется, он разбирался в технике, и довольно неплохо. Но лезть в сердце маяка не стал бы в любом случае. Решив, что если двери в технические помещения не заперты, то где-то здесь смотритель, Спок вышел на обзорную площадку, сопровождаемый новоявленным другом. Пес довольно залаял и подскочил к облокотившемуся о перила блондину. — Что ты шумишь? Опять мышь нашел? — раздался низкий с легкой хрипотцой голос, и незнакомец обернулся. Замерев, он окинул Спока внимательным взглядом и приветственно кивнул. Грейсон же завис, совершенно не реагируя на попытку незнакомца быть вежливым. Он пытался понять, какого же цвета глаза парня. Такого оттенка синего он раньше никогда не встречал. Лазурные? Спок не знал, точно ли он угадал, но понял, что тонет в их глубине, погружаясь, словно в омут, что еще секунда, и он никогда не сможет выбраться обратно, зачарованный их красотой. И только тихое покашливание заставило его вернуться в реальность. — Я прошу прощения, — хрипло произнес он, поняв, что дальше молчать просто неприлично. — Я не думал, что на маяке кто-то есть. Я не хотел мешать. — Вы нисколько не помешали, — отозвался незнакомец. — Я просто не ожидал, что кто-то еще, кроме смотрителя, сможет одолеть эти чертовы ступеньки и победить. Хотя вид, открывающийся со смотровой площадки, того стоит. — Я думал, что это вы смотритель, — удивленно произнес Спок, испытывая в душе нелогичное чувство гордости: он все-таки забрался наверх. — Не я, — парень улыбнулся так, что у Грейсона чуть не остановилось сердце. — Меня зовут Джеймс Тиберий Кирк. А этого мохнатого террориста — Зандер. — Он кивком указал на развалившегося на полу пса. — О, — бровь Спока улетела под челку. — Вы владелец острова, — констатировал он зачем-то. — Совладелец, — уточнил Кирк, протягивая ладонь. — Спок Гарольд Грейсон, — представился Спок, осторожно сжимая изящные пальцы Тиберия. — Очень приятно. — И мне, — весело отозвался Джеймс, не торопясь убирать руку и, кажется, наслаждаясь прикосновением. — Вы здесь надолго? — Думаю, да, — задумчиво ответил Грейсон, ставя пакет с едой на пол. — Мой друг точно не собирается здесь жить. — Это хорошо, — Джим сверкнул своими невозможными глазами. — Иногда мне очень одиноко здесь. Но я не буду навязываться. Спок удивленно повел плечом — было довольно странно, что Кевин вчера сказал, что здесь никто не живет. Скорее всего, Кирк не контактировал с жителями деревни. — А давно вы здесь? — уточнил Грейсон. — И не переживайте, если будете слишком навязчивым, то я вас просто выставлю за дверь. Джим тихо хмыкнул. — Не боитесь, что я вернусь к вам, пройдя сквозь дверь? — спросил он. — И да, я здесь достаточно давно. — Не боюсь… Скорее, это было бы довольно забавно. — Забавно, да, — улыбнулся Тиберий, утягивая Спока за руку на балкон. — Я видел, как вы вчера приехали. И как обследовали остров тоже видел, когда начался отлив, — добавил он, лукаво прищурившись. — Да уж, восхитительное должно быть было зрелище, — расхохотался Грейсон. — Скалолазание и ходьба по пересеченной местности точно не мое. — Вы смотрелись довольно гармонично, — выдохнул Кирк, облокачиваясь на перила и устремляя взгляд вдаль, туда, где бирюзовые воды океана сливались с небом. — Я любовался. Спок почувствовал, что краснеет. — Рад, что смог доставить вам удовольствие, — прошептал он. — О, да, — многозначительно протянул Джим. — Очень большое удовольствие. — Балкон идет по всему периметру маяка? — резко сменил тему Грейсон, пламенея ушами. — Да, — Кирк кивнул, деликатно не став развивать тему про прогулки по острову и про все остальное. — Я люблю бывать здесь ночью. Любоваться звездным небом и лунной дорожкой, наслаждаться терпким вкусом восхитительного вина и сладостью фруктов. Спок затаил дыхание, представляя себе подобную картину. То, как Джим откусывает кусочек сочного яблока и слизывает с уголка губ капельку сока, то, как он жмурится от удовольствия. И как он божественно красив в сиянии звезд. Как Грейсон любовался бы им, и… Спок раздраженно тряхнул головой. Да что с ним происходит, в конце концов? Ведь он знает этого человека совсем ничего… И такие мысли.  — Звучит заманчиво, — хрипло произнес он, пристально смотря на ничего не подозревающего Тиберия. — Тогда я приглашаю вас присоединиться. — Обязательно, — ответил Спок, старательно отгоняя от себя мысли о том, как Джим выглядел бы без одежды, обласканный холодным светом луны, или же, что еще лучше, в его объятиях, выгибающийся и тихо поскуливающий от наслаждения. — Кстати, не хотите перекусить, Джеймс? — добавил он, искренне надеясь на то, что не смотрит на Кирка, как голодный лев на беззащитную лань. — Джим, — мягко поправил его Тиберий. — Очень бы хотел. Честно говоря, мне лень было спускаться, чтобы поесть. Так что твое предложение как нельзя кстати. — Джим, — протянул Спок, смакуя на языке его имя. Вздохнув, он потянулся за пакетом. Несколько часов пролетели как один миг. С Джимом было безумно интересно беседовать о чем угодно и оказалось уютно молчать. Уплетая бутерброды с сыром и персики, они сидели на обзорной площадке, свесив ноги вниз, и любовались океаном. — Знаешь, — внезапно сказал Грейсон. — Я ехал сюда, чтобы побыть в одиночестве, разобраться со своими проблемами, но я очень рад, что встретил здесь тебя. — Я тоже, — Джим тепло улыбнулся и внезапно обнял поежившегося Спока. Солнце уже давно село, и на свежем воздухе стало довольно прохладно находится, по крайней мере, в одной майке. — Замерз? — заботливо спросил он. Грейсон кивнул, прижимаясь к Кирку как можно ближе и зажмурился, ловя малейшие отголоски тактильного контакта. Когда еще Джеймс позволит себе подобное? Нужно было пользоваться моментом. — Тогда давай спускаться, — предложил Тиберий. — Скоро станет еще холоднее. С непривычки можно и простудиться. — И чем займемся внизу? — спросил Спок, с сожалением отстраняясь. — Сексом? — промурлыкал Кирк, поднимаясь. — Э-э, — протянул Грейсон, пытаясь понять, шутит ли Джим или говорит серьезно. — Я… — Прости, — Тиберий осторожно сжал его руку. — Иногда я сам не понимаю, что несу. — Все хорошо, — ответил Спок, ловя себя на мысли, что он был бы за, всем своим существом. — Можно поужинать у меня, к примеру. Я бы запек рыбу и приготовил салат. — На самом деле мне нужно уехать, — Джим с сожалением покачал головой. — Вернусь только завтра. — Тогда, когда вернешься, — ответил Грейсон, чувствуя, как в его душе поднимается буря негодования. К кому это этот красавчик собрался на ночь глядя? Подавив не к месту разыгравшуюся ревность, он тяжело вздохнул — в конце концов, Кирк ему не принадлежал. Да к тому же, имел полное право на свободу передвижения. — Спасибо. Я с удовольствием приду, — просиял Тиберий, начиная спускаться. Спок пошел следом, одной рукой вцепившись в перила и старательно пытаясь не опозориться перед Джимом. Упасть здесь можно было только так. Впрочем, на середине дороги он уже приноровился переставлять ноги и перестал пристально вглядываться в ступеньки. К тому же, ему открывался весьма восхитительный вид на ягодицы Джеймса. Джинсовые шорты, обтягивающие их будто вторая кожа, давали весьма бурный полет фантазии брюнета. «Кажется, я превращаюсь в сексуального маньяка», — грустно подумал Спок, подавляя неуместное возбуждение. Погруженный в свои мысли, Грейсон оступился на последней ступеньке приставной лестницы и рухнул прямо в объятия Тиберия. Тот только вздохнул, аккуратно ставя его на ноги. — Извини, — буркнул Спок, пытаясь собрать в кучку разъезжающие конечности. — Ничего, я сам частенько летал, пока не привык. На моей половине лестница еще хуже, — Джим притянул его к себе и ласково провел подушечками пальцев по скуле. — Надеюсь, что ты не ушибся. Грейсон невольно подался к ласкающим его пальцам и прикрыл глаза. — Спок… — прошептал Тиберий. — Я… — Спок выдохнул, понимая, что забыл членораздельную речь. — Ты такой… — Джим тепло улыбнулся. — Просто невозможный. — Я стою здесь, следовательно, я возможен, — пошутил Грейсон. — Да, возможен, — Тиберий запечатлел на его щеке легкий поцелуй и разжал объятия. — Ты потрясающе пахнешь, — добавил он, взмахом ладони подзывая к себе Зандера. — Тебе пора ехать? — спросил Спок, невольно ведя пальцами по своей щеке, очерчивая место, которого коснулись губы Кирка. Джеймс грустно кивнул. — Я вернусь завтра, — тихо проговорил он. Миг, и в коридоре уже никого не было. Тиберий со своим ушастым другом испарились так быстро, что Грейсон не успел даже попрощаться. — До завтра, Джеймс, — прошептал он в пустоту. — Я буду скучать. И только на кухне, аккуратно разделывая рыбу, Грейсону в голову пришла мысль о том, что он не слышал привычного скрипа входной двери. Не вылез же Тиберий через окно. Впрочем, на тот момент он был настолько не в себе, что не заметил бы и всплывший со дна океана «Титаник». Поужинав, Спок бесцельно побродил по дому, отодвинул засов со своей стороны двери, на случай, если Тиберию придет в голову воспользоваться именно этим путем, и осел в библиотеке, машинально переворачивая страницы наугад выбранной книги. Все его мысли были только о Джеймсе, о его глазах, улыбке… «Влюбился ты что ли, Грейсон?», — подумал он, и с тяжелым вздохом признался сам себе, что да — влюбился. В человека, которого он знал меньше суток, человека от которого у Спока напрочь снесло крышу. И кто говорил, что любви с первого взгляда не существует? Он и говорил, с пеной у рта доказывая это Леонарду, в один прекрасный день примчавшемуся в гости с горящими глазами и с воодушевлением вещавшему о неком кучерявом пареньке, поступившем к нему на работу интерном. И теперь вляпался сам, просто по уши. Вот только принесет ли любовь к Тиберию ему счастье, или в очередной раз оставит собирать по кусочкам осколки души? Как говорится, время рассудит. И покажет, заинтересован ли Джим в каких бы то там ни было отношениях. Прихватив с собой книгу, Спок ушел в спальню, решив, что стоит все-таки отвлечься от тяжелых дум. Открыв первую страницу, он с головой погрузился в чтение. По иронии, книга оказалась романом о призраках, обитающих в древнем английском поместье, к слову, довольно неплохой. Заснул Грейсон уже с рассветом, дочитав книгу до конца. Он спал и видел старинные замки с длинными, темными коридорами и неясными тенями, просачивающимися сквозь стены, еще он видел Тиберия, тянущего к нему прозрачные руки и зовущего его, и слышал громкий стук… — Твою ж мать, — Грейсон резко сел в постели, откидывая одеяло в сторону. — Надо меньше читать разной дряни. Приснится же такое. Потерев виски, он потянулся за телефоном и скривился, увидев, что уже час дня. Он пропустил самое плодотворное для работы время. Снова раздался стук. До Спока наконец-то дошло, что стучали в дверь, и что это не продолжение странного сна. Натянув шорты и футболку с длинными рукавами, он, как мог, пригладил торчавшие в разные стороны волосы и, зевая, выполз наружу. — Простите, что побеспокоила, — миловидная блондинка нервно переступила с ноги на ногу. — Я увидела машину в гараже и поняла, что здесь кто-то есть. У меня заклинило замок, и я не могу попасть в дом. Может, вы поможете? Я бы хотела уехать до прилива. — Конечно, — Спок кивнул, беря у женщины связку ключей. — Идемте. — Спасибо вам большое, — блондинка неловко улыбнулась, подстраиваясь под шаг брюнета. — Не знаю, чтобы я делала без вас. — Не за что, — Грейсон задумчиво опустился перед дверью на одно колено, и заглянул внутрь замка, посветив висевшим на связке фонариком. — Ничего не видно. Возможно, что просто нужно смазать механизм. Встав, он засунул ключ в замочную скважину и, надавив, повернул. С огромным нежеланием, но замок все-таки поддался напору Грейсона. Утерев пот со лба, он распахнул дверь. — Просто чудесно, — просияла женщина. — И кстати, я Вайнона Кирк. — Спок Грейсон, — кивнул в ответ Спок. — У вас есть масло или что-то в этом роде? Я еще не до конца освоился в доме и технических строениях. И не знаю, где что лежит. — Идемте. На кухне есть смазка. Грейсон сначала подвис при этом слове, после чего выругался про себя. Разумеется, мать Джима имела в виду машинное масло. Кажется, сперма просто ударила ему в голову, напрочь отключая все связные мысли. Собственно и не удивительно — секса у Спока не было уже год. А правая рука, хотя и помогала, но не сильно. Это было совсем не то. Смазав замок, он вернул пузырек женщине и с благодарностью принял кружку с кофе. — Простите, мне особо нечем вас угостить, здесь только консервы и галеты. Они долго хранятся, — пояснила Вайнона. — Но не думаю, что это очень вкусно. — Благодарю, кофе вполне достаточно, — ответил Грейсон, с любопытством оглядываясь. — Видимо, вашего сына устраивает подобное меню, если он даже не включает холодильник для хранения чего-либо еще. Вид у кухни был довольно заброшенный. И только две огромные собачьи миски в углу, да мешок сухого корма давали понять, что тут все-таки жили. Видимо, Тиберию было совершенно плевать на окружающую обстановку и собственный рацион. — Сына? — женщина вздрогнула. — Он погиб. — Простите, я не хотел, — стушевался Спок. — Я имел в виду вашего второго сына. — А… Он терпеть не может этот остров и появляется здесь довольно редко, — тихо ответила Вайнона. — Я разговаривал с ним только вчера. — Насколько я знаю, он был в Индии еще неделю назад. Не представляю, зачем бы Сэм бросил работу и прилетел сюда, — женщина пожала плечами. — В любом случае, я не могу его ждать. — Сэм? — нахмурившись, переспросил Грейсон. — Ну да, его так все зовут, с детства, — пояснила женщина. — Ясно, — лицо Спока прояснилось. Просто невинное прозвище. Надо будет уточнить у Джима, почему он не сказал о нем. Или это было обращение, принятое только в кругу семьи. Что ж, он хотел бы стать ее частью. Грейсон помог женщине занести и разобрать коробки с консервами и водой, походя рассмотрев место обитания Тиберия. На всем, кроме спальни, лежал налет запустения. Сунув туда любопытный нос, Спок с удовольствием отметил, что на прикроватной тумбочке лежит стопка книг, рядом пачка галет и огромное красное яблоко. Сама кровать была не заправлена. — Мы не стали ничего менять. Как дань памяти, — сказала Вайнона, протискиваясь мимо Грейсона. Покрутив яблоко в ладонях, она положила фрукт обратно на тумбочку и тихо всхлипнула. — Простите. Прошло уже десять лет, а я все никак не могу привыкнуть к тому, что моего малыша уже нет рядом. — Соболезную, — тихо ответил Спок. Лишившись в один прекрасный день матери, он понимал эту женщину, как никто другой. — Думаю, что ваш сын был замечательным человеком. — Да, — Вайнона грустно кивнула. — Он был таким солнечным, ярким. Его все любили. Уже садясь в машину и запуская двигатель, женщина внимательно посмотрела на Спока. — Вы замечательный молодой человек, — тепло сказала она. — Я не знаю, зачем именно вы сюда приехали и что ищете… Это не имеет значения. Просто будьте осторожны. Это довольно странное место. Здесь можно увидеть… Всякое. Грейсон кивнул и довольно долго смотрел вслед уехавшей Вайноне. В том, что место было довольно странным, он был согласен на все сто. Даже не дрогнув при звуке ревуна, возвещавшего о начале прилива, Спок остался стоять на месте, предавшись мрачным мыслям. Эта встреча оставила в душе довольно неприятный осадок. Слишком много недосказанного и откровенно непонятного. Наконец Грейсон решил, что завтра нужно съездить в деревню и выяснить все подробности гибели одного из Кирков. Что-то не давало ему покоя, вот только что, Спок понять так и не смог. Спустя сорок минут, когда вода подступила практически к месту, где он стоял, Грейсон развернулся и уныло побрел в дом. Джеймс так и не вернулся обратно.