Там, где океан сливается с небом.

На кухне, дожидаясь, когда приготовится омлет, Спок задумчиво рисовал чертиков на белоснежном листе бумаги. Его решимость выписать все несоответствия, которые он заметил в рассказах Джеймса и его матери об одних и тех же вещах, испарилась, как только он сел за стол. В конце концов, он не следователь по особо важным делам и копаться в чужом грязном белье просто неприлично. Можно же просто спросить и все дела. У того же Тиберия, когда он вернется… Если он вернется. Спок горестно вздохнул. Хотя особых поводов для паники не было. Гипотетически, Джим обещал приехать «завтра», и это самое завтра еще продолжалось. Однако Грейсона крайне интересовал вопрос о том, на чем же именно Тиберий уехал. Машины у Джеймса не было, ну или она не была припаркована на территории острова, а катер и лодка все так же уныло покачивались на волнах в сарае. Впрочем, наверное, не стоило придираться к словам. Почти все жители деревеньки спокойно ходили пешком — Спок обратил внимание на это еще в день своего приезда. Скорее всего, и Тиберий был любителем прогуляться на своих двоих. Для Грейсона как жителя огромного мегаполиса это было странно: он привык ездить на машине даже в пекарню, находившуюся недалеко от его дома, — но, тем не менее. Здесь совсем другой ритм жизни. И это стоит принять во внимание. Решительно скомкав листок, он бросил его в мусорную корзину. Не зная всех фактов, можно было напридумывать про здешних обитателей все, что угодно, вплоть до того, что Джим член международной террористической группировки, или же инопланетянин, посланный, чтобы покорить Землю — нужно лишь немного воображения. А уж чего-чего, этого добра у Грейсона было в избытке. Да и меньше чем за день разве можно выяснить все подробности жизни человека? Разумеется, нет. А раз так, то и не стоит забивать голову разной ерундой. Успокоив себя подобным образом, Грейсон прихватил с собой обед и ушел в библиотеку, где с головой погрузился в книгу, стремясь наверстать упущенное время. Он настолько вжился в образ своего персонажа, что когда писал фразу «жуткий монстр, урча, подползал к замершей жертве…» подпрыгнул в кресле от неожиданности, услышав громкое чавканье и хруст. Повернувшись, Спок в упор уставился на Зандера, с совершенно невозмутимым видом доедающего последнее яблоко. — Ну ты даешь, — протянул он. — Чуть заикаться не начал. И разве овчарки едят яблоки? — Эта овчарка ест все, что не приколочено гвоздями, — рассмеялся стоящий у двери Джим. — А что приколочено, отдирает и ест. — Ага, — невпопад ответил Грейсон. — Похоже, ты еще не с нами, — Кирк тепло улыбнулся. — Я пойду, похозяйничаю на кухне. Судя по тому, что ты работаешь, обещанный мне ужин лишь предполагается. А ты заканчивай тут с делами и потихоньку возвращайся в реальный мир. Спок открыл рот, пытаясь выдать что-то более или менее адекватное на данную тираду, но понял, что ему решительно нечего сказать. В голове вертелись мысли о том, как же он рад видеть Джима, просто до безумия. Но озвучивать их было бы глупо. Поэтому, просто кивнув, Грейсон перевел взгляд на ноутбук. — Ты рад меня видеть или нет? — прошептал Тиберий ему на ухо, отзеркалив то, о чем думал Спок. Грейсон вздрогнул, чувствуя, как его сердце сладко сжалось, когда горячее дыхание Кирка коснулось его шеи. — Я рад, — тихо ответил Спок, улыбаясь. — Очень. — Вот и хорошо, — Джим взъерошил его волосы. — Я соскучился. Прости, что не смог попасть на остров раньше. Не успел до начала прилива. — Ты же все-таки приехал. А кстати, на чем? — Ты случаем не в ФБР работаешь? — Тиберий усмехнулся и очертил контур ушка Спока подушечками пальцев. — На своих двоих. Здесь не так далеко до автобусной остановки. Часа полтора всего. Грейсон еле сдержал рвущийся наружу стон. Манипуляции Кирка были весьма… Возбуждающими. — Просто я любопытный, — хрипло ответил он. — М-м-м, — Джим скользнул ладонью по шее Спока. — У тебя такая нежная кожа, мой любопытный мальчик. — Джеймс, — прошипел Спок. — Еще пара подобных движений, и я за себя не ручаюсь. — Прости, я больше не буду, — Тиберий сверкнул своими невозможными глазами и убрал руку. — Кстати, — весело добавил он, вернувшись обратно к двери. — Я читал все твои повести. Они довольно жуткие, но мне понравилось. Еще миг, и Кирк испарился, оставив ошеломленного Грейсона с отвисшей челюстью и довольно внушительным бугром в области паха. — Вот засранец, — восхитился Спок, пытаясь сосредоточится на книге и унять так некстати возникшую эрекцию. В обоих пунктах он потерпел полный крах. Поняв бесплодность своих попыток, Грейсон выключил ноутбук. Джим обладал потрясающим свойством полностью переключать на себя внимание нужного ему объекта. О том, чтобы дописать главу, и речи больше не было. Решив, что продолжит завтра, Грейсон потянулся и тут же поморщился, когда головка члена проехалась по грубой ткани шорт. — Кажется, мне не помешает холодный душ, — обреченно произнес он. — Иначе одному голубоглазому провокатору точно не поздоровится. И очень сильно. Зандер согласно рыкнул и, утянув с подноса последний бутерброд, выскочил в коридор. — И вот за что мне все это? — Спок тяжело вздохнул, решая, стоит ли отнять у собаки нагло украденную вкусняшку. С появлением Тиберия и его ушастого питомца жизнь стала гораздо насыщеннее и увлекательнее. Подумав, что доедать за Зандером бутерброд крайне негигиенично, да и вообще, он существо разумное, и обижать животных не в его принципах, Грейсон, ежась, встал под ледяные струи. Спустя полчаса, кутаясь в огромное полотенце и стуча зубами, Спок выполз из ванной комнаты. «Если после каждого поползновения Джима мне придется столько времени принимать душ, то простуды точно не миновать», — мрачно подумал Грейсон, натягивая спортивные штаны и майку. Собственно, был и другой вариант. Более обнадеживающий. Трахнуть это голубоглазое совершенство хотелось просто до дрожи в коленях. Вот только Споку не хотелось простого перепиха на одну ночь. Хотелось так, чтобы все было как в романах: «вместе навсегда или чтобы каждый день, как медовый месяц» и прочая романтическая чепуха, вот только он не был уверен, что Джиму нужно то же самое. — Спок, ты опять завис? — Кирк заглянул в комнату. — Я тебя жду, жду. А ты все не идешь. — Ага, — глубокомысленно ответил Грейсон, понимая, что еще пара дней, и это слово станет девизом всей его жизни. — Как же сложно с вами, писателями, — фыркнул Джим, подхватывая Спока по руку. — У тебя много знакомых писателей? — возмущенно спросил Грейсон. — Только один, — Кирк похлопал длинными пушистыми ресничками. — И он предпочитает холодную еду. — Я просто задумался, — оправдался брюнет. — Интересно, во время занятий любовью ты тоже так зависаешь? — хихикнул Джим. — Я… Нет! — Искренне на это надеюсь, — скептически проговорил Тиберий. — Этим процессом должны наслаждаться оба партнера. — Согласен, — выдавил Спок. — Горе ты мое, — Кирк закатил глаза, утаскивая Грейсона на кухню. Сглотнув слюну при виде открывшегося перед ним изобилия, Спок уселся за стол. И как Джеймсу удалось за столь короткое время приготовить кучу всего? Просто уму непостижимо. — Мама всегда говорила, что я родился с половником в руках, — пояснил Кирк, заметив его удивленный взгляд. — И уговаривала меня открыть собственный ресторан. Положив Споку рататуй и лазанью, он наполнил свою тарелку и уселся напротив, задумчиво подперев щеку кулаком. — Очаровательно, — прокомментировал Грейсон, с удовольствием вдыхая витающие на кухне ароматы. — Только странно, что ты сам питаешься одними консервами и яблоками. — Откуда? — вскинулся Тиберий. Спок пожал плечами, отправляя в рот восхитительный кусок лазаньи. — Ясно. Маменька приезжала, — вздохнул Кирк. — И ты имел честь с ней познакомиться. Грейсон утвердительно кивнул. — Я не особо люблю готовить для себя, — ответил Тиберий. — Лень. К тому же, я очень редко выбираюсь на материк. Так что речи о покупке продуктов особо и нет. — Жаль, — искренне произнес Спок, проглотив то, что у него было во рту. — Это просто офигенно. — Рад, что ты оценил мои скромные усилия, — просиял Кирк. — Может, вина? Грейсон утвердительно кивнул, накладывая себе еще порцию. — Можешь готовить у меня, если хочешь, — предложил он. — Буду иметь в виду, — Джим кивнул, протягивая Споку бокал. — Спасибо, — Грейсон сделал маленький глоток. — Кстати, твоя мама сказала, что ты терпеть не можешь остров и вообще должен находиться в Индии. Тиберий печально посмотрел на Спока. — Она немного не в себе после произошедшей здесь трагедии: путает даты, места, даже меня путает с братом, — Кирк замолчал, с силой сжав свой бокал. — Извини, я не должен был лезть не в свое дело, — пробормотал Грейсон. — Тебе, наверное, неприятно обо всем этом говорить. — Да ничего. Прошло уже достаточно времени, чтобы я пришел в себя и принял ситуацию, — Джим вздохнул. — Ну и если вкратце. Дома просто… Невыносимо. Хотя даже это слово целиком не отражает сложившуюся ситуацию. Мать… Она не может меня видеть. Вот я и перебрался на остров. Да и представить себя в другом месте могу с трудом. Я влюбился в Норгрейв еще ребенком, в первый свой приезд сюда. Тогда и решил, что когда-нибудь перееду сюда насовсем. Мечты, они сбываются, если поставить перед собой цель и идти к ней, никуда не сворачивая. Отец обеспечил нам всем безбедную жизнь, именно поэтому я могу полностью посвятить себя изучению острова. Чем в последнее время и занимаюсь. — Джеймс, ты не должен ничего объяснять, — Спок виновато посмотрел на Тиберия. — Я просто идиот, который сует свой любопытный нос не в свое дело. — Нет, Спок, твое желание узнать как можно больше, вполне логично. Особенно учитывая, что Вайнона навела таинственности. Да и местные, наверняка, тоже. Они очень любят рассказы о призраке маяка. — А ты видел призрак? — встрепенулся Грейсон. Джим залпом допил вино и нахмурился, внимательно смотря в шоколадные глаза Спока. — Да, я видел призрак, — наконец ответил он, поднимаясь. Достав из холодильника яблочный пирог, Тиберий поставил его на стол и запустил ладонь себе в волосы, устраивая на голове полный хаос. Грейсон понял, что готов запихать себе в рот свои же собственные носки или даже отрезать язык. Иногда он был на удивление бестактным. Ведь и Леонард, и Кевин говорили ему, что по Норгрейву бродит призрак погибшего Кирка. — Джим, — прошептал он. — Это точно не мой брат, — Тиберий отрезал себе кусок пирога и снова уселся на прежнее место. — Можешь так не переживать. Спок, снова подивившись тому, как Джеймс улавливает то, о чем именно он думает, с облегчением вздохнул. — А кто? Если ты изучал историю острова, то можешь знать, — уточнил он, нацеливаясь на третью порцию лазаньи. Кирк пожал плечами, наливая себе еще вина. — Мало ли, какие тут сущности бродят, — уклончиво ответил он. — А почему ты спрашиваешь про призрака? Местные накрутили? — Нет, — протянул Спок. — Видел кое-кого на тех скалах. Он указал пальцем в сторону окна. — Кстати, со спины этот кое-кто очень похож на тебя. — Бывает такое, в мире полно одинаковых людей, — легко согласился Тиберий. — Тебя это напрягает? Что ты видел нечто необъяснимое? — Да не особо. Просто я до сегодняшнего дня не верил ни во что подобное. И пытаюсь найти всему происходящему на острове рациональное объяснение. — Может быть, ты его и найдешь, кто знает. — Даже если и нет, то не думаю, что буду сильно переживать по этому поводу, — Спок с трудом удержался от того, чтобы слизать с тарелки остатки необыкновенно вкусного соуса. Он и так уже показал себя достаточно невоспитанным. — Тогда и проблем нет, — Джим солнечно улыбнулся. — К тому же, здешнее приведение доброе и вполне безобидное. — Поверю тебе на слово, — рассмеялся Грейсон. Существовал ли призрак на самом деле или нет, не имело особого значения. Вполне может быть, что это был самый обычный человек, нагнетавший таинственности. Мало ли, какие у кого психические отклонения. Зато сюжет для нового романа вырисовывался просто шикарный. — А главное, какая развязка может быть, — неожиданно выдал Джеймс. — Развязка? — Ну да. У твоих книг всегда же непредсказуемый конец. — Ты умеешь читать мысли? Уже не первый раз ты озвучиваешь то, о чем я думаю. — Нет. Скорее всего, мы просто находимся с тобой на одной волне, — немного подумав, выдал Кирк. — Это же замечательно, — Спок дернул уголком губ. — Что мы так чувствуем друг друга. — Несомненно, — Джим лукаво прищурился. Кофе с пирогом они пили в полном молчании. Тиберий сосредоточенно о чем-то размышлял, а Спок… Спок исподтишка любовался им. Как же ему хотелось быть рядом с этим солнечным, ярким человеком, ураганом ворвавшимся в его жизнь. — Ты во мне дыру протрешь, — хрипло пробормотал Джим, нарушая царившую на кухне тишину. — Прости? — переспросил Спок. — Ты смотришь на меня, не отрываясь, уже минут пятнадцать. — Я любуюсь, — краснея, ответил Грейсон. — Ты очень красивый, Джеймс. — Я знаю, — улыбнулся Кирк. — Но мне приятно слышать столь лестную оценку именно от тебя. — Почему именно от меня? — уточнил Спок, поднимаясь и начиная убирать со стола. — А ты как думаешь? — Джим подошел к окну и уставился на лениво перекатывающий свои волны океан и серебристую лунную дорожку. — Отвечать вопросом на вопрос нелогично, — укоризненно произнес Грейсон. Кирк только пожал плечами. — Я и логика вещи довольно несовместимые, — фыркнул он. — Я заметил, — усмехнулся Спок, включая горячую воду. — Ты мне нравишься, Спок, и даже больше, чем просто нравишься, — прошептал Тиберий. — Но я не уверен, что я именно тот, кто тебе нужен. Точнее, я уверен в том, что у нас ничего не получится. Мы слишком… Э-м-м… Разные. И я приношу одну только боль. — А я уверен в том, что стоит попробовать, — тихо ответил Грейсон. — Ты не понимаешь… — Так объясни, — вздохнул Спок. — Я… Я не могу, — с болью в голосе ответил Джеймс. — Это не то, что бы я хотел обсуждать. И уж точно не готов этим поделиться. По крайней мере сейчас. — Я подожду, когда ты будешь готов, — мягко ответил Грейсон. — И, Джим, мне наплевать на то, что было в твоем прошлом и что происходит в настоящем, том, о котором я ничего не знаю. Мне все равно, кем ты был и чем занимался. Ты важен мне. Важен здесь и сейчас. И я приму тебя любым, несмотря ни на что. — И не пожалеешь? — Никогда, — искренне ответил Спок, отворачиваясь к раковине. Однозначно, Тиберию следовало дать время. Весь его флирт и внешняя бравада скрывали под собой неуверенность и страх. Страх быть непонятым, отвергнутым. Он чувствовал, что Джим на пороге какого-то важного решения и решил не давить. Все нужные слова он уже сказал — теперь выбор был за Тиберием. Хотя, в глубине души Спок был уверен, что «вместе навсегда» стало гораздо ближе после их разговора. Только руку протяни, и вот оно — счастье. Тихо насвистывая, Грейсон начал мыть посуду, буквально спиной чувствуя обжигающий взгляд Джеймса. Тиберий что-то бормотал себе под нос и неловко переминался с ноги на ногу. Этого не скрывал даже шум бегущей воды. — К дьяволу все, — наконец пробормотал Кирк. Эта фраза заставила сердце Спока сжаться в томительном ожидании. Ведь означать она могла все, что угодно. Но все сомнения рассеялись в тот самый момент, когда он почувствовал, как Джим крепко обнимает его со спины. — Ты тоже безумно красивый, Спок, — прошептал Тиберий, скользя губами по его шее. — Ты не представляешь, как трудно мне было сдерживаться при виде тебя. С того самого момента, как я увидел тебя на маяке. — Джеймс, — проскулил Грейсон, разворачиваясь и прижимая Джима к себе как можно ближе. — Мой мальчик, — прошептал он, очерчивая языком контур очаровательного ушка. — Твой, — выдохнул Тиберий, запуская ладони под футболку Спока и очерчивая восхитительные изгибы и впадинки. — Как и ты мой. — Ты точно уверен, что хочешь этого? — Грейсон провел губами по скуле Кирка и замер в ожидании ответа, походя проклиная собственное благородство. — Да, хочу, — выдохнул Джим, втягивая Спока в безумно сладкий, упоительный поцелуй. Горячо, до невозможного остро… Они целовались до нехватки воздуха в легких, до тех самых пор, пока перед глазами не стали мелькать радужные круги. — В спальню? — прошептал Спок в губы Джима. — Да-а-а, — протянул Кирк, старательно пытаясь отдышаться. — Вот только сделаю то, чего так безумно хотел. — Чт… — слова застряли у Спока где-то глубоко в глотке при виде Тиберия, опустившегося перед ним на колени. Стянув с Грейсона штаны, Джим медленно слизал жемчужные капельки предсемени и толкнулся языком в уретру, заставляя Спока тихо заскулить. Зандер тяжело вздохнул при виде подобного непотребства и, недоуменно гавкнув, ретировался на улицу, гонять чаек. Это занятие было гораздо интереснее, чем наблюдение за тискающими друг друга двуногими. Все-таки люди довольно странные создания. Вволю нарезвившись, пес улегся на крыльце, лениво наблюдая за гонимым ветром газетным листком. Листок некоторое время покружился в воздухе и, зацепив собачье ухо, залетел под небольшую скамейку, стоявшую тут же, на крыльце. Он был довольно ветхим и пожелтевшим от времени, но все равно на нем можно было различить нечеткие буквы. Один из заголовков гласил: «Трагедия на маяке. Миссис Кирк оплакивает погибшего сына. Кирк-младший был…» Зандер поднялся на лапы. Вытянув листок из-под скамейки, он задумчиво постоял на одном месте, после чего уверенно направился к скалам. Нужно было его спрятать и как можно лучше. Спрятать от темноволосого человека. К подобной информации он был еще не готов.