Дневник двух дней

      — Ты идиот, — поделился впечатлениями Тед, выслушав мою историю. — И идиот с самого начала, как за карты сел. Думал, что Холдер позволит тебе выиграть куш? Все было подстроено под твой проигрыш с самого начала. А дальше уже ты бы и не смог сорваться с крючка — игра так устроена: ты сперва выиграешь, но потом все равно проиграешь, если в тебе заметили дикий азарт. Это обычная схема.       Мы ехали в гостиницу. Я так и не смог понять, машина ли это Теда или он ее угнал. В любом случае, мне с ним по пути, и будет по пути довольно долго, ведь Холдер и его ребята знают, где я живу, а кроме дома мне и податься некуда.       — Не переживай. Я помогу тебе выпутаться из этой истории. Но ты же в новую вляпаешься, да?       Я посмотрел в сторону водителя — он улыбался, не отрывая задумчивого взгляда от дороги.       А мне даже нравится происходящее. Раз меня хотят убить, значит, нужен хоть кому-то, подумал я и обнял себя за плечи. У меня это как-то машинально получилось…       — Что такое?       Как он это заметил, если на дорогу смотрит?!       — Ничего… У тебя есть семья или друзья?       — Пока не наблюдал, — ответил Тед. — Брайан не в счет.       — Вот и у меня нет…       — С детства сирота? — догадался он.       — Да. С трех лет. — Я прислонился виском к холодному стеклу.       — Тогда понятно, почему на рожон лезешь. Что касается семьи, мне нечего добавить, но я тебе зла точно не желаю, поверь.       Так сказал, будто знал, что я привык не верить…       — Верю. — И я не соврал.

***

      — Как же я устал…       Я не лег, а прямо-таки упал в мягкую постель. Тед сел на кровать напротив.       — Переночуем здесь, а завтра что-нибудь придумаю.       — А я готов тут остаться: кровати есть, еду в номер можно заказать… можно же? — Я оторвал голову от подушки.       — Можно.       — Класс!       Я никогда до этого не бывал в отелях, и все мои познания ограничивались фильмами. Однако, несмотря на это, заказать еду по телефону я смог. В итоге, я наелся до отвала, заставил поесть Теда, принял горячую расслабляющую ванну и сейчас довольный и мокрый сидел в белом халате на одеяле, напоминающем нежнейшее пуховое облако. Вот это жизнь! Только Тед потратил на все это свои деньги, надо будет вернуть. Но как, учитывая, что я на мели?.. К тому же, я ведь и правда чуть его не взорвал…       Я посмотрел на него. Когда я уходил в ванную, он сидел на том же стуле и точно так же постукивал пальцами по столу, как и сейчас. Он явно не в себе. Может, я для него обуза? Мешаю ему только, словно балласт… А куда мне, собственно, деваться? Некуда. Но мне и не хочется уходить… от него. Странно все это, не могу объяснить. Сформулировать в мыслях даже, чисто для себя, не могу.       — Не смотри, — попросил я.       — Ладно.       Я снял халат и лег под одеяло, накрывшись по уши.       — Все.       — Знаешь, по тебе и не скажешь, что ты уже совершеннолетний. Ты больше на четырнадцатилетнего мальчишку похож. Особенно по уму.       — А ты вообще выглядишь на сорок! — разозлился я.       Он засмеялся. Я не слышал раньше его смех. Приятный: глубокий и бархатный…       — Который час? — Я сел в постели.       Тед посмотрел на часы и развернулся ко мне вместе со стулом.       — Скоро десять вечера.       Мог и не уточнять, что вечера — за окном темно.       — Что? — удивился я его взгляду: как-то он странно осматривает меня, укрытого по пояс…       — Ничего, ложись спать.       — Десять — рано еще. Я, наверное, и не засну.       Тед подошел к мини-бару и зазвенел бутылками.       — Мне тоже налей чего-нибудь.       — Тебе нельзя. — Он взял широкую бутылку с квадратным дном и отпил прямо с горла.       — Можно, мне уже есть восемнадцать.       — Спи.       — А ты?       — А я позже.       Я лег, хорошо укрывшись одеялом. Посмотрел на Теда с бутылкой в руке. По правде, больше интересовала тара — такой повод впервые в жизни напиться, причем чем-нибудь приличным. Тед заметил мой завистливый взгляд и заулыбался, демонстративно потряхивая бутылкой в воздухе.       — Что ты скалишь? — нахмурился я.       — Ничего. — Он сел за стол. — Спи уже.       Мне показалось, что он немного изменился после того, как выпил: расслабился, стал широко улыбаться…       — Тед, не бросай меня.       …Фу, что это на меня нашло?! Что я говорю? Слюни… Идиот, заткнись! А я ведь даже не пил! Это все из-за багажника: головой сильно ударился и помногу раз!..       — Я и не собирался.       Я облегченно вздохнул, услышав его ответ. Хорошо, что он в дружеском смысле подумал… Стоп! Что значит «подумал»?! Я это и подразумевал! Нет другого смысла и быть не может!       — А я по-настоящему выгляжу на сорок? — серьезно спросил Тед таким тоном, словно это мучило его все последнее время.       — Нет, на двадцать семь.       — Сбросил мне со счетчика год? — улыбнулся бутылке Тед. — Спасибо.       О чем я думал? Ну вот, сбился с мысли… Я зевнул и, кажется, полностью провалился в подушку. Есть в засыпании такой момент, когда земля появляется на секунду, дергается и резко уходит из-под ног. Пугаешься, вздрагиваешь! И дальше — засыпаешь…

***

      — Который час?       Сначала я даже не понял, у кого-то во сне спросил это или вслух, но Тед ответил:       — Половина одиннадцатого.       Почему-то мне спокойно, когда я знаю, сколько сейчас времени. Могу каждую минуту переспрашивать или поглядывать на часы только для того, чтобы удостовериться, что оно, время, по-прежнему идет…       Я спал на животе, двумя руками обняв подушку, когда одеяло зашевелилось и само съехало от шеи до низа спины. Нет, само собой оно не могло! Я открыл глаза и посмотрел, что происходит слева от меня, повернув голову и припав к подушке другим ухом. На краю моей постели сидел Тед. Горела лампа на тумбочке возле его кровати, слабо освещая наш номер.       — Что ты делаешь? — Спросонья губы всегда плохо шевелятся, немного коверкая звуки.       — Не знаю…       — Тогда не делай. — Я проморгался и стал постепенно приходить в себя.       — У меня все не так просто, как у тебя… — Тед наклонился и поцеловал меня в плечо.       Я проснулся окончательно, попытался с криком перевернуться или прикрыться — сам еще не разобрался, что хотел, — но Тед не дал что-либо сделать, прижав ладонью мою голову к подушке.       — Ты что, пьян?       — Нет. Ну… совсем немного — пил же все-таки, верно? Но дело не в этом. — И он провел губами по моей шее.       Что-то в животе екнуло и сжалось. Захотелось последовать примеру этого «что-то», но меня это не спасет.       — Если не нравится, я могу перестать, — в полголоса предложил Тед, начиная целовать мне спину.       Я свел лопатки и выгнулся как кошка, пролезающая под забором.       — Мне не не нравится, но… мы оба мужчины, не заметил? — Я тщетно пытался как-нибудь скрыться от его губ.       — Тебя это пугает? — Он наклонился к самому уху, горячий шепот разлился по коже, смешиваясь с холодом.       — Да… немного. А тебя разве нет?       — Меня — нет.       — Извращенец! — заорал я с подушки.       Тед чуть отпрянул назад, вздрогнув от моего неожиданного крика.       — А если пугало бы?       — Пугало бы — не делал!       — Тебе же нравится.       — Не говори это, у меня сразу же мурашки бегут по телу…       — Будет неприятно — скажи.       — И ты остановишься? — Сам не понимаю, почему я это спросил: как будто давал согласие…       — Если ты не соврешь, то да, я перестану.       — Но я все равно не согласен! — опомнился я, снова предпринимая попытки вырваться.       — Врешь же… — произнес Тед и тронул языком мочку левого уха.       Я врал… И еще буду…       — Прекрати… — как должное попросил я.       Он проигнорировал мою просьбу, провел рукой по спине, и я еще раз выгнулся котом, это было невозможно контролировать!..       Интересно, он возбуждается, глядя на меня?..       Новая порция поцелуев, и я опять не смог остаться неподвижным. Почему я разрешаю ему это делать?..       — Все, хва… хватит, спасибо… мне приятно, иди спать, все счастливы!       Я сильно возбудился… Плохо, только бы он не заметил…       — Хочешь, чтобы я остановился?       Я вдохнул поглубже и как можно тверже ответил:       — Да. Хочу.       — Как не стыдно так нагло врать?       Неужели по мне так хорошо видно?.. Стоп, он меня раком ставит?!       — Тед! Тед, ты вконец обнаглел?! — Ни на что больше моего словарного запаса на случай критических ситуаций не хватило.       — Надо лишить тебя возможности лгать.       Он лег грудью мне на спину, провел ладонью по животу, вниз…       — Не см…       Меня захлестнули ощущения, и я не успел договорить всего две буквы. Дыхание участилось, пульс начал зашкаливать, пальцы сжали наволочку, напоминая, что нельзя издавать ни звука — я не доставлю ему такого удовольствия… я не могу показать…       Но приказ не успел распространиться по всему телу — через пару минут я кончил и застонал в подушку…       — Быстро. Давно не было практики?       — Не ехидничай, я раньше никогда…       — Восемнадцатилетний парень — и ни разу? — удивился Тед.       — Ну, знаешь ли?! Есть дела и большей важности!       — Не злись. — По тону голоса я понял, что он улыбается. Его слова прозвучали так по-домашнему… как в семье…       Я хотел уже перевернуться, но Тед мне не позволил.       — Думал, это все?       — А что еще?! Педик! Не наглей! — вышел я из себя. Нет, ничего родного, теплого и замечательного в этом нет!       — Кто бы обзывался, самому ведь нравится.       Почувствовав его пальцы, я в мгновение ока весь напрягся и постарался отстраниться, вырваться, убежать…       — Все, ладно, ты выиграл! — в приступе паники завопил я. — Доказал мне, что я голубой! Все!       Тело расслабилось само…       — Я ведь не потому это делаю, — прошептал Тед и вошел в меня пальцами.       Мысли в трубочку скрутились, не описать… Трудно было сдержаться, и я застонал… положил свою руку поверх его, опирающейся на постель, и впился ногтями в кожу: хочу сделать так же больно…       — Вынь… убери… — Я задыхался собственными словами, не способный ничего произнести.       — Что ты чувствуешь?       — А ты на рукоятку ножа сядь, поймешь — выдохнул я.       — Все упрямишься?..       И он начал двигать пальцами. Я застонал громче — я уже не мог терпеть, не мог сдерживаться, не мог молчать…       — Какой у тебя красивый голос, когда ты не ругаешься.       А у тебя очень сексуальный шепот… но я не хочу позволять этой фразе слететь с моих губ. Вместо этого только:       — Хва… тит…       Но Тед только ускорил темп. Я не заметил, как сам задвигался, насаживаясь на его пальцы так глубоко, как это только было возможно. Не хочу врать… хочу, чтобы он слышал, как мне хорошо…       — Я кончаю… — простонал я, не удержав это в мыслях.       Тед провел пальцами другой руки по головке подрагивающего члена… Боже, как трудно дышать… мне так хорошо, даже глотать не могу, слюна стекает по подбородку и капает на подушку… Через все тело прошел разряд — точно почти неощутимая молния, — и я кончил. Так жарко и холодно одновременно…       Тед наклонился и поцеловал мне руку, судорожно сжимающую наволочку.       — Спи. — Он тихо ушел в ванную.       Спи? Он в своем уме? После… такого…