Неожиданные союзы

Сидя в уютном широком кресле Стрэнджа, взгляд громовержца упирался в наполненный по края кухоль пива к которому Бог Грома так и не притронулся. Йотуны. Почему они здесь? Все то, что произошло буквально несколько часов назад никак не вязалось с тем, что было известно громовержцу. Ледяные великаны никогда и ни с кем не заключали военных или мирных союзов. Ситуация между Одином и Лафеем была исключением, единственным за всю историю существования Вселенной. Тем более йотуны были преданы своему предводителю. Лафей мёртв, Локи… тоже. Никакой другой представитель расы Ледяных великанов не мог бы стать Правителем Йотунхейма. Но факт оставался фактом: йотуны были на Земле. — Тор! Старк окликнул громовержца как только Стрэндж закончил долгую, но весьма интересную лекцию о Камнях Бесконечности, Таносе и его чудных детишках. — О чем задумался? — миллиардер присел в кресло напротив. — У меня есть вопросы, на которые я не могу найти ответы. И… — Послушай меня, сейчас не время разводить сопли. Тор нахмурился не понимая к чему ведёт друг. — Я знаю о Локи, зверёк проболтался. Хоть он и твой брат, но он получил по заслугам. И не стоит. — дальше Старк не сумел договорить. Громовержец, мигом поднявшись, схватил миллиардера за горло. — Не тебе его судить, Тони! Да, он во многом виновен, но он спас меня, народ Асгарда, когда наша сестра желала стереть нас с лица земли. Он мой брат, Тони! Впредь больше ничего не говорил о нём, — громовержец ослабил хватку и постепенно убрал руку с шеи товарища. — Видимо, это у вас семейное, — добавил Старк, растирая шею. Стоящий неподалёку Стрэндж сделал шаг в сторону взвинченного Бога, но был остановлен Брюсом. Беннер легонько качнул головой, давая понять, что магу не стоит вмешиваться. — Ребята, давайте оставим выяснение отношений на потом, — с надрывным спокойствием проговорил Беннер, похлопывая каждого из друзей по плечу. — Сейчас нужно найти Вижена, пока его не нашли наши новые знакомые. Локи ровным шагом направлялся в сторону тронного зала, если его можно было так назвать. Рядом с заплетающимися ногами шёл Эбони Мо, который после небольших манипуляций трикстера помнил лишь поражение на Земле, то, что его спас Бог Обмана, а дальше стены космолета и тьма. Локи был доволен собой и был практически уверен, что сам Танос сейчас лишит свое детище головы. Но порой нас ждут сюрпризы. Танос восседал на своём троне, Хела стояла подле него, со скучающим видом рассматривая собственный меч. Дети безумного титана, а именно Проксима и Корвус, стояли напротив своего отца. Между ними стояла девушка, на которую они направляли свое оружие. Эбони, завидев знакомый силуэт, с лицом полным презрения тихо проговорил: — Любимица отца вернулась. Слова манипулятора не остались незамеченными трикстером, в тоже время каждый из присутствующих обратил внимание на состояние стоящего перед ними Эбони и отсутствие Обсидиана. — Мой Господин, — лестно обратился Эбони, склоняя голову. Танос поднял свободную от перчатки руку в знак молчания и тут же посмотрел на смиренно ждущего своей участи Бога Обмана. — Говори, — голос титана был холоден, но от этого холода внутри Локи разгоралось пламя торжества. Эбони же предчувствовал скорую кончину. Поражение всегда несло за собою смерть. — Защитники Земли оказались не так беззащитны и смиренны, как это ожидалось,  — последнее слово было особо выделено интонацией и взглядом в сторону поникшего манипулятора, который был уверен в беспомощности Землян. — Мы понесли потери, — переведя дыхание, добавил царевич придавая лицу и голосу наигранное сожаление. — Обсидиан — мёртв. Лицо Таноса, как и его детей, сыграло всеми возможными эмоциями: удивление, злость, равнодушие, горечь потери. Хела же удивлённо подняла изумрудный взгляд, который спустя мгновение сменился детским ликованием и таким же смехом. Неизменным оставалось лишь лицо девушки, что прибывала под конвоем. Локи был проницателен по своей натуре и без каких-либо разбирательств мог сказать, что девушка испытывает страх. Настоящий животный страх, что убивает здравый смысл, но зеленокожая пленница продолжала держаться из последних сил. — Видно, слава о Чёрном Ордене преувеличена. Вы потерпели поражение в битве с ничтожной сворой земных сил! — Они были не одни, моя Госпожа. С ними был ваш брат, — на свой страх и риск ответил Эбони. — Тор? — выражение лица Богини Смерти тут же сменилось чистой яростью. — Что стало с Куллом? Вы бросили его? — злобно заговорила Проксима обращаясь к Локи и Эбони. — Тор превратил его в горсть пепла, ударив по нему грозовым разрядом. Проксима сильнее сжала свое копье, прожигая взглядом Бога Обмана. Хела, уже успев оценить боевой темперамент приемной дочери Таноса, молча шагнула к брату, но остановилась рядом с Миндай, положив руку ей на плечо. — Локи спас Эбони, стоит быть благодарной, дитя, — улыбка и добродушный тон, с которым Хела начала говорить, быстро сменился оскалом на бледном лице и с верхним взглядом. — Поражение несёт за собой — смерть! Так было всегда, дабы была наука для других, — злостный шепот, предназначающийся Богине Смерти, разнесся по огромному залу словно приговор. — Думаю, сейчас не время казнить тех, кто верен до самой смерти своему Повелителю. Хела остановилась рядом с Богом Обмана. Танос задумался, смотря то на Богиню, то на смирившегося со своей участью Эбони. — Я дарую тебе второй шанс, — громогласно заявил Танос. — Но тебе предстоит разговорить Гамору. От этого будет зависеть твоя дальнейшая судьба. Девушка дрогнула всем телом, но продолжила стоять спиной к своему персональному палачу. — Я сделаю все возможное и невозможное, мой Повелитель, чтобы исполнить вашу волю. — Надеюсь на это. К моему возвращению она должна поведать о местонахождении Камня Души, или я избавлю тебя от твоей. — Да, мой Господин. Стоило Таносу скрыться, как Локи и Хела тут же оставили зал и направились в комнату. Корпус и Миндай сопровождали бывшую сестру и союзницу в камеру, пока Эбони готовился к допросу. Металлическая дверь бесшумно закрылась за Богиней Смерти. Локи, вымотанный как физически, так и морально, дойдя до кровати свалился на неё в одежде и сапогах, закрывая глаза. Внутри, где-то в районе грудной клетки, Бог Обмана чувствовал тепло. Кажется, люди говорят, что там находится душа. — Царевич, а манеры отсутствуют вовсе. Локи продолжал лежать с закрытыми глазами, как услышал едва слышный звук, и кровать рядом с ним прогнулась. — Может расскажешь подробнее, что произошло на Земле? — задав вопрос, Хела начала медленно расстегивать многочисленные застежки камзола и наручей. — Ничего особенного. Думаю, твой рассказ будет интереснее, — лукаво ушел от ответа Бог Обмана. Не мог же он поведать сестре, что желал предать ее и бросить на растерзания титану ради воссоединения с братом. Со своей семьей. Локи открыл глаза и резко встал с кровати, останавливая манипуляции сестры чтобы избавиться от верхней одежды и элементов брони. Хела недовольно провела взглядом Бога и заговорила. — Эта девочка когда-то была дочерью Таноса, приемной дочерью. Он уверен, что она знает о местонахождении камня души. — А ты как думаешь? — тут же задал вопрос Локи, возвращаясь к кровати. — Знает ли она? — Думаю, что знает. Локи сел рядом с сестрой, оценивая все происходящее, как шеи коснулись прохладные, мягкие губы и раздался вкрадчивый шепот. — Я волновалась. Кожа трикстера тут же покрылась мурашками. Взгляд Хелы был пронзительным и слегка туманным, но осмысленным. Было в нем что-то пугающие и завораживающие одновременно. Локи слегка отстранился, насколько это было возможно не вставая с места. — Ты безумна в своих желаниях, сестра, — проговорил царевич, не сводя взгляда с таких же зелёных глаз, коими обладал и он сам. Не родные, но так похожи. Злая шутка судьбы. — Разве ты не хочешь? Скажи, безумна лишь я? Рука Хелы скользнула с иссиня-чёрных волос на шею, слегка царапая фарфоровую кожу. Бледные пальцы остановились на пуговицах тонкой рубашки, что скрывала под собой рельефную грудь и резко дернула, отрывая пуговицы. Локи продолжал смотреть на сее безумие, понимая, что сестра права,Он хочет. Женская рука коснулась торса нежно поглаживая, лаская в то время как прохладные губы снова целовали мужскую шею, слегка покусывая, от чего Локи издал тихий, досадный полустон. — Безумцы, — еле слышно прошептал царевич притягивая ближе к себе женское тело, впиваясь в губы страстным поцелуем. Эбони Мо левитировал коридорами корабля в направлении комнаты где разместились асгардцы. Перед тем как исчезнуть в пространственном переходе Танос велел доложить обо всём Хеле и Локи, потому как именно они направится за Камнем Души. Дверь бесшумно открылась от взмаху руки манипулятора и Эбони всплыл в комнату, но тут же застыл, чуть приоткрыв рот. Полуобнаженные Боги смотрели на него с немым приговором и злобным оскалом. Нельзя было сказать, кто из этих двоих сейчас выглядеть страшнее, ведь смерть многолика. Конец был близок.