Король-монах

Утром Рамиро был разбужен громким скрипом раскрываемых ставней и топотом многочисленных ног. Он приоткрыл глаза и понял, что сейчас половина дворца, возглавляемая обоими епископами, собралась вокруг его кровати. — Просыпайтесь, ваша светлость! — ласково улыбнулся ему отец Бернард. Сегодня он сверкал, словно начищенный золотой денарий вкупе с праздничной одеждой и тиарой, украшенной драгоценными камнями. — Архиепископ в церкви долго ждать не будет! — вставил своё веское слово отец Рогир. Он тоже был одет торжественно — в светло-зеленый саккос и филонь с золотым шитьем. Остальными были слуги. Беренгар куда-то подевался или его просто было не видно за спинами других. Тем временем слуги, окружив плотной толпой, облачали Рамиро в белую камизу, темно-синюю верхнюю тунику и тяжелый, подбитый мехом плащ, состоявший целиком из вышивки с изображением цветов и листьев и еще хранивший пыль, накопившуюся со времён прошлой коронации. Епископ Бернард спешно рассказывал, что королю надлежит принести три клятвы, а главное — после коронации он становится посредником между народом и Богом, что знати будет не так уж много — из Арракона и Памплы, из Аварры приехал епископ, а из Каса только вежливо прислали послов, но главное — получено благословение от Папы Гонория, которое везли из Рима пять дней на корабле и, по воле Господа, не попали ни в одну бурю. Так что, на священные предметы, что внесут на алтарь: священное миро, чашу, скипетр, мантию и кольцо — священнослужители найдутся, а, вот, относительно вассалов, кто будет держать корону, королевское знамя, военное знамя, шпоры и меч — еще ведутся споры. — Отдайте корону Родриго Альваресу де Гута, королевское знамя двум доверенным вассалам, военное знамя Фредериго де Касу, а меч — Беренгару де Пампла, — Рамиро уверенно распределил обязанности. Епископы согласились, в спешке посчитав такой выбор разумным, подхватили его под обе руки и провели по коридорам дворца. Они легко отмахнулись от секретаря де Гуты, попытавшегося протянуть им бумагу с обязательствами, и попросили передать канцлеру, что ему сегодня следует нести корону. Процессия медленно пересекла двор замка и начала спускаться с холма в город, сопровождаемая множеством слуг. На это они потратили больше четверти часа и еще некоторое время ожидали, пока городская стража очистит проход через толпу. Архиепископ Толедо уже встречал будущего короля у входа, повернувшись лицом к площади. С ним рядом стояли священники один с миром, другой с чашей. Он заставил Рамиро опуститься перед собой на колени, встав на мягкую подушечку, милосердно подложенную прямо на камни обмостки. Там будущий король произнёс свою первую клятву по известной формуле, суть которой сводилась к тому, что он обязуется защищать Церковь и своих людей и быть хорошим христианским королём. Архиепископ громким голосом обратился к народу: хотят ли они быть под властью этого принца? Все прокричали «да, да». Тогда двери собора открылись, народ на площади затянул Te Deum, и коронация продолжилась. Простой люд внутрь собора не пускали, но Рамиро, помнившему прежние коронации, показалось, что в нем достаточно просторно. Многие не приехали, он вздохнул, стараясь думать лишь о тех, кто сейчас с ним. Внутреннее пространство постарались украсить: на стенах висели гобелены и знамёна, колонны были убраны цветами и яркими лентами, на полу лежали ковры, очерчивающие путь от входа до специального возвышения перед алтарём. За ним на одном из кресел для высших служителей, образующих полукруг, одиноко сидел епископ Аварры, рядом стояли несколько аббатов, священнослужители ближайших церквей и хор. На самом алтаре лежали предметы королевской власти, и корона, толстый золотой обруч, усыпанный драгоценными камнями, была среди них. За Рамиро последовали вассалы, что должны были нести личные знаки власти короля, но тот ни разу не позволил себе обернуться и полюбопытствовать, кто именно сейчас за ним стоит. Глаза его сейчас были устремлены на алтарь, к тому месту перед ним, куда его подвели два епископа и помогли встать на колени. Рамиро вновь произнёс клятвы о мире, справедливости и милосердии, что даст людям. После этих слов хор запел литании и все присутствующие, кроме архиепископа, пали ниц. Затем уже присутствующие в храме были спрошены «принимают ли они этого принца?». И после получения дружного и громогласного ответа, архиепископ позволил Рамиро вновь подняться на колени и в третий раз произнести свои клятвы. После обещаний почти состоявшийся король Арракона, Памлы и Аварры поднялся с колен, снял свою верхнюю одежду и обнажил плечи и руки. Архиепископ помазал ему священным маслом лоб, грудь, плечи, локти, руки, а затем на короля была надета новая туника глубокого синего цвета, плащ, кольцо, в левую руку дан скипетр. В это время к нему подошли те, кто принёс в собор знаки власти. Родриго де Гута склонился до земли и надел на ноги Рамиро сандалии, украшенные медальонами с гербом королевства. На пояс Беренгар де Пампла, сохраняя сосредоточенное выражение лица, закрепил ножны с мечом. Наконец, канцлер получил корону из рук архиепископа и водрузил на голову нового короля. Их глаза встретились на мгновение: взгляд де Гута был недоверчивым, испытывающим, Рамиро же одними уголками губ постарался изобразить на лице ободряющую улыбку. Над ними хор запел Te Deum и началась обычная месса, но с этого момента свершилось таинство. Рамиро мог праздновать свою маленькую победу и без страха взглянуть в строгие глаза на портретах предков. По окончании службы король Рамиро обратился, наконец, лицом к своим подданным, столпившимся в соборе, медленно проследовал обратно ко входу, где его уже ждала ликующая толпа, выстроившись по обе стороны пути к замку. В честь такого яркого события как коронация, в городе были устроены гуляния и накрыты столы для народа прямо на площади перед собором, где от щедрот арраконской короны предлагалось вино, хлеб и сыр. Рамиро, окруженный плотным кольцом охраны, шел медленно, принимая поздравления из толпы. У подножия холма остановился, обернулся назад и поискал глазами Беренгара. Первый советник не сводил с него взгляда, всем своим видом напоминая о данном обещании. Рамиро осторожно ему кивнул и продолжил путь пешком, отмахнувшись от предложенного коня и замечая, что Беренгар ускорил шаг и оказался за его правым плечом. Тут их нагнал секретарь канцлера, Рамиро впервые обратил внимание на этого запыхавшегося и раскрасневшегося юношу, готового любой ценой исполнить приказ своего господина: — Ваше Величество, хранитель печати и канцлер хотел бы встретиться с вами немедленно! — Я ценю столь ревностное отношение к службе, — вежливо ответил Рамиро, — передайте сеньору де Гута, что я сейчас нуждаюсь в отдыхе в собственных покоях, примерно до полудня, а потом готов встретиться с ним в любом месте, которое он укажет.

***

От автора: церемония коронации является почти подлинной и составлена на основе ordo французских королей начала XIII века.