Король-монах

От автора: праздники выбивают из размеренной колеи, но я возвращаюсь вновь к своему повествованию.

***

Дон Руй замер от удивления, невольно тронул рукоять своего меча, но волевым усилием медленно разжал пальцы. За его спиной встали двое не менее крепких по телосложению сеньора. Они были чем-то схожи с де Луна — такие же тяжелые надбровные дуги с кустистыми, золотисто-рыжими бровями, тёмно-серые недоверчивые глаза, удлинённые скулы, заросшие густой бородой, вьющиеся каштановые волосы, небрежно разбросанные по плечам, серебрящиеся от дорожной пыли. На поношенных плащах из тёмной шерсти золотились вышитые полумесяцы, опущенные острыми концами вниз. Их внешний вид свидетельствовал, что незнакомцы, если и не братья дону Рую, то близкие родственники. Заметив отчетливый порыв де Луны взяться за оружие, рыцари, сопровождавшие короля Арракона, тоже попытались вынуть мечи из ножен, но Рамиро жестом остановил их: — Я полагаю, благородные кабальерос прибыли в Эску с миром, чтобы поведать о своих трудностях! И я готов их выслушать, — он кивнул головой и миролюбиво улыбнулся. — Ваши владения находятся в Саргосе? Один из братьев де Луна, более мелкий по телосложению, и видно, соображавший быстрее, выступил вперёд и преклонил колено перед королём: — Да, Ваше величество, мы владеем Зуфарией и землями вокруг неё. Город лежит в одном пешем переходе от города Саргос. И мы обеспокоены: Альфонсо Леонтский, устроив свои дела, может двинуть войско в нашу сторону. А потом отправиться в Эску. — Альфонсо, — назидательно ответил Рамиро, — никогда не решится напасть на Эску, если будет знать, что в Зуфарии его встретят верные Арракону люди. А что сделали вы? Вместо того, чтобы принять на себя командование обороной старой румейской дороги, вскочили на коней и вместо просьб о военном подкреплении — смущаете народ, — он сделал паузу и тяжелым взглядом обвёл людей, стоящих на площади. — Я требую немедленно принести мне оммаж или буду считать вас троих своими врагами! — Фернандо Мартинес де Луна, — откликнулся коленопреклонённый сеньор и нетерпеливо дёрнул второго, пока неизвестного Рамиро кабальеро, за полу плаща, призывая так же склониться, — а это мой брат — Гомез Мартинес. Руй Хименес продолжал стоять столбом, только было прекрасно видно, как зубы его сжались и желваки заиграли на скулах. Он заставил себя опуститься на колено на серые камни обмостки площади, вслед за своими братьями сложил ладони на груди и произнёс традиционные слова клятвы верности королевству Арракон и лично Рамиро Второму. Рамиро пришлось слезть с коня и подойти к ним вплотную: — Я принимаю твою клятву, — заявил он каждому из сеньоров де Луна, поднимая поочерёдно с колен. — А теперь мне нужен час на отдых, и мы отправимся вместе с вами в дорогу, чтобы защитить Эску от Альфонсо. Арналь Мир, вновь принявший Рамиро в своём доме был чем-то недоволен, но не хотел раскрывать причины, пока его король не будет должным образом отмыт от пыли, переодет в чистую одежду и накормлен. И в это краткое время Рамиро позволил себе ослабить внутреннее напряжение, с удовольствием отдавшись в умелые руки слугам, что скоблили его расслабленное горячей водой тело, расчесывали чуть отросшие волосы на голове, стригли бороду и укорачивали ногти. Беарн дался нелегко: приходилось быть убедительным, скрывать страдания, причиняемые постоянным пребыванием в седле, подбадривая своим благодушным видом и примером, окружавших рыцарей, которые, несомненно, видели в нём королевское величие и деяние Господнего провидения. И сейчас, когда всё предсказанные еще в Таэре события свершились, необходимо было продумать дальнейшие шаги. Страх, что Рамиро мог неправильно предсказать действия Альфонсо, терзал сердце. Эску и Саргос отделяли всего два конных перехода, но отсутствие короля в Эске, о котором уже должны были доложить леонтцу его шпионы, должно было удержать того от нападения на Эску после Саргоса. Рамиро рассуждал так: Альфонсо не нужна война под зиму и не нужна голова мёртвого короля Арракона. Принудить к клятве, взять в плен — было бы лучшим стратегическим поступком, и тогда все земли переходят под контроль Леонта и Сигаллисии. Сопротивление арраконцев будет сломлено: не нужно мечом утверждать свою власть — это за него сделает покорившийся король. А пока Рамиро был в Беарне, кто будет гоняться за ним по этим высоким горам с подёрнутыми ранним снегом вершинами? — Братья де Луна — вероломные шакалы, — уверенно заявил Арналь Мир, оставшись с Рамиро за столом наедине. Он даже не позвал Бонче, хотя король осторожно поинтересовался, как чувствует себя прелестнейший цветок благоуханного сада этого дома. — Они владеют дорогой в Саргос и ведут себя слишком независимо. Глава их семьи: дон Артал, его сыновья — Ферренх, Педро и Мартин, а наши гости — всего лишь внуки, трое из пятерых. Мутить воду в Эску послали младших, а вот, что себе думают старшие — нам неизвестно. — Значит, этот дон Артал захочет получить от меня некоторые привилегии в обмен на оборону дороги в Эску? — нахмурился Рамиро, пытаясь понять, с чем он временно готов расстаться и что пообещать. — Если уже не продал вас леонтцу за управление Саргосом, — Мир вздохнул, по-отечески взглянул на Рамиро, будто читая его мысли. — Ему можно предложить одно, он ухватится за другое и будет тянуть дальше… Они не послушают никого и будут продолжать разбойничать на дорогах. — Как же мой брат справлялся с семейством де Луна? — воскликнул Рамиро, обреченно понимая, что это мощное древо у него сейчас не хватает сил ни свалить, ни обуздать. — Никак. Только просил направлять свою необузданную страсть не в сторону арраконцев, а на борьбу с маврами из Лериды. А сейчас де Луна только вошли во вкус, почувствовав свою власть: им нужен город Саргос, который они могут получить только из рук Альфонсо Леонтского. — Но эта земля принадлежит Беарну! — возразил король. — Хотя… — в его голове сложилась череда событий, которая возможно также пришла в голову Альфонсо Леонтскому. — Вдовствующая королева Тереза сходит с ума по почившему мужу, отказывает мне в помощи, я лишаю ее Саргоса, и тот становится свободным от вассалитета и его можно передать кому угодно. Или Альфонсо завоёвывает Саргос и распоряжается им по своему усмотрению: сегодня де Луна, завтра — маленькому Педро Беарнскому. Так вот, что было на уме у Терезы — связать Беарн с Леонтом! А я своим визитом спутал ей все планы. — Поддержка Беарна всё-таки будет? — обеспокоенно спросил Арналь Мир. — Слабая. Но будет. Отправим королеве Терезе письмо, расскажем о де Луна. И добавим в конце: «мощное дерево можно свалить, лишь обрубив его корни». И я это сделаю, если сочту, что дерево заслоняет от меня солнце, — ответила устами Рамиро королевская кровь его родового древа.