Твои полюбившиеся призраки и планеты

      — Время вставать!       Лэнс моргает по-утреннему затуманенными глазами и после зевает. Он не привык вставать рано. Его разум всё ещё нечеткий, не отбывший до конца от застилающего сна. Лэнс тянет свои длинные руки и ноги и совершает ещё один широкий зевок, переворачиваясь в удобной постели.       — Утра-- во-от, чёрт!       Он встречается с парой светящихся глаз, тотчас отскакивая. Движение оказалось настолько резким, что Лэнс не рассчитал силы и вывалился с края кровати, болезненно плюхнувшись на пол.       — У тебя нет никаких занятий получше, чем жутко парить близ спящих людей? — ворчит он, злясь из-за достаточно грубого пробуждения.       — Есть, но я устал. Кстати, ты слюнявишь во сне. — Кит пожимает плечами.       — Я…. А? — Лэнс быстро вытирает остатки слюны с губ, старательно следя за тем, чтобы это не было заметно. Он терпит неудачу.       — Не было такого!       — Да, а эта слюна на твоей подушке была оставлена магической дырой в потолке. На десятом этаже тринадцатиэтажного дома.       — А откуда мне знать, что это не твоё призрачное… эктоплазматическое... вещество? — Лэнсу приходится нести бред, только чтобы не признавать своё поражение.       Кит морщит нос.       Кажется, ему противно.       — Вполне уверен, это не так.       Лэнс торжественно вскидывает палец.       — А-ха! Ты точно не знаешь, так что всё возможно! А ещё, сейчас ты собираешься быть подонком, смотря, как я буду переодеваться, или всё же любезно выйдешь и продолжишь думать о бессмысленном месиве жизни и смерти?       — Сделано то, сделано это.       — Воу.       — И кстати, ты не мой тип, так что не возражаешь, если я всё же останусь. — как-ни-в-чём не бывало говорит Кит, взмахивая рукой и поднимаясь в воздух.       «Хах, когда он успел?»       Лицо Лэнса окрашивается в глубокий свекольно-красный цвет от такой возмутительно преподнесённой информации.       — Я! Да как ты смеешь, я тип каждого! — он отчаянно защищает свою гордость, скрестив руки на груди.       — Если этот «каждый» попадает в категорию «живых людей». Я как бы мёртв, чувак, и я точно ничего не чувствую.       «Ага, но чувствовал ты себя прекрасно, когда чуть не убил меня моей же катаной» — Кит отлично слышал это недовольное бормотание под нос. В ответ он выбирает оставаться в тишине, лишь молча посматривая на собеседника.       — Ох, да пожалуйста, прелестный мальчик, но если бы ты был-- — Лэнс намеренно выделяет кавычки. — «живым» прямо сейчас, ты бы схватился в обморок от вида такого красивого и очень маскулинного куска мяса перед собой.       Кит почти что давится смехом:       — Скажи себе, называется, что заставляет тебя чувствовать лучше. — говоря, он поправляет пряди своей длинной чёлки. По крайней мере, ему больше не придётся беспокоиться о походах в парикмахерскую. Он знал, что в смерти есть некоторые привилегии. — Приятно знать, что я твой тип, несмотря на то, что я мёртв.       — Чт--       — Прелестный мальчик. — самодовольно напоминает Кит, немного приблизившись и расплывшись в ухмылке.       Нервный пот собирается на лбу Лэнса.       — Я не говорил это.       — Прелестный. Мальчик.       — Все призраки так бесят или только ты?       — Пре--       — Хватит.       Хмыкнув, Кит, похоже, закончил его дразнить и просто вышел за дверь.       — Может, встанешь уже.       — Не указывай мне в моём же доме, мудак! — бросает Лэнс и с раздражением плюхается лицом подушку. Задняя часть шеи, вспотевшая при разговоре, по-прежнему была мокрой.       Чёрт, это похоже на какое-то слежение за подобранным питомцем.

***

      Кит очень старается не пялиться на Лэнса, попивающего какую-то больно тёмную жидкость, что он называет утренним кофе, и откусывающего неплохо выглядящий омлет. Судя по всему, даже по внешнему виду, он отличный повар.       Кит не чувствует ни запаха еды, ни голода. Фактически, он вообще едва чувствует что-то, за исключением тех немногих случаев, когда бывает просто эмоциональным.       Ожидаемо, что первоначально он ощущал какого-то рода пустоту внутри своего сердца – не кончающуюся необъяснимую печаль, по причине того, что теперь он призрак, но всё-таки ему удалось свернуть с этого пути. Кит не помнит своей точной даты смерти, но, по его подсчётам и предположениям, прошло не так много времени.       Чуть позже вопросы, о которых он думал большую часть ночи, сорвались с его рта.       — Ты экстрасенс?       Лэнс чуть не выплёвывает кофе.       — Прости?       Кит хмурится.       — Ну знаешь, видеть призраков… третий глаз... Я не знаю, как эта штука работает.       К его смятению, Лэнс смеётся.       — Чувак, боже мой.       Кит приподнимает бровь.       — Я собирался вырубить тебя. С помощью моей катаны. Неужели это похоже, что я имел дело со сверхъестественным раньше? И разве не понятно по моей реакции, что мне ни разу и в голову не приходило, что я могу застрять в подобной ситуации? Я никогда не верил в призраков и всё такое. Может быть, карма, удача, гороскопы… но чтобы такое – никогда.       Сделав ещё один укус, он направляет вилку на Кита.       — Всё это штучки Пидж, не мои.       — Я вижу… — тихо проговорил Кит, поглаживая подбородок. Лэнс отмечает, что это, похоже, его привычка. — Что насчет твоих членов семьи? Одарены ли они этим?       — Хах, — фыркает Лэнс. — Бабушка всегда что-то видела, но она просто была сумасшедшей. Во всяком случае, точно никаких призраков, зато «проклятых капиталистов» и Ричарда Никсона было предостаточно.       Кит протяжно вдыхает и выдыхает.       — Честно говоря, даже не знаю, с чего начать. Мы должны выяснить, почему я связан с тобой или – с твоей квартирой. Думаю, потребуется найти настоящего экстрасенса. Удачи нам, конечно, с этим, зная, сколько там мошенников.       — Подожди, ты хочешь сказать, есть настоящие экстрасенсы?       — Если есть такие духи, как я, то должны быть и экстрасенсы, верно? Может, и ты тоже экстрасенс, но просто только сейчас «пробудившийся».       — Охх, это что же, ты мой первый призрачненький клиент? — Лэнс говорит воркующим голосом, опирая лицо на руки. — Я был бы польщён-- если бы, эх, сам не был безвыходно втянут в это. — он встаёт и собирает грязную посуду в раковину для последующей помывки. — Ну, в худшем случае, я вызову священника, чтобы провести экзорцистический обряд против тебя, ты, последний дух загробного мира.       — Почему ты такой?       Лэнс плавно пожимает плечами, в жесте «а разве не очевидно?».       — У меня в доме призрак. Я думаю, мне разрешено хоть как-то выпускать эмоции.       — Ты бы ранил мои призрачные чувства, если бы они у меня были. — отвечает Кит, театрально приложив руку к груди.       — Что-то мне подсказывает, ты точно такой же, каким был при жизни.

***

      Лэнс «заболевает», и концерт приходится отменить. Кит чувствует себя немного не по себе, но Лэнс только отмахивается.       — Самые популярные, востребованные звёзды-экстрасенсы 21-ого века и будущего – это победители «Битвы Экстрасенсов», они могут помочь своим призрачным клиентам перейти в другой мир… — читает он, пожимая плечами от полученной информации, и возвращается к списку сомнительно-выглядящих экстрасенсов. А Кит, между тем, листает телефонные книги и газетные объявления.       В конечном итоге они затрагивают тему рая и ада. По представлениям Лэнса, эти два места наполнены библейскими образами, вроде типичных страданий и вечного горения в раскалённой лаве, на противовес чему стоят золотые врата с ангелами и всем тем, что только пожелает сердце. Для Кита же, ну...       — Я не верю в рай или ад. Я думаю, что после «этого», всё напоминает просто законченную игру.       — Ты казался верящим в это, когда мы впервые встретились.       — Это был сарказм.       — Так… никаких ангелов и демонов нет для тебя? — удивляется Лэнс, записывая какие-то цифры на листок.       Кит немного обдумывает свой ответ.       — Нет. Лишь вечное спокойствие. Пустота, если ты хочешь.       Лэнс фыркает.       — Скууучно, но вправду резко, воу. Если бы мне пришлось выбирать между пустотой и «вечно торчать где-либо», я думаю, я бы с удовольствием приготовил себе призрачного попкорна и насладился «таким прекрасным времяпровождением». Бьюсь об заклад, это было бы похоже на просмотр хорошей драмы. Плюс, время от времени, можно пугать людей до усрачки; это была бы одна из моих любимых вещей.       (Потом Лэнс обязательно добрался бы до своих товарищей по группе – и вот тогда он, конечно бы, царствовал)       — Ты не прав. Бедные твои друзья. — отвечает Кит, глядя на фотографию, которую предоставил ему парень. Они выглядят очень счастливыми, с дурацкими улыбками на лицах. Как сказал Лэнс, она была сделана после их первого большого концерта.       — Они сильные, поэтому я продолжаю их испытывать. Вот у него очень толстая кожа! — сбивчиво рассказывает Лэнс. Однако он не лжёт. Ханк как огромный пугливый кот, знающий когда звонить Лэнсу по любой своей ерунде.       — Хотел бы я поделиться своими историями. Ты много рассказываешь. — Кит уходит, опустив плечи.       — Хэй, у нас будет на это время. — гарантирует Лэнс.       Они оба знают, что Кит может вспомнить больше деталей из вроде бы кажущихся невозможными.       И он уже несколько раз пытался, если бы не Лэнс, который его прерывал.