Твои полюбившиеся призраки и планеты

      Проходит четыре месяца.       Он наконец-то научился игнорировать прошлое.       «Теперь он в порядке» – думает он, после подведения итогов в одну из ночей.

***

      На этот раз толпа не такая большая, и он благодарен за это, потому что слишком устал.       Он уходит с огромной сцены какого-то шикарного ночного клуба, расположенного в трёх городах вдали от дома, и идёт за кулисы. Пидж и Ханк погружаются сразу же в свои разговоры, вместе с тем смывая малый слой гримма с лиц, а Лэнс украдкой пробирается через них, желая попасть на задний двор и наконец подышать свежим воздухом.       Он проходит мимо нагромождённых картонных коробок, содержимое которых ему не известно и не интересно, как вдруг чувствует резкий рывок за локоть. Инстинкты срабатывают на автомате, и он выкидывает удар, готовый сначала защищать себя, а уже потом задавать вопросы, но другой успевает увернуться.       — Эй, полегче там! — восклицает фигура в капюшоне, и Лэнс пользуется случаем, вырывая свой локоть из хватки.       Он устанавливает некоторую дистанцию между собой и незнакомцем, который, вполне возможно, послан сюда музыкальными компаниями, чтобы похитить парня для насильственного подписания уже так надоевших контрактов.       — Кем, чёрт возьми, ты себя возомнил!? — провизжал Лэнс, заняв боевую позицию. — Это частная тер--       Встревоженный внезапным криком Лэнса, телохранитель показывается из-за угла, чтобы проверить, всё ли в порядке.       Мгновение, и у Лэнса не появляется ни одной возможности издать звука, ощущая внезапно закрывшую ему рот горячую руку и тело за спиной его «профессионального убийцы», оттаскивающего за груду коробок. Лэнс пытается бороться, но другой только сильнее затыкает его, и Лэнс всё равно не думает бросать попытки, считая, что это очередная серьёзная выходка от фанатов.       Как только незнакомец удостоверяется, что поблизости никого нет, он убирает ладонь от шумного рта Лэнса.       Парень тяжело дышит, злясь.       — Я не знаю, кем ты себя возомнил, ниндзя-мальчик, но лучше отпусти меня прямо сейчас или--       — Ниндзя-мальчик? Я думал, более правильным термином был «самурай». — фыркает другой, и сердце Лэнса разом падает в пятки.       Он несколько раз открывает рот, смотря перед собой.       — Это не реально, это не может быть реально – ха! – отличная шутка, но это невозможно--       Незнакомец стаскивает бордовый шарф с нижней части лица и откидывает чёрный капюшон назад, сверкнув маленькой улыбкой на своих бледных губах.       У Лэнса подкашиваются колени.       — Давно не виделись, Лэнс, — грёбанный, мать его, Кит стоит перед ним во плоти и приветствует в лёгкой усмешке, как будто, блять, говорит о какой-то погоде. И ещё звучит так, будто... действительно помнит. — Кстати, тебе нужны новые телохранители. Я мог бы ударить тебя ножом, и они, скорее всего, нашли бы тебя только через три недели.       Лэнс отходит на некоторое расстояние между ними – на столько, на сколько позволяют коробки, стараясь не делать излишнего шума и едва сопротивляясь желанию ударить другого в челюсть.       — Ох! Так значит, «давно не виделись»!? Ты думаешь, это нормально – вот так влезать в мою жизнь и говорить это!? Отлично, так ты держал меня в неведении--       Кит неожиданно прижимает палец к его губам, бросая быстрый взгляд на пустой коридор.       — Шш. Не наседай на меня. Я вспомнил всё это четыре часа назад. И в голове всё равно пока ещё туманно.       Парень смягчается, опуская напряжённые плечи.       Кит перед ним.       Настоящий твёрдый Кит.       Тёплый и… живой.       Темноволосый парень выглядит в некотором роде виновато.       — Я не знаю, с чего начать. На самом деле, я рад, что ты не искал меня. Я знаю, что Широ, должно быть, предупредил тебя о моей потере памяти, но всё закончилось бы очень плохо, если бы ты попытался вернуть её. Наверное, это было тяжело, но и для меня это была не прогулка в парке. Мне снились сны о непонятном месте, где я, мог поклясться, никогда не был. Всё время одна и та же комната, наполненная растениями, кофейными кружками и музыкальными листами. Казалось, будто часть моей жизни исчезла.       Лэнс чувствует раздражающий зуд под веками.       — Ты помнишь последние моменты? До того, как проснулся? — спрашивает он предварительно, а пальцы сами собой дёргаются, чтобы дотянуться до другого и почувствовать его снова.       Это реально.       Глаза Кита смотрят на него.       Этот тёплый оттенок индиго, граничащий с холодным серым. Они больше не светятся. По крайней мере, сверхъестественным образом.       Лэнс думает, есть определенно горькая радость в этом сценарии, когда Кит говорит.       Его взгляд бесперебойно бродит по покрасневшему лицу Лэнса.       — Не очень. Я просто знаю, что ты искал меня. Я был там, но ты меня не видел. Как будто между нами был какой-то невидимый барьер. Я звал, но ты не смотрел в мою сторону. Это было похоже на то, как застрять в кошмаре. Я не знал, что будет дальше. Это было ужасно.       Лэнс чувствует плотную ладонь на плече, просто спокойно лежащую там. Он не отрывает взгляда.       — Прости за всё, Лэнс. Я сказал тебе избавиться от ключа, чтобы избежать всего этого... хаоса. Но я рад, что ты этого не сделал. И я здесь сегодня только потому, что ты решил, что меня стоит спасти.       — Я чуть не попал в психушку из-за тебя.       — Даже представить не могу, каково это должно было быть.       — Да из-за тебя я по-тихому чуть не извёл себя!       Кит делает осторожный шаг ближе.       — Я этого не стоил, поверь мне.       — Это звучит как какое-то токсичное дерьмо. — Лэнс испускает смех и просто обнимает этого глупого уже-не-призрака, после чего крепко сжимает то, что ему очень дорого. Кит обнимает в ответ, притягивая ещё ближе. — Ты больше не причинишь мне такой боли, да?       — Конечно, нет. Мне кажется, или я уже обещал тебе это в какой-то момент? — бормочет Кит в плечо, запуская пальцы в коричневые короткие волосы.       Они мягко раскачиваются из стороны в сторону, обнимаясь плотно и не расслабляя хватки ни на секунду.       — Ты знаешь, что я был фанатом твоей музыки?       — Широ сказал мне, да.       — Я вспомнил, когда одна из твоих новых песен заиграла на радио. Посмотрел на ключи от моего велосипеда и просто – щёлкнуло. Всё это.       — Хэй, — шепчет Лэнс, поглаживая рукой по раскрасневшейся щеке Кита. Его глаза так чертовски нежны, излучают странного рода тепло. — Ты помнишь и это-- это замечательно. Я счастлив, и я также рад, что ты вернулся к людям, которые тебя любят. К своей семье. Ты снова целая личность, и нет ничего лучше этого. Просто знать… что ты в порядке, было более чем достаточно, даже если ты не помнишь.       — Не думаю, что этого было бы достаточно для меня, хотя-- — украдкой взглянув в сторону, Кит решает признаться, прикасаясь губами к его ладони. Бабочки трепещут в животе второго парня при соприкосновении. — Даже если бы я вспомнил тебя через десять лет, я бы всё равно совершил поездку.       Количество непреодолимой привязанности настолько огромно, что грудная клетка Лэнса больше не способна её сдерживать. Он продолжает переполняться каждым словом, которое говорит Кит, и «спасибо», кажется, становится краем. Это глухое желание, усиливающаяся с каждой секундой, проведенной вместе.       Лэнс пересекает крошечное, ничтожно разделяющее расстояние между ними, и рот останавливается в сантиметре от губ его навсегда-оставшегося-таковым-призрака.       Кит первым подаётся. Целуя очень медленно, почти лениво, как будто у них есть всё время в этом мире, и рука спокойно дотрагивается до худой талии Лэнса, поднимаясь вверх по спине...       — Останься на этот раз? — предлагает, как только они отрываются. Руки Кита подымаются и сцепляются за его шеей. — Я уверен, ты понравишься моим собакам больше в человеческой форме.       — Звучит как план. — ухмыляется Кит и притягивает Лэнса, чтобы снова поцеловать.

Конец.