Как два брата счастье искали

ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ В аэропорт мы с отцом приехали на машине с открытыми окнами. В Ханге было плюс двадцать пять, в бескрайнем голубом небе — ни облачка. Прощаясь с Айленом, я надел свою любимую футболку, черную с лисом, но в руках нес теплую ветровку. На западе штата Мирон притаился маленький городок Лилон, где погода почти всегда пасмурная. Осадков там выпадает больше, чем на всей территории Старка. Из этого унылого, наводящего тоску города отец уехал, прихватив меня, оставив брата. До четырнадцати лет я каждое лето ездил в этот жуткий город, а потом взбунтовался, и три последних лета мой брат Дей брал меня на две недели в Нико. И вот я переезжаю в Лилон , причем по собственной воле. Решение далось мне нелегко, потому что этот городок я люто ненавидел. Мне нравился Ханг с его ослепительно ярким солнцем, зноем, шумом и вечной неугомонностью. — Нару, — позвал отец, и я догадался, что он сейчас скажет. — Еще не поздно передумать, — в тысячу первый раз предложил он. Мы с отцом очень похожи, только у меня короткие волосы, а на щеках лисьи усы. Я заглянул в его большие, по-детски чистые глаза, и сердце болезненно сжалось. Неужели я бросаю своего милого, любящего, недалекого папу? Конечно, теперь у него есть Кушина, которая позаботится, чтобы счета были оплачены вовремя, холодильник не пустовал, и в машине хватало бензина, но все же… — Хочу уехать, — твердо сказал я. Врать я всегда умел, а в последнее время так часто повторял эти слова, что почти поверил в них сам. — Передавай привет Дею, — сдался папа. — Обязательно, — вздохнул я. — Мы расстаемся ненадолго. Пожалуйста, не забывай, что можешь вернуться в любую минуту… Если что-то случится, позвони, и я за тобой приеду. — Ни о чем не беспокойся, — уверенно отозвался я. — Все будет в порядке. Отец, я тебя люблю! Минато храбрился, но я чувствовал, что он не до конца откровенен. Потом он прижал меня к себе, мы поцеловались, и я пошел сдавать багаж. Итак, впереди четырехчасовой перелет до Крена, затем пересадка, еще час до Урена и, наконец, час езды на машине до Лилона. Летать мне нравилось, а вот целый час в машине с Деем — это меня не радовало. Нет, брат вел себя отлично и, казалось, искренне обрадовался, что я решил перебраться к нему. Он уже записал меня в школу и обещал подыскать машину. Проблема заключалась в том, что ни меня ни Дея разговорчивыми не назовешь, да и обсуждать нам почти нечего. Вне всякого сомнения, мое решение уехать из Ханге немало его удивило: как и отец, я не делал секрета из того, что ненавижу Лилон. Урен встретил меня проливным дождем. Впрочем, я воспринял ливень не как дурной знак, а скорее как что-то неизбежное. С солнцем я уже попрощался. Брат приехал за мной на патрульной машине. Это тоже предвидел, ведь для всех жителей Лилона Дей — лучший друг шефа полиции Учиха. Вот почему, несмотря на стесненность в средствах, я решил купить собственный автомобиль — не хотел разъезжать по городу на машине с мигалками. Мне кажется, именно патрульные машины создают пробки на улицах. Спускаясь по трапу самолета, я поскользнулся, упав прямо в объятия братика. — Рад видеть тебя, Нару, — промолвил он, осторожно опуская меня на землю. — Ты почти не изменился. Как Минато? — С отцом все в порядке. Я тоже рад встрече, братик. — Дейдарой я звал его только за глаза. О чем же с ним разговаривать? Багажа у меня было совсем немного. Хангенський гардероб для Мирона не подходил. Мы с отцом постарались купить побольше теплых вещей и потратили кучу денег, но того, что купили, явно не хватит. — Я нашел тебе классную машину, и цена подходящая! — объявил брат, когда я устроился на переднем сиденье и пристегнулся. — Что за машина? — решил уточнить я. Почему-то мне не понравился тон, которым он сказал «классную». — Ну, вообще-то это «прайз». — Где ты его нашел? — Помнишь Итачи Учиху из Вейрона? — Вейрон — небольшая ринейская резервация на побережье. — Нет. — Прошлым летом он ко мне приставал, — подсказал Дей. — А теперь он ушел весь за роботу и за руль уже не сядет, так что пикап отдает дешево. Именно поэтому я не помнила Итачи. Мне всегда удавалось блокировать болезненные и ненужные воспоминания. — И сколько пикапу лет? По выражению лица Дея я понял, что этого вопроса он опасался. — Ну, Ита вложил в мотор кучу денег, и работает он теперь как часы. — Сколько лет пикапу? — Пусть Дей не надеется, что я сдамся без боя! — Ита купил его году эдак в 3484. — Он купил его новым? — Вообще-то, нет. А год сборки… ну, конец пятидесятых — начало шестидесятых, — нехотя признал брат. — Дей… Братик, я же не разбираюсь в машинах и, если что-то сломается, починить не смогу. А на механика денег нет… — Ради бога, Нару, тачка — просто зверь, таких больше не делают! Что же, «зверь» звучит неплохо. — И сколько Ита хочет за «зверя»? — В финансовых вопросах придется быть бескомпромиссным. — Вообще-то я его уже купил и собирался тебе подарить. Добро пожаловать в Линон, Наруто! Вот так! Бесплатно! — Ну, зачем же, братик! Я вполне могу позволить себе купить машину. — Да ладно! Хочу, чтобы тебе здесь понравилось! — заявил Дейдара, внимательно наблюдая за дорогой. Особой чувствительностью брат не отличался. Наверное, это передалось и мне — отвечая, я старался не встречаться с ним взглядом. — Огромное спасибо, братик! Я очень рад! — Зачем напоминать, что в Линоне мне в принципе не могло понравиться. Совершенно необязательно портить настроение Дейдаре, тем более что дареному пикапу в зубы не смотрят. — Ну что ты, братик! Всегда пожалуйста! — смущенно пробормотал он. Немного поговорив о погоде, для которой существовало только одно определение — «паршивая», мы стали молча смотреть в окна. Справедливости ради стоит заметить, что за окном было очень красиво. Море зелени: листва, мшистые стволы деревьев, на земле — толстый ковер из папоротника. Даже просачивающийся сквозь листья свет казался зеленым. Похоже, я попала на зеленую планету! Наконец мы приехали к Дею. Он по-прежнему жил в небольшом двухэтажном коттедже, который много лет назад ему подарил отец. У дома — похоже, над ним не властно время — стоял мой «новый» пикап, серебряный, с большими закругленными крыльями и просторной кабиной. Как ни странно, «зверь» мне понравился. Неизвестно, как он ездит, но я мог легко представить себя за рулем. Такие пикапы я много раз видел в кино — без единой царапинки они гордо стоят в самом центре аварии, окруженные разбитыми всмятку легковушками. — Братик, машина отличная, спасибо! Теперь завтрашний день казался не таким страшным — не придется идти две мили до школы под проливным дождем или ехать на патрульной машине с Деем и Итой. — Рад, что тебе понравилось, — пробурчал брат, снова смущаясь. Все мои вещи мы перенесли наверх за один заход. Дей отдал мне северную спальню с окнами во двор. Эту комнату я хорошо знал, потому что, приезжая к брату на лето, жил именно в ней. Деревянный пол, оранжевые стены, высокий потолок, красивые кружевные занавески на окнах — все это было частью моего детства. Дей только купил большую кровать и письменный стол. На столе стоял новый компьютер, а от модема тянулся провод к телефону. На модеме настоял отец, чтобы мы постоянно были на связи. В потертом кресле-качалке стояла моя любимая машинка. Ванная одна на два этажа, так что придется делить ее с Деем. Да, перспектива не самая радужная. Одно из лучших качеств брата — ненавязчивость. Подняв по лестнице мои сумки, он ушел, чтобы я мог спокойно распаковаться и устроиться. Минато на такие подвиги не способен!.. Как здорово, что можно побыть наедине с собой, бездумно смотреть на дождевые капли и немного поплакать. Хотя нет, реветь я сейчас не буду, оставлю это удовольствие на ночь. Тем более что завтра в школу. В средней школе Линона было триста , а со мной триста один учащихся. В Ханге только на моей параллели училось больше! Местные жители мобильностью не отличаются, так что мои одноклассники знают друг о друге всю подноготную. Меня же и через пять лет будут считать новеньким. Жаль, что я не выгляжу, как типичный житель Хангу: не высокий, темноволосый, бледнокожий. Все это не обо мне, хотя большинство моих друзей попадают под это определение. Кожа у меня загорелая и никакого намека на карие глаза и темные или хотя бы каштановые волосы. Выложив одежду на низкий сосновый столик, я достал туалетные принадлежности и пошел мыться. Посмотрев на себя в зеркало, аккуратно расчесал влажные спутанные волосы. Надеюсь, все дело в освещении, — цвет лица казался мне слишком темным. Даже наплакавшись вдоволь, я долго не мог заснуть. Мешали постоянный шум дождя и шелест ветра. Я накрылся одеялом с головой, а потом положил сверху подушку, но сон пришел только после полуночи, когда дождь превратился в морось. Выглянув утром в окно, я увидел лишь густой туман. Сквозь грязно-серые тучи не проникало ни одного солнечного луча, и я почувствовал себя словно в клетке. Завтрак прошел спокойно, и Дей решил поехать в школу со мной.