Киборг!Тед, космодесантник и рыжий киллер

      Унылому Роджеру приходилось так часто трепать нервы о суровую действительность, что он научился предчувствовать очередное идиотское положение, в котором обязан будет оказаться. Сакаи вздохнул, принимая судьбу смиренно, но с достоинством.       — Вам плохо? — участливо спросила милая девушка Полина. Роджер так и не успел спросить — приходится она дочерью капитану или нет.       — Предчувствие, — честно ответил он.       Почему-то это вызвало восхищённые взгляды не только Полины, но и молчаливой Натальи.       — Предчувствие битвы? — уточнила женщина, поправив очки. Она спрашивала как профессионал профессионала. Ей был знаком этот сорт интуиции, когда до тебя сквозь время долетает горький пепел надежд, обернувшихся прахом.       — Увы, нет. Потомку самураев не пристало тосковать перед боем. Я предвижу урон не здоровью, но гордости.       — Не, — раздалось вдруг над ухом, соседский пилот подобрался к нему совершенно неслышно. — Когда розыгрыш предвидят, то смешно уже не получается.       Сакаи сглотнул. Если судьба убрала своё орудие в виде верзилы с тортом, это означало лишь, что она сменила тренировочный меч на настоящую катану. Пакость надвигалась грандиозная.       Фрэнк не обманул его ожиданий. Шпионский киборг ловким кувырком, который выглядел полётом вслед упавшему бутерброду, оказался возле пульта. Рядом с «демоном». Оттер мнимого брата по цеху локтем и радостно загалдел преглупо и громко:       — О, здрасьте! В смысле, извините нашего охранника! Мы вас сбивать не будем! Ну… без приказа отца-настоятеля… Если он скажет, то… Но вы ведь не будете сильно грешить, да?       Фрэнк изображал неуверенного и недалёкого шумного юнца ещё старательнее, чем на «Сигурэ». Не кричал, но издавал звуки так, что с первых слов перекрыл все разговоры. Соседский навигатор деловым жестом прикрыл ухо, будто такое наглое обращение для «Герцога Ада» было в порядке вещей. Он кивнул Фрэнку, повторил требования к «Звёздному драккару» и отшагнул прочь от пульта, предоставляя место для импровизации.       Шпионский киборг начал вовсю работать по специализации:       — Мы не еретики какие-нибудь! Я всего лишь послушник… У меня нет права запретить ему вас сбивать! Пожалуйста, подождите, пока месса закончится! Отец-настоятель всё решит!       Капитан-космодесантник, как Роджер уже хорошо успел узнать за время подслушивания, мало общался с гражданскими и понятия не имел, что конкретно экипаж имеет право себе позволять, а что — нет. Станислав Петухов сперва растерялся от такой наглости чужого подчинённого, но увидев реакцию собственного навигатора, пришёл к выводу, что такой театр абсурда для мирных граждан в пределах нормы. Он подошёл к Роджеру и попросил объяснить что происходит. Сакаи сам был не рад тому, что понимал.       — Ваш навигатор знает капитана «Звёздного драккара». Он хочет всех нас обезопасить. Фрэнк ему в этом помогает. Теперь всем нам придётся изображать перед пиратами религиозную общину, когда эти пираты выторгуют себе право спуститься на планету, — правдиво ответил бывший космокоп.       — А что ему, собственно, здесь нужно? — спросил наёмник-космодесантник так, будто был совершенно добропорядочным военным на пенсии, а не приглядывал за разработкой нового наркотика.       Роджер восхитился такой игрой. Да, пожалуй, с таким актёром в роли грозного отца-настоятеля у них были шансы. Что-либо скрывать больше не было смысла.       — База Альянса. Мы сами искали её всё это время, но лишь убедились, что её здесь нет.       — Значит, религиозная община… — протянул капитан Петухов. — «А что вы успели узнать о нас, будем разбираться позже», — повисло невысказанным между ними.

***

      Джилл оказалась в раю. Она не умерла, хоть и была близка к тому. Но замечательный добрый доктор её вылечил. А красавчик-вампир делал всё, чтобы она поправлялась скорее. А потом Джилл вволю наговорилась с теми, кто действительно понимал её — и с Михалычем, и с Полиной. Никто на «Сигурэ» не смыслил в механизмах и романтике.       А потом оказалось, что у капитана-космодесантника скоро День Рождения. И сюрприз получился отличным.       Всё было просто замечательно, пока Фрэнк не поделился новостью о том, что никакой Базы нет. И на связь вышел Балфер.       Взаправду можно было решить, что неудачи преследуют Роджера Сакаи. Но Джилл не променяла бы место на «Сигурэ», даже если бы ей кто-нибудь предлагал остаться на безымянном транспортнике вторым механиком.       Пусть даже в честь своего дня рождения Станислав Петухов велел всем гостям срочно вязать шапочки из световодов, а её назначил плести папскую тиару.

***

      Станислав посмотрел на кружок рукоделия и хмыкнул. Разумеется, приказ пришлось немного видоизменить, но результат вышел неожиданным. Владимир ничего вязать одной рукой точно не мог. Денис, к которому появилось несколько вопросов, должен был дежурить у пульта и изображать из себя строгого защитника сектантов. Полина запуталась в световодах и была отстранена.       Михалыч ловко обращался со знакомым материалом. Кропотливая Наталья пристально следила за движениями мозолистых пальцев и старательно повторяла. Но лучше всех с плетением шапочек справлялись, как ни странно, Теодор и находчивый соседский навигатор. Парни поглядывали друг на друга и всё ускоряли мельтешение спиц.       — Капитан, они просят отца-настоятеля! — позвал Дэн.       Станислав Федотович принял из рук девушки-механика жутковатое нечто. И, содрогнувшись, нахлобучил поверх фуражки. Богомерзкая блескучая кофта навигатора была безжалостно разрезана виброножом и наброшена на плечи. Полина скоренько приметала еë к наплечникам капитанского кителя. Ветеран космодесанта чувствовал себя шутом гороховым и именно поэтому сохранял невозмутимое выражение лица. В конце концов, это было лучше, чем гномика в детском саду играть. Никаких стишков заучивать не надо было. И то хлеб.       Капитан, то есть отец-настоятель, встал так, чтобы внушительно смотреться в кадре, и велел включить видеосвязь. Денис так послушно выполнил команду, что световодная папская тиара перестала давить на фуражку так уж сильно.       Станислав зря грешил на свой облик. В кресле пиратского коралбя сидел человек с красивым, но отталкивающим лицом. Наряд его был ещё смешнее, чем облачение главы культа: гигантские эполеты с кручëными кисточками, лабиринты из золотой канители между тремя рядами алмазиков-пуговок и расшитые золотой проволокой толстые манжеты до локтей, пиратский капитан был уже вне символов и слов.       — Я, адмирал Балфер, капитан «Звëздного драккара», приветствую вас, святой отец, — он старался выглядеть одновременно опасным и вежливым. Суровое и вроде как гордое лицо над пышно отделанным воротником смотрелось нелепо, как приклеенное.       — И вам добрый день, —ответил Станислав, отчаянно пытаясь припомнить, как разговаривают духовные лица. Голову приходилось держать неподвижно, так как световодные петли норовили сползти на глаза. — Да снизойдëт на вас свет кратчайшим путëм и поможет в ваших поисках Истины.       — Благодарю вас, — кивнул пират. — Я как раз ищу одного человека. Роджера Сакаи. Вы или кто-то из ваших людей его не встречали?       Станислав очень осторожно кивнул, проклятая шапка была тяжелее, чем он думал:       — Человек с таким именем скитался по этим землям, когда мы прибыли. Он попросил прибежища и принял постриг.       — Он был один? — насторожился Балфер, он даже в кресле привстал.       — Его товарищи оставили его. Мы не спрашиваем, какими путями ходили братья во тьме, пока не пришли к Свету. Но брат Роджер сам сказал, что его оставили искать сокровища бренные, которых не может быть на столь бедной планете. Но мы помогли обрести ему сокровища истинной веры. — Боковым зрением Станислав заметил движение — Сакаи уронил голову в ладони.       Невыразительное лицо самозваного адмирала стало совсем пластмассовым, он старался не расхохотаться.