Дом у озера

Гарри спал. Ночь выдалась по-летнему теплой и свежей. Молодой месяц светил прямо в открытую форточку его палаты в больнице Святого Мунго. Гарри ничего не снилось. Это было хорошо. Отвесные сизые тени мягко скользили по тумбочке и расставленным полукругом стульям. Где-то далеко запел соловей. Где-то далеко, но уже ближе, с ревом прочертила асфальт спортивная машина, разгоняясь до неприличных скоростей по безлюдным проспектам Лондона. Где-то совсем близко разбилась колба с зельем, которое, шипя и пенясь, потекло по синей плитке ординаторской. Где-то… Нет, не где-то, а вот здесь, на расстоянии вытянутой руки, в нескольких шагах от больничной койки Гарри Поттера с характерным звуком щелкнул замок двери в палату. Привычный к экстремальным ситуациям, Гарри проснулся и резко распахнул глаза. Дверь в палату отворилась почти бесшумно. Гарри снова закрыл глаза, стараясь сделать вид, что спит, но сердце бухало в груди, как набат. Раздались шаги, подходящие неторопливо все ближе и ближе. Это явно были не широкие, возбужденные шаги Клевуса, не порхающие шажочки медсестер, это была поступь уверенного в себе человека, решившегося на что-то. Свои бы не побоялись его разбудить, а чужих Гарри видеть не хотел, тем более ночью. Он лихорадочно стал прикидывать, что имеет в сухом остатке. Быстрое передвижение было ему недоступно, как и магия. Впрочем, воспользоваться магией можно попытаться, вот только палочка лежала на тумбочке, чтобы ее достать, необходимо перевернуться на другой бок и вытянуть правую руку почти на всю длину. Гарри чуть не взвыл от отчаяния. Количества необходимых действий было преступно много. Внезапно незнакомец остановился прямо напротив кровати Гарри. Юноше казалось, он слышит прерывистое дыхание и чувствует тяжёлый пристальный взгляд. Гарри уже был уверен, что его посетитель мужчина, и что ничего хорошего он не задумал. Зашуршали складки тяжелой ткани и вмиг утихли. Еще секундное копошение, и опять все замолкло. — Ну вот и конец, — услышал Гарри тихий хриплый шепот, и в ту же секунду, приложив все свои скромные силы, перевернулся на правый бок, хватая палочку и замирая где-то между краем кровати и полом. Мимо него, в миллиметре, просвистела зеленая вспышка Убивающего заклятия, и Гарри резко распахнул глаза. Открывшаяся глазам картина не радовала. Напротив его койки стоял высокий, широкоплечий мужчина в темной тяжелой мантии Пожирателя Смерти с надвинутым на лицо капюшоном. — Остолбеней! — крикнул Гарри. На кончике палочки вспыхнула одна маленькая красная искорка и погасла. Мужчина в мантии громко и  неприлично заржал. — Значит, это и есть победитель моего Повелителя? — у него был низкий грубый голос, — Мальчишка не способный на заклинание! О, мой Лорд, вы как всегда на высоте, даже после смерти! Гарри было странно слышать, что кто-то так открыто обращается к мертвому, но, впрочем, это была меньшая из его проблем. Притворяясь спящим, он не слышал, чтобы Пожиратель накладывал на палату чары заглушения, а потому оставался шанс, что их в любую минуту застанут работники больницы. — А знаешь что, Поттер, — проговорил Пожиратель, отсмеявшись, — Никакой ты не герой, и я докажу это, убив тебя. Но для начала, развлечемся. Он поднял палочку, и Гарри понял, что ему буквально некуда деваться. Понимание своей полной беспомощности захлестнуло как морская волна, принося с собой настоящую панику. Он открыл рот и что есть силы крикнул, надеясь, что уж так-то его должны услышать. Но не прошло и двух секунд, как в него прилетело Силенцио, и Пожиратель, подойдя вплотную, со всей силы врезал Гарри по лицу, отчего у парня мгновенно брызнула носом кровь, и голова дернулась в противоположную сторону, только каким-то чудом не оторвавшись от шеи. — Ты будешь хорошим мальчиком, орать ты не будешь, — негромко прошептал Пожиратель и, о ужас, провел лопатообразной ладонью от шеи по спине Гарри, ниже к позвоночнику и бедрам. — Ты жалок, — заключил он и бросил на дверь запирающее заклятие. Гарри готов был с ним согласиться. Без магии, почти неподвижный… После удара тело опять перестало его слушаться. Единственное, на что он мог теперь надеяться, что умрет без особых мучений. Но у Пожирателя и на этот счет было свое мнение. — Я бы развлекся с тобой, да не хочется марать руки о такую гниду, как ты, — сказал он снова отходя к изножью кровати, — Так что лучше я просто посмотрю, как ты гниешь самостоятельно. Во славу великого Темного Лорда! Он направил палочку прямо на грудь Гарри и шепнул: — Вессцендиум Мори*! Из его длинной, чуть кривоватой палочки вырвалась красная, переплетенная с фиолетовой лента. Медленно, гораздо медленнее скорости обычного заклинания, она долетела до груди Гарри и, коснувшись его пижамной рубашки, разошлась по всему телу неприятной низкой вибрацией. Секунду ничего не происходило. А потом Гарри закричал так, как никогда раньше. Он наверное сорвал себе связки, но только проверить это было невозможно, потому что голос надежно блокировался заклятием немоты. Боль буквально прошила его всего насквозь. Это было хуже Круциатуса. Кое-как разлепив веки, Гарри с ужасом увидел, что руки, шея, грудь — все в лоскутных ранах. На еще не тронутом проклятием участке кожа лопалась, как будто подгорая, загибаясь некрасивыми, пахнущими смрадом концами наружу, и из открытого глубокого пореза сочился гной. Пожиратель смеялся, говорил что-то, но Гарри был не в силах ничего понять. Сознание поминутно покидало его от болевого шока, но заклинанием мучитель возвращал его в настоящее. Теперь Гарри действительно мечтал поскорее умереть. Что угодно, лишь бы это прекратилось! Поэтому, когда дверь буквально взорвалась на мелкие щепки, он не особенно обратил на это внимание. Мимо его затухающего сознания пронеслось и то, как молниеносно в палату влетели Дамблдор и Снейп, оба с искаженными от бешенства лицами, а за их спиной, чуть ли не плача семенил целитель Идригсон. Одним метким заклинанием Дамблдор наложил серебристые путы на Пожирателя и выбил из его рук палочку. Тот пытался вырваться, кричал какие-то ругательства, но Дамблдор снова взмахнул рукой, и Пожиратель погрузился в глубокий сон. Тем временем, Снейп бросился к Гарри, который уже находился в отключке какое-то время и не собирался приходить в себя. — О боги, — ахнул за спиной Снейпа целитель, — Что… Что с ним? — Последствия отсутствия хоть какой-то системы безопасности в вашей больнице, очевидно, — холодно отозвался Дамблдор, — Северус. Ты его вылечишь? Снейп тем временем, уже шептал какие-то заклятия над все еще раскрывающимися ранами Поттера. Он поспешно кивнул. — Скорее всего. Это древнее, очень темное проклятие. Дайте мне полчаса. — Надеюсь, они у нас есть, — шепнул Дамблдор, отходя в сторону.

***

Просыпаться в больнице после потери сознания для Гарри, кажется, уже становилось нормой. Он глухо застонал, но не от боли, а от облегчения. Он лежал, не открывая глаза, очевидно на той же больничной койке, только полностью раздетый, хоть и под одеялом. По всему телу бродило легкое ощущение экстаза, почти невесомости. Причина этого пьянящего чувства сейчас расположилась в районе левого плеча Гарри. Он еще больше зажмурился и даже тихо заурчал, когда его руки, надсадно болящей, коснулась влажная прохладная лента, мягко обволакивая ноющую кожу, чуть сдавливая и мгновенно отпуская, даря ощущение комфорта и легкой возбужденности. — И долго еще вы, Поттер, будете изображать спящую красавицу? Бархатистый язвительный голос мигом отрезвил ластящегося Гарри. Поттер вздрогнул, распахивая глаза и поворачивая голову к источнику приятных ощущений, по совместительству профессору Снейпу. Оказалось, что нежные ленты, это заклятие, которое накладывал на его порезы профессор. Оно действительно вырывалось из кончика палочки сиреневатой линией, обводя грязные, гнойные воспаления Гарри прохладным контуром. — Сделайте милость, не дергайтесь, иначе шрамы останутся, — хмыкнул ему Снейп, не прерывая своего занятия. Гарри покраснел. — Простите, сэр, — прошептал он. И, покосившись на другую руку, сейчас полностью излеченную, пробормотал, — Спасибо. Снейп на миг оторвался от своего занятия, пристально заглядывая в глаза Гарри. И Поттер ответил ему таким же внимательным взглядом, чувствуя, что краснеет и волнуется. Сердце забилось быстро-быстро, и Гарри закусил губу, чтобы не выдать свое состояние внезапным стоном, который почему-то хотел вырваться из его горла. Заметив это движение, Снейп как будто смутился и тут же вернулся к прерванному лечению. — Не за что, Поттер, — шепнул он. Какое-то время они просидели молча. Гарри внимательно следил за аккуратными, точными движениями палочки Снейпа. Прошептать заклятие, описать в воздухе восьмерку и прикоснуться концом палочки к порезу. Когда ран оставалось всего несколько, в районе левой кисти, Гарри, наконец, приоткрыл слипшиеся от долгого молчания губы и прохрипел: — Сэр… А что это вообще такое? Никогда не слышал о подобных заклятиях. Снейп взглянул на него исподлобья. — Естественно, вы о нем не слышали Поттер. Это старое проклятие. Было изобретено в Германии в тринадцатом веке. Неким волшебником, считавшим себя блюстителем морали. Всех, кто по его мнению нарушил законы чести, он подвергал изощренной пытке, а общественности говорил, что это Бог покарал их за непослушание, — Снейп хмыкнул, — Поразительно богатая фантазия. Сейчас это проклятие запрещено во всех странах. Но Волдеморт его очень любил и привил эту любовь многим своим Пожирателям. — А кто это был? — спросил Гарри. — Руквуд, — шепотом произнес Снейп, — Только такой идиот как он, был способен напасть прямо в больнице. — Сэр, а как вы… Поняли, что на меня напали? — Гарри догадывался, даже почти знал наверняка, но отчего-то искал все новые и новые возможности поговорить со Снейпом. Молчать сейчас казалось немыслимым. — Вы же знаете, Поттер, — лениво произнес Снейп, медленно вставая со стула. Все раны Гарри он вылечил, — На вас наложены медицинские сигнальные чары. Когда этот недотепа Идригсон расшифровал их и понял, что до сегодняшней ночи вполне бодрый пациент находится в шаге от мучительной смерти, он тут же послал Патронуса Дамблдору. На ваше счастье, я в тот момент был рядом с директором. Целители, как вы могли догадаться, не знают о контр-заклятии такого неприятного проклятия. — Спасибо, сэр, — снова повторил Гарри, заглядывая в глаза Снейпа, — Вы снова спасли мне жизнь. — Видимо, у меня карма такая, — устало вздохнул тот, но Гарри чувствовал, что профессор не сердится. — А ваше проклятие совсем спало? Снейп кивнул. — Со смертью Темного Лорда завершились действия всех проклятий, наносимых им самим или с его покровительства. Поттер, не многовато ли вопросов за день? — спохватился он. — Но вы так хорошо отвечаете, — пожал плечами Гарри, уже не стараясь разобраться, почему ему так не хочется, чтобы Снейп уходил. Профессор олицетворял спокойствие и защиту в глазах подростка, как раз то, чего Гарри в последнее время очень не хватало, — Может, вы еще расскажете мне, как Руквуд вообще смог сюда пробраться? Он же должен быть в розыске! Снейп развернулся всем корпусом к своему студенту, внимательно заглядывая ему в лицо и складывая руки на груди. Гарри на секунду подумалось, а не собирается ли профессор, случаем, прочесть его мысли, но тут же отринул эту идею. Снейп слишком ценил личное пространство, чтобы врываться в чужую голову без предупреждения. Однако Гарри мысленно снял все барьеры с сознания. Неизвестно почему (но ему хотелось думать, что из благодарности), он стремился полностью открыться перед Снейпом, позволить ему рассмотреть его, Гарри, под всеми углами, если это потребуется. — Я думаю, профессор Дамблдор сможет рассказать это гораздо лучше, — негромко ответил Снейп, не прерывая зрительного контакта, — По крайней мере, в отличие от меня, директор наверняка сможет воздержаться от нелестных эпитетов в адрес руководства этой больницы в целом и одного конкретного целителя в частности. Гарри улыбнулся. Привычные язвительные интонации успокаивали не хуже сиреневых лент контр-заклятия. — Они не поставили защиту на дверь в палату? — догадался он. Снейп коротко кивнул, отворачиваясь. Гарри не был до конца уверен, не заглядывал ли все-таки профессор в его сознание, но странные, спокойные реакции Снейпа на Поттера, его неожиданно мягкий тон и постоянные долгие взгляды заставляли мурашки толпами бегать по позвоночнику юноши. О причине легкого возбуждения он обещал себе подумать позже. Слишком приятно было просто покачиваться на волнах кружащих голову тягучих ощущений. — Все, Поттер, — холодный голос слегка отрезвил замечтавшегося паренька, — Я вас вылечил, этого довольно. Вероятно, вы почувствуете откат в магическом и физическом состоянии, вызванный стрессом организма. Придется вам поработать над собой еще подольше. Теперь спите, отдыхайте, вам надо набираться сил. И, Поттер, — Снейп, до этого медленно вышагивающий к выходу из палаты вдруг остановился и, резко развернувшись, снова взглянул прямо в глаза пациента. Кажется, Гарри на миг забыл как дышать, утопая в черных бездонных глазах преподавателя. Губы Снейпа тронула усмешка. — Не выдумывайте себе лишнего. Контр-заклинание Вессцендиум Мори в связи со способом лечения иногда вызывает ложное чувство интимности процесса. Не ведитесь на провокационные побочные эффекты. Доброй ночи. И с этими словами Снейп буквально выскочил за дверь, оставляя Гарри одного в палате с наполовину вставшим членом, в состоянии легкой головокружительной эйфории.