Выбор сердца

Любые отношения строятся на доверии, без этой очень маленькой, почти неуловимой частички не будет счастья и спокойствия. Принц прекрасно понимал, его омега очень соскучился по брату и хочет провести в его компании как можно больше времени. Изуку так обрадовался, когда они собрались ехать к его брату в гости, что Кацуки сам воодушевился этим моментом. В этот момент он разделил радость со своим будущим супругом, это было так прозрачно, но слишком ощутимо. Поэтому сейчас, находясь во дворце и нервно расхаживая по своему кабинету, он старался успокоить себя мыслью, что с его любимым все в порядке. С того момента как он прибыл во дворец, он погрузился в работу, от которой его «отвлекала» гостья отца. По прошествии нескольких дней, он отправил письмо омеге, в котором интересовался о его здоровье, и когда тот вернётся. Он и не заметил, как прошло чуть больше двух дней после выходки «гостьи», выговора отца и завала работы. Он чувствовал, как силы медленно вытекают из него. Война с Кецубуцу уже не была просто словами короля, она была фактом с не самыми радужными последствиями. Воспоминания о сне только поднимали какую-то тревогу внутри, он боялся, что могло что-то произойти. Его сущность рвала и метала, воображение только подливало масла в огонь своими картинками с возможными причинами отсутствия ответа на письмо. При дворе уже начали ползти слухи о том, что молодой принц Кацуки передумал брать в супруги Мидорию Изуку и предпочел ему дочь графа Незу. Девушка быстро нашла общий язык с придворными дамами, в отличии от Изуку, сбегающего при удобных случаях в приют или запирающегося в библиотеке или спальне с книгой. Спокойствие шло к чертям, и альфа следующей ночью после работы собрался ехать к Ииде. Отец, Киришима и еще запертые ворота не дали ему возможности воплотить свой план в реальность. На следующий день Мирио и его люди по приказу принца Бакуго были отправлены за будущим супругом Кацуки. Однако, пришедший окровавленный шлем рыцаря Мирио говорил о невыполненной миссии и об огромной потере. На следующий день, с огромной тревогой в сердце, принц Бакуго со своими людьми из небольшого отряда добрались до поместья четы Ииды. Рыцарь Мирио и его люди были с честью похоронены. Королевский двор плакал. Все винили коварных разбойников, напавших на отряд Мирио и опустошивший поместье Ииды. Только несколько человек в королевстве понимали, чтобы убить прирождённый талант и его храбрых воинов, нужны опытные, погрязшие в крови души. Наемники были в списке подозреваемых. При дворе снова стали ходить слухи о тайной смерти будущего супруга принца, убитого или взятого в плен врагами. Злые языки приплетали совершенно невообразимый бред к новой чепухе, стараясь найти выгоду в данной ситуации. Несмотря на военное положение в стране; Кецубуцу, собирающего силы для атаки; возможное покушение на королевскую голову; крики и запреты короля; принц Кацуки, выехавший рано утром на рассвете со своими людьми, отправился на поиски будущего супруга. Несмотря на сложившуюся ситуацию, альфа чувствовал всем сердцем, что с его омегой всё хорошо, но разыгравшиеся инстинкты заставляли поторопиться. Его люди обыскали все поместье, в котором ровным счетом ничего не осталось. Вся мебель, вещи и драгоценности были вынесены. Обыскали и рощу, склон и обрыв, но зацепок, кроме стрелы с кровью, не было. — Лодка внизу на месте, значит, они не могли спуститься вниз по реке, — Киришима обращался к Кацуки, что с задумчивым лицом обводил пальцами контуры обрыва. — Спуститься вниз можно не только с помощью лодки, — Кацуки посмотрел на окровавленную стрелу в руках, что-то шепча себе под нос, чего Киришима разобрать не смог. — Упав с такой высоты, — альфа посмотрел вниз, где протекала река и находилось небольшое озеро — никто не выживет. Альфа поднялся с корточек и выпрямился, смотря вниз и сжимая в руке стрелу. — Вот и посмотрим… Красный плащ с легкостью спустился у его ног, он отошел назад для разбега, под непонимающий взгляд Киришимы. Где-то сзади послышались шуршания листвы и чьи-то быстрые шаги. Из рощи навстречу принцу бежал юноша облаченный в доспехи его стражи с радостным выражением лица. — Господин! Господин! Господин! — кричал парнишка, и размахивал руками. Кацуки одарил человека хмурым взглядом, когда Киришима глупо заулыбался. — Чего тебе? — Там наши, — пытался восстановить дыхание бегун, — нашли господ поместья Иида. Парочка жива, мне передали, что с ребенком все в порядке. Альфа впервые за долгое время улыбнулся, значит, с семьей Ииды все в порядке. Хоть одна хорошая новость. Он посмотрел на Киришиму. — Предоставьте им покои во дворце. Он прыгнул. Под крик друга и бойца-парнишки. *** Изуку начинало мутить. Он упал с лошади, и если бы не вовремя поспешивший Зиг, неизвестно, чем бы этот случай обернулся. Омега потерял сознание, заставляя Иоко занервничать. Тэкэра, когда омегу уложили отдохнуть, прилег сверху на его живот и уснул, издавая странную, но красивую мелодию. Такое поведение дракона многих удивило и обрадовало, это означало, что он полностью привязался к своему «брату». Изуку проспал несколько часов, изредка корчась от боли, которую неумело пыталась приглушить рептилия. Дракончик лизнул нос Мидории, вызывая у того улыбку. Рядом находившийся Зиг умилялся омеге, и удивлялся поведению дракона. Погладив Изуку по волосам и получив недовольный рык со стороны Тэкэры, он ушел с Тсукино на охоту. Тсукино хоть и выглядел пай-мальчиком, на охоте превращался в зверя. Главное, что понял Зиг за все время знакомства с другом, его нельзя злить. Никто не захочет ходить с дырой в животе или припаленными волосами. Они отошли на приличное расстояние от их пункта остановки, подальше забредя в лес. Дичь в подобных местах была очень быстрой и проворной, но ничто не уходило от глаз Зига и слуха Тсукино, в итоге, животное все равно было приготовлено на ужин или обед. Альфы уже успели убить двух кроликов и сейчас выслеживали оленя, который благодаря своей прыти смог улизнуть. — Ты говорил с Изуку? — Спросил Тсукино, осматривая след, оставленный оленем. — Да, и этот разговор мне не очень понравился. — Что такое? — Он улыбнулся. — Омежка отверг тебя? — Позлорадствовал альфа. — Да. Тсукино обернулся на сзади стоящего альфу с широко раскрытыми глазами, полных удивления. — Он привязался к альфе сильнее, чем мы думали, и успел его полюбить. Он мне чуть выговор не сделал, рассказывая ересь про верность и любовь. Но это только больше привлекло меня, он не вешается мне на шею и не просит взять его в благодарность о подарке. — Тэкэра не подарок, — Брови альфы съехали к переносице — Дракон должен воссоединиться с хранителем. Это был мой и твой долг перед нашим отцом и самим Изуку. — Да знаю я, знаю! — Альфа помахал рукой перед лицом друга, призывая того к молчанию. — И все же, — продолжал альфа, игнорируя жест друга, — если ты действительно испытываешь к нему какие-то светлые чувства, не медли! — Тсукино смотрел в глаза Зигу, подмечая за собой, что теряет контроль над собственной силой. — Но, знай, как его армариус*, я не позволю тебе навредить ему, — К горлу Зига был приставлен наконечник копья. Двое альф стояли не шевелившись, смотря в глаза друг другу. — Я понял тебя, Лунный Армариус. Слова, произнесенные в эту минуту, давали в будущем Тсукино право убить Зига, если тот осмелиться нарушить данное слово. — Вот только, позволишь ли ты мне, прикоснуться к нему? Сам чуешь, он скоро потечет и еще ни один альфа к нему не прикоснулся, иначе бы Тэкэра не преклонил перед ним голову. — Зиг выдохнул, когда копье исчезло. — Соитие тел проходит вместе с соитием душ. Как я понимаю, ты хочешь его пометить, а значит, когда мы вернёмся, ты должен будешь взять на себя ответственность. Омега останется с альфой только в одном случае. Зиг ухмыльнулся, подходя к другу со спины и обнял его за шею одной рукой. — Если принадлежит ему. Так значит ты не против, тогда нам всем нужно еще немного задержаться. — Я устрою это, — Кивнул он, искоса поглядывая на своего друга. *** — Кха, кха, кха… Из-за ударов Киришимы по спине, альфа думал что откашляет не только воду, но и свои легкие. Он удачно прыгнул, не разбившись и не потеряв сознание, но умудрившись пораниться. Теперь правый бок кровоточил, а в легких была вода, как доказательство того, что он выжил после столь безумного поступка. — Ты точно сумасшедший! А если бы ты ударился головой?! Ты вообще о стране думаешь?! — Киришима был из того тесного круга людей, кому Кацуки позволял себя отчитывать без каких-либо последствий. Альфа был рад, ведь если он выжил, значит, его омега тоже выжил. Мысль о возможных ранах его здраво отрезвила, кто мог знать какую травму он мог получить? Кто в такой глуши мог помочь раненому омеге? — Пускай спускаются побыстрее, и идем дальше. Путь вблизи двух-трех километров попробуют найти хоть какие-нибудь зацепки, куда он мог направиться. Обыскивайте хижины, спрашивайте, делайте что хотите, но мне нужно знать, куда он пошел. — Ты издеваешься? Ты с раной хочешь продолжить?! — Начал закипать красноволосый. — Да! — Крикнул он в ответ — Слышишь? Да! Я продолжу искать его, несмотря ни на что! Пускай мне руку оттяпают, но я найду его! Я уже потерял его однажды и не позволю себе потерять снова… Киришима открыл и закрыл рот, словно рыба. Он сжал плащ друга в руках, стараясь себя пересилить. Он должен защищать принца, это его долг, он знает это с самого своего детства. И вот только сейчас, впервые в своей жизни, он увидел как его друг так переживает. Он видел его слезы, когда тот потерял мать, видел как ему было сложно принять утрату Мирио. Пускай он отрицает, но Киришима знает, что Кацуки не позволит себе понапрасну раскидываться чужими жизнями. Но в этот раз, было что-то другое… — Ты ведь любишь его?