Выбор сердца

Уже привычная темнота поглощает его разум, сразу же, после прикрытия усталых глаз. Знакомая местность, состоящая из песка и беспроглядной тьмы, уже начинает надоедать. Правда недавно появилась стена, скрывающая от него что-то по ту сторону, или кого-то? Уже в привычным и закоренелом жесте маленькая ладошка омеги прикасается к поверхности стены, чем-то отдаленно похожую на лед. И в этот же момент, с той стороны кто-то поступает так же. Изуку хочется плакать каждый такой раз, когда после таких прикосновений и долгих разговор самим с собой, все вокруг растворяется в темноте. После каждого такого раза он просыпается в холодном поту и с чувством безвыходности внутри. Он смотрит на яркие языки пламени разгоревшегося костра, вспоминая такие же теплые объятия альфы, слова и прикосновенья которого вызывали мурашки. С тех пор как Тсукино и Иоко сказали ему о внеплановой задержке, прошло два дня. Каждый день и ночь омега старался подавить неизвестную дрожь во всем теле, сопровождающуюся кошмарами или головными болями. Желание вернуться домой резко возросло. Он всячески старался узнать причину задержки, предлагал свою помощь, но большинство отнекивалось или просто игнорировало его. Странные мысли стали посещать его все чаще, после каждой нелепой отговорки Тсукино и Иоко. Если последней омега еще доверял, то поведение Тсукино с каждой минутой заставляло его снова задумываться. Альфы только шутили, спрашивали о самочувствии или о Тэкэре, всегда стараясь увести разговор в другое русло. Зиг после их разговора на «тренировке» внезапно перестал за ним ухлёстывать. С одной стороны, омегу это несказанно радовало, но с другой — немного напрягало. А чувство того, что его спину прожигают взглядом не покидало ни на минуту. Внутренняя сущность открыто паниковала, разум старался выстроить логическую цепочку действий и разложить все по местам, но очередной визг внутри, и все полочки летят к чертям. Тем не менее, Тэкэра рос, прибавлял в размерах, весе и силе. Он без затруднений мог выплевывать огонь и управлять им. Изуку чувствовал, что его дракон растет, выходит на новый уровень своих сил. Дракончик каждый раз перед тем как улететь, соприкасался с Изуку лбом, стараясь его успокоить. Омега чувствовал, как рептилия разделяет его переживания. Порой, в промежутках между кошмарами, он видит небольшие обрывки чьей-то жизни. Смутные картинки мелькают одна за другой, рассказывая свою историю и пропадая в темноте. В одну тихую ночь, когда все уснули после долгих и изнурительных танцев, Изуку не спалось. Тэкэра же давно посапывал у него на плече, спрятав мордашку в кучерявых волосах, что немного отросли. В эту ночь, омега мог лицезреть яркую полную луну, что возвышалась высоко в небе над землей. Мысль о том, что его альфа вот так вот, как и он сейчас, смотрит на луну, грела и вызывала улыбку. Где-то сзади что-то упало, и громкий грохот накрыл небольшую полянку. Иоко, лежавшая неподалеку от Изуку перевернулась на другой бок, что-то ворча себе под нос, крепко прижимая пустую бутылку к груди. — Тупой, — Еле слышным шепотом. Изуку узнал голос альфы, что так красноречиво выразился на виновника шума. Легкий шелест листвы кустарников и голоса стали вовсе не слышны. Полянку вновь накрыла оглушающая тишина, изредка прерываемая храпением Иоко. «Ей следовало бы меньше выпивать» — Пронеслось в голове у кудрявого. Тэкэра поднял голову и посмотрел сонными глазами в изумрудные. Изуку буквально прочитал в них вопрос, и сам не понимая зачем, кивнул. Они бесшумно поднялись с травы, переступая валяющиеся бутылки и людей. Дракон сидел на плече омеги, внимательно всматриваясь в бескрайнюю темноту ночи, затем, распахнув крылья, взмыл невысоко в небо, и опустился, приземляясь на ветку дерева, стоящего неподалеку. Их взгляды вновь встретились. Изуку впервые почувствовал себя хищником, крадущимся к своей жертве. Его шаги были бесшумны, тело слышалось как никогда, а голова чиста от всех мыслей. Он аккуратно пробрался немного в глубь леса, следуя за еще более тихим Тэкэрой. Он прислонился спиной к стволу широкого дерева, когда услышал голоса. — Как вижу, ты трус, — Фраза была пропитана хорошей порцией яда и злорадства, какой позавидовала бы любая змея. — Кто бы говорил. Как могу заметить, ты уже в не почёте у нашего принца, — Ехидная улыбочка и такая же порция яда в ответ. Изуку смог немного выглянуть из своего укрытия, чтобы разглядеть двух альф. На небольшом камне, возле завалившегося дерева сидел Зиг. Его ноги были сложены в позе лотоса*, а кисть руки подпирала голову. Напротив него стоял Тсукино, облокотившись об кусок дерева, с закрытыми глазами. - Йоко скоро сопьется, нельзя так часто проводить такие вечера, — Нефритовые волосы в свете луны выглядели еще шикарнее, что нельзя сказать о самом альфе. Он был явно рассержен. — По-твоему, это я виноват?! Если бы кое-кто постоянно не лез ко всем, не старался помочь в ускорении работы, — альфа поставил скобки пальцами — то этого всего бы уже не было! Он не сможет убежать от меня! — Победная улыбочка. — Потерпи еще немного, и скоро он начнет корчиться от течки и полезет к тебе с более заманчивыми предложениями. Поэтому мой тебе совет: держись с ним рядом, а не избегай его. Или ты хочешь, чтобы твое место занял кто-то другой? — Снова ехидная улыбка. — Обойдется. Только Я имею на него право. Убью любого, кто посягнёт на него и его девственную задницу! Изуку словно током ударило. В груди что-то кольнуло, болью расползаясь по грудной клетке. Изуку постарался так же бесшумно уйти, как и пришел, главное побыстрее. На щеках стало влажно, а в горле, словно ком застрял. Изуку хотел разрыдаться и убежать как маленький ребенок, куда-нибудь, где его никто не найдет. Люди, которым он доверился, обманули его. Красивые речи альфы были лишь уловкой, а дружбы, как оказалось, не было вообще? Неужели все вокруг так же поддерживали их? Йоко тоже? Он всхлипнул, роняя кристально чистую слезинку на землю. Тэкэра приземлился ему на голову, что-то напевая на своем драконьем языке. Это успокаивало. Успокаивало то, что у него есть хоть кто-то, кому он может довериться. С той ночи прошло еще два дня в обществе Зига, Тсукино и Иоко. Изуку больше не улыбался, не смеялся, а лишь смотрел на парящего в небесной выси Тэкэру. Рептилия была единственным живым существом, которое и дальше видело улыбку на губах омеги. Такое поведение Изуку не скрылось от глаз Зига. Одним прохладным утречком Зиг обнаружил омегу не спящим и предложил прокатиться на лошадях. Изуку только кивнул и захватив с собой стрелы, залез на данную ему лошадь. Омега два дня потратил на постройку плана побега, но так ничего и не придумал. Вариант был только один — бежать ночью. Однако его могли заметить, ведь Иоко проговорилась, что Зиг организовал ночное дежурство, чтобы обезопасить их сон. Но Изуку сомневался в этом. И победная улыбка Зига в ту ночь подтверждала это. Мидория чувствовал себя принцессой, заточенной в замке под охраной страшного монстра, от которого ее спасет лишь храбрый рыцарь, именованный ее будущим мужем. Изуку горько улыбнулся. Такая ситуация происходила с ним на протяжении всей его жизни до момента его побега. Тогда Изуку действительно решил, что сказки — это всего лишь выдумка для детей, приукрашенная или даже несуществующая реальность. На самом деле все нужно брать в свои руки и спасаться, бороться и не сдаваться. Сейчас это было неимоверно трудно. Омега понимал, сбежать ему никто не даст, довериться кроме как Тэкэре больше некому, а если он попробует взбунтоваться… «Потерпи еще немного, скоро он начнет корчиться от течки и полезет к тебе с более заманчивыми предложениями». Неужели альфа с самого начала на это рассчитывал? А ведь действительно, что будет делать Изуку, когда начнётся течка? Он давно запутался в числах и точно не помнил, но знал точно. Течка совсем скоро начнется. И что тогда? Его возьмут силой? А потом как шлюху, отдадут по кругу? Нет. Нет. Нет. Эту течку он хотел провести с ним. Только ему он позволит прикасаться к себе. " — От кого ты тогда бежал?.. — Он сам не понимал, зачем именно сейчас спросил это, ведь ответ ему и так ясен. — Я же говорил, от судьбы. Я хочу сбежать от неё, спрятаться, и чтобы она никогда не нашла меня. — Судьбы не существует, это всего лишь отмазка для слабаков. У каждого человека есть выбор, и только он сам решает свою судьбу. Его решения — вот что строит его жизнь, и ничего другого. От выбора, который всю равно предстоит сделать, не уйти. Никому. — Наверное, ты прав. — Он посмотрел на небо, которое начинало постепенно озаряться лучами заката.- У каждого человека есть выбор…» «Хорошо, Изуку. Настало время сделать свой выбор…» Изуку дернул поводья лошади, направляя ее в поле. Сзади, за ними в след из леса выбежала лошадь Зига с всадником. Они поравнялись и уже скакали вместе в непроглядную даль поднимающегося солнца, что окрашивало в свои цвета все вокруг. Невысокая трава колыхалась под малейшим дуновением ветерка, разнося запах нового начинающегося дня. Глаза Изуку горели, отражая в своей бездонной пропасти свет восходящего солнца. Зиг наблюдал за омегой как завороженный, тот манил его к себе с каждым днем все сильнее и сильнее. Тэкэра одним взмахом крыльев взлетел ввысь неба, под впечатлявшийся взгляд, растворяясь в небесной глади, окрашивающейся в золотистые оттенки. Лошадь омеги рассекала легкий туман, осевший на поле и покрывающий всё ещё спящие растения. Мидория хотел плакать. Слезы сами напрашивались, пеленой покрывая глаза и не позволяя видеть четко. В душе всё рвётся и мечется, сердце разрывается на куски, и Изуку слышит, как оно трещит, как его маленькие осколочки опадают где-то внутри. Эта боль, растекающаяся по всему телу, отравляет и не дает дышать… А может, так тому и быть? Если ему оборвать свою жизнь… Лошадь омеги медленно снижает свою скорость, позволяя лошади Зига отдышаться и идти рядом. Сам омега прячет глаза под челкой, не позволяя никому их видеть, даже восходящему солнцу. Восходящему солнцу — предвестнику нового дня, новой истории… Выбор. Изуку сделал его. Если не Кацуки — значит никто. Он не позволит опорочить себя этим высокомерным альфам с прогнившими душами. — Изуку, — альфа нежно зовет его по имени, — ты в порядке? Мидория поднимает свои глаза на альфу, кивая, слезая с лошади. Ему противно только от мысли, что они могут говорить, что он может говорить с человеком, который его обманул. Буквально предал. — Изуку, я хочу сказать тебе, что лю… — Я все знаю. — Первое, что пришло на ум, но это не важно, важно то, что он не дал ему сказать это. Нет. Такие слова, он не имеет права говорить ему! Только не этот человек! Взгляд альфы сначала был удивленным, но затем резко сменился на расслабленный. Он просто улыбнулся омеге в своей обычной манере, почесав затылок правой рукой. Изуку не понимал, он ожидал чего угодно, но не такой реакции. — И что теперь? — Он посмотрел в глаза Изуку без толики злобы или агрессии. — Ты думаешь, что сможешь сбежать? Что твой альфа ищет тебя? — Он стал медленно приближаться к омеге. — Нет. Он сейчас нежится в кроватке с очередной шлюшкой, вроде тебя. Ему плевать на тебя, Изуку. Всегда было плевать… — Лжешь! Как ты можешь знать такие вещи, не зная его?! — Изуку начал пятиться назад, когда альфа приближался. Бежать было некуда. Сзади альфы — его лошадь, сзади него — поле и лес — Он не такой! — Он просто пользуется тобой. И когда ты раздвинешь перед ним свои ножки, он попользуется тобой как очередной шлюхой. Я же возьму тебя в супруги. Ты принадлежишь мне, Изуку, только мне! — Последние слова он выкрикнул омеге в лицо, крепко сжимая его плечи, впиваясь в нежную кожу пальцами. — Мы с тобой — единое целое. — Нет! — Омега с силой вырвался из цепких лап альфы, буквально из неоткуда находя в себе силы — Слышишь? Нет! Я не вещь на распродаже, чтобы принадлежать кому-то! И я сам решаю свою судьбу, делаю выбор и несу ответстве… Договорить ему не дал крепкий удар в живот, от которого омега приглушенно заскулил, опускаясь на колени. Следующий удар пришелся ладонью по лицу, сбивающий его на землю. Последующая серия ударов ногами по животу, сопровождалась криками в его сторону: — Ты всего лишь подстилка и инкубатор! Твоя цель — удовлетворять и вынашивать детей. Ты не имеешь права голоса, чьим бы сыном ты не был! Альфа наклонился над телом омеги, и хватая его за волосы, рывком поднял на колени. — Изуку, не разочаровывай меня. — Рука альфы еще сильнее сжала комку волос. Альфа цокнул и направился к лошади, заканчивая их «диалог». Изуку, кряхтя, поднялся на ноги, быстро обдумывая сложившуюся ситуацию. Высоко в небе раздался чей-то рёв, и в следующую секунду Зиг падает на колени, крича от боли, его кожа и тело горят. На плечо Изуку сел довольный Тэкэра. Не теряя времени, омега забрался на лошадь, подавляя в себе жалобные стоны. Тэкэра подарил ему отличную возможность. Он не имеет права ее упустить. — Куда собрался? — Изуку оборачивается на хриплый голос. Он ужаснулся. Зиг стоял с пламенеющей кожей, его глаза светились, а ногти на руках стали когтями. Омега заметил, что из-под тонкой линии губ, торчат клыки. Он почувствовал, как напрягся Тэкэра, дракон был готов ринуться в бой, но не смел оставлять «брата» одного. Звук выпущенной стрелы рассек воздух, словно полотно. Альфа с широко раскрытыми глазами сначала смотрел на Изуку, держащего в руках лук, затем на свою грудь. Ткань рубашки постепенно окрасилась в красный, в воздухе появился запах крови, и он упал. Тело мужчины распласталось на земле, иногда издавая полу-вздохи полу-стоны. Изуку слышал, как недалеко скакали лошади. Он должен бежать, если его поймают, неизвестно, чем все кончится. Совесть его явно не будет мучать, человек, валяющийся на земле со стрелой в груди, явно заслужил это. Но Изуку прекрасно понимал, этот момент неоднократно будет всплывать в кошмарах. На удивление, он оказался довольно далеко, когда к раненому Зигу бросились на помощь. Омега так же заметил, что по его душу отправили Иоко и еще какого-то паренька с улыбкой маньяка на лице. Теперь начались догонялки, которые ему жизненно необходимо выиграть. Лошадь быстро миновала поля, забегая в лес, где омега отпустив лошадь, полагается на свои ноги. Бежать слишком быстро не получается, под ногами попадаются выступающие из земли корни деревьев, валяющиеся ветки и камни, за которые легко можно было зацепиться и упасть, сломав шею. Пейзаж вокруг был такой же разноцветный и насыщенный, где-то начинали петь птицы, и до ушей омеги отдаленно стали доноситься звуки ручья. Где-то рядом протекала река. Изуку и сам не понял, зачем ринулся на звук воды, словно его магнитом притягивало к местному водопою для животных. Он просто почувствовал резкую необходимость быть там. Ноги сами привели его к довольно широкой, но не сильно глубокой реке. Мелкие камешки были видны сквозь прозрачную воду, льющуюся с невероятной скоростью, и, кажется, способной унести с собой целого медведя. Он рефлекторно достал стрелу, услышав, как сзади хрустнула ветка под чьим-то весом. Напротив него стояла Иоко, сжимающая в руке свой маленький, но очень острый ножик. Она неоднократно рассказывала, как могла убить им воришку или зарезать кролика. И Изуку почувствовал себя тем самым кроликом, добычей, которую с удовольствием прирежут при необходимости и покорно принесут хозяину. Позади девушки крался тот самый парнишка, по запаху Изуку определил его как альфу, и снова на губах эта улыбочка, пробирающая до костей. Мерзко. Ему действительно стало мерзко от того, что он общался с этими людьми, готовящимися расстелить его перед своим главарем. Неужели он НАСТОЛЬКО плохо разбирается в людях?! — Изуку, ты не выстрелишь в меня. Не сможешь, — Бета с каждым шагом приближалась к нему, словно хищница. Ее глаза опасно поблескивали, а рука крепче сжимала оружие. — Еще как посмею, Зиг тому доказательство, — Омега хмыкнул. — Не волнуйся, хозяин скоро оклемается и тогда у тебя будет возможность ублажить его, чтобы загладить вину. — Она улыбнулась, показывая белые зубы. Парнишка сзади неё медленно приближался. — Никогда я не лягу в постель к нелюбимому человеку, — Его голос был серьезен и решителен, словно холодная сталь. — Лучше умру здесь, в пасти волка или от голода. — Тебе нельзя, Изуку, ты должен быть рядом с сильным. Зиг защитит тебя, главное подари ему сына и тогда он все бросит к твоим ногам. — Иоко говорила каждое слово с упоением, словно желала этого больше жизни. — Мерзость, — Мидория скривился. — Идем, Изуку. — Нет! — Твердо. — Тогда, — она подбросила ножик в воздух, и тут же очутившись рядом с омегой, подхватывая оружие, прошипела на ухо. — Я верну тебя силой. Изуку не успевает среагировать как на Иоко кидается Тэкэра, стараясь как-то навредить своими когтями. Омега отступает в воду, выпускает стрелу в уже бежавшего альфу, мысленно нарекая себя убийцей. Со стороны девушки слышаться рваные крики, ее ножик лежит в воде у его ног. Тело альфы со стрелой в сердце остывает на земле, Изуку горько подмечает свою поразительную точность в такой ситуации. Хоть в чем-то повезло. Он вздрагивает, когда на его плечо пускаются когтистые лапки дракона, полностью выпачканные кровью. Девушка все еще кричит. Проклинает всё и вся на непонятном для ушей Изуку языке, но он почему-то понимает смысл ее рыданий. Она, стояла на коленях в воде, руками держалась за свои глаза, откуда лилась струйками кровь, капая ей на лицо и одежду. Она падает как-то неожиданно, лицом вниз со стрелой в спине. Омега не замечает как на щеках влажно, а руки дрожат. Дракон спрыгивает в воду, кровь с лап медленно смывается, оставляя после себя розоватость, уносящуюся водой. Он как будто читает мысли «брата», поднимается в небеса, оставляя омегу одного, со своими мыслями и двумя трупами. Этот новый день уже не встретят два человека, чье тепло понемногу забирает земля.