Не суди, и сам судим не будешь...

Утро какое-то непонятное. Тяжелая лапа на моей талии, горячее дыхание в затылок и что-то очень твердое, упирающееся мне ниже бедер. Ой... Я ерзаю, и то, что было твердым, стало еще более твердым. А в следующее мгновение слышу сдавленное ругательство, лапа исчезает с моего тела, и Ник откатывается от меня. Я с сожалением потягиваюсь и смотрю на лиса, впервые в жизни, наверное, смущенного. - Я в душ, - жизнерадостно сообщаю я, - у меня еще приготовлений уйма, день впереди долгий... - Штаны подтяни, - слышу ехидный смех в спину, пока я улепетываю до ванной комнаты, обнаружив при дневном свете, что моя пижама какая-то очень прозрачная. Когда я выхожу из душа, Уайлд уже переоделся. - Думаю, мне все же придется за тобой заезжать, мне надо съездить за пиджаком и в школу заскочить еще. Ну, до бала. Я все же учитель. - Ты что, пойдешь в зеленой рубашке? - Нет, в фиолетовой, - серьезно отвечает лис, - под цвет твоих глаз. Я, проходящая в этот момент мимо него, резко поворачиваюсь к нему, и от этого полотенце (единственное, что на мне) развязывается и плавно падает к моим ногам. Опс... Ник сглатывает и сжимает кулаки, царапая когтями ладошки. - Оденься... пожалуйста, - срывающимся голосом просит он, - иначе я не сдержусь. Я понимаю, что играю с огнем, и все равно не удерживаюсь, спрашиваю: - Что, покусаешь меня? - правда, уже натянув обратно полотенце. И дефилирую к шкафу. Шкуркой чувствую, как лис провожает меня взглядом, а его хриплое дыхание почти раскатами грома слышно в полной тишине. - Знаешь, Хоппс, с такими бедрами любой бы не удержался, - говорит Уайлд ехидно, и я понимаю, что он справился с собой. Вот это самоконтроль!!! - А что с моими бедрами не так? Быстро одеваюсь, пока в голову мне не заползли еще какие-нибудь мысли нехорошие. - Все с ними хорошо, - заверяет меня Ник, - я побегу? - Идем, хоть поешь, - я цокаю языком, - там яблочный пирог. От этого у Уайлда загораются глаза. Пироги моей тети он любит... Перед тем, как уйти, он целует меня в щеку и немножко прикусывает правое ухо. И пока я прихожу в себя, его уже и след простыл. Рыжий гаденыш... И тут я вспоминаю вчерашний разговор. Ну конечно! Элизабет! У нее папа - юрист. Надеюсь, он сможет нам чем-нибудь помочь... Белка визжит от восторга, когда я рассказываю о прошедшей ночи. - Да ничего не было, - я морщусь, - мы просто спали. Ну и еще он пригласил меня на бал. - Кажется, я угадала с цветом платья... - Ты знала!.. - Нет, - подруга смеется в трубку, - но от души желала тебе счастья. - Да уж. Счастья. - Что такое? Я вкратце рассказываю Лиззи историю, в которую вляпался Ник. Белка слушает внимательно до конца, а затем недовольно говорит: - Лучшая ученица школы, а дальше своего носа ничерташеньки не видишь. И зачем тебе уши такие, если ты нихрена не слышишь? Эта история прогремела на весь Зверополис. Странно, что ты не знала об этом. - Я вообще-то учебой занималась. - У тебя есть хоть что-то кроме учебы в голове? - Теперь есть. - А, ну да, - подруга цокает языком, - я спрошу у отца. - Подожди, - перебиваю я, - то есть, ты знала, но ничего мне не сказала? Вся школа знала? - Не вся. Мелисса не в курсе, и незачем ей знать, - Лиз неодобрительно фыркает, - она слишком увлечена покупкой новых лаков для когтей и гелей для шерсти, чтоб интересоваться чем-то другим... а те, кто знает, предусмотрительно молчит. Директриса всех предупреждала. - Блин. Не помню. - Что ты вообще помнишь?! - Не знаю... Элизабет уже ржет во весь голос. - Ну ты даешь, Морковка. Я вздрагиваю и восклицаю: - Как ты меня назвала??? - А что, очень прозвище милое... - А ты тогда... Орешек! - Согласна!!! Лиз приезжает через два с половиной часа. Винсент заедет за ней прямо ко мне. Сегодня они хотят начать афишировать их отношения. Олень и белка. Супер. Но не круче, чем лис и крольчиха. Подруга занимается моей головой. Теперь мою макушку украшает диадема с изумрудами, и белка красит мне лицо. Элизабет знает толк в макияже. - Как же я... без очков... - я беспомощно смотрю на нее, - я прямо перед собой вижу очень плохо. - Тебе не книжки читать, Хоппс, - смеется подруга. - Какие к черту очки? Издеваешься? - Как я буду танцевать, если не буду ничего видеть? - А зачем тебе что-то видеть? У меня от нервов носик ходит ходуном. До часа "икс" остается времени очень мало. Лиз не дает мне посмотреть на себя в зеркало. Говорит, что я увижу себя только перед самым выходом. Белка сама разглядывает свое отражение, делает какие-то поправки в мейкапе, цепляет на уши сережки, а меня не подпускает. Психанув, я натягиваю халат прямо на платье, чтобы не испачкаться, и иду на кухню приготовить что-нибудь поесть, так как на Новогоднем балу обычно уже не покушаешь, хоть и есть шведский стол. Когда я была в третьем классе, нас, еще совсем малышей, пригласили на подобный праздник. Ну не только нас, просто тот год был какой-то юбилейный для школы, и бал устраивался для всех. Я помню, что тогда было. Старшеклассники ужрались и расползлись спать, а мелкие, которым алкоголь не давали, веселились до утра. И в памяти очень хорошо запечатлелось, что я пришла с праздника безумно голодная. Разливаю чай по чашкам. Раскладываю брусничный пирог и делаю бутерброды с кабачковой икрой. Кричу подруге: - Ты есть будешь? - Когда я отказывалась?! - орет белка. - Фартук найдешь? Я спускаюсь! Антропоморфы не носят обувь. Но иногда, когда хочется казаться выше, мы надеваем специальные платформы на лапы, похожие на человеческие босоножки. Лиз подогнала мне тоже такие зеленые, но я их надену только уже у входа в школу. Я не привыкла в таких ходить... То ли дело Пушкинсон. Слышу, как платформы стучат по паркету, поворачиваю голову и в который раз неприлично отклячиваю челюсть. Белка в розовом. Как кукла Барби. Ажурное платье с кружевами и оборками, нежно-розовые босоножки и приклеенные к макушке розовые кудряшки завершали картину. Лиззи безумно красива. Винсент знал, кого выбирать. - Ты необыкновенна, - произношу я тихо. - Затмишь всех вокруг... - Ты тоже очень красивая, ты просто себя не видела. Допивай чай, я тебя докрашу, и посмотришь на себя. Сейчас уже скоро Винс приедет, так что давай быстрее. Когда все съедено и выпито, Лиз приводит меня в порядок, подправляя последние штрихи, я накидываю такую же изумрудную кофточку, потому что на улице уже прохладно, и подруга наконец разрешает мне подойти к зеркалу. Я подхожу и просто ахаю. Я не узнаю себя. Передо мной в отражении незнакомая крольчиха. Очки не портят мое лицо, неброский макияж лишь подчеркивает цвет глаз, а платье облегает фигуру, но совсем не полнит. - Вот я тоже думаю, что Ник обалдеет, - лукаво улыбается белка. И тут мы слышим звонок в домофон. Подруга бежит открывать. Я выхожу следом за ней. Пока Винсент на лифте поднимается на восьмой этаж, Лиззи вся дрожит от волнения. И вот наконец ее кавалер выходит из лифта. Олень в белой рубашке и черном пиджачном костюме. Настоящий мужчина. Я смотрю на него и размышляю о том, что с Ника станется прийти действительно в фиолетовом. - Мы ждем тебя, Джуди, - Лиз улыбается мне ободряюще, и они уходят. *** И вот, еще один звонок в домофон. Прошло всего пятнадцать минут, но мне показалось, что целая вечность. Выключаю везде свет, проверяю плиту и утюг, и спускаюсь. Ник ждет у своей машины. Я выхожу из подъезда и замираю на ступеньках. О боже, он прекрасен! Уайлд действительно в фиолетовой рубашке. Только она нежного светлого цвета и гармонирует с его изумрудными глазами. Лис смотрит на меня. Смотрит и молчит. Я уже начинаю подозревать, что что-то не так со мной, когда он сокращает расстояние между нами и произносит с привычной ехидцей: - Девушка, вы кто? Где моя серая заучка? Я краснею и вздергиваю подбородок. - Не нравится - могу не ехать! - Глупая зайка. Ты прекрасна, - он заключает меня в объятия. Благодаря платформам я теперь носом достаю ему до подбородка. Поднимаюсь на цыпочки и сама целую его. И понимаю, что падаю, потому что треклятые босоножки непривычно скользят по асфальту. - Какая тебе полиция, Морковка? - Ник смеется. - Ты будешь самым неуклюжим полицейским за всю историю Зверополиса. - А ты будешь самым простым лисом, - скалюсь я, - в тебе нет ни капли хитрости. Ну как так можно? Уайлд фыркает, подхватывает меня на руки и несет к автомобилю. У входа в школу лис оставляет меня одну. - Иди, я сейчас. Я же все-таки учитель. Просто я должен был дежурить, но Кевин по доброте душевной согласился подменить меня. Нужно отдать ему значок. - Директриса не вклеит Вам, что... мы вместе? - спрашиваю я тихо, потому что народу вокруг полно, и лишние слухи нам не нужны. - Нет. На Новогоднем балу можно все, Морковка, - беззаботно говорит Ник. - Иди. Я скоро приду. Здесь собралась вся наша параллель - четыре класса по 25-28 учеников. Разномастная компания занимает весь актовый зал. Кто-то у шведского стола, кто-то танцует под тихую музыку. Под потолком - светящийся шар. Все обращают на меня внимание, кто-то даже свистит вслед. Я нахожу в толпе Лиззи с Винсом и иду к ним. - А мистер Уайлд где? - интересуется олень. Я качаю головой: - Сказал, сейчас придет. Только через пять минут начало... - Не переживай, - подруга ободряюще гладит меня по плечу, - вернется. Однако праздник начинается, но Ника все нет. Я вообще не вижу в толпе его рыжей макушки. Директриса вещает что-то об экзаменах и будущем, но я ее особо не слушаю. Мое будущее предопределено. - ...а начнется наш бал с вальса. Мужчины, приглашайте дам. Я стою у колонны и не знаю, куда себя деть. Присутствующие разбиваются на парочки, даже учителя приглашают друг друга... без партнера остаюсь только я и еще несколько учеников, которые просто не обзавелись еще второй половинкой... Вальс начинается, мне уже хочется просто выть, когда я вижу Ника на другой стороне зала. Он ищет кого-то глазами, и его взгляд останавливается на мне. Ловко лавируя между танцующих пар, он пересекает зал, останавливается напротив меня и делает поклон. - Не составите мне компанию, юная леди? - он подмигивает мне, и я прямо чувствую, как краска заливает мое лицо. Я вкладываю свою лапку ему в ладонь и вмиг оказываюсь в его объятиях. Уайлд утягивает меня в центр зала, а я изо всех сил стараюсь не упасть, так как босоножки ужас какие неудобные, и ноги плохо слушаются меня. Минут пять мы кружимся в этом бешеном темпе, я уже буквально повисла на лисе, потому что лапки ведут себя отвратительно и все время меня подводят. А когда музыка стихает, мы тормозим, и я обнаруживаю себя в самом центре зала. И на меня пялятся ВСЕ. А тем временем этот хитрый гаденыш под моим ошалевшим взглядом опускается на одно колено и достает из кармана брюк бархатную коробочку. В зале такая тишина, что слышно, как муха жужжит под потолком. - Джуди Лаверн Хоппс... - Ник делает эффектную паузу и смотрит мне прямо в глаза. - Ты выйдешь за меня замуж? Мое сердце пропускает удар за ударом, я забываю, что умею дышать. По залу проносится шелест голосов. - Соглашайся, ушастая, - шепчет кто-то у меня за спиной. А я молчу и глупо смотрю на него. Потому что мои чувства к нему однозначны, но замужество это слишком серьезный шаг. Ведь я близко его знаю всего полгода, да и отношениями-то это не назовешь... - Я... - мой голос дрожит. - Я подумаю, Ник. Не обижайся. Быстро скидываю с себя босоножки и убегаю из зала прочь. Слезы стыда душат меня, но я ничего не могу с собой поделать. Да, я глупая трусливая зайка. Я испугалась ответственности. И я не смогу наверное больше спокойно смотреть ему в глаза... Нужно переводиться в школу в Малые Норки и забыть о карьере полицейского... но тогда я не смогу помочь ему, и его точно посадят... Все эти мысли проносятся у меня в голове ровно до той поры, пока крепкие сильные руки не хватают меня сзади за плечи. Мы уже на ступеньках школы, ночной воздух холодит мою шкурку, а я рыдаю в голос и не могу остановиться. Лис рывком разворачивает меня к себе. Его взгляд такой тяжелый, что мне опять катастрофически не хватает воздуха. Я захлебываюсь в слезах и теперь только тихо всхлипываю, не отводя глаз. - Ты выставила меня посмешищем перед всей школой. Я делаю судорожный вдох и тихо отвечаю: - Я знаю, Ник, прости меня. Уайлд фыркает: - Мне это твое "прости" как мертвому припарка, Хоппс. - Я знаю. - И ты ничего не хочешь сказать в свое оправдание? Я гляжу на него снизу вверх и понимаю, что сказать-то мне и нечего. Но слова сами срываются с губ: - Возможно, я и глупая крольчиха... но и ты не особо умен, раз не понимаешь, что я еще просто... просто маленькая, - лис слушает молча, не пытаясь перебить, - у меня никого до тебя не было, я мужским полом вообще не интересовалась, и мой отказ... - я хрипло кашляю, переводя дыхание и продолжаю: - И мой отказ вовсе не значит, что я тебя не люблю... - Ник поднимает одну бровь, - я это и не скрывала, но... - всхлип, - ты тоже меня пойми. Мне реально нужно подумать. Ведь я ровным счетом о тебе ничего не знаю. Кроме того, что над тобой висит угроза пожизненного заключения. - Так ты из-за этого? - Нет, вовсе нет, - я яростно мотаю головой, - просто... я хочу узнать тебя получше. Если ты... позволишь мне это сделать. Несколько мгновений Уайлд неотрывно смотрит на меня и молчит. И я добавляю: - Я очень надеюсь, что ты дашь мне шанс... если мои чувства к тебе действительно взаимны. Лис тяжело и шумно выдыхает и негромко произносит: - Хорошо, Морковка. Я согласен ждать столько, сколько потребуется. Ник не смотрит на меня, а молчание просто сводит меня с ума. Машина неслышно летит по пустынным улицам центральной части Зверополиса, и я, смотря в окно, прокручиваю в голове весь сегодняшний день. Я безумно люблю этого рыжего гаденыша, со всей его наглостью, харизмой и манерой поведения, с его запоями и безалаберностью... но все же я считаю правильным, что я попросила дать мне подумать. Я не могу по-другому. Я не такая как моя тетя Рози, я слишком правильная. Когда авто тормозит у моего подъезда, мне кажется, что я одной фразой перечеркнула все, что было до этого. По крайней мере, Уайлд не говорит ни слова, когда открывает мне дверь и не сдвигается с места, когда я иду к подъезду. Я разворачиваюсь у самых ступенек. - Ты идешь? - спрашиваю я, чтобы нарушить уже эту угнетающую молчанку. - А надо? - с вызовом интересуется лис. Я стискиваю зубы, чтобы не наорать на него, и говорю как можно спокойнее: - Ну мне бы не хотелось, чтобы ты уезжал. Как-то так. - Если для тебя это важно, я останусь, - равнодушно бросает мужчина, ставит машину на сигнализацию и идет следом за мной. На лестничной площадке восьмого этажа темно. Пока я вожусь с ключами, тщетно пытаясь попасть в замочную скважину наощупь, у меня потеет спина и намокают ладошки. Еще очки мои дома, поэтому я вообще не вижу, куда я там тыкаю несчастным куском металла... - Позволишь мне? - слышится сзади. Я отхожу в сторону и вкладываю ключи Нику в лапу. Мгновение, щелчок, и дверь открыта. Я шумно вздыхаю своему спутнику в спину. Он всегда все делать будет лучше, чем я. Это же Николас Уайлд, мой учитель и супергерой... Молча пьем чай. Все также молча идем в гостиную. Наконец, Ник нарушает молчание первым: - Иди в спальню, я у телевизора лягу. Я не хочу сейчас спорить с ним, и так делов натворила, поэтому только киваю и иду в свою комнату. И вновь очень хочется выть. Утром начнутся каникулы. А вечером - новогодняя ночь, которую я, кажется, проведу одна после такого. Об этом не хочется думать, но мысли сами в голову лезут. А потому сон у меня очень тяжелый и неспокойный в этот раз.