Мэри

– Алек... – Мэрелин осторожно ступает по плитке, будто боясь спугнуть сутулящегося охотника. Девушка нервно хрустит суставами пальцев рук, склоняя голову к плечу, чтобы лучше разглядеть лицо Алека. Лайтвуд неслышно дышит, сомкнув веки и сцепив руки в замок. Сердце Мэрелин сжимается, когда она буквально ощущает ту усталость, что сейчас висит тяжким грузом на плечах такого сильного мужчины. Мужчины, который сейчас так желанен. Мэрелин нужно, чтобы Алек Лайтвуд был рядом. Просто рядом. Столько всего свалилось на них двоих: ранение Джейса, которое до сих пор не затянулось, пропажа Изабель, какая-то чертовщина с властью в Институте. И если за последнее Мэрелин волновалась меньше всего, то вот первые два события случились из-за неё. «Я просто девочка, приносящая проблемы,» – повторяет про себя Мэри каждое утро, день, ночь. Повторяет это, когда часами сидит с Джейсом или ищет Изабель. Мэри вздыхает, осторожно касаясь плеча Алека. Тот вздрагивает, поднимая рассеянный взгляд на Мэрелин, которая слегка улыбается поджатыми губами. Алек поворачивается к бледному лицу Джейса, который, кажется, и не живой вовсе. – Алек, я понимаю, что ты считаешь, что я во всём виновата... – тихо начинает Мэрелин, глотая ком в горле. В носу начинает щипать, но девушка вздыхает, собираясь с мыслями. – Но, пожалуйста, не бросай меня. Сейчас нам нужно держаться вместе, чтобы справиться со всем этим дерьмом... Алек резко втягивает воздух, ладонями растирая лицо. Он не винит Мэри в случившимся. Потому что он сам поступил бы так же. – Не ругайся, – после долгой паузы укоряет Мэри Алек, отчего девушка сначала вздрагивает, а потом начинает улыбаться. – Иди сюда, Мэри. Он прижимает её тёплое, хрупкое и исхудавшее из-за нервов тело к себе, вдыхая аромат девичьего тела. Нет, он не винит её. Алек Лайтвуд просто хочет, чтобы Мэрелин была рядом. Его Мэ-ре-лин. Его личная проблема.

***

– Мэри, – Алек зевает, давя пальцами на глазницы. – А? – сонно спрашивает Мэрелин, отрываясь от монитора компьютера. Они нормально не спят вот уже неделю, силясь найти хоть какую-то зацепку, ниточку, которая приведёт их к Изабель. – Нужно поспать, – Лайтвуд ужасается синякам под глазами и изнеможённому виду Мэрелин, некогда весёлой девочки с заражающим смехом. – Я почти накопала что-то, – отрицательно качает головой Мэри, – иди сюда. Он садится рядом с девушкой, случайно касаясь ребром ладони неприкрытого участка кожи бедра Мэрелин. В груди Алека разливается приятное тепло, которого сам охотник пугается, но в итоге списывает всё на недосып. Но где-то на подкорке сознания всё-таки зудит мысль, что такая реакция его тела на девичье не просто недостаток сна. – Это записи с камер, к которым Институт имеет доступ. Видишь? – Мэри тыкает в монитор, показывая на невысокую женскую фигуру, облачённую в длинное вечернее платье. Ни Алек, ни Мэрелин ранее не видели этого красивого женского лица, но вот походку они узнали сразу. – Ты тоже заметила это?... – севшим голосом спрашивает Алек, обжигая кожу шеи Мэри горячим дыханием. Мэрелин буквально проталкивает воздух в лёгкие, потому что дышать в миг становится тяжелее. Алек вставляет флешку, которую с недавних пор постоянно носит в кармане, в порт ноутбука Мэри, копируя записи с камер. – Я попробую прогнать её по нашим базам, может что-то и найдётся, – он резко встаёт, окрылённый находкой. – Алек! – девушка поднимается вслед за ним. Мужчина поворачивается к Мэри, вопросительно изогнув бровь. – Это может подождать до утра. Эта девушка наверняка уже покинула то место, так что ты не сможешь пойти по горячим следам. А нам обоим сейчас нужно поспать. Алек на мгновение задумывается.Мэрелин права. Его собственные мозги уже плохо соображают, что уж говорить о Мэри, которая, наверное, устала не меньше него самого. – Утро вечера мудренее, – кивает Лайтвуд.

***

Мэрелин ворочается на кровати, пытаясь принять удобное положение. Она не может заснуть, что для неё нередкое явление. Бывают дни, когда она не может сомкнуть глаз, если кто-то не лежит рядом. Странность, которая преследует её с далёкого детства. Тогда она приходила в комнату к родителям и через несколько минут уже мирно посапывала. Когда её забрали в Институт на обучение из Идриса, она часто проводила ночи в библиотеке, потому что уснуть не получалось. А когда Мэри подружилась с Изабель, та не побрезговала пустить Мэрелин в свою кровать. Но сейчас родители далеко, а Изабель вообще не понятно где. И Мэри точно знает, что ей не удастся глотнуть и капельки такого нужного сонного дурмана. Мысль, закравшаяся ей в голову, поначалу кажется дикой. Идти к Алеку, чтобы улечься рядом – даже звучит странно и противоестественно. Да и Лайтвуд, думает Мэрелин, будет против этого. Но через полчаса ёрзаний на кровати, она решает наплевать на все сомнения. Мэрелин долго мнётся перед дверью охотника, то занося кулак над деревянной поверхностью, то убирая его. Наконец, всё-таки стучит: – Эм... – мнётся, ведь не придумала, как озвучить свою просьбу. – Извини, что побеспокоила... – её взгляд нервно мечется по полу, а голова еле соображает, что сказать Алеку. Мэри вздыхает и трелью выдаёт: – Можно поспать у тебя? Она ждёт чего угодно: смешка, закрытия двери, презирающего взгляда. Но Мэри не знает, что Иззи как-то упоминала о странности Мэрелин в разговоре с братом. Алек, недолго думая, впускает девушку в свою комнату. Мэрелин с интересом осматривает покои Лайтвуда, которые нередко представляла у себя в голове. На деле всё оказалось просто и минималистично, и в комнате Алека не было ничего лишнего. – Иди на кровать, я посплю на диване, – тихо, непонятно почему, говорит Лайтвуд, вытаскивая из шкафа плед и подушку. Мэрелин неловко улыбается, мысленно ругая себя за то, что не взяла своего одеяла. Набирает смелости и ныряет под материю, хранящую тепло Алека, вдыхая запах, которым пропитана вся комната. Запах Алека Лайтвуда, от которого по телу пробегает дрожь.

***

Он встаёт, как всегда, как только начинает светать. Резко подрывается с дивана, поздно вспоминая, что шум может разбудить Мэрелин. Смотрит на девушку, которая что-то бубнит под нос, сильнее укутываясь в одеяло, так, что становится видно только её глаза. Алек улыбается, сам того не замечая. Он чувствует сильное желание убрать прядь русых волос, прилипших ко лбу Мэри. Мэ-ре-лин, как песня. Её имя тает на губах, оставляя за собой приятное послевкусие. Алек думает о том, что Мэ-ре-лин девочка, приносящая ему проблемы. Он хочет так думать, потому что понимает, что ныряет в эту бездну карих глаз охотницы. Но Мэ-ре-лин – это песня, а не проблема.

***

Мэри принюхивается, ещё полностью не отошедшая ото сна. Приоткрывает веки, надеясь рассмотреть то, что испускает такой приятный бодрящий запах. Натыкается взглядом на Алека, сидящего на диване и что-то ищущего в своём ноутбуке. Улыбается уголками губ, когда Лайтвуд смешно морщит нос, явно не найдя того, что искал. Девушка наблюдает за каждым движением мужчины, словно впитывая их, изучая язык тела Алека, стараясь впечатать в память все повадки охотника. Их взгляды встречаются. Губы Мэри растягиваются ещё шире, что вызывает ухмылку на лице Алека. Он, ведомый непонятной силой, встаёт и подходит к кровати, садясь на уровне живота девушки. – Как спалось? – тихо спрашивает, убирая злосчастную прядь волос, что так привлекла его внимание. Мэри улыбается, высовывая из-под одеяла кулак с оттопыренным большим пальцем. Алек усмехается. – Кофе будешь? Девушка согласно кивает, наконец-таки поняв, что за запах разбудил её.

***

– Чёрная роза? – хмурится Мэрелин, скользя взглядом по эксцентричному верховному магу Бруклина. – Название сериала что ли? – пытается шутить, но по взгляду Алека, понимает, что не очень-то это у неё получается. – Крошка, это клан девушек-охотниц, – качает головой Магнус. – Кто и зачем их собирает, никто толком не знает. Только слухи, да и только. – То есть туда вступают только сумеречные охотницы с чертовски красивой внешностью, острым умом и природным обаянием? – скептически вскидывает бровь Мэри. Алек отмечает, что раньше девушка так не делала. Усмехается краем рта, понимая, что Мэрелин переняла этот жест у него. – Именно так, милочка, – маг щёлкает пальцами, из-под которых вылетают синие искры. – Я был знаком с одной, повезло, – с сарказмом начинает маг. – Скользкие дамочки, мастерски умеют обводить вокруг пальца. – Ближе к делу, Бейн. Где их можно найти? – прерывает мага Мэрелин. Алек неодобрительно смотрит на девушку, но молчит. – Вы их не найдёте, если они сами того не захотят. Я бы посоветовал вам забыть, что Изабель когда-то существовала. Если она у Розы, то потеряна навсегда, – пожал плечами маг.

***

Мэри мягко стучит костяшками по деревянной поверхности стола, чтобы как-то разбавить повисшую в комнате тишину. Алек лежит на спине на своей кровати, сильно давя пальцами на глазницы, что говорит о том, как он устал. А Мэрелин словно что-то давит на сердце: то ли тоска, то ли боль, которая вибрациями исходит от Алека. Одна боль на двоих. «Как в глупых книжках про любовь,» – невесело думает Мэрелин, вытирая одинокую слезу. – Нам нужно... «Продолжать поиски,» – хотела сказать Мэрелин. Да только фраза встала поперёк горла. Нужно что-то сказать, как-то облегчить тот груз, что свалился на Алека. Мэрелин просто необходимо сейчас быть рядом с ним. – Чёрт, – шепчет под нос Мэри, не зная, что делать. Алек шумно вздыхает, после чего замирает, больше не издавая ни звука. Будто и не живой вовсе. С пропажей Изабель пропала часть Алека Лайтвуда. Мэрелин собирает всю свою нерешительность и «выкидывает к чёрту», подходя к кровати охотника. Кончиками пальцев невесомо проводит по щеке Алека, замечая земленистый, нездоровый оттенок кожи Лайтвуда. Слов нет. Мэрелин просто хочется собрать тоску Алека, собрать и выбросить. «К чёрту,» – думает Мэри, толкая Лайтвуда в бок. Занимает освободившееся пространство на кровати и в коконе Алека, в котором он сидит с момента пропажи Изабель. Один кокон боли и тоски на двоих. Чересчур поэтично. Сильная рука находит тоненькую талию, прижимая стройное тело к крепкому, закалённому боями и тренировками. Его нос вдыхает аромат её волос, а её карие глаза неустанно наблюдают за пухлыми губами. Нужда, такая сильная, что им самим становится не по себе. Алек мягко прижимается тёплыми губами к её холодным, и сердце Мэ-ре-лин на миг замирает, что охотница даже успевает напугаться, что оно больше не заведётся. Она обхватывает шею, которую обвивают руны, своей небольшой ладошкой, пройдясь по ёжику тёмных, как смоль, волос. Он прихватывает её нижнюю губу, пробуя на вкус. Кончик её языка проходится по его губе, исследуя. Они пробуют друг друга, пытаются найти подход. Мальчик, на которого навалилось слишком много проблем, и девочка, приносящая проблемы. Его личная проблема.