Ман — убийца века

      Руки настолько затекли, что, связанные за спинкой стула, вообще не ощущались. Каждая косточка в теле ныла и просила обезболивающее. Веки еле удалось приподнять, и Феликс увидел, что он здесь не один.       Где именно — «здесь» — предстояло выяснить. Пока что в лицо светила настольная лампа, мешающая осмотреться. От приклеенных к вискам присосок к письменному столу с замысловатыми приборами тянулись тонкие разноцветные проводки, пересекающиеся и переплетающиеся между собой.       Лампа скрипнула, и свет опустился с лица Феликса на его колени. На измученного юношу серьезными темными глазами смотрела женщина в строгом брючном костюме. Короткие черные волосы сначала ввели Феликса в заблуждение, что за столом сидит мужчина.       — Вы кто? — прохрипел Феликс, сухим языком пытаясь облизать потрескавшиеся губы.       — Кто я, тебя не должно волновать. Единственное, что тебе стоит знать, так это то, что я очень сильно не люблю, когда меня водят за нос, так что шутить со мной не вздумай.       — И по какому поводу я должен бы был шутки отпускать? — Феликс откинулся назад, и спина удовлетворенно перестала болеть, прирастая к стулу.       Тон молодого человека женщине не понравился. Ударив мужественным кулаком по столу, она придвинула свой стул ближе к пленнику.       — Ты прекрасно понимаешь, что тут происходит!       — Понимал бы — не спрашивал, — начал медленно выходить из себя Феликс.       Совсем не красавица отодвинулась обратно.       — Нам известно, кто ты такой, — словно самый страшный для Феликса аргумент произнесла она с неприятной улыбкой.       — Я тоже знаю, кто я, но счастливым это меня пока не сделало.       Острый каблук черных туфель болезненно уперся Феликсу в пах, однако и это не смогло его заставить удерживать некоторые реплики при себе.       — Если ты признаешься сам, то наказание может быть не таким строгим, каким будет вскоре, — продолжила говорить туманными фразами незнакомка.       — Мне снится эротический сон про садистку? Так я не мазохист, Вы ошиблись спящим.       Туфля надавила сильнее, но сквозь тихий стон глубокой боли у Феликса вырвался смех:       — Если бы меня укусила собака, было бы страшнее.       — Это очень легко устроить. — Женщина взяла в губы тонкую сигарету, ранее дымящуюся на краю пепельницы. — Любой каприз за интересную информацию. Нас морали не сдерживают, так же, как и некоторых, — добавила она.       Феликс задумался. Нет, он явно не в курсе того, в чем сейчас участвует, но время все прояснит.       — Что за провода на мне?       — Они не доставят тебе неудобств. — Дым коснулся ноздрей Феликса, и парень замотал головой, немного разгоняя его. — Зато дадут четкие данные о том, что нам необходимо выяснить. Это детектор лжи. Отвечай на вопросы, которые я буду тебе задавать, и не думай увиливать, иначе лишу тебя вот этим каблучком кое-чего крайне для тебя важного, понял?       На этот раз Феликс решил не отшучиваться и просто кивнул.       — Отлично. Как твое имя?       — Феликс…       Женщина покосилась на стол, где забегал карандаш в небольшом штативе, вырисовывая нечто вроде кардиограммы.       — Отлично, — довольно повторила она. — А теперь ответь на вопрос ложью. Как твое имя?       — Вагнер Иосиф Каринфюнгер, — сумел выговорить Фел. Детектор громко пискнул, подмигивая красной лампочкой. Карандаш забегал чаще.       — Отлично, проверка закончена. Теперь настоящие вопросы. Что ты знаешь о Мане?       Вот так неожиданность!       — Что знают другие, — пожал плечами Феликс.       — Точнее!       — Ман — маньяк, вырезает людей направо и налево. Кто-то его героем считает, лично я так не думаю.       Женщина призадумалась над следующими вопросами и смогла придумать всего один:       — Отвечай «да» или «нет»: ты — Ман?       — Чего?! — Феликс так сильно нахмурился, что брови чуть не закрыли глаза. — Как Вам это в голову пришло?!       Детектив закинула ногу на ногу, снова пуская напомаженными губами струйку дыма.       — Поверь, мальчик, взрослые умеют думать и анализировать. Да, описания очевидцев были очень размытыми, но лучшие психологи посидели над ними пару недель или даже месяц, и поняли, какие их части являются выдумкой, в которую поверили и сами пострадавшие, а какие — правдой. И, представь себе, оказалось, что Ман — не такой уж весь из себя герой. Он не чудовищно высок, всего метр семьдесят, не качок, а среднего телосложения. У Мана темные волосы, и возрастом он не отличается от студента первого или второго курса.       — Вы издеваетесь? Таких ребят можно десятками в каждом районе подбирать! При чем тут я?!       — Первые несколько убийств происходило в тех краях, где прописан ты, малыш. И Ман не гулял уж очень далеко от твоего дома: в самый первый раз он пошел на север, тело второй его жертвы нашли чуть южнее первого места. Третье — восточнее второго. В то время Ман ходил по одной и той же дороге, не думая о том, что его легко можно выследить. У нас получилось сузить круг подозреваемых до таких, как ты, мальчишек сначала в этом районе, потом до территории нескольких жилых домов, а благодаря опросу соседей и самих подозреваемых мы сузили список до тебя одного. У тебя нет алиби на те ночи, когда были совершены преступления Мана: почти все твои соседи говорили, что видели, как ты покидал квартиру поздно ночью и еще позднее, почти под самое утро, возвращался домой. Время твоих отсутствий полностью совпадает со временем, в которое убивал Ман. И еще кое-что, — вспомнила она, откладывая сигарету обратно на край пепельницы. Из-под стола женщина вытянула черную сумку, а из нее — плащ с крупными круглыми пуговицами. — Именно этот плащик описывали люди, что видели Мана. К тому же, на все заданные мной вопросы, кроме проверочных, ты не отвечал. Ты использовал уклонение от ответа, обманывая детектор лжи. Что ты теперь скажешь?       Феликс побледнел, сопоставляя все услышанное со своей версией.       — Я — не Ман, — дрожащими губами возразил он. Детектор не издал ни звука. — Я — не Ман! Не Ман, не Ман, не Ман я! Так получилось, что все совпадает, но я — не он!       Детектив сузившимися от ярости глазами буравила машину на письменном столе, так и не просигналившую ни разу на крики Феликса. Не сдержав себя в рамках закона, она вскочила со стула и наотмашь ударила парня в живот. Феликс не вынес настолько сильного удара: уронил голову, впившись подбородком в грудь, и потерял сознание. По обкусанным за время разговора губам потекла кровь.       Детектив фыркнула, разочарованная стойкостью студента, и наклонилась к нему, собираясь привести в сознание. Но тут уголки губ юноши потянулись в разные стороны, образуя на его лице широкую улыбку, смешанную с полнейшим презрением.       — Как Вы могли не поверить? — более низким голосом заговорил Феликс. — Он ведь на самом деле не Ман.       Под тишину детектора на пол за стулом мягко упала веревка, до этого связывающая запястья подозреваемого. Женщина не успела сделать шаг назад, когда рука Феликса легла ей на плечо.       — Ман — это я.