Глава 15. Лучшая защита - это нападение.
29 марта 2018 г., 08:28
Совещание закончилось раньше, чем истекло положенное время первой пары. Не желая упускать возможность побездельничать, основная часть слушателей оперативно покинула актовый зал, пока, как подсказывало обострённое студенческое чутьё, дополнительно на что-нибудь «не припахали». Тщательные в мелочах особи предпочли остаться и продемонстрировать исключительную серьёзность буквально на уровне делового проекта. В их числе была категория тех, кто решил рационально использовать перерыв, чтобы заняться обсуждением плана работы внутри своих инициативных групп на месте.
Предвидев добровольно-принудительный порядок сортировки участников, Лем по собственной воле присоединился к отвечающим за фотовыставку и тематические коллажи. Хотя, по его мнению, подобная деятельность больше подходила для членов «Лиги справедливости», у которых развлекательного компромата имелось в изобилии.
Во всяком случае, это было лучше, чем стать потенциальным кандидатом на уборку территории возле кампусов, а учитывая то, что в последние пару дней парню приходилось исполнять роль эльфа-домовика, занятие сулило сомнительное удовольствие.
— …Больше — лучше. А что, если материала будет не хватать? — поделился мыслью Чарли и, сделав очередной глоток газировки, потряс баночку, проверяя остатки содержимого.
— Приоритет на количество?
— Почему бы и нет?
Лем покачал головой.
— Надо сосредоточиться на том, как сделать шаблон функциональным. Что скажешь… э-э-э… — брюнет попытался изобразить учтивое внимание к парню напротив. Забыть имя сразу после знакомства было как раз в его стиле.
— Себастьян. Ваще можно просто Сэб.
— Сэб, так что ты думаешь?
— Ну, я ваще-то фотограф, а не арт-дизайнер, но ваще я с тобой соглашусь, — энергично закивал тот.
Брюнет ещё раз оценивающе оглядел сокурсника и невольно задался вопросом, почему, как выпадает работать с кем-то в коллективе, так обязательно находятся колоритные экземпляры в качестве коллег. В этот раз попался странноватый парнишка; выпученные голубые глаза, ржаные волосы, передние зубы немного больше чем надо и выдаются вперёд. Также он обладатель фирменной улыбки от уха до уха, что оголяет зубы вместе с дёснами, а при каждом удобном случае Сэб задумчиво пожёвывает нижнюю губу, как кролик перед решительным прыжком за морковкой. Помесь Спанч Боба с Багзом Банни. На первый взгляд создаёт впечатление человека, который стремится избегать малейших намёков на конфликт, но Лем был готов сотрудничать с ним, даже несмотря на эту тупую привычку через слово говорить «ваще».
Вторым участником в их «фантастической» четвёрке была миловидная девушка с первого курса. Её имя Лем тоже благополучно забыл, но помнил, что оно начинается на «Д».
«Д-д-д… Дафна? Дейзи? Дороти? Джери?.. Чёрт».
Сверяясь со своим универсальным прейскурантом, парень быстро определил её к легко разводимым на секс, однако всё же не в его вкусе. Блондинка, но явно крашеная. Очаровательная, но без изюминки. Стройная, но без сисек.
«По десятибалльной шкале на шестёрку».
В то же время, кое-что заставило Лемма напрячься. Он заметил, как девушка не сводит с него мечтательных и наивных глаз, полных надежды. Появлялось ощущение, что она жадно ловит каждое слово парня, но стоило ему обратиться с вопросом конкретно к ней, блондинка втягивала шею и растеряно переспрашивала. В первый раз брюнет не обратил внимания, во второй — позабавился, в третий — стало раздражать. Если Лем правильно понимал женскую психологию, то всё указывало, что она им заинтересована, и не просто с невинным флиртом, а как в новом секс-символе. Определённо, только этого ему сейчас не хватало. Он не был против скромных почитательниц, как, впрочем, и нескромных, но что сделать, чтобы она его действительно слушала, а не строила глазки?
— …Гораздо лучше сделать несколько образцов на формате А4, остальные — подогнать на более маленькие фрагменты или даже вырезать их в специфических формах для оригинальности. Скажем, можно будет составить что-то вроде тематической схемы, — Лем принялся наглядно изображать предложенный вариант на бумаге.
Однокурсники неотрывно следили за его действиями, всецело доверившись проявленной инициативе. Тем временем, пока парень старательно зарисовывал примеры моделей для их будущего проекта, зал покидали последние засидевшиеся студенты.
Неожиданно Лем отчётливо почувствовал прикосновение чьей-то руки чуть повыше колена. Парень застыл, и на секунду из головы вылетело всё, даже то, что он сидит в компании трёх человек. Пальцы с силой сжали его ногу, настойчиво, словно не хотели отпускать. Кинув быстрый взгляд из-под чёлки, брюнет мгновенно опознал руку сидящей по правую сторону девушки.
Потребовалось призвать добрую долю выдержки, чтобы сохранить прежнюю невозмутимость на лице и продолжить своё занятие с видом, способным составить честь любому маньяку.
«Четвертая заповедь сталкера: показать настоящие эмоции — быстрый способ выдать себя. Будь спокоен».
Хорошо, что Чарли рядом навалился на стол и был слишком занят наблюдением за ним, а Сэб напротив не имел должного обзора, так что Лем мысленно вздохнул с облегчением, попытался сосредоточиться на схеме. Судя по уверенным движениям пальцев, то игриво постукивающим, то тихонько и ненавязчиво вырисовывающим незамысловатые узоры у него на бедре, блондинка сочла его реакцию за отсутствие каких-либо возражений по поводу её смелых притязаний.
Лем не удержался и посмотрел на девушку. Подперев ладонью щёку, та внешне казалась невинной и абсолютно непричастной к происходящему под столом, будто её вторая рука существовала обособленно от тела, а она сама не имела никакого отношения к возникшему напряжению. Коротко встретив зелёные глаза, брюнет обнаружил едва приметный блеск, как маленькие искорки, свидетельствующие о только разгорающемся пожаре.
Лем соврал бы, если бы сказал, что ему неприятно или что хочется отдёрнуть её, брезгливо скинуть руку с колена и послать эту наглую первокурсницу за нарушение личного пространства. Конечно, врождённым чувством такта Мисс Д не обладала, но Лем был из тех парней, которые признают половое равноправие и предпочитают прямолинейных в своих желаниях партнёрш, умеющих в любой ситуации брать своё, чем тех непостижимых скромниц, которым, по его мнению, свойственно всё усложнять. Именно поэтому он не спешил судить о ней предвзято.
Завершив последний образец на бумаге, Лем осторожно наклонил голову в сторону блондинки и припомнил один отработанный приём для пикапа из своего репертуара. Он прекрасно знал, какое впечатление производит его фирменный «хищный оскал». Натянув слегка снисходительную улыбку с претензиями на блядский намёк, Лем обратился сразу ко всем:
— Кстати, давайте обменяемся номерами, пока не разошлись.
— Точно. А то потом как свяжемся? Телепатически? — подхватил Чарли, доставая телефон.
Они потратили не больше минуты на то, чтобы внести номера друг друга в список контактов, при этом выяснилось, что первокурсницу на самом деле зовут Одри.
«Ага. На «Д», блять», — язвительно заметил про себя Лем, сокрушаясь над собственной некомпетентностью в запоминании имён.
— Когда примерно будут готовы фотографии? — первым делом поинтересовался темнокожий после того, как они обсудили основные пункты их дальнейшего плана действий.
— Лучше завтра. Тогда успеем выбрать самые удачные. Тем более сегодня ваще мало времени, чтобы прогуляться с фотоаппаратом и поймать что-нибудь интересное, — заключил Сэб и добавил: — Сколько у вас завтра пар?
— Четыре. Второе — окно.
— Отлично, тогда после первой пары завтра передам, что мы успеем сделать, а после четвёртой — остальное.
***
Когда с их официальными обязанностями было покончено и парни ещё раз пробежались глазами по шаблонам, не забыв согласовать всё с куратором, настала пора направиться на занятия. Отвязаться от Одри получилось не сразу: она то и дело беззастенчиво брала Лемма под руку, норовила прижаться потеснее, словно ей нужен был «могучий защитник» от неведомых угроз, и втиснуться в разговор между друзьями, даже несмотря на то, что она совершенно не понимала, что такое «ганкать» и «качать профу». Последнее виделось Лемму натуральным богохульством, поэтому в очередной раз объяснив, что асмо это не покемон, а одна из двух рас в онлайн игре под названием «Aion», он доходчиво дал понять первокурснице, что ей нет никакой нужды сопровождать их на третий этаж до аудитории. Кинув неодобрительный взгляд в сторону Чарли, точно он являлся пятым колесом тут, девушка наконец покинула обоих, напоследок многозначительно подмигнув брюнету. — Асмо-покемон? — хохотнул в голос Чарли, предусмотрительно проверив, что Одри скрылась из виду. — Нет, ну ты слышал? Покемон! Она обозвала асмо покемонами, ёб вашу мать! Надо же. А я думал, что асмо — это помесь орка с аватаром. — Угомонись уже, — попытался предотвратить намечающийся поток бреда со стороны приятеля Лем, но это давалось ему с трудом, так как его самого уже не на шутку распирало от потребности посмеяться. — Асмо-асмо-асмо! — продолжал буйствовать Чарли, не обращая внимание на проходящих мимо студентов. — Асмо! ЭТО ЧТО ЗА ПОКЕМОН?! — проорал он с вызовом. — Аха-ха-ха! — не вытерпел Лем и тоже рассмеялся, чуть ли не сгибаясь пополам. — Покажи мне своё мастерство, Лем Карлайл! Покажи мне свою ярость! — сжимая кулаки и скалясь, как обезумевший джедай, кричал Чарли. — Сейчас-сейчас, тренер… — промычал сквозь смех брюнет, стараясь не присматриваться к физиономиям учащихся рядом с ними, что напоминали в данный момент случайных зрителей какого-то идиотского флеш-моба, затем, крутанувшись на месте, в лучших традициях аниме сделал резкий выпад, кинул воображаемый покебол перед собой и с расстановкой провозгласил: — Асмо-мон, я вызываю тебя! За последовавшим громким гоготом, что прокатился по коридору, будто здесь обосновалась по меньшей мере армия бешеных гиен, послышался почти симфонический вопль воздевающего к небу руки Чарли. — Да-а-а-а! Ты великий мастер! Ты супер-мега-про-геймер! В пылу безудержного смеха парень и сам не понимал, что его дёрнуло подыграть другу, но после такого каламбура у него словно открылось второе дыхание. Лем не стал успокаиваться, а просто поддался этой волне веселья. Кое-кто из заставших сцену в коридоре узнал в нём «того самого», что был на плакате в девичьем платье, и это спровоцировало ещё один взрыв хохота. — Леммолита теперь специализируется не на плётках, а на покемонах! — Вылитый мазохист. Стопудова засовывает себе в очко дюжину покеболов за раз. — Аха-ха-ха! Господи, ну и придурок! — Точно! Лем сделал вид, что его мало волнуют их комментарии, у него было слишком хорошее настроение, чтобы его портить, однако, заметив в конце прохода того самого «покемона», всё же прыснул и истерично толкнул приятеля в бок. — Чарли, чёрт, я и правда его вызвал. Смотри. С другой стороны, прямо от выхода на лестницу, к ним приближались двое парней, в которых сразу и без посторонней помощи друзья признали Джери и Кита. — Ох, мать твою… — заскулил темнокожий и практически обнял стенку, чтобы не упасть. — Ты такой крутой мастер, что вызвал сразу парочку асмо. Я преклоняю колени перед твоим умением, сенсей. — Заткнись, не смешно уже, — шикнул Лем, быстро возвращая первоначальное спокойствие. «Шестая заповедь сталкера: сталкер, как хамелеон, умеет менять маску и сливаться с толпой». Как предписывало правило, стоило попытаться выдать желаемое за действительное и подтвердить теорию на практике хотя бы показным хладнокровием. Но, как известно, сказать легче, чем сделать. Лемму хотелось предстать по-прежнему равнодушным, насколько позволяла ситуация; хотелось, чтобы это выглядело максимально естественно, будто ему откровенно нет дела до возникшего прямо по курсу парня и связанного непосредственно с ним нарушения в привычном укладе предрассудков. Если брать во внимание, что с официального знакомства с асмо во дворе его дома прошло уже около двух суток, для Лемма был вполне смущающим тот факт, что он видит Джери, словно впервые. И как раз осознание подобного несовпадения ожидаемого с реальным и привело к провалу. Этого было достаточно, чтобы не состояться приготовленной безразличной мине брюнета. Наскоро покопавшись в известной ему до последнего времени классификации студентов, сероглазый с трудом сориентировался, к какой касте отнести Джери. В стенах университета он выглядел на своём месте, с более точным определением можно сказать, что у этого человека нет границ или ему в любой компании, будь то ботаники, айтишники или остальная огромная куча нонконформистов, по-своему рады. У Джереми вид того самого обаятельного красавчика на фоне дерзко пестрящей массы, что интересуется всем в общем и каждым в частности по причине каких-то известных только ему мотивов. Одним словом, это Мистер «Я хочу всё знать», «Я разносторонний и со мной весело» или «Я могу рассмешить даже самого зажатого и закомплексованного». А ко всему прочему, он же ещё и рыжий. Он же ещё и гей. Нет, ему мало этого и обязательно надо иметь наглость, чтобы быть таким до скрежета зубов неформалом среди неформалов. Двигаясь по коридору непринуждённым шагом и отвечая на встречные приветственные фразы кивком или бодрой улыбкой, Джери напоминал Лемму общительного волонтёра, у которого по чистой случайности оказалась прорва свободного времени, чтобы всем угодить. Из затянутого на затылке маленького тугого хвоста непрошено выпадали пряди, продолжая чёлку и обрамляя лицо, чёрно-белая водолазка по фигуре с бесчисленными надписями, светлые джинсы словно специально плотно обнимали длинные ноги, и сумка через плечо свободно болталась в районе бедра. Рядом с ним Кит смотрелся белобрысым штампом. От неумолимо надвигающейся знакомой физиономии у брюнета засосало под ложечкой. Лем не знал, что делать. Он видел себя и других людей, окружающих его в коридоре, со стороны и понимал, что абстрагироваться сейчас не лучший выход. Джери повернулся и посмотрел на него. Ещё четыре шага. Надо что-то срочно придумать. Не как вчера Лем перебирал уйму гениальных идей, чтобы расквитаться со своим соседом и поставить всё на свои места. Интуитивно что-то подсказывало, что Джери имел право так крутить у него за спиной свои фокусы, имел полное право. Ещё каких-то три шага. Вот рыжеволосый уже с любопытством разглядывает его. Добродушно? Выжидательно? Или даже с притаившимся нетерпением, будто он миллион лет голодал и теперь предвкушает наконец получить причитающийся кусочек награды за умение ждать? В сознании Лемма громко застучала мысль: «Скажи всего два простых слова «Прости меня», и всё прекратится. Хватит придумывать глупые оправдания, искать повода отомстить». Джери всего в двух шагах. «Я должен отплатить ему той же монетой. Я должен поставить этого козла на место». «Сдайся и извинись». «Только не в этот раз». Он совсем близко, а Чарли продолжает смеяться, будто ничего не происходит. И брюнету ничего лучше не пришло в голову, как изобразить рукой жест «я слежу за тобой» глаза в глаза. Сначала в лице Джери отразилось лёгкое недоумение, но, быстро прочитав настрой брюнета и не прекращая идти мимо, в ответ устало показал средний палец, вызвав тем незамедлительную реакцию со стороны окружения. Послышался чей-то нервный смешок. — Эй, ты! — позвал Лем в спину удаляющемуся парню. Когда тот оглянулся, он с силой вскинул руки и так же выставил с каждой по факу. — Пошёл на хуй, асмо-пидор. — Заставь меня, гондон, — продолжил обмен любезностями рыжий, полностью обратившись к нему. Притормозивший рядом Кит хаотично метал взгляды от Лемма к Джери, в то время как небольшая кучка заинтересовавшихся студентов столпилась, подпирая стены коридора. — Ты тупой? И тебе, оказывается, нужно всё расшифровывать? — сероглазый изобразил фальшивое сожаление и заметил, как знакомый напротив резко сдвинул брови к переносице, недовольно прищурился. — Я сказал «Пошёл на хуй». А это, между прочим, значит пойти на хуй, то есть свалить куда подальше и не напрягать своим присутствием. — О, как грубо. Не терпится попробовать с парнем, верно? Ещё долго будешь отрицать это? — к удивлению Лемма Джери откровенно заулыбался. — Рискнёшь разок? Если понравится, я подумаю над твоим предложением пойти на хуй. Только сомневаюсь, что ты когда-нибудь будешь сверху, Лем. На лбу написано, что ты пассивный. Речь рыжеволосого произвела эффект порядочного по сегодняшним меркам стенд-ап шоу, отчего большая часть собравшихся принялась хохотать, некоторые одновременно с чувством хлопали в ладоши, будто услышали отличный анекдот. — Заткнись, — прорычал Лем, чувствуя, что у него начинается фаза двойного смерча. — Почему бы вам обоим не заткнуться? — вставил Чарли и попытался подтолкнуть друга на выход к лестнице, но тот гневно отдёрнул плечо. — Оставь свои фантазии при себе. В любом случае, у тебя всегда есть запасной вариант, куда приложиться, — с трудом сдерживая закипающую злость, проговорил Лем и выразительно кивнул на Кита, давая понять, кто здесь «запасной вариант». — Не слушай его. Пошли, — блондин посмотрел на Джери, в глазах которого читался основательно насмешливый приговор. — Отсоси у меня, Карлайл, — пропел тот, и, прощупывая языком щёку, совершил рукой толчкообразные движения ко рту, демонстрируя фразу наглядно. Тем, кто затаил дыхание, был Чарли. Он ошарашено перевел взгляд на Лемма, предчувствуя взрыв урагана. Для того сказанное Джери стало последней каплей, и в дальнейшем, если бы кто-то спросил, о чём он тогда думал, парню толком не нашлось бы что ответить. Он буквально физически ощущал, что нутро наполнилось журчащим по венам гневом вперемешку с возбуждением. Глядя, как сосед провоцирует его, в рассудке помутнело от того приступа примитивной ностальгии, от того сладкого и приятного чувства, от того импульсивного желания распробовать чужой вкус, и это раскалило злость докрасна. — Повтори, блять!.. — взбешённо накинулся на неприятеля Лем. — Так, ребят, это уже ни в какие ворота! Угомонитесь! — Заткнись, Коллинз. Дай посмотреть на драку. Обхватив поперек туловища яростно рвущегося вперёд брюнета, Чарли настойчиво удерживал того от наступления к асмо. Ситуация начала стремительно выходить из-под контроля. — Если я тупой, то ты глухой! — перестав сдерживаться, тоже повысил голос рыжеволосый и направился было к взвинченному парню, но его попридержал Кит. — Иди сюда! Я покажу тебе настоящее PVP, а не на пальцах, урод! — Сам напросился! — Давай! Чего ждёшь?! Боишься злого эллийца, да?! — Да завалите оба уже! — не выдержал Кит и в очередной раз дёрнул на себя Джери, однако это не помогло, и пришлось по-настоящему навалиться. — Помогите, бля! — Отпустите! — неистово брыкался Лем теперь в обхвате Чарли и кого-то ещё. — Ему пиздец! — Видишь?! Видишь хер?! Засунь себе в задницу, урод! — показывая всё тот же средний палец, прокричал рыжий. Внешне оба напоминали два сошедших с рельсов поезда, готовых в любую секунду врезаться друг в друга и вызвать катастрофу. — Эй, заткнитесь! — Оттаскивайте их! Брюнет с трудом вывернул обе руки и продемонстрировал вдогонку противнику два пальца. — Кишка тонка засунуть себе в зад сразу два?! Ну, давай! Чарли казалось, что он пытается остановить разъяренного быка с красной тряпкой между глаз. Ещё больше это ассоциировалось у Чарли с театром. Существует же театр теней, кукольный театр, театр двух актёров, но это был театр двух дебилов. — Хватит пиздеть, придурки! — перекричал обоих Чарли и скрутил приятеля, толкая всем телом к дверному проёму. — Пидор! Я тебе покажу, кто здесь сталкер! Я тебе всё верну с процентом! — не переставал материться Лем и прикладывал все силы, чтобы показать как можно больше фака противнику, пока его окончательно не переместили вне зоны доступа. — Утри нос, сыкло! — не отставал от него Джери, полностью посвятив себя жестикуляции среднего пальца. — Пошёл на хуй, хуесос! — Да прекратите этот словесный понос, идиоты! — Пиздюк! — громче всех неистовал асмо, всячески формируя из рук разные фигуры для наглядности фака. — Пидарас! — изобразил жест крест-накрест Лем. — Гондон! — ответил тому рыжеволосый, вертушкой раскручивая один палец над другим. — Молчи, уёбище! — показывал брюнет «ковырялочку». — Нарываешься, сука! — одним пальцем трахая сотворённое отверстие из другой руки, издевался первокурсник. — Ёбаный дурдом, мать вашу! ЗАТКНИТЕСЬ! Хватит орать! Кто орёт?! Уймите этих ушлёпков! — продолжали вразнобой ругаться студенты, пока Лемма втроём не выпроводили из коридора. Наверное, только одному декану известно, чем бы закончилась стычка, если бы двое парней в самом деле прибегли к рукоприкладству.***
Аудиторию наполняли типичные звуки для кабинета информатики: нескончаемая сбивчивая дробь по клавиатурам, перекличка мышек, системные оповещения и почти неслышимое гудение множества компьютеров, что славится способностью успокаивать расшатанные нервы айтишникам. Вдоль рядов со столами периодически проходила профессор, невысокая достаточно полная женщина средних лет; она несла стражу с выражением великой значимости своей миссии, в которую входило блюсти сосредоточенность студентов и поддерживать стабильность их работы на нужном уровне, и посмей кто-нибудь к ней обратиться без должного уважения, этому кому-то придётся очень худо. Дело было в том, что она являла собой тот тип людей, с которыми следовало разговаривать, тщательно подбирая слова. Не то, чтобы в присутствии других преподавателей не требовалось то же самое, однако у Роберты Риддер был вид, выражающий, что в своей жизни она всего добилась сама, тяжёлым трудом и наперекор судьбе, потому что она была чёрной и потому что она была женщиной. Во всём университете она была единственной афроамериканкой с учёной степенью, поэтому если у тебя в глазах возникнет хотя бы тень сомнения, что она чего-то не достойна, ты считался заранее пропащим. Любому студенту известно, что если ты не в ладах с преподавателем, то должен всеми силами пытаться сохранить нейтралитет, иначе будущее окрасится цветами вылета из университета. Но даже при всём этом, Лем относился к ней с неприятием. Вероятно, она и знала свой предмет исчерпывающе хорошо, но ключевым словом тут было «исчерпывающе». Лемму категорично не нравилась её одержимость все делать идеально и по форме. Однако, у неё хватало мозгов, признавать, что чьи-то знания иногда превосходят её собственные. — Мистер Карлайл, у Вас какие-то проблемы? — голос Риддер прорезал аудиторию подобно заведённой бензопиле. — Нет, — с промедлением отозвался Лем и навалился на стол боком так, чтобы она при всём желании не могла рассмотреть, чем он занимался на самом деле. — Вы всегда можете обратиться ко мне за помощью. С этими словами женщина продолжила обход. «За помощью. Ага», — хмыкнул про себя парень. Если к ней и обращались, то только с жалостливой просьбой влепить хотя бы «удовлетворительно» вместо «неуда». Рядом заёрзал Чарли. Краем глаза проследив, что та удаляется от них, он прошептал: — Ты ещё долго? — Ещё немного и будет готово, — так же тихо произнёс брюнет. — Ты хочешь, чтобы она тебя убила? — практически прошипел ему на ухо друг, и в голосе звучала лёгкая нервозность. — Она же уничтожит нас… — Уничтожит, если ты не перестанешь вертеть головой, — Лем резко оглянулся на профессора и вернулся обратно к компьютеру. — Подвинься чуть ближе ко мне и наклонись. В течение следующих десяти минут парни, как казалось со стороны, беспричинно косились в сторону Риддер. И ей это не нравилось. Совсем не нравилось. Карлайл всегда смотрел на неё как-то странно, а Вейн потакал ему, и ей хотелось бы найти на обоих что-нибудь компрометирующее. Например, как сейчас, пусть только посмеют у виска покрутить у неё за спиной или не сдать таблицы к сроку, уж она сделает всё, чтобы в эту сессию у тех кровь носом пошла. — Через десять минут звонок, и я собираюсь получить ваши работы прежде, чем на часах пройдёт ещё минута. Заканчивайте с таблицами. С конца первого ряда взметнулись несколько рук, сигналящих о готовности продемонстрировать результаты. Роберта к своему острому неудовольствию обнаружила, что среди них были и Карлайл с Вейном. Допустим, оба справились, это же не значит, что на «отлично», однако ей предстояло увидеть, что задания были выполнены безукоризненно, и, не заметив к чему придраться, ей пришлось обоих отпустить вслед за остальными счастливчиками. — Лабораторные в среду, — строго известила женщина в надежде напоследок наподдать, только снова безуспешно. Те не выглядели озабоченными её нажимом. Ладно, в следующий раз. В следующий раз она что-нибудь точно заметит. Пока что у неё ещё оставались жертвы для измывательств. — Боже, Мистер Грейли, почему здесь не стоят отступы? Вы думаете я не замечу? Я по вашему слепая? — Ну, здесь в задании не сказано… — Нормативы, Мистер Грейли. Ещё на первом курсе я Вам выдавала список требований к документам. Если Вы намереваетесь и дальше игнорировать существующие правила, я сообщу об этом Вашему куратору. — Это же обычные отступы. Ведь ничего такого… — Вот именно, только отступы, обычные отступы. А Вы и этого не в состоянии сделать… — Риддер разошлась не на шутку и не без удовольствия отмечала, как Грейли с каждым её словом будто сжимается на стуле. Как же она любит младшие курсы. В этот момент её красноречивое отчитывание прервал чей-то возглас с третьего ряда. — О-ху-е-е-еть! Подобное хамство в своём присутствии ей доводилось встречать впервые. Женщина принялась зорко выискивать осмелившегося материться на паре. — Пиздец… Ой… — тоже начал было шокировано лебезить Грейли, но тут же осёкся. — Простите. Просто… Смотрите… Моя работа… она… э-э-э… В аудитории набирал оборот смех, сначала приглушённый, затем всхлипывающий, словно кто-то разрывался между тем, чтобы рассмеяться в голос, и тем, чтобы предусмотрительно не рыть себе могилу. Риддер с апломбом взглянула на ещё одного каторжника, проследила его виноватый взгляд и ужаснулась. Монитор компьютера, где она ещё совсем недавно проверяла задание студента, светился и ярко мигал, как диско-огни, а в центре огромными буквами выделялась надпись «ТРЕВОГА! У ДЖЕРЕМИ ГРАНТА С ГРУППЫ АК — 084 ГЕНИТАЛЬНЫЙ ГЕРПЕС! ПРЕДУПРЕЖДАЕМ! ОН ЗАРАЗЕН!» Ниже красовалась ссылка на какой-то сайт. — Что за хре… — почти вырвалось у Риддер, она была готова сама материться, но высшее образование и аспирантура с учёной степенью не позволяли. — Кто это сделал?! Она обвела студентов огнемётными глазами и удерживала себя от желания задушить какого-нибудь второгодку прямо тут. — Это не мы! — почти хором вырвалось у студентов. Роберта заметила, что на всех мониторах, стоящих в её аудитории, светилась та же надпись. Она сорвалась с места и подбежала к своему рабочему столу. И там, и везде, повсюду одно и то же. — А кто такой Джереми Грант? — скромно обронила девушка, сидящая за компьютером ближе всех к ней. Но Риддер не слышала её. Это всё они. Она знала. Это эти двое проклятых второкурсника, которым всё сходило с рук с самого начала. — Ох… А это что за сайт?! — удивлённо взвизгнула студентка, и женщина очнулась, чтобы глянуть на причину. Девушка, которую Роберта причисляла к типичным тихоням, сейчас была красной, как помидор. В очередной раз под уже громкий хохот она отошла от кафедры и наклонилась к монитору. В открывшемся окне отчетливо виднелись обнажённые мужчины, занимающиеся сексом в позах, о существовании которых Роберта даже не подозревала. Через секунду она уже поняла, что это был какой-то гей-порно сайт. Она сглотнула комок в горле и прочитала сообщение на форуме от некоего JeroNImo. «Всем привет. Я рыжеволосый красавчик с огромным членом. Я твоя мечта, детка. А ещё я обожаю ролёвки и предпочитаю проводить время в Aion. Я кончаю от одного вида эллийского члена. Заинтересовало? Заходите в игру и поимейте меня!» Темнокожая женщина пришла в себя только по прошествии нескольких минут. Она упустила тот момент, когда все свидетели скрылись из виду. Ей предстояло разобраться с подобным вандализмом, но убрать надписи с мониторов не удавалось. Позвонив системному администратору локальной сети, она узнала, что аналогичная проблема наблюдалась на всех компьютерах на территории университета. Позже Риддер думала, что если ей и пришлось видеть в своей жизни что-то стоящее, то это был этот гей-порно сайт. А JeroNImo… Какой он в жизни?
