Не затеряйся в туманах зла...

Мистер эльф, почти сдавшись, все равно нашел то, что искал — кошмарный сон, в котором только он мог всех спасти, не дал его духу окончательно упасть. Немедленно сообщив эльфам эту важную новость, он побежал скорее собирать чемоданы, а остальные занялись подготовкой транспорта к долгой дороге…

***

А Няня Плам и Мудрый эльф уже были в городе.

Они шли вдоль многоквартирных длинных домов по тротуару, выложенному большими бетонными плитами, а по асфальтовой дороге проносились машины, в основном серых, черных и белых цветов. Редко, когда не дороге показывался автомобиль какого-нибудь небесно-голубого цвета или ярко-зеленого, как молодая трава весной… Эльфу и фее было трудно дышать этими выхлопами, но они все еще надеялись добраться до парка или, хотя бы, до двора. Наконец, в бесконечной стене этих, пока небольших домов, показалась кирпичная арка, закрытая массивной стальной решеткой, покрашенной в черный цвет. На тех промежутках, откуда слез слой краски, уже рыжела ржавчина. — Смотри, там, наверное, двор! — Припав к прутьям ограды, воскликнула няня Плам. Она отчаянно вцепилась в эти стальные прутья, словно желая вырвать их с корнем — так надоело ей дышать выхлопами автомобилей. Во дворе, огороженным стеной из жилых зданий, было не так шумно и дышать было легче — машин там было не много, да и то — они просто стояли у подъездов. Мудрый эльф, глядя на фею, как на маленькое наивное дитя, заметил, как странно озираются на них прохожие. Не говоря больше ни слова, старик подошел к воротам и, подтолкнув их с краю, открыл. Оказалось, там была маленькая дверь, чтобы люди могли пройти во двор — большие створы открывались только для грузовых машин. Плам, перестав виснуть на ограде, посмотрела на Седрика так, словно он сотворил какое-то чудо. Она пошла за ним. Войдя во двор, Няня и Мудрый эльф сели на старую белую скамейку, под содравшейся краской которой уже виднелась чернеющая от гнили древесина. — Няня Плам, ты помнишь зачем мы здесь? — Спросил Мудрый эльф, положив руку ей на плечо. — Да, чтобы найти источник загрязнения. — Утвердительно ответила фея, все еще боязливо осматривая двор бегающими глазами. Мудрый эльф, сделав свое выражение лица как можно серьезнее, подтвердил: — Верно, а значит нам придется жить в королевстве больших людей и притворяться, что мы одни из них. — Он прочистил горло деловым покашливанием, и продолжил — Чтобы выжить в их королевстве, нужны деньги, а чтобы их получить, нужно найти работу. Я уже говорил это, но повторяю еще раз. Плам вздохнула, вернее, попыталась вздохнуть — грязный городской воздух вызвал только першение в горле. Встав со скамейки, старик выпрямился, глядя куда-то вдаль, и задумчиво проговорил: — Да… А что я умею? — Чинить предметы — Хриплым голосом ответила Плам, все еще откашливаясь. — Верно. — Подметил Седрик, после чего добавил: — Чинить можно многое, потому пойдем поищем мне работу в ремонтных мастерских. Вон, там на окраине, недалеко от нашего луга была авторемонтная мастерская — я видел. Пойдем туда. Сказав это, он быстрым шагом направился к арке. Няня Плам, спешно поднимаясь со скамьи, побежала следом: — Эй, подожди! Летать мне нельзя, а шаги у тебя быстрые — я не успеваю!!! Выйдя за пределы двора через противоположную арку, они оказались уже на другой стороне улицы, но и там машин было не меньше. — Старый эльф, давай упадем и не будем вставать? — С совершенным упадническим безразличием, спросила Плам, и звучало это даже не как вопрос, а как утверждение. Обернувшись к запыхавшейся спутнице, Седрик, недовольно нахмурив брови, ответил: — Няня Плам, я думал, что это я всегда теряю надежду на спасение, когда ситуация кажется безнадежной. Плам опустила голову, глядя на свои избитые фиолетовые балетки, покрывшиеся сероватой пылью. Смягчившись, Мудрый эльф подошел к ней и, ласково приобняв ее за шею одной рукой, прошептал уверенным голосом: — Ну потерпи. Я знаю, что феи почти ничего не могут, что духам природы сложнее выжить в таких условиях, но сейчас я попытаюсь найти работу, получу плату, а этих деньг нам хватит, чтобы потом найти хоть какое-то жилье. Она безмолвно кивнула и, выпрямившись, нехотя двинулась вперед, держа руку эльфа в своей. Она не хотела этого делать, но все что она сейчас делала, выходило как-то само. Вскоре, добравшись до авторемонтной станции, два чуждых миру людей существа, посмотрели друг другу в глаза — во взгляде друг друга им виделись только воспоминания о прошлых солнечных днях, о каждом прошедшем новом дне, обо всех пережитых приключениях, что остались позади, словно ушедшее детство их учеников — Бена и Холли. Как те два подростка были похожи на них в том далеком прошлом, скрытом за туманами зла… — Ну, подожди меня здесь. Я сейчас подробнее разузнаю обо всем… — С осторожностью, Вполголоса сказал Седрик, прикрыв веки, и с неохотой отпустив ее дрожащие пальцы — ему было страшно.

О чем он думал в этот момент? О том, как он стар…

— В моем возрасте, а то и моложе на несколько столетий, люди отправляются на пенсию. Вдруг меня не возьмут?.. — Размышлял эльф, поглаживая седую бороду и, задумчиво взглянув на Няню Плам, снова взял ее за руку. — Ты пойдешь со мной. — Волоча ее за собой к помещению гаражного типа, со знанием дела сказал старик. В этом облезлом металлическом здании, напоминающем гараж, располагался пункт приема новых работников. В основном, в подобных местах подрабатывали студенты или практиканты из технических училищ. Войдя в помещение, Седрик подошел к замасленному столу, за которым сидел лысый человек в грязном тряпичном фартуке, в карманах фартука было много разных инструментов. Его руки, которыми он опирался о столешницу, были испачканы машинным маслом. — Здравствуйте, дедуля, чем мы можем вам помочь? — Приветливо улыбнувшись, бодро спросил человек. — Здравствуйте, мистер, я бы хотел видеть главного. — С серьезным, немного неуверенным видом, ответил Старый эльф. Рабочий улыбнулся и, ударив себя в грудь, с явным энтузиазмом ответил: — Так я и есть главный! Так, что вы хотели? Старик косо глянул на Плам, с любопытством озирающуюся по сторонам, после чего, набравшись уверенности, проговорил: — Я бы хотел устроиться на работу в вашей мастерской. Я хорошо чиню различные механизмы. В ответ на свом слова, он услышал громкий невежественный смех того человека. — Дедуль, а вы, случаем, не забыли свой возраст? — Сквозь смех спросил мужчина — В вашем возрасте вам надо на пенсию уходить, а не на работу устраиваться! Нахмурив брови, Седрик выпалил, краснея от обиды: — Не смотрите на мой возраст! Я все еще способен управляться с тяжелой работой, с мелкими деталями-запчастями, даже с часовыми механизмами и все это потому, что я… Он хотел было достать из кармана рог, чтобы, упомянув о своей принадлежности к эльфийской расе, дунуть в него, как и прежде, но няня резко дернула его за руку. Немного остыв, Седрик вздохнул и, печально взглянув на Плам, вспомнил свой замысел на случай отказа, ради которого и взял ее с собой: — Потому что я несчастный отец умственно-отсталой дочери! Мы бездомные! — Выдавив из себя слезы, закричал он. — Да как ты смеешь, старый пень?! — Воскликнула фея — Я превращу тебя в лягушку! Человек с недоумением глядел на них, а Седрик, упав на колени, жалобно спросил: — Ну вот, вы слышали? Слышали? Ах, бедные мы, бедные! Документы у нас отняли, последние деньги украли, на работу не берут!!! Он так отчаянно плакал навзрыд, что можно было поверить, будто бы все, сказанное им только что — чистая правда. На самом деле, эльф плакал от того, что не знал судьбу своего эльфийского народа — как они там без него?.. Выживут ли?.. Плам, сердито сложив руки на груди, глядела на своего попутчика взглядом, полным нелюбви. Человек, смягчившись, подошел к Мудрому эльфу и, подняв его с грязного бетонного пола, ответил: — Ну что же вы так убиваетесь? Я просто неудачно пошутил. Раз такое дело, то почему бы и не взять вас на работу? А дочку вашу можете с собой брать, чтобы не потерялась. — Он, прищурив глаза, с осторожностью взглянул на попутчицу Седрика. Мудрый эльф, улыбнувшись сквозь слезы, струящиеся по впалым морщинистым щекам, кивнул и, расписавшись на какой-то важной бумаге, которую дал ему человек, ушел, чтобы приступить к работе с завтрашнего дня. На улице догорал закат, едва озаряя зараженные земли своими последними усталыми лучами из-за густого дыма, идущего от грязных человеческих заводов и фабрик. Плам и Седрик уходили прочь, а работник, задумчиво почесывая лысый затылок, смотрел им во след, и его не оставлял вопрос — Почему у этой дамы за спиной крылья, прозрачные, как хрусталь, а у старика такие длинные остроконечные уши?..