Танцующая клинками или вспомнить всё.

Любая, даже самая незначительная и смешная цель может перевернуть привычную жизнь человека с ног на голову. Удивительное дело! Шавва никогда прежде не убивала с такой тщательностью и осторожностью, с которой теперь перерезала глотки жертвам, пытаясь угодить заказчику. Быть может, он подкинет пару лишних монет за деликатность выполнения заказа? Сейчас ей было на что откладывать лишние заработанные золотые. Война уже дышала ей в затылок. Шавва лежала на мехах в своей кровати и грезила. Она не открывала глаза, пока солнечный свет, пробившийся в небольшую комнату, не озарил деревянные и телесные цвета её комнаты молочным сиянием. Было тихо и безмятежно. Мало-мальски уютный облик комнаты разительно отличался от её видений, полных крови, огня и пиршеств. Некоторое время она просто смотрела в потолок и перебирала в пальцах локон белоснежных волос, пытаясь разобраться в своих видениях. Она размышляла над тем, сколько времени потребуется на то, чтобы король отправил рекрутов на линию фронта или, может быть, даже куда-то в горы или болота. Размышляла над тем, скольких сородичей сможет встретить на войне и сколько попытаются убить ее. Но почему она не может украсть любую лошадь и на полном скаку отправиться в самые опасные земли? Поддавшим этим сладким фантазиям, эльфийка чуть было не уснула, вдохновленная тем, что совсем скоро сможет разыскать других темных эльфов, обрести семью и размахивать клинками столько, сколько пожелает. Время тянулось и тянулось, как густой мед. Шавва не знала, какой путь будет вернее: подчиниться или взбунтоваться? Ждать приказа короля было бы вполне себе правильно, однако когда же он наступит? Второй же вариант подразумевал под собой риск, но мог приблизить эльфийку к цели намного быстрее. В тот вечер она засела в таверне на окраине и пила. Не то чтобы она тут была завсегдатаем, да и вообще явилась с одной-единственной целью — напиться. Здесь никто не знал ее имени. Ощущение было такое, словно она сидит на дне тёмного океана, на тёплом кратере подводного вулкана. Эльфийка устроилась у стойки, забившись подальше в угол и укутавшись в капюшон. Бар располагался в довольно холодном подвале, а единственным дополнительным источником света был стакан у нее в руке, флюоресцировавший синим. Этот бледный свет проводил черту, отделяя Шавву от хриплых голосов и радостных и разочарованных возгласов, доносившихся от остальных столов. Каждый стакан она пила быстро и залпом, но совершенно не чувствовала опьянения. Воспоминание о встрече с Халетом стреляло в висках: новости о вступлении в войска, наивное, детское лицо и полное ощущение присутствия. В данных обстоятельствах это мимолетное воссоединение казалось слишком реальным, слишком резким. От одной этой мысли сердце бешено заколотилось, а в горле комом встала тошнота. Теплая улыбка, пронзившая ее насквозь. В тот день, когда она увидела его около водопада, ей выпал золотой шанс оживить свою окаменелую душу, обретя друга в лице простоватого юноши. Она не придавала значения этому, казалось бы, привычному происшествию; но встреча с человеком, который видит в ней нечто большее, чем мерзкую, неполноценную полукровку открыла ей новый мир — к добру ли, к худу ли. Раньше Шавве такой возможности не выпадало. А если просто сидеть и ждать, когда же начнётся настоящая жизнь — то уж точно не дождешься. Но о том, куда это ее заведёт, она не имела ни малейшего понятия. Чёткий спокойный голос, полный неколебимой уверенности, эхом отдавался у нее в ушах.

***

Бесконечные и заманчивые лучи света лились сквозь мрак, и в этом сиянии набитые, как кильки в банку, толпы бесхребетных живых вяло извивались в тепловатой жиже бытия. Жадное дыхание Тендема вилось, обволакивая руки и ноги человека, афродизиаком размягчая сознание, превращая сердце и разум в желе. Но стоило пересечь два «кольца», составлявших самую душу столицы — Зону-1 и Зону-2 — как дурман постепенно спадал. Примерно так же быстро, как остывал ночной ветер, менялся и городской пейзаж. Вражеская пехота нарушила хрупкий мир, заключенный накануне. Соединенные Республики больше не хотели затягивать войну, что было очень разумно. Продолжительная война изнашивает любое, даже самое сильное государство. Истинно мудрые полководцы выигрывают битву еще до ее начала. Граница на севере словно превратилась в длинную адскую цепь, горящую огнем — настолько внезапным было нападение. Вражеские солдаты, скорее всего, эльфы-разведчики, обезвредили часовых на невысоких башнях, стоящих вдоль всей северной границы. Атака была столь быстрой, сколь же и бесшумной. В ту ночь жители и представить не могли, насколько близко к ним подкралась Смерть. Шавва была раздражена. Последние десять дней она играла в кости и пила, а днём без дела бродила по окрестностям. Она хотела, чтобы битва поскорее началась — по крайней мере, после неё можно будет передохнуть. Но вот и настал тот день, ради которого она жила последний месяц. Большую часть рекрутов бросают на северную границу. В первую очередь отправляли молодых юношей и самых крепких мужчин, женщины и старики были второстепенны. Однако напористость Шаввы помогла ей и здесь. Пересекая цветущее поле, эльфийка и ее соратники-мужчины начали вязнуть в холодной грязи. Было трудно просто идти, о быстром передвижении не могло быть и речи. Далеко впереди она видела авангард, ведомый лордом Майро, выходящий к подножью обрыва. Замыкали фалангу два полководца, достаточно известные на военном поприще. Вот тогда-то всё и началось. На вершине обрыва появилась армия зверолюдей вперемешку с эльфами, возникшая, казалось, ниоткуда, и обрушила огонь и тысячи стрел на авангард магонийцев. Внезапно группа всадников с флагом герцога Амдира проскакала по берегу реки и скрылась в роще на востоке за речной отмелью. Воевода Улакт, оказавшийся неподалёку, зарычал, требуя отмщения, и устремился в погоню. Герцогиня Нагея направила своё войско через брод, чтобы перехватить армию, стоящую на обрыве. Генерал Эол ничего не мог поделать. Его отряды слишком увязли в грязи, чтобы стремительно прорваться к месту событий. Он приказал развернуться к лесу, чтобы отразить возможную атаку людей герцога Амдира из засады. Они так и не появились, а большая часть войск Эола так и простояла лицом к лесу всю битву, попросту потеряв время. Взгляд Шаввы был прикован к обрыву. Высокий эльф, подал знак, и боевые маги эльфийского войска обрушили свои заклинания на что-то, находившееся на западе. Из того, что произошло потом, Шавва поняла, что это была дамба. Огромный водный вал вырвался на волю, смешав авангард и левый фланг Нагеи, и унёс их всех вниз по течению, к востоку. Генерал промешкал, как будто ожидал, что исчезнувшая армия вдруг вернётся, и отдал приказ об отступлении. Эльфийка понимала, что не зря вражеские маги атаковали не фалангу, а дамбу. Каким-то неведомым образом Шавва знала, что они уже проиграли. Тактика эльфов и зверолюдей не имела лазеек и изъянов. Превосходная стратегия. Армия Соединенных Республик тоже отступала к лагерю. Шавва могла ясно слышать их восторженные голоса, пока пробиралась к берегу. К востоку она увидела свою армию. Огромный поток воды, хлынувший из разрушенной дамбы, смыл трехтысячную армию за считанные мгновения. Левый фланг Нагеи, авангард Мойро и правый фланг Улакта — они все попали в западню из расставленных поперек реки копий. Сотни тел солдат, развешенные на пиках, как бусы. Только теперь у Шаввы открылись глаза. «Вот, что такое война…» — промелькнуло в ее сознании. Несколько минут она пыталась прийти в себя. Позже, собрав мысли в кучу, она поднялась и пошла вниз по реке. Ей пришлось преодолеть несколько миль, пока вода не стала снова прозрачной, не загрязнённой кровью.

***

Голодная и измученная, Шавва брела вдоль реки, надеясь, в конце концов, выйти к людям. — Какой позор… — бормотала она, — Глупое поражение, бессмысленные смерти уставших солдат. Нет, мы играли по их правилам, а потому погибли. Она верно мыслила. Потерять почти три тысячи молодых солдат, при этом не убив ни одного вражеского — совершенно жалкое и позорное зрелище. Но здесь эльфийка была бессильна. Она понимала, что ее вновь спасло ее фантастическое чутье и многолетний опыт. Ей было страшно от того, что теперь она была жертвой. Охотники загнали ее в тупик. Уже прошло много дней, если не недель, с тех пор, как Шавва видела лицо человека — эльфов или же орков. Пока она шла по дороге, она размышляла — как странно, что ее первое сражение закончилось настолько печально и, что более важно, почти шокировало ее. Она пыталась вспомнить. Было ли это три дня назад назад или даже семь, когда она пересекла границу Пустошей и вошла в вражеское государство? Тогда было очень холодно, холоднее, чем сейчас, но больше она ничего не помнила и не чувствовала ход времени. Стражи на границе были бесцеремонны, но когда при ней не нашли оружия, они согласились её отпустить. С тех пор, она встречала несколько караванов, даже ужинала со странниками на их привалах, но не встретила никого, кто мог бы довезти её до города. Ночь была холодной и туманной. Эльфийка сидела под большим иссохшим деревом и пыталась хоть немного поспать. Шавва сняла шаль, а потом закуталась поплотнее. В какой-то момент ей показалось, что кто-то стоит позади неё, она обернулась. Никого. Только какая-то птица сидела на ветке, производя звуки, напоминающие смех. Птица, которая смеялась на ветке, слетела на дорогу. Она моргнула, и птица пропала. На её месте стоял маленькое существо, напоминающее человека, однако цвет кожи и заостренные уши выдавали в нем эльфийского ребенка. Она поняла, что это — темный эльф. Шавва закричала, но он лишь едва дернулся. После нескольких мгновений шока она потеряла сознание. Когда Шавва проснулась, первое, что она услышала, был тихий плач ребёнка. Это оказался мальчик, которому на вид было не более двух-трех десятилетий, что по человеческим меркам не превышало восьми-десяти лет. — Откуда ты здесь? — не отводя взгляда от мальчика, спросила она. Но в ответ — приглушенный всхлип. Ребенок гладил по голове что-то, напоминающее куклу. — Неужели ты один? — Мой папа…он здесь, — вытирая мокрое от слез лицо, произнес маленький эльф, — он солдат. «Так значит есть и другие. Я знала». — Прошу, не бойся меня, — Шавва протянула руку мальчишке, показывая, что ей можно доверять. — Я тоже солдат, как и твой отец. Расскажи, что произошло. Шавва сидела безмолвно и смотрела в холодное темное небо, пока мальчик-эльф говорил. Никогда прежде не слышала она столь бледной и безрадостной истории. Она лишь могла тешиться тем, что обрела сородича, пусть и в лице маленького мальчика. Что ж, если она отправилась в столь опасный путь, то должна быть готова к любым последствиям. Казалось, все из сказанного им нашло отклик в душе эльфийки. Казалось, дни одинокого пути сломили ее несгибаемый дух. Теперь она подумывала о том, чтобы взять мальчика с соломенной куклой под свое крыло. Немыслимая, казалось бы, мысль для лучшей наемницы Тендема. — Пойдем со мной. Я не могу просто бросить тебя здесь, — она смотрела на испачканные землей руки и пыталась сдержать скупые слезы. — Как твое имя? — Дин, — он взглянул на Шавву. Это были большие стеклянные глаза ребенка. Испуганные и потерянные. Наконец-то хоть какое-то движение души. Она глянула на мальчика и крепко обняла его. Ей показалось, что в этом ребенке она сможет найти все, чего так не хватало ее окаменелой душе. Дин громко плакал в ее руках, окропляя крупными слезами закаленное черное стекло брони.