Переходный возраст

С того момента, как в нашем классе появился новый учитель (я говорю сейчас про Фушими-сенсея) со мной творятся какие-то метаморфозы. Обычно я не испытываю к людям промежуточных чувств. Я либо люблю их всей душой, либо ненавижу настолько, что зубы начинает сводить. Но вот он, по непонятной мне пока еще причине, вызывает у меня слишком противоречивые эмоции. В свободное от уроков время я вижу в Фушими-сенсее безобидного соседа, с которым мне нечего делить и на которого у меня нет особых причин злиться. Он приветлив, ведет себя тихо. Иной раз можно даже подумать, что квартиру рядом и вовсе давно не сдавали. Если бы не Изумо со своей женой Сери – вечные скандалисты и злостные нарушители покоя остальных соседей – то наш этаж можно было бы назвать образцовым. Фушими подобен призраку, время от времени незаметно появляющемуся и также незаметно исчезающему. Но все меняется, когда я вижу эту патлатую очкастую обезьяну в школе. Во мне тут же просыпается дерзкий бесенок, который в другое время ведет себя более скромно и дружелюбно. Ему будто кто-то дает пинка, и вот уже он стоит в оборонительной позиции, выставив свои маленькие острые рожки, и готовый атаковать при любом намеке на опасность. Создается впечатление, что все, связанное со школой, вызывает в моем организме отрицательную реакцию. Стены, классы, парты, учителя. Фушими-сенсей, будь он неладен. Я вроде бы понимаю, что учитель – это тот добродушный сосед, с которым мы здоровались на лестничной площадке всего несколько часов тому назад. Но на этой территории я считаю его главным своим врагом и ничего не могу с этим поделать. Я способен лишь вести с ним бесконечные бои, противореча ему, дерзя и игнорируя его на уроках. В отличие от своих предшественников учитель не так слаб, как мне показалось в первый момент. Каждый раз, встречаясь с его взглядом, я читаю в нем брошенный мне вызов, и от этого азарт в моей душе только возрастает. Чем сильнее противник, тем слаще будет удовольствие от победы над ним. И пусть сломить такого – задача не из легких, я не сдамся до последнего, чего бы мне это не стоило. - Проходи, - приветственным жестом пропускаю в квартиру своего школьного приятеля Рикио. - Оторвемся сейчас! – долговязая каланча загадочно трясет перед собой своим рюкзаком. - Тише ты, дурак! Мама дома, не забыл? – прикладываю палец к губам, испуганно вытаращивая на него глаза. – Иди ко мне, я сейчас подойду. - Как скажешь, - Рикио понижает голос, и уже крадется по направлению к моей комнате. Я же, чтобы удостовериться, что дома действительно кто-то есть, иду на кухню. Обычно в это время мама что-то готовит на ужин, и поэтому есть шанс, что я застану ее именно там. - Привет, - подхожу к сидящей на стуле матери и обнимаю ее за плечи. - Мисаки, - мама целует меня в щеку, - я и не услышала, что ты пришел. Очень голоден? Давай, суп налью. - Нет, мам, я лучше позанимаюсь. Новый учитель не дает нам спуску, и мы с Рикио немного повисим над учебниками. Мама вздыхает и отводит взгляд на плиту, на которой что-то весело пыхтит в небольшой кастрюльке. Вижу, что она чем-то расстроена, но затевать сейчас об этом разговор не решаюсь. - Мам… Может быть в магазин нужно сходить? Или мусор вынести? – лучше предложу ей свою помощь. - Нет, Мисаки. Иди за уроки. Тем более, что тебя там друг дожидается, - мама улыбается, и на душе у меня светлеет. Чмокнув ее, несусь к себе. Рикио уже по-свойски устроился у меня на кровати и что-то увлеченно разглядывает у себя в рюкзаке. - Ты будто прячешь там диковинного зверя, - хмыкаю, глядя на приятеля. – Ну, или что-то, за хранение чего тебя могут легко облачить в наручники. - Нет, Мисаки. Там нечто более интересное. И кстати, про наручники там тоже есть, - Рикио извлекает из недр своего рюкзака пару дисков, содержание которых явно не школьникам рекомендовано. - Порнушка? – мои глаза загораются. Черт, гляжу на Рикио и удивляюсь. Неужели это тот милый увалень, которого всю начальную школу дразнили пончиком, из-за его склонностей к полноте? Комплексующий и отдающий мне свою порцию бенто, в надежде, что так хоть немного слетят его лишние килограммы. А сейчас вы только поглядите на него: ноги от ушей, ни капли лишнего жира. Ему и учиться-то особо не надо, так как он с легкостью в любой момент может податься в модельный бизнес. Я рядом с ним - гном-стражник в услужении у прекрасного принца. - Ну, так что? – задает вопрос Рикио, видя мое замешательство. - Эй, я не могу делать это при матери, - раздраженно плюхаюсь на стул рядом со своим рабочим столом. – Может завтра у тебя? - Отец будет дома, - разочарованно вздыхает. - Ну, тогда послезавтра, на следующей неделе, на каникулах. Мне и так косяков хватает, - беру в руки первую попавшуюся книгу со стола. - Ладно, - кажется, мой приятель немного расстроен. - О, это та книга, о которой Фушими-сенсей завтра спрашивать будет? - Хе, мы же не в школе. Откуда столько чести и любви? Называй его просто – обезьяна, - кручусь на стуле. - Да, это именно те бредни колумбийского писателя. Послушай, как звучит-то: в стиле магического реализма! Почему бы не называть вещи своими именами? Почему просто не сказать – сказка? - Ну, наверное, тогда бы это не звучало так круто, - Рикио улыбнулся. - Может этот Пелайо был алкоголиком? Или шизиком каким-то? Не может человеку в здравом уме старик с крыльями чудиться. - Знаешь, он же не один его видел… - Тогда там весь поселок тронутых… Рикио заржал. Именно заржал, так как то, что вырывалось у него изо рта, никак не назвать было смехом. Глядя на приятеля, засмеялся и я. - Мисаки, а ты слишком хорошо знаешь произведение, - Рикио хитро прищурился. - Ты куда это клонишь?! – я метнул свой коронный взгляд на друга. - Для того, кто постоянно молчит на уроках и делает вид, что не при делах. - У меня такая тактика, - я, довольный собой, закатил глаза. – Знаешь, как говорят: «Умный может прикинуться дураком. Дурак умным – нет»? - Э-э-э-э? – Рикио почесал затылок. - Вот тебе и «э», - я швырнул ему книгу. Вскоре пришел с работы отец и, учитывая задержавшегося Рикио, мы все вместе пошли ужинать.

* * *

- Если вы помните, сегодня мы поближе познакомимся с повестью «Очень старый человек с огромными крыльями», - сенсей открывает книгу. Я начинаю полностью поддерживать Дарвина: труд не только заставил обезьян распрямиться и ходить на двух ногах, но еще и изрекать умные мысли. Поближе познакомимся с повестью… Куда уж ближе то? Мне и так уже кажется, что я весь пропах рыбой, а в моих волосах играет ветер, долетающий с побережья. Подкладываю кулак под подбородок, чтобы не упасть в случае, если решу вздремнуть, заскучав от речей сенсея. - Я хотел бы, чтобы начал Ята Мисаки, - Фушими бросает взгляд на меня. Интересно, а он замечает других учеников в классе? Почему у него какой-то нездоровый интерес к моей персоне? Чуть что – Ята Мисаки. Достал уже! - Кажется, ты плохо меня расслышал? Правда? – по взгляду понимаю, что Фушими злится, реагируя на мой полнейший игнор его обращения ко мне, но интонация не выдает этого. - Я не готов, - зевнув, откидываюсь на спинку стульчика. В классе полная тишина. Лишь восторженные взгляды в мою сторону. А Рикио, по-моему, готов сорваться со своего места и запеть в честь меня хвалебный гимн. - Тогда потрудись объяснить, в чем причина твоей неподготовленности к уроку? – сенсей поправляет очки. О, его выдержке я сегодня влепил бы самые высшие баллы. Так и хочется спросить его: а больше мне ничего не сделать? Может быть голым на парте станцевать? Или поцеловать вас взасос при всех? Эй, учитель, о чем вы там думаете? - Я не готов. Почему вы пристаете ко мне с идиотскими вопросами? - вижу, как брови сенсея сейчас затеряются у него в волосах. Да! Это победа. Пусть маленькая, но я ее ощущаю. - Что ж, это печально, - учитель отворачивается. Может, поплачешь еще? Сейчас я только салфетки бумажные достану, чтобы ты смог утирать свои сопли. Прожигаю его спину пристальным взглядом. Он уже наметил себе новую жертву и сейчас мучает ее вопросами. А говорят, что приматы не относятся к хищникам. - О чем мы можем рассуждать, захлопнув книгу после ее прочтения? – Фушими-сенсей, кажется, получает удовольствие от того, что нас мучает. - Ну… Финал этой повести мы можем воспринимать, как предостережение… Если люди живут без любви, без сочувствия, то от них отворачиваются ангелы. Такой народ обречен на погибель, - с умным видом мямлит мой одноклассник. - Хорошо, - сенсей похож на кота, слизавшего сливки. – Кто-нибудь еще? Не лопните от жадности, учитель. - Еще тут затронута тема отношения общества к старым людям. Кому нужны беспомощные старики? От них все пытаются избавиться, на них не обращают внимания. Но это неправильно. Мы должны более гуманно относиться к старшему поколению, - одна из моих одноклассниц вытягивается рядом со своей партой. Надеюсь, сенсей, теперь ваша душенька довольна? Натягиваю наушники и незаметно нажимаю кнопку на плеере. Хочется верить, что до конца урока обезьяна опять не спутает меня с бананом и не начнет посягать на мое тело. Звонок с урока, как позывные в раю. Потолкавшись с Рикио в буфете, сидим, поглощая обед за свободным столиком. Хорошо, что руководство школы придумало одну большую перемену, и можно реально расслабиться перед очередным напрягом мозгов. Оставив Рикио дожевывать свой картофель фри, иду по направлению к классу. Резкий хлопок, и я от неожиданности вздрагиваю. Прислонившись к стене, зажав пальцами книгу, стоит Фушими. Его недобрый взгляд заставляет меня остановиться. Что с ним? Холодок пробегает с меня по позвоночнику. Учитель грубо хватает меня за руку и тащит к мужскому туалету. Я нахожусь в таком ступоре, что даже не сопротивляюсь ему. Заталкивает меня внутрь и, убедившись, что мы одни, припечатывает меня к стене. Я больно ударяюсь головой о холодный кафель. - Не знаю, что ты там удумал, но если ты такой грамотный, то докажи, - нос учителя касается моих волос, а от его полу шепота мои щеки начинают пылать. Что это за хрень такая? Я знаю, что старшеклассники подобными способами с малолетками забавляются. Но что бы учитель… Жарко дышит мне в лицо и, кажется, еще мгновение и ситуация совсем выйдет из-под контроля. - Что вы себе позволяете, Фушими-сенсей? – собираюсь с мыслями, а заодно и с силами. Я не намерен ждать, пока он перейдет к еще более наглым действиям. Сжимаю пальцы в кулак и наношу учителю удар под дых. - Это же домогательство, - шиплю, глядя на опешившего сенсея, схватившегося за живот. - Это было предупреждение, а не домогательство, - цедит сквозь зубы. – Я не позволю тебе здесь командовать, понял, гнида малолетняя? Ух, литературный маньяк, а ты, оказывается, вот еще какие словечки знаешь. Не зря мне постоянно кажется, что внутри тебя извращенец живет. Только ты его очень хорошо всегда прячешь. - Знала бы твоя мать… - Не смей такого говорить! – в своем гневе я совсем забываюсь. - Субординация, - выпрямившись, и бросив на меня еще один недовольный взгляд, Фушими покидает место боя. Звонок на урок слышится мне похоронным набатом. Тряхнув головой и еще плотнее стиснув зубы, спешу на встречу с очередным разрушителем моей расшатавшейся подростковой психики. «Вот сволочь! Можешь засунуть свои угрозы куда подальше в свою задницу. Твои тщетные попытки наставить меня на путь истинный, тебя самого сбивают с правильной дороги. Смотри, не заблудись, Фушими-сенсей, ибо как опыта выживания в глухих джунглях у тебя, по-моему, не имеется».