Осколки разбитого зеркала

      — Господин, вас хочет видеть мистер де Вальд…       — Хочет меня видеть, — скривился Том Реддл, крепче сжимая стакан с виски. Секунда, и стекло разлетается на мелкие кусочки, ударившись о ближайшую стену. — За кого он меня, чёрт подери, держит?       — За истинного Тёмного Лорда, милорд, — ответил ему мелодичный голос посетителя, мягко просочившегося в кабинет.       Том подскочил на месте, прожигая разгневанным взглядом Нотта.       — Магнус! Какого чёрта!       — Простите, господин…       — Да остынь ты, Том, — по полным губам посетителя скользнула самоуверенная усмешка. — Я пришёл с миром. Просто поговорить.       Рука тряслась, так что пришлось сжать её левой ладонью, опустив под стол. Не дай Мерлин, ещё увидит этот…       — Пшёл вон, Нотт!       — Слушаюсь, господин!       Посетитель занял кресло напротив, вальяжно в нём расположившись, будто бы подобное соседство его вовсе не пугало. Да и чего ему бояться? Если кому здесь и стоило бояться, вернее, опасаться, так это ему, Тому Реддлу, ведь перед ним предстал собственной персоной тот, чьё имя уже давно старались позабыть.       — Чего тебе? — он с трудом перевёл дыхание.       Рука, наконец, перестала трястись. Спокойствие медленно и неохотно, но возвращалось. Неспешно наполнил свой стакан, но пить не спешил. Гость, что сидел напротив, занимал всё его внимание.       — А ведь я к тебе с информацией Том, — словно чуть разочаровавшись протянул тот. — Знаешь, надеялся, что приём будет достойным. Но то, что я вижу… Это очень печально, Том.       — И что же ты видишь? — не сдержался. И сразу же захотелось побиться лбом о стол. На что ему взбрело в голову злить его? Возможно, произойди их встреча при других обстоятельствах и при другом раскладе сил, в лидирующей позиции оказался бы он, Том. Но он не был дураком, он прекрасно понимал, что сейчас находится в шаге от проигрыша.       — Да-да-да, всё обстоит именно так, — промурлыкал Гриндевальд, считывая его мысли. Проклятье! — Ты брошен, предан, оставлен. Никто уже не верит в твою победу. Ты выброшен за борт корабля власти подобно бесполезному мусору.       Поэт, видите ли, тут выискался! Какие сравнения! Том закрыл глаза, пытаясь успокоиться. На секунду. Нельзя проявлять подобные слабости в присутствии столь могущественного волшебника.       — Явился унизить меня? — спросил, неохотно разжимая побелевшие губы. — Поздравляю. Что дальше?       — О нет, дорогой Том! — Гриндевальд округлил глаза, будто бы ужасаясь предположению Тома. Да ему в театре играть надо! — Как ты мог подумать такое обо мне, Том? Я пришёл вовсе не затем, чтобы смеяться над тобой и твоим бедственным положением. В своё время я побывал в ещё более худшей ситуации, уж я-то знаю, каково тебе сейчас приходится, Том.       — Мне полегчало, спасибо, — с сарказмом проговорил Том.       Гриндевальд будто бы не заметил его тона.       — Я пришёл сюда для того, чтобы рассказать тебе одну легенду, друг мой…       — Как это похоже на старика Дамблдора, — скривился Том. — Вы с ним проводили слишком много времени вместе.       — О, не упоминай при мне имя этого мерзавца, — глаза гостя будто бы вспыхнули злым огнём. Но почти сразу же мальчишеское лицо Гриндевальда обрело то же мечтательно-восторженное выражение, что и раньше. — Так, на чём же там я остановился… Ах да, легенда. Давным-давно, жил в Британии великий маг, повелевающий жизнью и смертью, и был он необычайно одинок, хоть у него и была большая семья, состоящая из братьев, сестёр, дядюшек и многочисленных племянников и племянниц. И когда его дни этого могущественного волшебника подходили к концу, он создал великий артефакт, который позволил ему передать свой титул и власть достойнейшему по крови и духу…       — Никогда не слышал об этом волшебнике, — Том насторожился. Тема древних сказаний и легенд до сих пор была его больным местом, ведь его детство прошло не в магическом мире, и он тщетно пытался стереть линию разрыва, отделяющую его от тех, кто родился и вырос и этом мире.       — Уверен, ты можешь разузнать об этом волшебнике побольше, — тонко усмехнулся гость. — И звали его — Ланваль де Морт.       — Де Морт… — одними губами прошептал Том.       — Да, — Гриндевальд поднялся с кресла и прошёлся по комнате. — Вот мой визит и подходит к концу, друг мой. Единственное, что я хотел бы тебе напомнить перед уходом, это о той ночи, когда преданный слуга воскресил тебя. Какие там ингредиенты он использовал? Прах отца, взятый без согласия, плоть слуги, отданная добровольно, а что было последним ингредиентом?       — Кровь врага, взятого насильно…       — Точно, так и было. Не забывай о крови, Том. Чья кровь теперь течёт в твоих жилах?       — Кровь де Морт… — вновь прошептал Том, рассматривая свои вытянутые руки. Вот, эти голубоватые вены… В них течёт кровь де Морт. Теперь его псевдоним превратился в истинное имя.       — И последнее. Ты случайно не слышал о том, что случилось в окрестностях замка де Морт? Говорят, убили какую-то девчонку…       Он не мог оторвать взгляда от вен на своих запястьях. Кровь. Его кровь! Кровь наследника!       — Что мне до какой-то девчонки? — усмехнулся, чувствуя, как великое предназначение вновь захватывает его жизнь. — Я не скрываю свои деяния. О них будет говорить весь мир!       — Это я и ожидал услышать. Прощай же, Том.       Он даже не услышал, как ушёл гость, занятый мыслями. Во-первых, теперь он настоящий де Морт, по крови. Во-вторых, он найдёт этот Артефакт, чтобы стать Тёмным Лордом не только по крови, но и по праву. А в третьих, он сейчас выпьет этот стакан виски и съест горячий ужин, принесённый супругой Нотта. И пусть Дамблдор его недооценивает, самые большие шансы на победу у тех, кого уже сбросили со счетов!