Аромат крови

В поместье было шумно. Прислуга сновала туда-сюда, протирая несуществующую пыль, переставляя мебель с места на место и надраивая полы до блеска. Хината почти не выходила из своей комнаты. Разрешение на то, чтобы покинуть поместье, она так и не получила. И небывалая активность горничных беспокоила её. Она пыталась расспросить отца, но тот только отнекивался от дочери, ссылаясь на занятость. Ей ничего не оставалось, только как покорно ждать. Однажды утром одна из служанок зашла в комнату к юной госпоже и чуть ли не подняла шум. Хината стояла около распахнутого окна и любовалась садом. Ничего, кроме пеньюара на девушке не было, а стылый ночной воздух казалось пропитал помещение насквозь. Но узнав об этом, господин Хьюго только равнодушно пожал плечами и сказал дочери следить за своим здоровьем. Хината действительно болела. Не телом – душой. Её сердце не находило покоя, рвалось наружу, но она боялась нарушить распоряжение отца. Каждую ночь проводила возле окна в ожидании Наруто. Но юноша не приходил. Хината боялась, что с ним могло что-то случиться. Вампира могли поймать и казнить. От служанок она узнала, что слухи о нежити прокатились по городу волной. Никто не осмеливался покидать жилище после захода солнца и даже стража страшилась ходить поодиночке. Но Хината ждала. Ей больше ничего не оставалось. На некоторое время Саске остался в поместье. Он пообещал брату уйти на несколько дней и ничего страшного не случится, если он задержится. По ночам они с Наруто делили узкую кровать, а днём уходили в лес. Учиха перекидывался, угольная шерсть взвивалась дыбом и животные глаза горели алым пламенем. Они с вампиром бежали почти наравне по дикой чащобе. Под ногами хрустели опавшие золотые листья, ветви будто сами раздвигались на их пути. Завидев в малиннике косулю, они погнали её, наслаждаясь азартом погони. Волк несколько раз намеревался цапнуть жертву за бок или ухватить за ногу, но зверюга ловко изворачивалась. Чтобы в следующий момент еле живой ускользнуть из рук светловолосого юноши, выскакивающему навстречу. Но дикой охоте не суждено продлиться долго. Бедная косуля, еле перебирая ногами, споткнулась, заваливаясь на бок. Загнав зверя до изнеможения, вампир выпил кровь, а оборотень выел внутренности. И это казалось настолько естественным, будто они не раз делили трапезу на двоих. До самого порога комнаты Учиха не менял облика. Ему доставляло удовольствие идти по лесу на четырех ногах, низко опускать голову, вдыхая запах стылой земли. С угольно-черной морды капала кровь, теряясь в сухой траве и опавших листьях, но Саске это не беспокоило. Он слизывал капли длинным языком и медный привкус разливался по его глотке. Точно такая же кровь струилась по венам идущего рядом вампира. Забрав одну маленькую жизнь, они разделили её между собой. Переступив порог, Саске неторопливо перекинулся обратно. По обнажённому телу пронеслась волна дрожи, но волк успел привыкнуть к морозному осеннему воздуху, и юноша больше не мерз так, как раньше. Однако, блондин всё равно накинул на его плечи покрывало. Откинувшись на кровать, Саске лежал, прикрыв глаза. Наруто некоторое время наблюдал за ним, а затем присоединился, вытянувшись рядом. Не соприкасался, лишь слушал чужое дыхание. Снаружи завывал ветер, унося с собой желтые листья – драгоценности осени. Они бы так и лежали, наслаждаясь обществом друг друга, но внезапный грохот заставил их напрячься. Наруто поднял голову и прислушался. Но это всего лишь хлопнула створка окна, поддаваясь яростному порыву ветра. Саске выдохнул. Покосившись на вампира, аристократ заметил, что тот всё ещё в уличной одежде, покрытой грязью и пылью. Наруто лишь смотрел, не отрываясь, когда Учиха сел на кровати и протянул руки к его плащу. Оборотень медленно снял его, затем поочередно стащил с ног сапоги. Их глаза случайно встретились и губы сами потянулись друг к другу. Никто из них не предполагал, что так выйдет. Они были сыты, а голод - удовлетворен. Но желание пробудилось внутри словно по мановению волшебной палочки. Они страстно сплетались языками, сминая ткань и зарываясь пальцами в волосы. Саске уже не чувствовал холодного осеннего воздуха, наполняющего комнату. Наоборот, ему было жарко. Казалось, что ещё немного и он сгорит. И внутренний голос подсказывал, что он не обратится пеплом, разделив этот огонь с Наруто. Тот был не против. Даже наоборот – поддерживал. Тонкие пальцы потянулась к поясу, отбрасывая ненужный сейчас кожаный ремешок. Саске потянул полы рубахи вверх и, чтобы снять её, пришлось разорвать поцелуй. Всего мгновение и его опрокидывают на спину, придавливая к кровати всем весом. Он совершено не ожидал, что избавившись от одежды, Наруто накинется на него. Но от этого сердце застучало сильнее. Они уже не целовались – пили друг друга. Сила переливалась, протекая сквозь их тела. Саске почувствовал, как плоть любовника упирается ему в живот. Он и сам был возбужден до предела и, казалось, готов кончить лишь только от одного прикосновения. Пачкал смазкой штаны Наруто – единственное, что осталось на партнере. Хватило лишь одного намёка, чтобы вампир понял, чего хочет Саске. Брюнет коротко лизнул его шею, зарываясь пальцами в золотистые вихры, и шумный выдох перешел в протяжный стон, когда любовник довел его до разрядки парой ритмичных движений рукой. Он прикрыл глаза, пытаясь отдышаться. Желание не покинуло его тело. Наоборот, ему казалось, что оно разгорелось сильней. Хотелось большего. Этих ласк было недостаточно. - Давай, - выдохнул Саске, коротко кусая губы любовника. Наруто и сам был на пределе. Но контролировал себя лучше Учихи. Пожалев штаны, быстро стянул их и отбросил в сторону, хотя первым желанием было просто сорвать их одним движением. Подавившись вздохом, Саске застонал, когда чужие губы сомкнулись на его горячей плоти. Блондин проделывал невероятные вещи своим языком, готовя разгоряченное тело. Он знал, как доставить партнеру небывалое удовольствие, но сам распалялся сильнее только от мысли, что делает это с Саске. Учихе всегда казалось, что связь между мужчинами – это что-то неправильное, запретное. И как сладко было осознавать, что он ошибся. Сейчас не было ничего естественнее горячих пальцев, разрабатывающих его тело, и похотливых голубых глаз, неотрывно наблюдающих за каждым его вздохом. Саске понял, что готов, когда Наруто отстранился. Жарко провел языком по груди, оставляя красочный засос, и наклонился ловя чужое дыхание. Распалённый Учиха выгнулся дугой, когда вампир одним плавным, тягучим движением проник в его тело. Сквозь пелену жара и наслаждения его пробила острая волна боли и зубы Саске сомкнулись на плече любовника, вымещая недовольство. Вампир, казалось, не возражал. Наоборот, боль его заводила, подстегивала и он бы поменялся с оборотнем местами, будь у того опыт в подобных постельных баталиях. Наруто ухватил брюнета за подбородок, вынуждая отпустить. По точеному подбородку скатилось несколько крупных алых капель. Вампир проводил их глазами и приник к чужим губам, заставляя забыться. Он медленно подался назад, чтобы затем заполнить собой тело юного аристократа. Тот изогнулся в его руках, глотая воздух. Перед глазами всё плыло, но было слишком хорошо, чтобы отступать. Он и не подумал бы отстранятся, напротив - вцепился в чужие плечи, будто они были единственной опорой, оставшейся в этом мире. Ритмичные движения с каждой минутой становились всё более рваными. Сознание Саске помутилось, он не соображал где находится и что происходит за пределами их маленького мирка, сузившегося до размеров кровати. Значение имели только эти ненасытные влажные губы, чуткие пальцы и нарастающая волна внизу живота. Они оба покрылись потом. Алые капли из прокушенного плеча прокладывали дорогу по гибкому телу. Смешивались с испариной и падали вниз. Саске глубоко дышал, будто ему не хватало воздуха. Из горла то и дело вырывались стоны и юноша попытался закрыться, зажимая рот ладонью, но Наруто не позволил ему – поймал его руки, фиксируя над головой. Это придало остроты ощущениям. Вампир продолжал двигаться, пронзая любовника с каждым разом всё сильнее и глубже. Боль, теряющаяся в удовольствии, словно вспышки молнии в непогоду, появлялась, чтобы в следующий момент исчезнуть. Наруто почувствовал, что близок к разрядке. Продолжая одной рукой держать Саске, другой скользнул меж их тел, обхватывая напряжённую плоть любовника. Тот дернулся, выгнул спину, запрокидывая голову назад. По разгорячённому телу пробежала волна дрожи и брюнет напрягся, сжимаясь. Наруто закрыл глаза. Больно было настолько же, насколько и хорошо. Саске стиснул его до того сильно, что не давал двигаться. Но более и не надо. По телу растеклась раскалённая лава наслаждения. Саске переводил дыхание и не протестовал, когда удовлетворенный любовник обессилено навалился сверху. Аристократ зарылся в белокурые влажные волосы, пропитавшиеся потом, и не хотелось ни двигаться, ни говорить. Только лежать вот так, ощущая тяжесть чужого тела и выводя незамысловатые узоры пальцами. Охотник шёл пешком. Иногда он резко останавливался, глубоко вдыхая. Редкие путники, случайно оказавшиеся поблизости, недоуменно косились или пытались поскорей убраться подальше от подозрительной личности. Кони прошли давно, но их запах всё ещё чуялся на пыльной нетронутой дождём дороге. Особенно дух чистокровного жеребца, принадлежавшего второму всаднику. Охотнику так и не удалось разузнать, кому он принадлежит. Конюший сказал, что юноша, оставлявший его, заплатил на несколько недель вперед, но накануне внезапно забрал. Времени проверять, что это был за парень не было. Охотник не хотел снова потерять след вампира, поэтому отправился в путь незамедлительно. После обеда Хината заняла библиотеку на первом этаже. Она открыла толстый фолиант, но чтение не заинтересовало её. Мысли гуляли где-то далеко. Словно рой пчел, в доме суетились слуги. Девушка уже не обращала на них внимания, листала пожелтевшие страницы, когда услышала шум в коридоре, и вышла посмотреть, что случилось. Одна из молоденьких служанок запнулась за ковер и упала, растянувшись прямо перед дверью библиотеки. Хината хотела было помочь ей, но та всполошилась и унеслась прочь, извиняясь перед «госпожой». Направляясь в свою комнату, девушка внезапно остановилась. Из-за полуприкрытой двери в гостиную доносились голоса. Один из них принадлежал её отцу, второй – женщине. Ей было неловко подслушивать, но любопытство взяло вверх. Может быть она узнает, из-за чего вся эта суматоха. Или услышит новости из города. Подобрав подол платья, Хината замерла у двери, прислушиваясь. - Почему бы не поторопиться? Время до холодов ещё есть. Мы сумеем подготовить достойную церемонию, - голос отца она узнала сразу. Он, как и всегда, был серьезным и требовательным. - Успеем ли? – засомневалась собеседница. – Не так-то просто уложиться в такие сжатые сроки. - Я поговорю с Учихой. Узнаю его мнение. - С чего такая спешка, Хиаши? Девушка узнала голос женщины. Мать Нейджи. После смерти супруга она перебралась в загородное поместье и редко навещала главный дом. Общее горе сблизило её с братом мужа. Тот не раз обращался к женщине за советом и считался с её мнением. Отец вздохнул – девушка услышала даже находясь по другою сторону двери, и ответил не сразу, будто раздумывая. - Она уже не маленькая девочка. Хината выросла и откладывать больше не имеет смысла. Учиха отличная партия. Сомневаюсь, что найдется кто-либо более достойный. Хината зажала рот рукой, оседая по стене. Вот почему поместье заполнила суета. Все готовились к свадьбе. Его разбудила птичья трель, доносившаяся откуда-то снаружи. Наруто мирно посапывал рядом, обхватив его торс рукой, но не проснулся, когда Саске попытался встать. Это оказалось довольно затруднительной задачей. Он прекрасно помнил, чем они занимались накануне. И прекрасно понимал, какие могут быть последствия от подобной связи. Заботливый Наруто накинул на них покрывало и оборотень не замерз. Но попытавшись сесть, обнаружил, что живот покрыт засохшими липкими разводами, как, впрочем, и ягодицы. Саске не видел, но чувствовал. Особенно сейчас, пошевелившись, он ощутил явный дискомфорт. Рядом завозился Наруто. Открыл глаза, сонно взирая на Учиху, и уронил голову обратно. С одного взгляда поняв, что аристократ недоволен, но притворится спящим уже не получиться, он перевернулся на узкой кровати, не упав с неё только чудом, и встал. Саске хмуро наблюдал, как вампир одевается. Собирает по комнате свои вещи и скидывает в кучу его. Брюнет хотел встать, но Наруто остановил его. - Подожди. Я сейчас приду. Блондин вышел за дверь только в одних штанах, не заморачиваясь на счет рубашки или плаща. Учиха знал, что холод его не особо страшит, да и заболеть нежить, вроде вампира, не может. Из-за ноющего дискомфорта он раздражался, но понимал, что вины Наруто в этом не было. Ну, или почти не было. Саске сам захотел пойти до конца. Если бы он сомневался хоть мгновение – остановил бы любовника ещё в начале. Но как так вышло, что у них дошло до постели? Ещё после прошлого раза аристократ задумывался об этом. Наруто был симпатичным, его наглый, озорной взгляд притягивал, но он был парнем, а тем более – нежитью. И всё же, осознание этого Учиху не останавливало. Хотелось быть с ним рядом. Ощущать тепло, исходящее от его тела. Сплетаться пальцами, ловить дыхание. Его мысли прервал блондин, ввалившийся в комнату с небольшой бадейкой в руках. Он успел умыться, был свежим и бодрым. Плевать, что Наруто вампир. Плевать на пол и возраст. Да пусть между ними будет даже сотня лет разницы, ради одной только улыбки, что любовник дарил ему, можно отдать всё. Даже жизнь. И всё-таки, как бы он не хотел остаться, спустя пару дней Саске пришлось уехать. Вороной жеребец, оставленный недалеко от поместья, покорно ждал хозяина, на пару со своим новым гнедым другом выщипав всю ближайшую траву. Вдоволь порезвившись, конь поумерил свою прыть и стоял смирно, пока Саске затягивал подпругу. Всадник не торопился, пустив коня рысью, и добрался до города ко второй половине дня. В конюшне, в которой он оставлял жеребца в предыдущий раз, было безлюдно. Аристократ спешился, когда к нему подбежал конюший. Учиха заметил смятение на его лице и, забеспокоившись, спросил, в чём дело. - Тут на днях приходил один… подозрительный тип. Вами интересовался, господин. Саске замер. Только Итачи знал, где он оставил жеребца. Но он предупредил брата. «Кто же тогда… ?» - Как он выглядел? - Ну росту среднего, в плаще черном и капюшоне. Лица не разглядел. Сапоги у него дорожные. Аки у путешественника. Ну или охотника. Дальше Саске не слушал. Впрыгнул в седло, пуская коня во весь опор, так, что только пыль поднялась столбом. Путешественник. В плаще, с прикрытым капюшоном лицом. Он встретил его на обратном пути. Тот шёл пешком и показался Учихе странным. Саске не стал останавливать коня, но чувствовал чужой взгляд, провожающий его. Он не придал этой случайной встрече значения. Мало ли, путник решил поглазеть на дивного вороного жеребца или его всадника – молодой аристократ не раз сталкивался с подобным. Но теперь его сердце разрывалось от тревоги. Если это действительно был охотник! Если это действительно был Пейн… Наруто в большой опасности! Поймав последний лучик солнца, голубой камушек сверкнул в наступающей темноте и тут же погас. Юноша привычным движением заправил его за ворот рубахи и вышел на заднее крыльцо. Здесь было красиво. Даже сейчас, когда двор порос бурьяном в человеческий рост, он не потерял своей изюминки. Скорее смотрелся по-другому. Наруто представил, каким он был много лет назад, когда хозяева ещё посещали этот дальний уголок, а стены поместья заполняли голоса прислуги и гостей. Он не услышал, не увидел и даже не почувствовал, что что-то не так. Лишь только обострённые инстинкты позволили ему выжить, вовремя увернувшись от мощной атаки. Серебряный клинок просвистел над его головой, взрезая, как масло, деревянную подпорку. За первым ударом последовал второй. Он достиг цели, оставляя после себя глубокую рану на плече. Но Наруто был слишком проворен и, капая кровью, ускользнул до того, как лезвие направилось в его сторону в третий раз. Вампиру не нужно было гадать, кто это был. Поняв, что его обнаружили, Пейн перестал скрываться в тени. Мальчишку словно холодной водой окатили. Он прыгнул в окно, брызнули осколки стекла, впиваясь в кожу, но Наруто проигнорировал боль. На втором этаже остался клинок. Блондин понимал, что даже если сумеет до него добраться, то у него всё равно нет шансов в поединке против Пейна. Опыт и оттачиваемые не одно десятилетие навыки охотника не шли ни в какое сравнение с его. Максимум вампир сумеет продержаться несколько минут до того, как серебряное лезвие распорет его живот, обнажая внутренности. Лишь только одно утешало Наруто – аристократ покинул поместье. Ему опасность не грозила и, должно быть, Саске уже греется в тепле своего гостиничного номера. Вампир метнулся в сторону лестницы, но Пейн перехватил его на подходе, с силой вгоняя в оторопевшее тело небольшой серебряный стилет. Кинжал застрял под ребрами, но до сердца не добрался – видимо охотник вонзил его не под тем углом или же жертва извернулась в последний момент. Охотник не стал об этом долго думать, жестко выдернул оружие, и Наруто, собрав силы, отскочил в сторону. Кровь струилась из открытой раны, заливая паркет. - Не устал ещё бегать? – равнодушно поинтересовался Пейн. Его глаза горели алым огнем и блондин понял, что охотник увеличил свою силу. Питаясь человеческой кровью, дампиры быстрее заживляли раны и приобретали мощь, недоступную иным людям. Наруто был обречен с самого начала этой неравной схватки. Ему не выстоять. Он не питал облачных иллюзий на свой счет. Исход этой битвы известен заранее. Но возможно, подростковое возмущение всё ещё жило в нём. Оно давало силы сражаться дальше. Идти вперед и не сдаваться. Нужно как-то выбить себе оружие или найти замену. Вампир огляделся, но ничего подходящего не нашел. Пейн не стал ждать, пока юноша оклемается. Рванул вперед, нанося косой удар клинком. Парировать было нечем, если только закрыться рукой и её же лишиться. Наруто отпрыгнул в сторону, но охотник предвидел это. Резко изменил направление движения и лезвие прочертило линию на стене, раскраивая раненое плечо окончательно. Шнурок лопнул и голубой камешек отлетел в сторону. Юноша зашипел, рука онемела и не слушалась. Он сделал первое, что пришло в голову – позорно пнул противника ногой, метя в пах. Чувствовал себя наивной девицей, загнанной в угол насильником, но вариантов осталось немного. Закрыться Пейн не успел. Лишь только подался назад и удар угодил в бедро, выбивая из поясных ножен маленький метательный нож. Наруто его увидел, кинулся вперед, делая кувырок через голову. Здоровая рука подхватила оружие. Пейн смотрел равнодушно, когда вампир выпрямился. Кровь заливала плечо, окрашивала белую рубашку красными разводами, капала на пол. Но в глазах мальчишки горел огонь. Гнев и неприязнь теснились в них, не давая друг другу перехватить инициативу. Охотник и добыча. Они стояли друг напротив друга, смотрели глаза в глаза. Ждали, когда другой начнет атаку. Готовились. Снаружи шумел ветер. Нервно ржал конь, чувствуя, что внутри поместья что-то происходит. Пейн атаковал первым. Не стал ждать, пока мальчишка решится. Привычным движением рука метнулась к ножнам, посылая метательный клинок в вампира. Тот отбил, но в тот же момент охотник, оказавшись рядом, опрокинул юношу на пол. От резкого удара головой из глаз посыпались искры. Тонкое узкое лезвие метило в сердце, но Наруто успел перехватить руку охотника в последний момент и оно вошло ровно в ключицу. По ощущению кость будто разрезали надвое. Багровая пелена застелила глаза. Юноша попытался спихнуть с себя охотника, но даже сверхчеловеческая сила не помогла против насытившегося дампира. Мужчина сидел на нем сверху, одной рукой сдерживая натиск, второй пытаясь вытащить застрявший в кости нож. Значит вот какова его смерть. Наруто зло выдохнул, не желая примеряться с этим. Здоровая рука, всё ещё сжимающая оружие, вогнала лезвие в чужой бок. Пейн дернулся, но не отстранился. Бросил застрявший нож и перехватил ладонью горло мальчишки, намереваясь если не заколоть, то тогда уж сломать шею. Наруто захрипел. Черная тень накрыла его…