Введение в хаос

— Альбус, вы бы знали, сколько в школе недовольных тем, что вы начисляете ученикам баллы за их проказы. — Но ведь это было весьма изобретательно для таких молодых людей, Минерва, — улыбнулся Альбус, вытирая слезы, выступившие в уголках глаз после возмутительно долгого хохота. — Вы так не считаете? Тяжело вздохнув, Минерва вновь предприняла попытку воззвать к голосу разума коллеги: — Я считаю, что мальчишки рискуют не закончить школу, Альбус. Они начинают выходить за рамки. — Услышав шаги позади, она понизила голос, прежде чем поделиться собственными опасениями: — И что беспокоит меня больше всего — другие ученики уже подражают мистеру Уизли и мистеру Уизли. — В таком случае, я могу рассчитывать, что в будущем без меня школа останется в безопасности, Минерва, — Альбус подмигнул ей, а потом и проходившему мимо мистеру Финнигану. Минерва не удержалась и хлопнула Альбуса по руке, зашипев: — И прекращайте заигрывать со студентами! — Уверяю вас, Минерва, если бы я пытался очаровать кого-то из студентов, полагаю, действовал бы более нахально и очевидно. В любом случае, я уже довольно стар, чтобы тягаться с главным претендентом на студенческие симпатии. Минерва нахмурилась, пытаясь понять, о ком же могла идти речь из нынешнего преподавательского состава, пока не додумалась вспомнить о бывших коллегах. — Вы сейчас о Локхарте или Люпине? — О Ремусе. Помнится, после его увольнения разбилось не одно сердце. А возмущенных громовещателей от его поклонниц и поклонников я однозначно получил больше, чем от обеспокоенных преподавателем-оборотнем родителей. Минерва помнила, как Альбус в один момент начал пересылать все надушенные духами письма прямиком Ремусу Люпину. А потом попросил ее провести воспитательную беседу со студентами Гриффиндора, потому что основная часть поступала как раз оттуда — особенно хорошо преуспевали мистер Томас, мистер Лонгботтом и мисс Спиннет. — В школьные годы самое время совершать глупости, Минерва, — продолжил Дамблдор, поглаживая бороду. — Влюбленности, проказы… помню, как вы в студенчестве особенно преуспевали в последнем. Еще двадцать лет назад его слова смутили бы Минерву. — Вредные привычки заразительны, Альбус, — ответила она. — Иногда я задумываюсь, как же вы умудрились стать директором школы. — В точности так, как и вы однажды получили должность старосты. Минерва вздохнула, вспоминая свое недоумение, когда из конверта выпал значок. Если дома ей нужно было отвечать за младших братьев, то в Хогвартсе она вовсе забывала о слове «ответственность», а получив статус старосты факультета, ничуть не брезговала использовать его в своих хаотичных целях. В будущем она не раз наблюдала такое же поведение у своих подопечных (особых успехов в этом достигли мисс Пруэтт, мистер Люпин, мистер Джордан и все мальчишки Уизли, которых когда-либо назначали на это место). — И этот факт дает мне еще больше поводов сомневаться в вашей избирательности, — сказала Минерва, обхватывая себя руками. — Всякий раз, когда я рассказывала о вас своему отцу, он говорил мне, что пути некоторых особ неисповедимы. — Хотелось бы мне однажды изложить все свои знания и идеи в письменной форме, вот только они столь же полезны для многих людей, сколько и опасны. — Могу я предложить название «Введение в хаос» для вашего труда, Альбус? — улыбнулась Минерва и получила ответную усмешку от него. — О, это был бы весьма упорядоченный и структурированный хаос! А сейчас, Минерва, мне понадобится ваше участие… Они дошли до директорского кабинета, но Альбус по какой-то причине прошел мимо горгулий, держась за стену, словно пытался найти другой тайный проход. — Все больше событий показывает, что скоро мне нужно будет покинуть школу, — спокойно сказал он и, заметив, что Минерва собирается возразить, заговорил быстрее: — Нет-нет, Минерва, я бы никогда не оставил вас наедине со злом без какой-либо подстраховки. Минерва в этом и не сомневалась — ее больше интересовал другой вопрос, но Альбус предвидел и его: — И сам я тоже буду в безопасности, не беспокойтесь. А сейчас я хочу, чтобы вы сосредоточились и поняли одну из моих безумных идей. После этих слов он резко взмахнул палочкой — Минерва едва успела заметить это движение — и в следующую секунду стекла в одном из окон коридора разбились. Минерве было что сказать насчет вандализма своего коллеги, но она решила подождать и высказаться позже. Прошло, наверное, несколько минут полной тишины, и у Минервы накапливалось все больше и больше вопросов. Она уже была готова озвучить один из них, но ей помешал откуда-то взявшийся Пивз. Он летал под самым потолком, издавая странный звук между свистом и гудением, и Минерва уже подняла палочку, чтобы прогнать его, но Альбус вдруг мягко опустил ее руку. — Здравствуй, Пивз, ты-то нам и нужен, — сказал он. Пивз захихикал, восхитительно пародируя отвратительный голос Долорес Амбридж. — Что же даст Дилдамблдор старому Пивзу взамен? — протянул он, посмеиваясь. Альбус вновь поднял палочку и в этот раз разбил все оставшиеся окна в помещении. Минерва вовремя среагировала, закрыв защитными чарами их обоих. Пивз громко захохотал и закружился среди осколков, поднятых в воздух им же самим — Минерве редко доводилось видеть, как он использует свою странную магию с такой мощностью. В трудах Скамандера и его предшественников похожее волшебство соответствовало только описанию обскуров, но Пивз вряд ли относился к этому разряду существ. Развлечение ему быстро наскучило. Оставив стекло в покое, Пивз подлетел к ним почти вплотную, нависая вниз головой. Альбус без страха повернулся к нему спиной и указал палочкой на стену возле своего кабинета. Пивз пробормотал какой-то набор слов и развел руки в стороны. На кончиках его длинных пальцев забегали искорки, и Пивз направил их в сторону стены, над которой Альбус уже начал колдовать. На глазах Минервы часть камней начала вдавливаться в стену, и она поняла, что Альбус создавал совершенно новый проход в замке. Для такого здания, как Хогвартс, это требовало невероятно огромных магических затрат, но когда Альбус закончил, он ничуть не выглядел истощенным. Как и Пивз… — Я поняла, Альбус, — вздохнула Минерва. Разумеется, она бы никогда не смогла понять все его поступки, но завеса некоторых его тайн сейчас немного приоткрылась. — Это знание однажды может спасти много жизней, Минерва. Или погубить. Помните об этом.