Принёс его не аист

Саммари: Эрейнион знакомится с самыми важными персонами в своей жизни. По их мнению, во всяком случае. *** Фингон покосился на отца. Финголфин выглядел напряжённым словно гончая в преддверии охоты, только в глазах было больше агонии. Фингон ему ухмыльнулся: — Что тебя больше волнует — что он окружён потомками Феанора или что он сам наполовину из них? — Фингон не стал озвучивать третий пункт: без слов было понятно, что им обоим больно видеть, как Эрейнион знакомится с братьями Маэдроса… и при этом не знакомится, и может никогда так и не познакомится с братом и сестрой Фингона… — Я чувствую себя в точности так, как когда впервые увидел тебя в их окружении, — ответил Финголфин, прокручивая на пальце перстень-печатку. — Только хуже. Ты был больше него, а они тогда были меньше… и на них было меньше крови. — Ну, оба его родителя — братоубийцы. А сам он пришёл к нам на поле битвы. Немного крови ему не повредит. — Странные ты способы выбираешь для утешения старого отца! — буркнул Финголфин. — Эру, помогите кто-нибудь, они сейчас его уронят!!! — С ними Маэдрос, — заявил Фингон, с уверенностью, которую Финголфин никогда до конца не понимал. — Он сожрёт любого из них, прежде чем хоть какой-то вред будет причинён самой крохотной чешуйке на голове Эрейниона. Шучу, шучу, нет у него никаких чешуек, мы проверяли! — добавил он, увидев выражение отцовского лица. — К тому же, и Хуан бдит, а он, может, ещё более верный защитник слабых и беспомощных, чем сам Маэдрос. — Ну, если ты так говоришь… — протянул Финголфин, наблюдая, как Келегорм подбросил гукающего Эрейниона в воздух. — Но если он шлёпнется и разобьётся… — Наша маленькая звёздочка никогда не падёт! — объявил Фингон, глядя, как загорелые руки дяди подхватывают малыша. — Только через наши собственные трупы! *** — А у него волосы Фингона, — проговорил Маглор, трогая пальцем завиток. — Откуда бы… — Вы пересадили их, что ли? — с интересом спросил Куруфин, разыскивая взглядом швы. — А, ну или, думаю, это могут быть и гены — учитывая тот факт, сколько нолдор закончили тем, что были изуродованы в Ангб… — он хрюкнул — Келегорм ткнул локтем ему в живот и отнял малыша. — Может, волосы у него и Фингона, но глаза точно твои, Нельо! — Келегорм забросил Эрейниона себе на плечо, а племянник тем временем вцепился в его длинную косу. — Такие глазки, что тёмной ночью увидишь — в подштанники наделаешь! — Эрейнион засунул его белокурую косу себе в рот, и Келегорм засюсюкал: — Ты нам всем задашь жару, а? А, красотуня моя? — ТЛТЛ, — ответил Эрейнион, и Келегорм осторожно выудил бусину-череп у него изо рта. — О-о-о, звуки произносит прямо как наш отец!* — А он уже говорит? А ползает? А постоянство объекта** уже сформировалось? Когда Тьелперинквар был в его возрасте… — Я обкакал мантию ваньярского посла, ага, — подхватил Келебримбор. — Мать долго страдала по поводу этой истории! Перестань уже меня втягивать в конкуренцию с другими младенцами задним числом, отец! — Да я бы никогда! Да ты бы и победил всё равно, ты гениально складывал кубики! — Эрейнион сам в кубиках гений! — рыкнул Маэдрос. — А ты перестань так его швырять, его стошнит! Эрейниона перехватил Маглор и принялся баюкать в своих объятиях, внимательно изучая его лицо. — Какие истории мог бы ты нам поведать, малыш… — пробормотал он. — Бремя каких историй ты несёшь сам… — Он несёт бремя истории о том, как стал автором вмятины в моём пальце аж до кости! — размахивая тем самым пальцем у него перед носом, буркнул Карантир. — Спой-ка мне песню об этой трагедии, братец! Маглор глаз не поднял, но принялся покачивать Эрейниона и запел: - Как-то ранней весной С королевским сынком Вышел утречком ты прогуляться, Пальцем ты в него ткнул, Вздор какой-то сболтнул — Тут же чуть не остался без пальца! *** — Лучшее твоё творение! — захлопал в ладоши Келегорм. — ОРФ! — заявил Эрейнион, таращась на лицо Маглора. — А это детский лепет — или звериный? — спросил Келебримбор, усевшись, скрестив ноги, на пол, в то время как Маглор сел рядом на диван. Эрейнион потянулся было к его серьгам, но Маглор увернулся. — А можно говорить с младенцами как со зверями? Келегорм растянулся на ковре. — Разницы большой нет, — просветил он. — Больше жестов, больше на интуиции, чем обычная эльфийская речь, словарь попроще — вот и всё. Но Оромэ был очень против охоты на младенцев и их пожирания, так что не то чтобы у нас имелись наставления на этот случай… — Есть этого ребёнка можно только мне!!! — в компанию вокруг дивана ворвался Фингон. — Минуточку я на руках его не держал — и весь истосковался!!! И должен съесть эти масенькие пальчики на его ножках!!! — Он уселся рядом с Маглором, который послушно подставил свои руки под руки Фингона, передавая свёрточек. Маэдрос склонился над спинкой дивана, положив левую руку Фингону на плечо, и Финголфин на другом конце комнаты вздохнул. — Что за чудная картина, — туманно заявил он и прищурился, чтобы фигуры сыновей Феанора перед глазами стали плохо различимыми.