Плохой ген

— Прости. — Акира опустил взгляд, почувствовав позади себя холодную стену ещё даже не касаясь её спиной. — Мне показалось, он хотел убить тебя. Мадара стоял перед сыном и устрашающе молчал. Мучительная тишина быстро начала давить на плечи ребёнка, грозясь переломить все его хрупкие косточки. Мальчишка тяжело вздохнул и захотел взглянуть отцу в лицо, чтобы лучше понять это беспощадное молчание. Но не смог и остановил взгляд уже на руках. «Злится». — Понял Акира и вслед за этим осознанием сердце в его груди отчаянно грохнуло, но вовсе не от испуга, вина утопила ребёнка в своих тугих сетях. Младший Учиха снова опустил взгляд, вспоминая, как устрашающе сверкнул заточенный клинок на поясе посла. Но ведь тогда, прежде чем напасть, Акира даже не успел напугаться, всё вышло само собой. Он не давал отчёт в том, что делает. А теперь жалел. Мадара, не обронив ни слова, протянул к сыну руку, тот мог видеть лишь её чёрную пугающую тень, уверенно крадущуюся по полу. «Что?». — Растерялся мальчишка и поборол в себе странное желание попятиться назад. — «Ударит?!». Тяжелая рука заботливо взъерошила непослушные волосы ребёнка. А затем Акира услышал приглушенный мягкий смех. — Глупый. Чего боишься? — Через улыбку в пол голоса спросил Мадара, не отнимая руки. Старший Учиха внимательно смотрел из-под опущенных чёрно-угольных ресниц и глаза его излучали что-то очень спокойное, светлое и доброе. Это что-то обладало невероятной силой, перед которой невольно замирало сердце. — Спасибо… — Произнёс отец. Мальчишка сглотнул и не сразу смог отыскать утраченный дар речи, а когда всё понял, то смущённо потупил взгляд. — Ты… не злишься на меня? — Нет. В этом нет никакой необходимости. Ты сделал всё правильно. Ведь он мог убить меня. — Мужчина улыбнулся уголками губ, но потом стал серьёзным. — Мне не нравится этот человек! — Ребёнок обеспокоено взглянул на отца, не в состоянии объяснить своего странного предчувствия. Оно возникло неожиданно и теперь не покидало его. Мадара с интересом склонил голову, отметив, что сын начинает потихоньку разбирается в людях. И это в какой-то мере обрадовало. — Ты прав. Этот человек хитёр. Но посол всего лишь посредник и мало что значит. За ним стоит фигура более влиятельная. Правитель страны Ветра — вот кто действительно имеет цену всем твоим тревогам. Мальчишка сглотнул, беспокойство поднималось в нём как кипящая лава и, наконец, достигло своего апогея. — Ты хочешь принять его предложение?! Мадара затаил дыхание и удивился — тревога в глазах ребёнка напомнила ему взгляд покойного брата — Изуны, прошедшего Ад нескончаемых войн с кланом Сэнджу и встретившим свою смерть от рук Тобирамы. Эти чёрные глазёнки были точно такими же беспокойными, однако они отчаянно искали мир, а не войну. — Для клана нет ничего хуже, чем позор, Акира. Наш отказ многие могут расценить как трусость. Но… — Мужчина нахмурился. — Положить сотни жизней только на то, чтобы выглядеть перед кем-то достойно — просто бесчеловечно. Люди воюют тогда, когда у них не остаётся иного выхода, когда они безвольны перед теми, кто стоит выше них. Учихи не зависят от чужого мнения и ни один даймё на свете не загонит меня в угол. Ребёнок поджал губы, что-то ещё оставалось им не озвучено. Что-то он всё ещё хотел сказать. — Да, но... — Акира помолчал совсем чуть-чуть, а затем решительно посмотрел Мадаре прямо в глаза. — Если эта война вдруг начнётся, я буду рядом! Глава поселения ответил благодарной улыбкой и на сердце почему-то потяжелело. — Тогда мне будет гораздо спокойней. «Я не позволю этой войне начаться снова. Тебе не придётся привыкать к крови. — Мужчина прикрыл веки и бесшумно вздохнул — Хотя бы один ребёнок должен вырасти в мире».

***

      Последняя неделя лета выдалась особенно тёплой, солнце прогревало отсыревшую землю, будто бы стремилось наверстать упущенное. Унылые серые тучи наконец-то сменились чистейшей синеватой гладью. А в воздухе снова запахло пылью. — Никакой войны не будет, Сэтору. Это моё решение, которое я не намерен менять. — Холодно сказал Мадара, посмотрев в глаза своему советнику. Тот признательно склонил голову, предпочитая по такому случаю лучше поклонится. — Это… Мудрое решение, господин… — Сэтору облегчённо выдохнул и сомкнул на секунду другую тяжелые веки, вспоминая бесчисленные кровавые поля отгремевших битв. — И так на тебя не похоже, Мадара. — Вырвалось из уст, как только мужчина позабыл, что он в первую очередь должен оставаться советником и только уже потом другом детства. Глава поселения терпеливо взглянул на Сэтору, однако ему и в голову не взбрело разозлиться. — Любая война должна нести свои плоды. — Рука Uchihi невольно закрыла левую часть лица, и теперь мужчина смотрел сквозь пальцы. Он вспомнил об Изуне, передавшим когда-то свой шаринган ему в качестве прощального подарка — самого страшного и болезненного. Уже умирая, Изуна просил защитить клан и не дать ему исчезнуть в бесконечной войне. Чёрно-угольные ресницы Мадары опустились, и он отнял от лица руку. — Наш клан и клан Сенджу равны по силе. И новая война окажется такой же бессмысленной, какой была много лет назад. Всё снова повторится. Сэтору поднял взгляд, он молчал потому, что не узнавал того, кто всегда рвался в бой, иной раз без разбора и нетерпеливо просто для того, чтобы почувствовать чужую кровь на собственных руках. «Когда ты успел стать таким, Мадара?» — Мысленно спросил советник, а потом ему захотелось грустно улыбнуться — он осознал, сколько прошло времени с тех самых пор, как Учихи бросили вызов клану Хирруко, как свергли династию Муросаки. Может быть, Мадара просто начал стареть? Нет. Здесь что-то другое.       Встреча закончилась ещё до полдня, быстрее, чем ожидалось. Мадара провёл советника до самых дверей. Утреннее солнце путалось у них под ногами, пытаясь задержать эти шаги. Сэтору сошёл с крыльца и поклонился главы поселения в знак ухода. — Я немедленно приготовлю все бумаги. — Сказал советник и уже через минуту его лёгкая поступь развеялась в саду, а потом и вовсе исчезла. А Мадара всё ещё продолжал стоять на крыльце и его мысли становились глухими, безответными — он отключился и теперь просто чувствовал, как лёгкий ветер шевелит его колючие волосы, как они щекочут его лицо и шею. Чувствовал, как кожа покрывается мурашками. Глава поселения вздохнул — пыльный воздух забил его лёгкие. Горечь почувствовалась во рту. Захотелось пить. Мужчина повернул, чтобы вернутся в дом и что-то коснулось его плеча, а затем с грохотом ударило в стену прямо перед ним. Мадара вздрогнул… У его ног лежала мёртвая птица. «Не дышит». — Глава поселения приподнял взгляд и увидел мелкие брызги крови в том самом месте, куда секунду назад ударился птенец чёрного стрижа. Ветер слабо вздохнул позади Учихи и спиной Мадара почувствовал тот самый особенный холод — то, что терпеливо ждало на пороге все эти четырнадцать лет, осмелилось пройти в дом.