Подобные птицам

      Прощальный вечер был в самом разгаре. Импровизированные столы ломились от разнообразной еды, приготовленной умелыми и заботливыми руками ринхов. Кавересу и Спарклу в подготовке праздника участвовать категорически запретили, хоть они и хотели помочь, как всегда.       На следующее утро научно-исследовательское судно «Надежда» должно было стартовать с Флорины и взять прямой курс на Землю. Когда ученые и экипаж корабля увидели бегущих к месту посадки двух людей вместе с несколькими аборигенами, они так и застыли с открытыми ртами. Но вскоре земляне уже обнимались, засыпая друг друга вопросами под тихий смех Гвенна-Ри.       Тиа, казалось, больше всех радовалась за своих друзей. Пока готовился праздник, она носилась ракетой туда-сюда, бегая по разным поручениям, и весело верещала, то и дело подскакивая к пилотам.       И только Каверес подмечал, что этой преувеличенной веселостью ринханка пытается скрыть свою печаль от скорого расставания с ним. Конечно, она привязалась и к «Рэйно», но настоящим ее другом и покровителем стал Лионель. А после разговора и концерта на лесной поляне Каверес стал для нее почти старшим братом.        Праздничная поляна пестрила разноцветной кожей – у всех ринхов были индивидуальные и неповторимые связи между пигментацией тела и эмоциями. В центре, как всегда на их праздниках, горел большой костер, огороженный большими камнями.       Начинало темнеть.       Хозяева и гости сидели и стояли большим кругом, оставляя центр пустым. Впрочем, пустым он не был – там, рядом с костром, танцевали ринхи под замысловатый аккомпанемент соплеменников. И каждый старался показать свое мастерство.       – Наша лодочка не такая быстрая, как ваши военные звездолеты, но зато надежная. Лететь чуть дольше, около двух суток.        Ученые, экипаж «Надежды» и Спаркл с Кавересом сидели на почетных местах в окружении вождей обоих народов и нескольких представителей Совета Гвенна-Ри.       – Ничего, – улыбнулись оба пилота команде ученых, – мы больше ждали. Главное, что вы все-таки прилетели.        – Странный все-таки этот пират... был, – задумчиво протянул старпом судна – человек с полицейским прошлым. – Ведь ни одно гражданское судно от его рук не пострадало! Я помню, видел его досье в архиве, когда еще работал в Галаполиции. После того, что прочитал, врагу бы не пожелал встретиться с этим извергом. Вы молодцы, что не растерялись. Кстати, звали его Айлет Ларт. А еще он получил негласную кличку «Ястреб». Уж больно похож.       – Все лавры старшему лейтенанту, – усмехнулся Спаркл, – если бы не его блестящая идея насчет шаттла...        – Угу, если бы нас еще не подбили, совсем хорошо было бы, – угрюмо проворчал Лионель.        – Не прибедняйся! Без шаттла еще раньше бы расстреляли в мелкие обломки. По большому счету, нам крупно повезло – та ракета была все-таки не RM-35.       Разговор с людьми ощущался глотком воды в пустыне. Хоть их и было двое, хоть и окружали их разумные говорящие существа, все равно Каверес и Спаркл ощущали себя новыми робинзонами. Но теперь все позади. Завтра эти два месяца плена закончатся.       Тем временем разговор перешел на другую тему. Настал черед Гвенна-Ри рассказывать истории и утолять любопытство ученых мужей.       «Мы живем бок о бок с народом Ринх уже много тысяч лет, – начал Тайви-Гвин. – Когда-то наши и их предки строили большие поселения, делали чудесные открытия, которые помогали сделать жизнь удобнее и лучше. Но однажды предки остановились. Они вовремя поняли, что прогресс хорош, когда он во благо не только нашим народам, но и планете. Поэтому Флорина сейчас прекраснее, чем когда бы то ни было. А от великих предков нам достался ум, а ринхам умелые руки. У нас с ними своеобразный симбиоз – мы даем им необходимые знания, а они применяют их на деле».       – Ну я бы не сказал, что ваше племя обделено умом, – удивился Спаркл, обращаясь одновременно к обоим вождям. Но пожилой ринханец, возражая, поднял ладонь кверху.       – Великий не совсем точно сказал. Их ум направлен на сложное и великое. Поэтому они так хорошо и быстро выучить и знать ваш язык. Поэтому мы и звать их Великие. – Тайви-Гвин на это снисходительно фыркнул, точь-в-точь как земная лошадь. – Но они не уметь ничего из того, что уметь мы. Мы есть разные. Понимаешь?       Пилот кивнул.       Ученые продолжили беседу с флоринцами, а Рэйнарио, услышав свою любимую ринханскую мелодию, весь обратился в слух, наблюдая за происходящим в центре круга.       Праздник продолжался.       Лионель искал глазами Тиа и нашел ее тихонько сидящей позади сородичей. Она так и не поборола свой страх.       «Неужели она навсегда останется изгоем?» – с грустью подумал Каверес. И Тиа, будто услышав его мысли, резко подняла голову и долгим взглядом посмотрела на него. Внезапно она вскочила и убежала в темноту.       – Ты чего заскучал? – весело спросил друга Спаркл, на минуту отвлекаясь от музыки и завораживающих танцев.       Летчик не успел ответить.       Раздался всеобщий взрыв смеха. Пилоты обернулись, и Лионель ахнул – посреди круга, рядом с каменной оградой костра, стояла Тиа с оканой в руках. Ринхи кругом покатывались от хохота, а Тиа будто стала еще меньше ростом и бросала затравленные взгляды в разные стороны.       Спаркл, которому Каверес ничего не рассказывал, с удивлением посмотрел на напрягшегося разозленного лейтенанта.       – Что происходит?..       Лионель, потеряв терпение, вскочил было с места, чтобы защитить свою «сестренку» от насмешек, но та вдруг поднесла окану к губам, и из инструмента вылетела сильная чистая нота, прозвучавшая словно приказ. И ринхи послушались. Будто по сигналу, они изумленно замолкли.       Тиа раскрасилась в орнамент оканы так ярко, что он засветился на ее коже. Закрыла глаза.       И заиграла.       В новой мелодии не было и капли сходства с той, которую девочка играла Лионелю в лесу. Сейчас в ней была сила, мощь и одновременно что-то отчаянно щемящее, пронзительное.       И в какой-то момент лейтенанта осенило – она прощается.       Музыка не летела вдаль, она оставалась здесь, рядом с костром, и кружила по поляне, чуть не обретая видимые черты. Оглушенный этим мощным порывом чувств Лионель не сразу понял, что на поляне воцарилась тишина.       Флоринка перевела дух. Узор на ее коже погас.       И снова вокруг раздались крики, теперь уже восторженные, среди которых все отчетливее слышалось только одно слово:       – Алора! Тиалора!.. Тиалора!..       «Они признали ее алорой! – ахнула Вьянта. – Это высшее звание среди музыкантов племени!»       Тиа, казалось, нисколько не обрадовалась признанию. Она, еще раз взглянув на Лионеля, опустила голову, развернулась и вышла из круга, растворившись в ночи.       – Что это сейчас было? – пораженный Спаркл никак не мог придти в себя от восхищения.       Каверес ответил не сразу.       – Она показала всем, что стоит быть более чуткими, – негромко сказал он.

***

      Изрядно потрепанная, но выстиранная, аккуратно зашитая и даже почти выглаженная форма – у ринхов нашлось все, чтобы привести себя в порядок. Разве что побриться удастся только на «Надежде». Но это, конечно, был сущий пустяк.       Провожать пилотов пришли чуть ли не все ринхи и большая часть Гвенна-Ри. Великие проявили неподдельный интерес к устройству звездолета, а «хамелеоны» только ахали и присматривались к внешнему виду корабля, чтобы использовать какие-то идеи в своих талантливых руках.       И только маленькой девочки с косичками нигде не было видно.       Лионель без конца оглядывался, но тщетно. И вдруг его руку кто-то схватил, подобравшись сзади. Пилот мгновенно развернулся, чтобы дать отпор неизвестному противнику, но тут же просиял:       – Тиа! Я думал, что уже не увижу тебя до отлета!       Но та заговорщицки поднесла палец к губам и озорно подмигнула пилоту.       – Ш-ш-ш! Пойдем, я покажу тебе кое-что!       И она утянула своего «брата» за руку к небольшому ручью неподалеку от поселка.       – Смотри.       Ладошки снова как шкатулка.       А внутри – миниатюрный шаттл улыбается полуптичьей-полузвериной мордочкой. Отверстия на крыльях и соплах. Глиняный. Теплый.       – Нравится?       – Еще бы... – восхищенно выдохнул Каверес. – Он прекрасен. Тиа, да ты мастер на все руки! Но как ты смогла?       – Народ Ринх с рождения учится это делать, а форму мне показали Великие, – с улыбкой произнесла флоринка. – Возьми, это тебе. На память. Окана.       Взял в руки так осторожно, будто окана была живым существом.       – Спасибо. Спасибо тебе, ты настоящий друг.       – Это тебе спасибо, Лайне.       – За что?       – Ты мне помог. Очень помог.       И замолчала. Но Каверес и так все понял.       – Жаль, что она будет молчать. Я ведь не музыкант и вряд ли научусь играть на ней.       Тиа тихонько хихикнула.       – Поверь, с ней гораздо проще управляться, чем с вашими летающими кораблями.       Помолчала.       – Знаешь, я очень рада за вас. За тебя, за Рэйно и за всех тех людей, которые прилетели за вами. Скоро вы будете дома. Твои родители, наверное, ужасно грустят и ждут тебя.       Каверес помрачнел.       – Ага. Конечно. Ждут, как же.       Дежавю. Разговор в лесу повторяется. Только все наоборот.       – Мой отец умер, когда мне было шестнадцать. А мать... считай, что ее нет.       Тиа захлопнула ладошками рот.       – Прости, прости меня, Лайне!       – Да ничего страшного. Она жива – и ладно.       Мать, наверное, уже выхлопотала себе солидное пособие, подумал Каверес. Наверняка спокойно живет себе, нисколько не горюя о погибшем сыне. А погибшими их считают точно – ведь «Фаэтон» превратился в космический мусор. Хотя... Может, и сейчас крутится на орбите. Было бы неплохо его подцепить – вдруг там еще что-то починить можно?..       Внезапно Тиа вздрогнула и отпрянула от Лионеля.       – В чем дело, сестренка?       – У тебя... на одежде... – ринханка приблизилась и протянула руку к форме друга. – Знак орны! – и она задрожала от страха.       Два крылышка, заключенные в горизонтальный овал.       Отличительный знак ВВВС.       – Да ты что! – воскликнул почти возмущенно Каверес. – Это же земная форма, и орна тут ни при чем. По ней сразу видно, что я летчик, понимаешь?       – Прости, Лайне, – девочка тревожно заглянула в глаза пилоту, – но пожалуйста, сними его. Это очень плохой знак. Наденешь, когда прилетишь домой. Ну пожалуйста. Он беду накличет. Орна может услышать. Пожалуйста, сними!       И Тиа, ухватившись за ткань, попыталась содрать нашивку. Но Лионель отстранил ее и строго посмотрел на девочку.       – Это тебе не украшение, чтобы снимать и надевать. Ничего плохого не случится, – произнес он серьезно. – Пойдем, а то опоздаем. «Надежда» стартует через полчаса, – и он снова улыбнулся.       Флоринка грустно опустила голову и двинулась вслед за другом к импровизированной стартовой площадке.

***

      Когда они бегом вернулись к звездолету, все были уже в сборе и наперебой желали людям счастливого пути.       Но оказалось, что не все жители Флорины попрощались с пилотами.       Откуда-то издалека раздался тот самый тоскливый протяжный крик, который ни с чем нельзя было спутать. Ринхи испуганно сбились в кучу, но Тайви-Гвин что-то проговорил своим звучным голосом, и они немного расслабились.       «Если рядом с ринхами находится хотя бы один Гвенна-Ри, орна не посмеет напасть. Она слишком хорошо знает, как мы защищаемся», – объяснила людям Фьярна.       Но Тиа вцепилась в руку Кавереса и с ужасом что-то шептала.       Лионель присел перед ней на корточки и ободряюще улыбнулся.       – Трусишка, – ласково укорил он девочку, – она же далеко, очень далеко. Нам ничто не угрожает.       Взять бы ее с собой... Лионель вдруг остро почувствовал, как ему не хватает вот такой маленькой любящей сестренки. Но на Земле малышка зачахнет. Возможно, даже умрет.       – Нет, нет, ты не понять, – Тиа опять заговорила кое-как и закрыла ладошками не дававшую ей покоя нашивку, — плохой знак, очень плохой! Пожалуйста, не улетай сегодня, надо завтра!       – Ну что за суеверия, Тиа! Все будет хорошо. Мы обязательно долетим до дома. Обещаю, – последние слова Каверес произнес очень твердо, не оставляя места сомнениям и страхам в детской душе.       Тиа зашмыгала носом. Ее бирюзовые глазенки жалобно смотрели на Лионеля, и тот почувствовал, что еще немного, и сдастся.       – Каверес, на корабль! – крикнул Спаркл и этим спас подчиненного. Лионель будто очнулся.       – Не грусти. Не хочу обнадеживать, но вдруг когда-нибудь еще увидимся?       Нет, это вряд ли. Теперь сокращенный маршрут к станции через Дельфу после стычки с пиратами закроют, а обычный путь к Флорине займет по меньшей мере неделю. Учитывая, что отпуск короткий... Нет, это почти нереально.       Тиа прижалась к пилоту, обняв его за шею ручонками и зажмурившись. Лионель потрепал ее забавные каштановые косички и поцеловал в макушку.       – Прощай, Тиа. Береги себя. Уверен – ты станешь лучшей алорой за всю историю народа Ринх.       – Прощай, – еле слышно прошептала девочка.       Шлюз корабля уже закрывался, когда за спиной Лионеля раздался умоляющий детский голосок:       – Лайне! Пожалуйста, будь осторожен! Пожалуйста!       – От винта! – пошутил Спаркл, вспомнив команду из славного далекого прошлого авиации.       «Надежда» взмыла в небо и понеслась навстречу черному необъятному космосу, оставляя далеко внизу луга, леса и гостеприимных жителей зеленой планеты.       Уже на выходе из атмосферы Лионель вдруг почувствовал мягкий голос Фьярны.       «Тиа будет очень скучать. И я. И все мы. Возвращайтесь, если сможете».       Перед внутренним взором лейтенанта возник образ длинноухой пушистой «лошадки» с янтарно-медовыми глазами. Она снова тряхнула своей челкой с медным отливом и тепло улыбнулась на прощание, показав белое пятнышко на лбу.       – Конечно, Звездочка, – тихо сказал Каверес, обращаясь больше к самому себе, нежели к гвеннарийке, – конечно. Я обязательно вернусь.

***

      В кают-компании царило приподнятое настроение. До Земли оставалось лететь десять часов.       И только Спаркл не разделял общего веселья. Его по-прежнему терзало флоринское видение, и мысленно он давно был на Земле.       Каверес хотел было подбодрить командира, но внезапно что-то почувствовал. Будто орна опять закричала.       Одернул себя. Хватит глупости сочинять.       Дверь распахнулась и в кают-компанию ворвался старпом.       – Капитан, скорее! Пиратское нападение!

***

      – Я не понимаю, что могло привлечь пиратов! Мы не торговое судно, на борту разве что бумаги с результатами исследований. Какой им резон захватывать нас?       – Возможно, вы не в курсе, но многие пираты до сих пор торгуют рабами, – серьезно ответил Рэйнарио.       Ученый ахнул. Такая перспектива, конечно, никого не обрадовала.       Сосредоточенный голос штурмана придал этой перспективе еще больше мрачности:       – Стыковка через семь минут.       Их преследовал межгалактический крейсер, как две капли воды похожий на один из тех, что атаковали «Фаэтон», с той лишь разницей, что теперь не было стрельбы. Корабль шел на сближение с тихоходной «Надеждой», которая тщетно пыталась уйти от погони.       Семь минут прошло. И сопротивляться пиратскому абордажу было бессмысленно.       – Стыковка завершена.       – Поздравляю всех, – зло бросил капитан, – у нас гости.

***

      Светло-русые волосы волнами почти до плеч. Военная выправка.        А седины-то прибавилось. И лютой злобы в глазах тоже.       Ястреб.       Пилоты посмотрели друг на друга. В глазах читался один и тот же вопрос – «Как?!»        – Что, не ожидали? Думали своим дешевым приемом избавиться от меня, а тут вдруг такая встреча, да? – усмехнулся пират.       – Ты трус, – спокойно сказал Каверес. – Напал на мирных людей и считаешь это подвигом?       Седые брови изумленно взметнулись вверх.       – Я? Напал? Что вы несете, старлей? У меня и в мыслях нет грабить или убивать кого-либо из этих невинных.        Люди переглянулись. В глазах у многих мелькнуло замешательство пополам с надеждой. Пират выдержал паузу и, указав на Спаркла и Лионеля, четко и сурово произнес, обращаясь к экипажу корабля:        – Мне нужны только эти двое. Я забираю их с собой, а вы можете лететь на все четыре стороны.        Несколько секунд вязкой тишины.       – Эй, ты!        Старший помощник выступил из круга и в упор посмотрел на Ларта:        – Я не дам тебе этого сделать.        Тот внимательно изучил взглядом отчаянного и обманчиво спокойно промолвил:        – Знаете, я не люблю, когда мне перечат. Тем более – бывшие служаки. Вы ведь из армейских, верно?       «Соври, соври!» – мысленно взмолился Лионель.        – А какое это имеет отношение к разговору? – дерзко спросил старпом.        – Прямое! – рявкнул пират и молниеносно снял с плеча бластер. Направил его на помощника. – Отвечай!        Тот и глазом не моргнул. Пожал плечами.        – Служил в Галаполиции, год назад уволился в запас. И что, пристрелишь безоружного?       – Оружие у вас в сердце, – кратко ответил Ястреб и нажал на курок.        Люди в панике закричали, пытаясь выбежать из помещения, но пиратская команда безжалостно согнала всех в центр, заблокировав двери.        Лионель сделал было резкое движение, но шагнуть вперед ему не дал полковник, который схватил Кавереса за одежду и потянул на себя.        – Не дергайся, – сквозь зубы прошипел Спаркл, не сводя глаз с Ястреба. Тот не спеша подошел к мертвому старпому, у которого в груди зияла черная обугленная дыра, и заглянул в его еще не погасшие глаза. – Успеешь еще погеройствовать.        А сам вышел навстречу главарю.       – Я пойду с тобой. Отпусти людей.       – Условия мне ставишь?! Не заставляй меня изменить своим принципам, – дуло бластера взметнулось вверх и угрожающе нацелилось на одного из ученых.       – Спаркл, не вздумай! Одного я тебя туда не пущу! – Каверес пробился, наконец, сквозь толпу.       Спрятать товарища не получилось.       Рэйнарио обреченно обернулся к экипажу.       – Капитан, улетайте. Мы пойдем с ним – это единственный выход.       Тот лишь отрицательно покачал головой.       – Ни за что.       – Как будто у вас есть выбор! – зло усмехнулся Айлет.       – Я не имею права вам приказывать, но... – полковник обвел взглядом всех людей, которые, по большому счету, спасли им с Кавересом жизнь, – но прошу, улетайте без нас. Он никого из вас не тронет, ему нужны только мы. Пожалуйста.       Обернулся и посмотрел на живучего гада, который забрал так много жизней и искалечил столько судеб.       Лионель рядом. С такой же ненавистью на пирата смотрит.       – Ну что ж, веди.       – Руки поднял! Держишь меня за дурака?       – Помнится, при нашей первой встрече мы обращались друг к другу на «вы», – не смог не съязвить Рэйнарио.       – Не умничай. Те, – ответ прозвучал в том же тоне.       Вот и шлюз.       Каверес пересчитал бандитов. Вроде все до одного покинули «Надежду».       Какой шикарный крейсер. Судя по всему, новейшая модель.       Ястреб подвел их к иллюминатору.       – Я всегда держу слово.       Небольшой кораблик постепенно уменьшался, удаляясь от крейсера, и вскоре исчез из виду.       – А ну, за мной! И без глупостей.       А в голове звенит тоненький детский голосок:       «Орна всегда слышит! Очень плохой знак! Сними его, ну пожалуйста!»