Of Love and Loss/О любви и потерях

Солнце было готово зайти за горизонт, освободив место для новой ночи. В обычно шумном городе Кантерлоте всё было ужасно тихо, и чувство утраты пронизывало каждого в городе, охваченному горем. Не было слышно ни одного звука, дети не играли, никто из взрослых не рассказывал о дне своим близким, ни животным, даже мыши не пищали. Флаги висели вдоль улиц, на зданиях, на ламповых столбах и на других высоких строениях. Все флаги были с изображением солнца, меткой, принадлежащей их любимой тысячелетней принцессе. Замок Кантерлота был красиво оформлен, больше, чем обычно. Были установлены скамейки и подставки, но лишь немногие остались возле них. Большинство из пони покинули службу, которая закончилась чуть меньше часа назад. В честь принцессы Селестии была слеплена огромная статуя величественного аликорна с материнской улыбкой на лице. Статуя стояла с гордостью и ласковым взглядом, смотрящим вниз на пони, которыми она управляла на протяжении большей части своей известной истории. Сама статуя находилась возле чудесно украшенной гробницы, в которой лежала открытая шкатулка, где принцесса Селестия спокойно спала в вечной дремоте. Рядом всё ещё находились пони, в том числе носители элементов, которые хотели видеть это до конца, вместе с несколькими иностранными лидерами, которые знали Селестию на протяжении всей своей карьеры. Руководители Седла Аравии, Империи Грифонов, Зебрики и нескольких других сидели в почтительном молчании. Рядом с мирно покоящейся Селестией стояли три оставшиеся принцессы. Каждая из них была полностью одета в свои регалии, даже принцесса Твайлайт. После прощания с принцессой Селестией, принцессы Ми Аморе Каденза и Твайлайт Спаркл стояли с обеих сторон шкатулки и нежно держали ее в своих комбинированных аурах. Когда Твайлайт и Каденс медленно закрыли шкатулку и поместили ее в гробницу, Луна использовала свою магию, чтобы опустить солнце, для того, чтобы величественный шар исчез за горизонтом, и звезды снова промерцали и каждая из которых пролила слезы за падшую принцессу. Солнце наконец зашло за горизонт, забрав с собой Принцессу Селестию. Гала-зал был полностью заполнен пони, и, несмотря на мрачное дело, которое произошло, в зале всё ещё были смех и радость, когда они все общались, а те, кто имел опыт работы с солнечной принцессой, делились своими воспоминаниями. Пинки знала, что Селестия не хотела, чтобы её пони оставались грустными надолго, поэтому она доставила радость в жизни пони этой ночью. Твайлайт и Луна стояли в другой стороне зала, горько наблюдая за остальными, пока они разговаривали и смеялись вместе. — Как они могут смеяться в такое время? — сказала Твайлайт: — Нечему радоваться. — Пока я не могу разделить их радость. Пинки знает, что Тия не хотела, чтобы её пони слишком долго плакали, она просто следит за тем, что пожелала моя сестра. Твайлайт вздохнула: — Да, я знаю, — она смягчилась: — Но она ушла, я просто… как я могу это принять? После всего… Это несправедливо! — Жизнь редко бывает справедливой, и мы придём к соглашению со временем. Однако, до тех пор, пока это не придёт и не пройдёт, я всегда здесь, чтобы ты могла поговорить, если понадобится. Твайлайт посмотрела на старшего аликорна: — А как насчет тебя? Теперь ты пытаешься выглядеть царственной, но я вижу боль в твоих глазах. Ты только что потеряла свою сестру. С тобой все будет в порядке? Луна не ответила. — Луна, ты предлагала поговорить всякий раз, когда мне кажется, что мне нужно это сделать. И я предлагаю тебе то же самое, я здесь, если тебе понадобится, — Твайлайт искренне улыбнулась. — Спасибо, Твайлайт, что ты мне предлагаешь, но… — Луна сделала паузу, не зная, продолжать ли. — Но? — продолжила Твайлайт. Спустя несколько мгновений Луна решила продолжить в конце концов: — Я чувствую, что что-то ещё беспокоит тебя. Тия находится в крае нашего отчаяния, но есть и кое-что ещё. Что-то содрогнуло тебя, испугало тебя. Твайлайт съежилась и отвернулась, не в силах встретить взгляд Луны. — Возможно, я не должна была чего-то говорить? — Нет, ты права. Меня что-то беспокоит. Как ты знаешь, мой замок умер. И быстро рушится в пыль и… Твайлайт вздохнула, прежде чем она продолжила. — Я и мои друзья были связаны с картой, а через неё с Древом Гармонии. Ты уже знаешь, как эта связь позволила нам призывать силы элементов без того, чтобы у нас были амулеты. — И теперь карта исчезла, вы больше не можете использовать эту способность, потенциально оставляя Эквестрию открытой для атаки, — предположила Луна: — Я бы не переживала, Твайлайт, Эквестрия выжила тысячу лет без них, и может снова. — Я знаю. Это не то, что меня беспокоит, — прошептала Твайлайт. — Разве это не так? Тогда скажи, что тебя беспокоит? — После того, как появился замок, я много исследовала карту и работу, которую мы все разделили с Древом Гармонии. Я обнаружила иное, чем использование элементов, была вторичная способность, которую они нам дали… или, вернее, другие. Карта без носителей элементов, без нас, была бы не чем иным, как блестящим столом. Таким образом, это продлевало жизнь носителей элементов на неопределенный срок. Глаза Луны расширились от осознания сказанного: — Они были бессмертными? Твайлайт кивнула: — Да, как я. Они были бессмертными. Но теперь, карты больше не существует. Поскольку ушедшая связь имеет своё бессмертие, а моя остаётся. Луна… Я потеряю их. Все они. Луна с сожалением вздохнула: — Бессмертие — это и подарок, и проклятие. Проклятие заключается в том, что те, кого мы любим, проходят подобно пылью в солнечном ветре. Мой совет? Не останавливайся на будущем, наслаждайся тем временем, которое у тебя есть с ними, и береги эти времена навсегда. — Я постараюсь, но я не знаю, смогу ли я. Кто такая Принцесса Дружбы без друзей? — Но, увы, ты больше не будешь Принцессой Дружбы, титул Принцессы Солнца скоро упадёт на твои плечи. Твайлайт смотрела вдаль: — К лучшему или худшему.

…

В другом конце зала принцесса Каденс стояла со своим мужем и носительницами элементов. Фларри Харт спокойно спала между крыльями матери. — Как вы думаете, с ними всё будет в порядке? — с беспокойством спросила Каденс. Шайнинг Армор посмотрел на свою жену: — Я не знаю, как чувствует себя принцесса Луна, но Твайлайт не слишком хорошо это понимает, я могу вам сказать. Я беспокоюсь о том, как она будет двигаться дальше после этого. — На какое-то время она будет в недопонимании, но потом она вернется в своё русло, — сказала своё мнение Рейнбоу. — Будет ли она прежней? — спросила Каденс: — У меня есть уверенность в ней, но теперь, она возьмёт на себя большую ответственность, и я боюсь, что она, возможно, не была готова. Она будет иметь большой вес на плечах в будущем. — Она будет в порядке, пока она у нас есть, — сказала Эпплджек. — Полагаю, ты права… — Мне просто грустно, что она должна уехать… — прошептала Флаттершай: — Из-за новых обязанностей она переедет в Кантерлот. Эпплджек посмотрела на своего друга: — Давайте не будем так думать. Конечно, она будет немного дальше, но, знаешь, у Лиры есть несколько друзей здесь, в этом фантастическом городе, и она всегда навещает их или они навещают её. Конечно, мы все можем сделать то же самое. — И когда она поедет в Понивиль, я могу отдать ей самые лучшие партии сладостей! — Пинки радостно вскочила в воздух, и конфетти вылетели из ниоткуда. — Да, дорогая, я уверена, что ты сможешь, говоря о тебе, ты отлично поработала над тем, чтобы подбадривать этих пони, — она указала копытом на весь зал: — Ты действительно мастер своего дела. — Спасибо, я горжусь своей работой! — Дорогой, — Каденс обратилась к Шайнингу: — Не мог бы ты взять Фларри, я собираюсь поговорить с ними, — она указала на Луну и Твайлайт. — Конечно. Шайнинг мягко поднял магией спящую Фларри и положил себе на спину. Каденс отделилась от группы и направилась к своим товарищам-принцессам. Когда они заметили её, они обе улыбнулись. Твайлайт сказала: — Как дела? — Я в порядке, и я спрашиваю вас об этом тоже. — Мы в порядке, дорогая племянница, — заверила Луна: — Мы только что говорили. — Я вижу. Ну, мне и другим понравилось бы, если бы вы присоединились к нам. Мы весь вечер почти не разговаривали, и, похоже, вы двое могли бы пополнить нашу компанию. — Хорошо, Каденс, мы будем рады присоединиться к вам на оставшуюся часть вечера. — Да, — согласилась Твайлайт: — Луна, могла бы отойти, пожалуйста? Я хочу поговорить с Каденс наедине. — Хорошо, Твайлайт, — сказала Луна, догадавшись, о чём будет разговор. Когда Луна направилась к другим, Каденс обратилась к своей невестке. — Твайлайт, всё в порядке? — любезно спросила Каденс. — Откуда ты знаешь, что что-то не так? Кроме очевидного я имею в виду? — Я не знала наверняка, пока ты это не сказала, — усмехнулась Каденс. Твайлайт надулась на это, заставив Каденс ещё немного посмеяться. — Теперь действительно, Твайлайт, что случилось? Ты же знаешь, что можешь со мной поговорить? — Да, я знаю, это просто… как ты справляешься с пониманием того, что потеряешь Шайнинга? Каденс встала в ступор от такого вопроса: — Что ты имеешь в виду? — спросила она дрожащим голосом. Твайлайт продолжила: — Я имею в виду, ты бессмертна, а он нет, как ты справляешься с этим? Я потеряю его и моих друзей, как я собираюсь справляться с этим? Каденс стояла неподвижно в течение нескольких минут, прежде чем поймать Твайлайт в объятии крыла: — Я буду честна с тобой Твайлайт. Я просто об этом не думаю, и мне нравится время, которое у нас есть. Но я — Принцесса Любви, и я полностью отдала своё сердце ему. Когда он уйдёт, я боюсь, что моё сердце пойдёт за ним… — Понятно, — уныло сказала Твайлайт, прислонившись к крылу. Они пробыли в течение нескольких минут, как раз в компании друг друга, поскольку оба молодых аликорна размышляли о будущем. В конце концов Каденс прервала объятия: — Пойдём, посмотрим на других, прежде чем они зададут себе вопрос, к чему мы стремимся. Каденс начала возвращаться к группе, и вскоре после этого Твайлайт по-прежнему испытывала страхи. В стропилах гала-зала находилось существо с разными частями тела, и оно смотрело вниз на принцесс. Его обычное озорное ура не пропало с его лица. Он размышлял о событиях, которые произошли недавно. — Итак, начинается… — сказал Дискорд.