Спокойная ночь

Ливерпуль. Я иду по улице прямо к Земляничным полям, вокруг утренний туман, что часто здесь бывает. Я перелезаю через забор, оглядываясь, надеваю очки и закуриваю сигарету, после чего сажусь под дерево. Из тумана появляется силуэт, но, не смотря на очки, я не могу толком разглядеть его, пока он не оказался очень близко. -Привет. Знал, что найду тебя именно тут. Я улыбаюсь и киваю, выпустив дым от сигареты через нос. -Привет. Ты прав, я люблю здесь находиться, особенно по утрам. МакКартни садится рядом и тоже закуривает. Какой-то он слишком аккуратный для Ливерпуля и слишком взрослый. Это не тот мальчишка, который увлечен музыкой до одурения, он не тот, с которым мы проводим вечера в моей комнатушке до поздней ночи и прогуливаем занятия. Мы состоявшиеся, взрослые люди, круче любого в этом городе, в этой стране. Нам уже, пожалуй, не испытать страха, что нас наругают за то, что мы делаем, ведь мы - всеобщая гордость. Нам позволено все, и на нас равняются. Даже жаль, что любое хулиганство теперь воспринимается как имидж группы, имидж Джона Леннона и попытка заявить о себе. - Я бы хотел вернуться в детство. Когда мы только-только начинали создавать группу.- задумчиво говорю и снова дымлю сигаретой, на что Пол согласно кивает, я ощущаю теплые руки на своих ладонях, и мне становится спокойно. - Джонни, давай останемся тут. Просто вдвоем, зачем нам еще кто-то? Будем писать отличную музыку, без указок, продюсеров и рамок. Туман сгущается, я перестаю вообще что-либо видеть, и, развернув ладонь, обхватываю пальцами его руку, согласно кивая. Я разлепляю глаза и слышу тихое сопение рядом. Я крепко прижат к стенке и, нахмурившись, ерзаю, силой пытаясь отодвинуть наглеца МакКартни. Тот не думает просыпаться и просто сгибает ноги в коленях, а я тихонько перегибаюсь через него и рыщу в своих брюках в поисках сигарет. Пол, наконец , не выдержал и проснулся. - Джон? Сколько времени? Я безразлично пожимаю плечами и, вернувшись к стенке, закуриваю. Мой сосед смотрит на часы и нехотя выбирается из-под одеяла. Я растягиваюсь на всю кровать, радуясь свободе. - Тебе надо совсем худышку, чтоб ей было комфортно с тобой спать. Я думал, что стану лепешкой. Пол усмехается, надевая рубашку и оглядываясь на меня. - Будешь впредь вовремя уезжать домой. Зато ты вот теплый, удобный. Я заглянул под одеяло, сунув сигарету в рот, и пальцами померил свой живот. - Ну да, набрал немного веса, но все равно, даже если я стану слоном, меня не перестанут хотеть девочки. Он снова смеется и берет мою пачку, доставая из нее сигарету. - Джейн не жалуется, что со мной тесно спать. - Она у тебя скучная щепка.- парирую я и наконец тоже выбираюсь из-под одеяла, натыкаясь на укоризненный взгляд. - Джон, прекрати. Я про Синтию ничего ведь не говорю. - Потому что ты вежливый и к Синтии относишься хорошо. А вот Джейн мне не нравится. - Ты это уже не раз говорил.- МакКартни поджимает губы и хмурится, потушив сигарету в пепельнице. Я вижу, что он пытается скорее замять эту тему. Прошло уже около недели, и вот, я снова засиделся вечером у Пола. Его подруга снова на каких-то съемках, и я этим бессовестно пользуюсь, зная, что Макка меня не прогонит. - Снова хочешь жаловаться, что тебе тесно?- лукаво спрашивает он, подавая мне чашку с какао. Я как всегда сижу в его кресле. - Я снова хочу с тобой спать.- передразнив его, отвечаю и беру чашку. Он улыбается.- я когда в тот раз спал у тебя, мне приснился Ливерпуль. - Мм… а еще что?- с интересом спрашивает он, садясь на ковер и закуривая. - Ты. - Изогнутые черные брови ползут вверх, а я продолжаю. - Ты просил меня, чтобы мы остались вдвоем, оставили всю эту шумиху, писали музыку без всех этих ограничений. Пол внимательно слушает и пускает дым сигареты, а я смотрю на него сквозь очки, ожидая хоть какой реакции. - Интересно… Но должен признать, иногда действительно бесит выкидывать что-то из трека или перекраивать его в угоду аудитории или продюсерам. - Самое интересное, что я-то согласился. Не так я себе представлял всю эту популярность, когда был подростком. В целом так, конечно... Но не думал, что Элвису или Бадди Холли кто-то указ. О чем речь, тогда мне самому гордость не позволяла, а сейчас сами застряли в этой клетке. - Нам еще рано стареть, чувак.- Пол кидает мне ободряющую улыбку, и на удивление его слова действительно немного разгоняют во мне тоскливый флёр, на что я изображаю старческий кашель. - Но это не отменяет того, что все круто поменялось. Я немного потерян что ли из-за всей этой резкой популярности. Ты не ощущаешь подобного? Я хоть и чувствовал, что она будет, но оказался словно не готов. Пол поднимается и подходит ко мне, присев на подлокотник. - Я понимаю, о чем ты. Это ощущаем мы все, к такому нельзя быть готовым, особенно если ты из Ливерпуля. Ну каковы были шансы? Я не уверен, что вообще всерьез рассматривал такой вариант развития событий, я просто плыл по течению, пока не оказался в Гамбурге. А оттуда отступать было некуда. Его рука кладется мне на плечо. - Тогда все было проще. - усмехаюсь я, подняв голову и взглянув на него. - Закинулся таблетками и пошел играть. - Ага, а потом проспать часа три в холоде, умываться из туалета и отбиваться от старушек-немок. Просто кайф! Я невольно усмехаюсь и поднимаю ладони в сдающемся жесте. - Ладно, согласен, такой опыт я бы повторять не хотел. Но я рад, что он был. - Мы хоть и не старики еще, но и не те сопливые буйные юнцы. - продолжает Пол, встретившись со мной взглядом. - И слава Богу. Все эти перемены явно пошли нам на пользу. Я снова киваю. Я не могу не соглашаться с ним, во многом он говорит правильные вещи, и наше видение жизни во многом сходится. Возможно, мне просто нужно было, чтобы эти мысли обрели форму в виде слов у кого-то другого со стороны. Его пальцы поднимаются с моего плеча и убирают волосы с моего лба. - Знаешь, Джон, я тебе так скажу: самое важное из той жизни я уже забрал с собой. Поэтому я не падаю в пропасть, это держит меня на плаву. Я отставляю чашку на столик и обхватываю его рукой, после чего я подаюсь вперед и прижимаю к себе, отчего он падает прямо на меня в кресло. Я нагло кладу ноги на подлокотник, не пуская Пола на свободу. - Джон, кретин, пусти! Я тебе сейчас врежу, честное слово. - посмеиваясь, чуть ли не кричит Пол, оперевшись руками о кресло и трепыхаясь, а я его не пускаю. Я всё чаще возвращаюсь мыслями в наше бунтарское прошлое - и хотя сейчас наши финансы позволяют нам иметь больше пространства, чтобы не дышать друг другу в затылок в тесных комнатах, мы все четверо давно позабыли, что у каждого есть личное пространство. Для нас такое в порядке вещей с тех пор. Наконец, он успокаивается и просто смотрит на меня, нависнув. А я смотрю на него. - Ты сегодня к себе наконец свалишь хоть? - внезапно спрашивает МакКартни, повторно убрав волосы с моего лба. Где-то в глубине души меня это даже задевает, но виду не подаю. - Да ладно, ладно... - закатив глаза, я нехотя отпускаю Пола. Но он прав, чем дольше я тут, тем сложнее будет собраться. Но на мое удивление он сам не торопится меня отпускать. - Я не думал, что ты так быстро согласишься. - я даже в голос кратко хохотнул его словам. - На самом деле я не прогоняю. Можешь оставаться. Перспектива вернуться к себе мне очень не нравилась, очень уж там гнетущая атмосфера, а тут все так, как и должно быть. Проблемы где-то там за дверью, не здесь. Пол наконец слезает с меня и молча уходит наверх. Я нехотя поднимаюсь с кресла и иду за Полом в его спальню, по пути закуривая сигарету. Когда я захожу в комнату, он уже расстилает кровать и оглядывается на меня. - Я полагал, что мы попробуем еще что-нибудь записать. - Честно, я выдохся. Если хочешь, можешь еще там посидеть, но я из себя ничего уже не выжму. Снова у стенки?- со смешком спрашивает он, и я отрицательно качаю головой. - Не хочу стать лепешкой окончательно.- отвечаю, выпустив дым, на что МакКартни подходит ко мне и затягивается моей сигаретой. - Как скажешь. Только вот это вот все сними, я тебя в уличной одежде не пущу. - Педант. - скучающим тоном отвечаю я ему, расстегивая рубашку. - Свинья. - обменявшись любезностями, мы оказываемся в постели. - Спокойной ночи.- лениво говорит он мне и отворачивается к стенке. Я ему отвечаю так же и пытаюсь уснуть, лежа на спине и подложив руки под голову. Но коварный сон не идет, как бы я не считал овец или клонов Джейн Эшер… Я так пролежал долго, может, полчаса, час. Но я все же не выдержал. Слыша мирное сопение рядом, я повернулся к соседу и стал смотреть в его макушку через темноту. Я мог смотреть еще долго, пользуясь моментом. Я вспоминал чертов Гамбург. И то, что я запретил самому себе привозить из воспоминаний. Это было время постоянного алкогольного и прелюдинового угара, мы буквально сходили с ума. И мне казалось, что это было просто наркотическим наваждением, я постоянно крутился вокруг Пола. Мне было его вечно мало, я говорил тысячи слов в минуту, чтобы уместить в наше совместное пребывание все, что хотелось высказать, но он ничего не понимал. Он рядом, он всегда был рядом, и я вряд ли могу представить рядом с собой кого-то другого. - Господи, я даже не думал, что Гамбург такой... рок-н-ролльный город. Это ужасно! - абсолютно пьяный в умат Пол держится рукой о кирпичную стенку какой-то улочки и смеется. Мое состояние не лучше, и я делаю дурацкую ошибку - закуриваю. - Просто домашний Полли наконец прочувствует, каково быть рок-музыкантом. - Иди в жопу. - его пальцы выхватывают у меня сигарету, он делает затяжку и протягивает мне обратно. - Сам давно что ли от тетушки оторвался? Бухать за дворами это далековато от того, что происходит здесь. Перед глазами все плывет, я искренне усмехаюсь его словам. Он прав, Ливерпуль по сравнению с Гамбургом - обитель целомудрия. Алкоголь вдаривает мне в голову как никогда, я ощущаю странное переполняющее чувство радости, во мне еще действует гиперактивность после таблетки стимулятора и опьянение от большого количества пива, но было бы глупо сваливать все только на это. Мои пальцы в порыве хватают края кожаной куртки Пола, и я припираю его к стенке, после чего целую. Я так не целовал ни одну девушку... - Джон, прошу, отойди... - взмаливается Пол, отталкивая меня, после чего его щедро вырывает. Я не знаю, рад ли, что на следующий день он ничего не вспомнил, или разочарован, для меня это так и осталось открытым вопросом. И с ним я живу уже несколько лет, глядя на друга как на друга. Все еще смотря на него, неожиданно даже для самого себя, я бережно обнимаю его за спину, и мне правда становится очень спокойно. Внезапно плечо под моей рукой зашевелилось. Ошалевший Пол поворачивает к мне лицо, я лишь сильнее зарываю нос в его черные волосы. - Джон… ты чего?- даже несколько испуганно произносит МакКартни, и я лишь сильнее стискиваю руки.- я знаю, тебе одиноко, но… - Помолчи.- несколько грубо говорю я, и слышу как друг с тоской вздыхает. Он, дурак, не понимает, как он мне нужен. - Ты правда не понимаешь, что я к тебе чувствую? - Ты сам-то хоть понимаешь? Его слова вводят меня в ступор. - Ты считаешь меня идиотом, Пол? - Нет, просто хочу, чтобы ты был уверен.- твердо произносит он и поворачивается ко мне. - Да, черт возьми, я уверен.- снова грубо говорю.- Никто меня так не понимает, как ты. Ты всегда был рядом, ты слишком прочно поселился в моем сознании. Он тепло улыбается мне и тоже обнимает за плечи. Мне хорошо. -Джон…- похоже, он не знает, что еще сказать. Он просто приподнимается и целует мои губы… странное ощущение. Но я знаю, этот поцелуй не похож ни на какой другой. Девушки целуются совсем не так. Он хотел оставить лишь легкий поцелуй, но я не дал отстраниться, я напал на него как безумный, мигом перевернув его на спину. Макка чуть улыбается, его губы податливы и послушны, а руки гуляют по моим плечам, притягивая к себе. Я не выдерживаю и чуть ли не сваливаюсь на него всем весом, отчего в мой рот вырывается глухой стон, но он тут же утопает в новом поцелуе. Я понимаю, что мы снова не выспимся, слишком мне нужно насладиться этими губами, которые недоступной крепостью улыбались и язвили мне столько лет. Так и было, уснули мы лишь под утро, когда нам вставать в студию уже через два часа.