something more

Исак мало что помнил о пути до больницы. Он смутно припоминал, что врачи пытались усыпить Эвена, на лбу которого начал формироваться синяк из-за того, что тот упал на тротуар, когда полицейский вытаскивал его. Кроме этого, всё было размыто. Как только они приехали в больницу, Исак остался в комнате ожидания. Кто-то — медсестра, как подумал Исак, — пришёл поговорить с ним, задавая тысячу вопросов. Говоришь, он биполярен? Как давно ему поставили диагноз? У него были мысли о суициде? Он пытался сделать что-то подобное раньше? Как долго обычно длятся его эпизоды? Он под наблюдением? Он был ранее госпитализирован из-за психических проблем? После каждого ответа — большинством из которых было «Не знаю» — он замечал, что медсестра становилась более обеспокоенной. Её брови были нахмурены, а рот стянут в жёсткую полосу. — Ты сказал, что ты друг мистера Насхайма. Это так? — Да, — ответил Исак. Затем он помотал головой. — Или нет, не знаю. Мы не то чтобы хорошо знаем друг друга. — Хорошо, — мягче произнесла она. — Ну, Исак, ты проделал хорошую работу. Ты поддерживал с ним диалог, и это спасло его жизнь. Исак ничего не ответил. — Я бы хотела отдать тебе это, — продолжила медсестра. Она отдала листовку ему в руки. — Это информация о консультативных услугах для людей, переживших подобные события. Исак нахмурился, смотря на листовку: — Для каких людей? — Ну, то, что ты стал свидетелем попытки суицида, может подействовать очень удручающе на тебя. — Исак вздрогнул от этого. «Суицид» казалось сильным словом. Тяжёлым. Ужасающим. — Поэтому, если тебе захочется поговорить об этом с кем-нибудь, ты можешь воспользоваться этими услугами. Исак покачал головой. — Нет, мне это не нужно, — ответил он, пытаясь вернуть листовку. Медсестра коротко улыбнулась и погладила его по руке. — Хорошо, возьми. Просто на всякий случай. После того, как она ушла, Исак смял листовку и выбросил её в урну. В одиночку находиться здесь было как-то неправильно. Эта комната предназначена для семьи и друзей, но Исак не считал, что действительно заслуживает называться другом Эвена. Идеи Исака о вселенной повлияли на формирование делюзии Эвена, повлияли на его манию. Повлияли на мысль, что смерть — единственный выход. А Эвен был таким хорошим, приятным и настоящим и не заслужил ничего из этого. Блять, я знал, что ты поймёшь, Исак. И именно поэтому Эвен хотел подружиться с ним, верно? Потому что кто-то другой мог рассказать — мог понять, что с Эвеном что-то не так. Он видел в нём друга, потому что Исак предпочёл игнорировать то, как странно тот себя вёл. Он просто позволил себе забыться в отвлечении, которым был Эвен, и почти убил того. Вот почему Эвен позвонил в первую очередь ему: потому что Исак понимал так мало, что Эвен, вероятно, думал, что он даже не станет выходить из дома и пытаться остановить его. Он не мог и дальше просто сидеть там и чувствовать всё это, поэтому позвонил Соне и скудно рассказал о событиях прошедшего часа. Она некоторое время не отвечала. Затем сказала: — Хорошо. Я сообщу его родителям. — Ээ, ты приедешь в больницу? — спросил Исак. — Я… — Соня замолчала. — Не знаю, — наконец продолжила она. — Как долго его родители будут добираться до сюда? — Его мама приедет через час. Исак жевал губу. — Ты не могла бы приехать? Они задают мне все эти чёртовы вопросы, а я не знаю ответа ни на один из них. Соня снова замолчала. Она протяжно выдохнула. — Да, — тихо ответила она. А затем громче и увереннее продолжила: — Да, конечно, я могу приехать.

***

Чуть позже Исак встретил Соню в фойе. Она держала за руку высокого парня с тёмными вьющимися волосами. Её глаза были наполнены слезами, волосы забраны назад в короткий неряшливый хвостик, а одежда неаккуратно свисала с её тела.  — Привет, Исак, — сказала она. Исак слабо улыбнулся. — Привет. — Эм, это мой парень, Микаэль, — ответила Соня, указывая на темноволосого парня. — Микаэль, это Исак. Микаэль крепко пожал его руку и улыбнулся. — Привет. — Привет. Микаэль принялся переминаться с пятки на носок, а затем хлопнул в ладоши. — Ээ, хотите что-нибудь попить? Кофе? Соня вздохнула, проводя рукой по волосам. — Да, кофе был бы кстати. Микаэль кивнул. — Исак? Исак покачал головой и нахмурился, уставившись в пол. — Я, эм. Мне не нужно. — Нет? Даже воды? — спросил Микаэль. — Нет, — ответил Исак. — Я, ээ, мне, наверное, лучше уйти. — Теперь ты уходишь? — спросила Соня, почти раздражённо. — Да, я… я не думаю, что это место подходит мне. — Когда Соня просто посмотрела на него в ответ, он наклонил голову вправо и влево и сказал: — То, что между нами с Эвеном, довольно странно. Я не знаю, должен ли я быть здесь, когда он проснётся. — Почему? Потому что поцеловал его? — спросила Соня. Исак уставился на неё: — Что? Соня улыбнулась. — Я видела рисунки. Всё в порядке. — Я имею в виду… — Исак остановился, не зная, как много он может рассказать ей. — Мы целовались, да, но мы… мы не… это не так. Мы не вместе. — Он тяжело сглотнул и помотал головой. Его голос звучал намного тише, когда он продолжил: — Я не очень хорошо влияю на него. — Ну, спасение его жизни наверняка это поправило, — радостно сказал Микаэль, осторожно похлопав его по плечу. Исак нервно и хрипло рассмеялся. Он покачал головой и шмыгнул носом. Микаэль говорил так, точно Исак был каким-то героем, но он так сильно заблуждался. Исак открыл рот, чтобы продолжить говорить, но прервался, когда Микаэль дотронулся до плеча Сони и указал на двери больницы. Они только что распахнулись, и не возникло никаких сомнений в том, кто входил через них, судя по тому, что эта женщина выглядела как Эвен. Если Исак думал, что Соня выглядела расстроенной, то он просто не видел маму Эвена. Она вошла в больницу, а полы её пальто колыхались при ходьбе. Её лицо было бледным, одну руку она держала у груди, а другой прижимала телефон уху. Она быстро говорила с кем-то по телефону — с отцом Эвена, как предположил Исак, — а взгляд её глаз, таких же светло-голубых, как у Эвена, бегал с одного человека к другому, пока не остановился на Соне, которая начала подходить к ней. Исак, не зная, что делать, смотрел, как Соня передавала ей информацию, но опустил взгляд, когда та обернулась и указала на Исака. Спустя несколько мгновений мама Эвена обняла его. Его руки повисли, как только она крепко сжала его. Он мог ощутить её порывистое дыхание и тяжесть в груди, что говорила о её попытках не расплакаться. — Спасибо, — сказала она. Это казалось неправильным. Если бы она знала правду, она бы не благодарила его. Все вели себя так, словно Исак спас Эвена, но он этого не делал, разве не так? Он не смог отговорить его, и Эвен собирался спрыгнуть — начал прыгать. Если бы не полицейский, Исак сомневался, что его неуклюже обёрнутая вокруг талии Эвена рука помогла бы спасти того. Эвену было больно. Близким Эвена было больно. И Исак не хотел бы разделять эту боль и, конечно, не хотел бы становиться её причиной. Поэтому, когда мама Эвена снова начала разговаривать с Соней, Исак тихонько ускользнул.

***

Вторник, 11:32 Магнус: исааааааааааак где ты?! Мади: Я говорил тебе, он наверняка с Крисом Магнус: что случилось с «сначала бро, потом тёлки»? или, думаю, у исака… сначала бро, потом бро… или сначала бро, потом отсосы! хахаха поняли? типа минет Юнас: Да, мы поняли, Магс Мади: Гений юмора Магнус: наш мальчик траааахается!!! мади, тебе нужно найти кого-то, ты остался единственным одиночкой Мади: У тебя тоже никого Мари просто играется с тобой Магнус: на самом деле, мари хочет потрахаться в выходные поээээтому ха Юнас: Я согласен с Мади, она просто играет с тобой, чувак Магнус: нет!!! почему вы так думаете? Юнас: Вы ещё чем-нибудь будете заниматься в выходные? Магнус: мы собираемся по магазинам Мади: Брооо Юнас: Гиблое дело Магнус: чего?! Мади: Просто она заранее сказала, что вы потрахаетесь, поэтому ты купишь ей всякое дерьмо Магнус: что, какого чёрта? не-а или… возможно… хз блять мб, она играет со мной исак? что ты думаешь? исак, отвеееееть Мади: Ему сложно писать, когда он занят сексом Не то чтобы ты знал об этом ;) Юнас: Ауч хахахха Магнус: вау ты заберёшь свои слова назад, когда мари сделает из меня мастера траха! Мади: Скорее мастера воздержания* Юнас: 1:0 — Мади Магнус: всё равно мне нужно идти, учитель всё время смотрит Юнас: А ведь мы просто переписывались с тобой, Магс <З Мади: Как и Мари Юнас: 2:0

***

Почти весь день Исак пролежал в постели, слушая музыку и стараясь отвлечься. Он мог бы пойти в школу, но у него не было на это сил. Вместо этого он попытался сосредоточить внимание на домашней работе по биологии. Он прогулял почти неделю и никак не мог сконцентрироваться на учёбе. Через полчаса он захлопнул тетрадку и, раздражённый, вышел из комнаты, чтобы взять еды. Вместо этого он наткнулся на Эскиля. — О, привет, Исак! — сказал тот. — Что ты делаешь дома? Исак совершенно не был настроен на разговор. — Я болею. — О, — ответил Эскиль, кивая. — Это же не имеет никакого отношения к Крису, да? Исак нахмурился. — Чего? — огрызнулся он. — Он не… ну… не расстроил тебя или что-то в этом роде? — спросил Эскиль. — Не выкинул в очередной раз какое-нибудь факбойское дерьмо? Исак закатил глаза и раздражённо вздохнул. Он развернулся, собираясь вернуться в комнату, но Эскиль пошёл за ним. — Если он расстроил тебя, ты не найдёшь здесь никого лучше меня из тех, кому бы ты мог выговориться. — Дело не в Крисе! — выплюнул Исак. — На самом деле, прямо сейчас отношения с Крисом — единственное в моей жизни, что в порядке. Поэтому можешь просто отстать, Эскиль? — Я просто имел в виду, что когда бы ты ни расстраивался, это обычно было связано с ним, поэтому… — Это не так! — голос Исака дрожал. Он был готов расплакаться, но не был уверен почему. — И меня реально бесит, когда ты говоришь о Крисе так, словно он самый хуёвый человек в мире. Ты даже не дал ему шанса, просто ненавидишь без… я имею в виду… ты не веришь, что люди могут измениться или что? Ты просто думаешь… думаешь о плохом в людях… думаешь, что раз они облажались пару раз, они не заслуживают любви? Это твоё мнение? — Ладно, — тихо ответил Эскиль. — Хорошо, прости. Исак сел на кровать и сжал голову руками. Эскиль сел рядом. — Я не хотел огрызаться. — Нет, ты был прав, — ответил Эскиль. — Может, я могу быть немного несправедлив к Крису. — Они молчали какое-то время, а затем он спросил: — Почему ты не в школе? Исак вздохнул. Он посмотрел на Эскиля. В его голове была каша, и… ну, Эскиль ведь даже не знал, кто такой Эвен. Исак не был уверен, сможет ли рассказать всё без слёз или без того, чтобы Эскиль возненавидел его или он почувствовал себя хуже прежнего, поэтому он просто покачал головой и сказал: — Не хочу говорить об этом. — Хорошо, — ответил Эскиль. — Это как-то связано с твоими друзьями или?.. — Я… типа того. — Он протяжно выдохнул. — Один друг пытался навредить себе сегодня, и просто… это вроде как моя вина, так что... — Пытался навредить себе? — переспросил Эскиль. — Какой друг? — Я не… всё нормально, — ответил Исак, уставившись в пол. Эскиль смотрел на него. — Ты почувствуешь себя намного лучше, если расскажешь об этом, Исак. — Я знаю, — быстро ответил Исак, с пренебрежением качая головой. Он почесал шею. — Просто… У меня есть домашка, которую нужно сделать, и так далее. Да… Я не знаю. Я, ээ, просто не думаю, что сейчас настроен на разговор. — Хорошо, — наконец сказал Эскиль, поднявшись и кивнув. — Но… дай мне знать, когда будешь готов. Я всегда здесь. — Да, — не зная, что сказать, ответил Исак. Эскиль подошёл к двери, но остановился, прежде чем ушёл. А затем сказал: — Знаешь, ты не можешь винить себя за каждую плохую вещь, которая происходит в твоей жизни, Исак. Исак лишь кивнул, кусая губу, и старался не заплакать раньше того, как Эскиль покинет комнату.

***

Вторник, 20:54 Соня: Эвен всё ещё в больнице, ждёт осмотра. Им нужно дать психиатрическую оценку, но они не могут сделать это, пока не пройдёт действие успокоительного. Им пришлось вкалывать его два раза, и они нашли следы кокаина в его организме, он мог принимать его какое-то время. Говорят, оставят здесь его на ночь. Но он в безопасности. Сейчас еду домой Ханна: Погоди, ты нашла его? Соня: Я думала, Исак вам расскажет, простите Ханна: Исак ничего мне не сказал Он что-нибудь рассказал тебе, Крис? Крис: Нет Исак? 21:06 Ханна: Так что стряслось? Соня: Вы дома? Ханна: Ага Соня: Я приеду и всё объясню Ханна: Ты не обязана делать это. Мы поймём, если ты захочешь вернуться домой и поспать Соня: Я всё равно сказала, что привезу некоторые вещи Эвена, и я проезжаю ваш дом по пути к себе, поэтому всё нормально Ханна: Хорошо. У меня осталось несколько кусочков пиццы, если ты проголодалась Соня: Спасибо :)

***

Когда дверь в комнату Исака снова открылась, он ещё больше сжался, натянув одеяло на себя и прижав голову к подушке. Прямо сейчас он не хотел говорить ни с Эскилем, ни с Нурой, Линн, парнями или с кем-либо ещё. Его веки тяжелели, и он больше всего на свете хотел уснуть, но понимал, что разум не позволит ему сделать это. — Привет, — сказал Крис. Исак медленно повернулся, чтобы посмотреть на него. Крис стоял в комнате со снежинками в волосах и больше ничего не говорил. Он смотрел, как Крис молча снимает пальто, сбрасывает с ног обувь и ложится к нему на кровать. Некоторое время они смотрели друг на друга, и всё казалось более тихим, чем обычно. Так близко, что Исак мог увидеть упавшие на ресницы Криса снежинки. Он наблюдал, как они таят, немного загипнотизированный этим. Затем, очень осторожно, Крис прижал Исака к себе так, что голова того оказалась прижата к его груди, а ухо касалось сердца. Исак вздохнул; он не осознавал, как сильно ему не хватало таких утешающих прикосновений. Он позволил себе успокоиться, лёжа на вздымавшейся и опускавшейся груди Криса, умиротворённый и успокоенный ритмом биения его сердца. Всё снова застыло в тишине, мир остановился, и они лежали в постели и одновременно медленно дышали в такт друг другу. Руки Криса медленно гладили спину Исака, тепло касаясь кожи. После этого глаза Исака начали смыкаться. Вскоре он заснул.