Запах кофе и мяты

— Все закончилось, Томми, наконец все закончилось, — шептал Ньют, гладя любимого по спине. Рядом прыгал довольный Чак. — А Чак-то у нас герой, — заметил Ньют, немного отстраняясь от Тома. — Спас наши тупые задницы. Нашёл разгадку лабиринта. Фрай будет очень гордиться тобой! — Ньют запнулся и глянул на вход в нору. Чак понуро опустил голову. Томас понимал, мальчик не может быть уверен, что его куратор жив. Как и Минхо, и Дэн, и Зарт, и Алби, и другие глейдеры. В груди защемило. Но в эту самую минуту с потолка посыпалась земля, и в нору влетел Клинт, затем Уинстон, Бен, Джеф, Минхо с Дэном на плече и другие грейдеры. Завершал "композицию" Фрайпан в изодранном в клочья фартуке. Чак бросился к куратору, а за ним к выжившим товарищам подбежали и Ньют с Томасом. — Минхо, что с Дэном? — встревоженно спросил Ньют, оглядывая друзей с ног до головы. — Ударился головой о стену, — вздохнул Минхо, — скоро очнется. Хорошо, что гриверы вырубились так вовремя. Тварина чуть не сбросила его с обрыва. Я не успел бы его спасти. — А где все остальные? — вдруг громко спросил Ньют, заставляя всех замолчать. — Здесь я насчитал восемнадцать глейдеров. Где остальные?! Где Алби?! — у Томаса защемило сердце: глаза Ньюта были полны такой детской надеждой, не смотря на то, что тот прекрасно понимал, где находятся глейдеры. — Ньют, это все, кто остался, — тихо ответил Бен, смотря в пол. — Алби бросился спасать нас и погиб одним из первых, — продолжил Фрайпан, вытирая глаза фартуком. Томас почувствовал, как резко защемило в груди. Несмотря на то, что с большинством погибших он ни разу не общался, горечь утраты трогала его сердце. — Они все пошли на это осознанно, — заверил Минхо, поправляя Дэна, — и мы обязаны выиграть эту войну. В их память! Ньют молчал. Томас же не знал, как утешить куратора. Тот так сильно любил всех Глейдеров. — Ты прав, Минхо, — наконец оветил Ньют, — идёмте. И отомстим ПОРОКУ за всех наших друзей, — глейдеры один за другим скрылись в темном жерле туннеля. Ньют, Томас и Минхо шли впереди. Том чувствовал тепло куратора и хотел скорее оказаться с ним наедине. Сейчас он грезил о спокойной жизни больше, чем о чём-либо другом. Наконец парни дошли до самого конца и увидели что-то наподобие детской горки. — Они что, издеваются?! — зло выплюнул Ньют. — Это что за парк развлечений? Ладно, Клинт, Джефф, вы первые. Примете всех остальных. Мы замыкаем, — приказал Ньют, и глейдеры один за другим стали исчезать в металлическом желобе. Когда около него остались только Минхо с Дэном, Ньют отдал очередную команду Минхо, перехватывая другого парнишку. — Минхо, едешь первым. На месте примешь Дэна. — Только осторожнее с ним, Ньют, — сверкнул глазами Минхо и скрылся в желобе. Когда звуки его крика стихли, парни аккуратно спустили в желоб Дэна, и подтолкнув его, осмотрелись. — Всё, Томми, твоя очередь, — заметил Ньют, прижимая Томаса к себе, — надеюсь, теперь всё закончится. — Пообещай мне, что мы будем вместе во что бы то не стало, — серьёзно сказал Том. — Обещаю. Если не умрём, конечно, — заверил Ньют и, поцеловав Томаса в щёку, подтолкнул его в импровизированной горке. Тело Томаса устремилось вниз по крутому желобу, смазанному какой-то скользкой, отвратительно пахнущей субстанцией. Воняло не то паленой пластмассой, не то давно отработанным моторным маслом. Он извернулся в движении, чтобы скользить ногами вперед, затем попытался замедлить падение, выставив в стороны руки. Бесполезно, маслянистая гадость покрывала не только каждый дюйм желоба, но и каменный свод. Ухватиться было невозможно. Томаса обвеяло тухлыми яйцами, сыростью и гнилью, и парень изо всех сил сдерживался, чтобы пересилить рвотные позывы. Стараясь не дышать, Том продолжал двигаться по спирали с неимоверной скоростью. Но на долго его не хватило и вновь пришлось вдохнуть запах стухшего мяса и плесени, и парень уже собрался расстаться с содержимым своего желудка, как вдруг показался просвет и Томас вылетел из туннеля прямо на холодный кафель. Через несколько секунд рядом с ним приземлился Ньют, и Томас быстро осмотрелся. Парни находились в огромном зале, без намеков на двери или окна. Стены помещения были стеклянными, а за ними стояли люди. Мужчины, женщины... Все в белых халатах и встревоженными лицами. — Создатели, — зло протянул Минхо, — вонючие крысы! Вам не жить, твари! — прокричал он так громко, что у Томаса зашумело в ушах. Но создатели и не шелохнулись. — Они что, подохли до нас? — спросил Минхо, почёсывая переносицу. — Хрен ли они ждут? — Может, они строят планы нашего уничтожения? — спросил Ньют, смотря в одну точку. Тут стены разошлись и навстречу глейдерам вышли около двух дюжин людей. Все они были разного возраста и пола, а посередине находилась высокая женщина в белом костюме. — С возвращением, — кивнула женщина, и общалась она так, будто и не было этих трёх лет. Глейдеры были злыми и уставшими, и Томас понимал, что только это сдерживало их от гневной тирады, а женщина продолжила. — Вот уже прошло три года, и мы снова встретились. Не всем составом, конечно. Но я и не надеялась на такое количество выживших, — Томас почувствовал, как сильно сжимает кулаки Ньют и, перехватив его за локоть, успокаивающе погладил. — Я хочу вам рассказать, что сейчас происходит с Землей, — сказала женщина, шагнув чуть ближе. — Вы, наверное, не помните, но Солнце спалило нашу планету. Сначала просто все погорело, погибли тысячи людей. Но это было не самое страшное. Со временем разразилась эпидемия. Так как вся экосистема рухнула, сдерживать болезнь стало невозможно. Болезнь назвали Вспышкой. Неизлечимая болезнь, поражающая головной мозг. Сначала у заражённого появляются галлюцинации, потом животные инстинкты начинают доминировать над человеческими, и, в конце концов, происходит полный распад личности. — То есть, человек превращается в животное? — спросил ошарашенный Ньют. — Да, — ответила женщина, — но потом появились вы — дети, имеющие иммунитет. И теперь от вас зависит судьба человечества. — Вы сама очевидность, — съязвил Ньют, а Томас еле удерживал его за плечо. — Мистер Ньютон, вы должны понять, всё, что мы делали, мы делали для вас же. Все прошло согласно плану. И сейчас мы с вами поедем в ваш новый дом. Глейдеры переглянулись. Было видно, что они еле держались на ногах, и сил на борьбу у них не оставалось, а посему они послушно направились за женщиной. Пройдя по длинному коридору, глейдеры вышли к синему пошарпанному автобусу. Ньют и Томас заняли места в самом его конце. Минхо и Дэн устроились рядом. Томас настолько устал, что уснул, как только автобус двинулся. — Томми, Томми, — парень открыл глаза, ибо кто-то пихал его в бок, — мы приехали, пойдём, — шепнул Ньют, и Томас наконец почувствовал спокойствие. Их повели по длинному светлому коридору. Такой Томас видел в своих снах. Чак скакал из угла в угол и был неимоверно счастлив. Даже Фрай не делал ему замечаний. Терезу встретила высокая темнокожая женщина и куда- то увела. Парней же завели в огромную комнату почти без мебели, если, конечно, не считать белоснежного стола прямо посередине. За ним сидел неприглядный мужчина в светлом костюме. — На крысу похож, — шепнул Том на ухо Ньюту. Тот хмыкнул, и они стали ожидать реакции мужчины. — Рад видеть вас, молодые люди, — как-то наигранно произнес он. — Сейчас вы пройдете в ваши комнаты. Но вначале предлагаю вам вымыться и переодеть ваши грязные вещи. Первым делом глейдеров отправили в душевую. Наконец Томасу удалось смыть с себя жижу и пот. Им с Ньютом досталась отдельная кабинка и, наконец, парни смогли побыть в тишине. Ньюта было не узнать. Тот подставлял лицо под тёплые струи воды, брызгал Тома и счастливо улыбался. Томас осознавал, что такой настоящий Ньют нравится ему куда больше. Внезапно парню в голову пришла мысль, ужасная и будоражащая кровь одновременно. — Ньют, — протянул он, взъерошивая волосы — Что, Томми? — повернулся к возлюбленному Ньют. — А помой мне спинку, — улыбнулся парень, опираясь о стену. Сначала Ньют опешил, но через милю секунды шагнул к возлюбленному и принялся намыливать ему спину. Пальцы Ньюта задевали приятные участки кожи и Томас почувствовал, что возбуждается. Ньют, видимо, чувствовал тоже самое. — Так, что я должен сделать? — прошептал Ньют прямо в ухо Тому, прижимаясь к тому насколько это только может быть возможным. — Помыть мне спинку, — выдохнул Томас. — Только ли спинку? — выгнул бровь Ньют, опуская руки Томасу на ягодицы. Парень рвано выдохнул. — Молодые люди, через пять минут ждём вас около входа в душевую, — послышался чей-то голос в коридоре. — Заебали! — раздался недовольный голос Минхо неподалеку. — Помыться не дадут! Томас хмыкнул и парни, выскочив из кабинки, принялись надевать чистую одежду. После душа парням показали их комнаты. Помимо Ньюта и Томаса в их комнате оказались Минхо с Дэном, Чак с Фрайпаном и медаки. Остальных глейдеров повели в другие комнаты. Разобравшись с вещами, парни вышли в столовую. На ужин была пицца. Томас смаковал каждый кусочек. Голод заглушил все остальные чувства, и настроение довольства и умиротворения, царящее за столами, казалось, было осязаемо. Большинство глейдеров в течение всей трапезы старались не шуметь, как будто опасались разговорами спугнуть свалившееся на их головы счастье. Но сияли от радости все. Томас так привык к выражению обреченности и отчаяния на физиономиях подростков, что видеть их открытые улыбки казалось чем-то невероятным. Когда вскоре после ужина им сообщили, что настало время ложиться спать, никто не возражал. Когда уже погас свет и парни приготовились спать, Ньют спрыгнул с верхнего этажа и лег в кровать к Томасу. — Вот так, Клинт, — послышался спокойный голос Джеффа, — теперь не только мы с тобой влюбленная парочка. — А чего это вы молчали? — завелся Минхо. — Могли хотя бы мне сказать. — Это вы многого не знаете. В Глейде есть еще одна пара, — протянул Чак, — я о ней знаю, но не скажу, — хихикнул он. — Я видел, как они целовались у дуба вчера вечером. — Ты чего это подглядываешь? — шикнул на него Фрайпан, ударяя ладонью в дно верхнего этажа. Томас же улыбнулся и, закрыв глаза, погрузился в сон.