Школьный психолог

Первый снег в этом году пришел неожиданно. Утром, как обычно, Слава выходит с парадной, и его отросшие волосы мигом начинают покрываться холодной белой пыльцой. Он оглядывается вокруг и замечает, что на земле уже лежит слой снега. Карелин не спал почти до самого утра и странно, что он не заметил крупные хлопья, парящие за окном. Он все думал, что сотворил, стоило ли это того и как теперь общаться с Мироном. Некое привыкание, конечно, образовалось. Все-таки было в их встречах что-то такое, что заставляло Славу вновь идти в этот кабинет. Может, тут дело именно в Мироне Яновиче, а вовсе не в атмосфере и не в том, что он психолог, но Слава гонит от себя эту мысль куда подальше каждый раз, как только она возникает. Где снег, там и лёд. Карелин уже приловчился балансировать на образовавшемся катке, а вот идущая впереди девушка, хотя «идущей» ее назвать сложно, скорее ползущей, нет. И спустя пару «шагов» она валится на колени и, кажется, сдирает немного ладони. Слава поступает как хороший парень и помогает подняться этой мученице на ноги. — Спасибо тебе большое, — лицо девушки было очень бледное, видимо сильно замерзла, а теперь еще и упала. — Да не за что, больно? — Слава посмотрел на ее ладони, которые все-таки были немного содраны. — Нет… Да. Стой, я тебя знаю, ты с параллельного класса, Слава, да? — Ну, я, да, — немного смущенно сказал парень, — тебе помочь дойти до школы, пока не убилась еще? Девушка медленно, но охотно махнула головой. Из-за льда идти до школы оказалось дольше, чем привычные пятнадцать минут. Слава пытался вспомнить имя этой худенькой девчонки, с которой он сейчас шел. Всю дорогу они неловко переглядывались, но не говорили. Саша, так по памяти Карелина звали эту девушку, только отчаянно хваталась за него каждый 3 секунды, чтобы вновь не упасть. Когда они зашли в школу, их встретил звонок на урок. Саша еще раз поблагодарила парня, и они разошлись в разные раздевалки. Из-за этого случая из головы Славы совсем вылетела история с психологом, и он был счастлив, потому что мысли и непонимание того, что делать дальше, поглощали его. Каждую минуту он думал о случившемся и все так же считал, что он виноват только в том, что пострадал Мирон, и надо бы извиниться. Принять решение об извинении было намного легче, чем подобрать нужные слова. Задумчивый Карелин шел по коридору пока взглядом опять не напоролся на эту Сашу. Она сидела напротив кабинета медика, и по ее глазам было заметно, что ей не по себе. — Все нормально? — Слава присаживается рядом с девушкой. — Я боюсь, — теперь ее глаза смотрели прямо на лицо собеседника. — Боишься чего? — брови приподнял вверх. — Перекиси. Слава недоумевает и позволяет себе издать пару смешков, прикрывая рот рукой. Он не думал, что взрослые люди боятся такого пустяка. — С тобой сходить что ли? — предлагает в шутку. — Да, пожалуйста. Девушка мигом подрывается с насиженного места, хватает Славу за руку и полная решительности идет в кабинет. Она в трех словах объясняет недовольной врачихе, что случилось, пока она открывает баночку с прозрачным страхом. Тамара Александровна, так звали медика, пропускает все мимо ушей, как и всегда, и грубым голосом просит протянуть ей поврежденную руку. Не жалея перекиси, она льет ее на ранки, а те разом начинают шипеть. — Ай! Саша вцепилась в руку Карелина и сжимала до того сильно, что ее костяшки побелели. Слезинки одна за другой скатывались по ее до сих пор бледным щекам. Она морщилась и шептала что-то вроде «больно, очень больно». Сердце Славы пронзило странное чувство, и ему стало очень жаль эту бедную девушку. Первый раз в его жизни кто-то настолько сильно боится обыкновенной перекиси. Вся процедура проходила на протяжении пяти минут, но Саша вышла с кабинета в таком состояние, будто ее мучали всю ночь напролет. — Спасибо, что сходил со мной. — Это что за прогульщики? Миронова! Карелин! Бегом на урок, — крик Елены Михайловны раздался в паре метров от ребят. Обернувшись, они узрели не кого иного, как завуча, стоявшего в непонимание. Прогул — дело обычное, тем более для старших классов, но не для этой женщины. Для нее это всегда было шоком, такой уж это человек.Объяснять что-либо ребята не стали и уже хотели разойтись на уроки, но Саша легонько толкнула парня в бок, взглядом указала на голову Елены Михайловны и тихо хихикнула. Слава быстро перевел взгляд и тоже улыбнулся. — Елена Михайловна, у вас там это, на голове что-то… — Бигуди, — добавила девушка. — Ах, точно, — она улыбнулась, — спасибо. Вот теперь и правда пора поторопиться на урок. Слава и Саша зашагали по коридору быстрым шагом, не желая терять и секунды. — Значит Миронова? — Значит да, Карелин. — Мне туда, до встречи. — До встречи. Весь оставшийся день они иногда пересекались в коридоре, но проходили мимо друг друга. «Миронова». Ну конечно, даже тут есть Мирон, — думал парень. Кстати о нем, Слава не видел его весь день, и чувство привязанности внутри заставляло беспокоиться. Больно привык он к встречам в коридоре и в уютном кабинете. Привык к взору голубых глаз, быстро стреляющих по помещениям школы и останавливающихся только тогда, когда обнаруживали, что нужно, обычно это была патлатая голова одиннадцатиклассника. Лысая макушка частенько сверкала перед глазами, а теперь этого всего нет. Не порядок. Уроки подходят к концу, и шустрый Карелин мчится к знакомому кабинету. Остается пара шагов и Слава сбавляет темп, восстанавливая дыхание и приводя себя в порядок. Поправив волосы и прочистив горло, когда он стал таким манерным, он и сам не знает, стучит в дверь и с силой дергает ее за ручку на себя, но та не поддается. Слава сводит брови и пробует вновь, потом еще пару раз, подтверждая уже полученный результат. Окончательно убедившись, что дверь и вправду заперта, он завалился на стулья, стоящие позади него, принимая удобную позу. С каждой минутой, которую Слава тратил на ожидание, его терпение убавлялось. — Да где ходит этот психолог, мать твою? — вслух ругается ученик. Ноги затекли, и он принялся расхаживать вдоль и поперек с недовольным видом, сложив руки крест-накрест. Рассмотрев в который раз потолок и стены Слава собрался уходить, но столкнулся с Дмитрием Анатольевичем. — А вы не знаете, где Мирон Янович? С чего знать трудовику, где Мирон, Слава не подумал, но, как говорится, за спрос денег не берут. — Он ушел на больничный вроде. Это все вы, кровопийцы, виноваты. Дай пройти, — толкнув ученика, он пошел дальше. — Нет, ну круто, чё. На улице потеплело, но гололед так и остался, солнце неприятно било в глаза. Проходя мимо бараков, Слава невольно вспомнил тот случай с коньяком и сморщился пуще прежнего. Сколько Мирон будет на больничном он не знал и это раздражало. Он безумно хотел нормально поговорить и извиниться. Но ничего не остается, кроме того, чтобы просто ждать. Зайдя домой, Слава вспомнил и еще одну плохую, нет отвратительную, новость — свадьба, о которой он так и не рассказал Мирону. Веселые голоса доносились до парня, доводя до еще большего отчаяния. Он успешно проскользнул в комнату и заперся там. За долгое время Карелин решил сделать все уроки и принялся за них немедленно. К позднему вечеру все было сделано. Слава был рад и вымучен, словно Саша после медкабинета. Вспомнив ее, он слабо улыбнулся, вдаваясь в воспоминания. Уснул он быстро, и снилось ему разное. Утром Слава подорвался за несколько минут до будильника, ему показалось, что сегодня нужно с дома выйти раньше, что он и сделал. На том же месте, что и вчера, Карелин встретил Сашу, и они, разговорившись, пошли вместе.