Еще один рекламный ход

— Брэдли, пожалуйста, объясни мне, каким образом после пяти лет твоих неустанных повторений, что тебе нравятся девушки, я в кои-то веки приезжаю к тебе в гости и в первых же джинсах нахожу вот это? Джеймс поднял глаза на маму, стоящую в проеме дверей и со скептическим видом помахивающей какой-то бумажкой. Он щелкнул кнопкой блока питания, встал из-за стола и аккуратно вытащил записку из ее пальцев, почти уверенный в том, что там написано. «Ревнивый Кекс, Вернусь в четверг, позаботься о своей сладкой заднице. Твой ревнивый Мыш» Брэдли прикусил губу. Мама начала постукивать пяткой по полу. — Ей уже несколько месяцев, — выпалил парень, слегка краснея. Ее брови дернулись: — Это действительно твое оправдание, Брэдли Грегори? — Мам. — Да? — Давай я вас просто познакомлю? Миссис Джеймс тяжело вздохнула: — В таком случае я жду твоего… друга, сегодня же вечером. Она развернулась, тряхнув волосами, но сын удержал ее за рукав кофточки: — Мама, про… задницу. Это не то, что ты думаешь. — Я надеюсь, — красноречиво фыркнула она, — На ужин будет паста, — и собралась продолжить свой путь на кухню, но Брэдли ее не отпустил, и она раздраженно уставилась на него: — Я только надеюсь, что это не Колин. Меня не устраивает мысль о стольких годах твоего вранья. — Это не Колин, — искренне улыбнулся он. — И все не так страшно, как ты думаешь. — Посмотрим, — она дернула рукой, вырывая рукав из пальцев Джеймса. — И еще, мам. У меня же есть экономка, зачем ты сама стираешь и готовишь? — Я все еще твоя мать, юноша. И я сама буду решать, готовить мне или нет. Это ясно? Брэдли закивал: — Предельно. Она снова вздохнула и обвела его взглядом: — Будь любезен побриться к вечеру. И переоденешь эту ужасную футболку. Брэдли проглотил замечание, что ему скоро тридцать, и что он уже большой мальчик, и что футболка не ужасная, а классная, со Спанч-Бобом и Тардис, подарок Кэти, и вообще, что на часах нет еще и полудня, и покорно пошел гладить белую рубашку и откапывать из ящика комода чистые носки. Чистые одинаковые носки. *** Когда в дверь позвонили, миссис Джеймс быстро сняла фартук, поправила прическу и ринулась в бой, то есть, ко входной двери. Брэдли опередил ее, впустив гостя. Миссис Джеймс удивленно поморгала, потом вспомнила о правилах хорошего тона и растянула губы в вежливой улыбке. — Мама? — робко спросил Брэдли, сглатывая и разворачиваясь к матери. — Позволь представить тебе Мыша. Точнее… — он смущенно откашлялся, — Мышелль. Мишель, — совсем тихо добавил он. — Я поняла, — поджав губы, сообщила ему мать. — Мисс Райан, рада встрече. Бледные щеки девушки порозовели: — Приятно познакомиться, миссис Джеймс. Брэдли принял и повесил пальто девушки, и жестом пригласил ее пройти в зал. Едва она скрылась из поля зрения, миссис Джеймс схватила сына за нос: — А сразу объяснить нельзя было, Кекс? — Ну мам! — прогундосил актер. — Отпусти пожалуйста! Она подозрительно прищурилась: — Тогда что там с твоей «сладкой задницей»? Или мне лучше не знать, что у вас за игрища? Брэдли закатил глаза: — У нее были выездные съемки, а я… — Говори-говори! Лицо Джеймса стало несчастным: — А я накануне сел на хрустальный бокал. Чего-чего, а такого миссис Джеймс не ожидала: — Что-о? — Сел на хрустальный бокал с шампанским, — изображая скуку, повторил он. — Ничего особенного, наложили всего четыре шва. — И почему я ничего об этом не знаю? Несколько месяцев это сколько? — Полгода, — неохотно ответил Брэдли, пытаясь освободить покрасневший нос. — И все-таки, почему я узнаю об этом только сейчас? Из коридора послышался смешок. Мишель, заложив за спину руки, вышла из-за угла и смущенно улыбнулась: — Извините. Ему, наверно, было стыдно. Миссис Джеймс, чуть склонив голову, рассматривала девушку — сверкающие начищенные сапоги на тонкой шпильке, ярко-красное платье длиной на ладонь выше колена, крупно завитые волосы и оленьи глаза, нежно взирающие на ее сына… Неизвестно, какие мысли бродили в ее голове, но вывод был нестандартным: — Мишель, дорогая, пойдем присядем. А этот «вьюноша со взглядом горящим» принесет нам закуски. Брэдли тайком выдохнул. Кажется, Мышка мамой одобрена. — А мы с тобой, если хочешь, пока посмотрим его детские альбомы. Парень похолодел и быстро проговорил: — А у меня же их нет в этой квартире. Миссис Джеймс хладнокровно улыбнулась и приобняла Мишель за плечи: — А я привезла их с собой. Девушка сочувственно подмигнула ему, но ничего не сказала. Брэдли проводил их взглядом и тихонько побился головой о стену. Сейчас ей раскроют все его самые постыдные секреты. А он-то, наивный, надеялся, что это будут долгие серьезные отношения…